Come alive
29 августа 2019 г., 10:10
Питер сидел на трапеции невысоко над землёй и смотрел на «Ютьюбе» видео с разными новинками цирковых номеров. Ему приглянулись несколько трюков на полотнах, которых он раньше не видел, но больше всего его завлекали записи выступлений мага-иллюзиониста под псевдонимом Мистерио.
В первый же раз, что Питер увидел его шоу, он остался покорён не только мастерством фокусника, но и его обаянием и притягательной внешностью. Питер стал самым настоящим его фанатом. Поднял всю имеющуюся о нём информацию (узнал, в частности, что тот довольно молод и холост, вот это удача!) и подписался на все его страницы в соцсетях и связанные с ним каналы.
Перед своими номерами Мистерио всегда беседовал с публикой и устраивал даже небольшой стендап. Он непременно приглашал на сцену детей из зрительного зала и показывал им простенькие трюки, а когда у детей не получалось, «наколдовывал» им какой-нибудь утешительный приз. Взрослой публике он предлагал самим освоить, например, распиливание, и сам с удовольствием и улыбкой ложился под пилу.
Почти каждый год Мистерио ставил новое шоу-бенефис, его часто приглашали в Вегас, он побывал во многих странах Европы и буквально грёб деньги лопатой, но большие суммы выделял на благотворительность. В частности, в фонды охраны дикой природы, из-за чего стал врагом номер один у дрессировщиков, так как активно ратовал за изъятие зверей из индустрии развлечений. В противовес этому он спонсировал цирковые училища и помогал в раскрутке начинающим фокусникам. К сожалению, меньше половины закреплялись в этом бизнесе, а остальные после своей «минуты славы» уходили в небытие, но ведь Мистерио пытался, он искренне помогал.
Но больше всего Питера поражало, что он мог повторить трюки Тони. И отрезал он не только лепестки цветка — у него была тряпичная кукла в человеческий рост, которую он беспощадно кромсал, а потом так же через тень сшивал. А излюбленным его шок-трюком было порезать тень своей руки, после чего на плоти проступала настоящая кровь.
Многие критики вели ожесточённые споры насчёт этичности этого трюка, но Питеру было всё равно: для него Мистерио (настоящее его имя было Квентин Бек) был настоящим волшебником. Питер бы всё отдал, чтобы хоть раз вживую попасть на его шоу. В прошлом сезоне они даже почти совпали в турне: труппа Ника давала представление в захолустном городке на границе штатов, а Мистерио снова выступал в Вегасе. У Питера были все шансы словить ночью попутку и к утру быть на месте, но… То ли струсил, то ли совесть не позволила кинуть товарищей.
Так что Мистерио оставался недостижимой мечтой, к которой Питер обращался в часы, когда ему было совсем одиноко и хреново. Выдумывал им неожиданную встречу, идеальный киношный диалог, красивые свидания и самоотверженную историю любви с хэппи-эндом, а в суровой реальности довольствовался новыми видео с кумиром и новостями о его добрых делах.
— Это катастрофа! — Голос Брюса вознёсся под самый купол, и Питер от неожиданности чуть не сверзился с трапеции, но успел повиснуть на одной руке, а вот телефон упал на песок. Учитывая, что под его тонким слоем был обыкновенный бетон, пережить падение у недавно только починенного экрана шансов не было.
— Чёрт, Питер, цел? Прости, что напугал, — извинился Брюс.
Питер подтянулся обратно на трапецию, а потом спрыгнул по правилам безопасности и поднял телефон. Да. Экрану каюк.
— Так в чём катастрофа? — Участливо поинтересовался Питер.
— Пришло последнее предупреждение: если не уберём животных из представления, у нас отзовут лицензию. — Пожаловался Брюс. — Я не понимаю, Питер, мы ведь хорошо о них заботимся, они живут в комфорте, на них никто ни разу не поднял руку! Ну что этим правозащитникам неймётся?
— Ну, знаешь, с таким подходом ни за чьи права бороться не надо: ведь большинство так или иначе живёт в комфорте, и на них ни разу не подняли руку, — возразил Питер, проверяя по ходу работоспособность телефона. Ничего, жив.
— Это другое! — Брюс замахал руками. — Ты не понимаешь, эти звери — я их всех с рождения воспитывал. Это мои дети! А они хотят, чтобы я кому-то безвозвратно отдал своих детей! А как же годы труда? Что мне тогда вообще в цирке делать?
— Ребят, ЧП! — На арену, всхлипывая, вбежала перепуганная Ванда. — Там Тони… Чинил… Оборудование… Я не знаю, что произошло, он пьяный как всегда был, руки тряслись, там рвануло что-то… У него осколок металлический прямо в груди. Я не знаю, не знаю…
Питер и Брюс побежали в подсобку, где хранилось всё оборудование. Там уже Стив и Баки оказывали Тони первую помощь, перекрыв как смогли кровотечение. В воздухе всё ещё висел дым от взрыва, пахло горячим металлом, искрил какой-то покорёженный прибор — Питер даже не смог узнать, что это было. Но самое страшное — кругом, как на поле боя всюду были пятна крови, и руки у Стива и Баки были вымазаны.
— «Скорую» мы вызвали, надо сообщить Нику, — сказал, задыхаясь, Стив, а потом обратился к Тони, — ты только держись, старина, держись! Ещё немного.
— Кто с ним поедет? — Тут же спросил прагматичный Брюс.
Разумеется, вызвался Питер.
Тони был уже без сознания, когда приехали врачи. Питер успел схватить документы Тони и вслед за носилками забрался в кузов машины. Они умчались с включёнными мигалками.
Это была катастрофа. Следующим вечером должно было быть премьерное шоу в городе, где они раньше не бывали, а у них отняли номер с животным, и главная звезда на грани жизни и смерти.
Правда, Питеру в тот момент было плевать на шоу. Тони был бледен и еле дышал под кислородной маской, и Питер чрезвычайно остро осознавал реальность смерти сейчас, когда в опасности был Тони, его самый близкий и дорогой человек. Ведь он во многом заменил Питеру отца.
Питер просидел в больничном коридоре всю ночь, пока шла операция. У него порядком затекла шея и разболелась голова, а кофе из автомата он выхлебал столько, что уже тахикардия началась. Но наконец появился врач, сообщил, что с Тони всё будет хорошо, но ему несколько дней надо оставаться в больнице под наблюдением врачей, так как рана довольно серьёзная и могут быть не замеченные сразу осколки. Питеру выдали список вещей, которые потребуются Тони, и послали домой.
Питер, конечно, и думать не мог о том, чтобы прийти и лечь спать. Сперва он собрал всё по списку и отвёз в больницу, а потом отправился в цирк. Что бы там ни происходило, Питер должен быть рядом, ведь он часть этой семьи.
Он был крайне удивлён, когда увидел, что и арена, и гримёрки, и небольшой тренировочный зал пусты. Самая большая активность шла у вольеров, где сотрудники фонда защиты забирали зверей.
Труппа же полным составом обнаружилась под дверью кабинета Ника. Все старательно подслушивали. Когда подошёл Питер, на него в первую очередь шикнули, а потом Наташа шёпотом спросила:
— Как Тони?
Питер кивнул, дескать, жить будет, а потом показал на дверь.
— Что там?
— Не что, а кто, — надменно ответил Локи, — погибель наша, вот кто.
— Брось, может, он хочет нам помочь, — возразил Тор.
— Помог уже: кто добился, чтобы моих зверей изъяли? — Фыркнул Брюс.
— С философской точки зрения, это доброе дело. — Стивен пожал плечами.
— Да кто там такой? — Не выдержал Питер.
Ему не успели ответить, как дверь распахнулась, и все шарахнулись прочь перед ликом стоявшего на пороге Ника.
— Взрослые люди, а как малые дети подслушиваете! — Пожурил он, а потом нашёл глазами Питера. — Паркер, какого чёрта ты припёрся? Иди отсыпайся! Мне из больницы звонили, я в курсе, что ты там всю ночь просидел.
— Но сэр, сегодня же выступление, надо готовиться, — попытался спорить Питер, но тут увидел за спиной Ника движение в кабинете, а в следующий миг чуть не сел от удивления на пол, когда рядом с Ником появился его загадочный собеседник.
Питер не мог толком вдохнуть и хлопал глазами, как если бы надеялся, что мираж рассеется, но перед ним всё так же стоял живой и настоящий Квентин Бек.
— Сегодня шоу не будет, — сообщил Ник, — нам удалось согласовать перенос на завтра, чтобы наш… Новый коллега успел подготовиться.
— Новый… Коллега? — По труппе прокатилась волна недоумённого гомона.
— Мистер Бек уже собирался завершить своё турне, но узнал о нашей неприятности и великодушно предложил выступить вместе с нами.
— Как он мог об этом узнать? — Удивился Стив. — Мы никому не сообщали.
— Верно, но так уж сложилось, что среди принимавших вчера мистера Старка медиков попалась медсестричка — его фанатка, которая тут же растрезвонила печальную новость по всему «Твиттеру». — Со вздохом сообщил Квентин, а у Питера от его голоса, впервые услышанного вживую и без искажения динамиками, по спине побежали мурашки. — Я искренне желаю ему скорейшего выздоровления. Будет минутка, даже загляну к нему лично. Знаете, мы ведь в молодости были большими друзьями. Не будет преувеличением сказать, что я учился у него.
От таких известий Питер чуть не подпрыгнул.
Учился у Тони? Об этом умалчивала официальная биография, и даже ни на одном левом ресурсе со сплетнями не было упоминаний о таком необычном знакомстве.
Впрочем, это объясняло бы, откуда Квентин знает трюки Тони.
— В общем, давайте поблагодарим мистера Бека за его великодушную помощь и приступим к репетиции. — Подытожил Ник, пока знаменитого гостя не запытали вопросами. — Паркер! Я не шучу. Ты идёшь спать. Ты и так свой номер с закрытыми глазами можешь выполнить, отдохни уже!
«А что, это идея, — подумал Питер, на автомате направляясь в их с Тони гримёрку, где имелась кушетка, на которой Тони отсыпался поле утреннего опохмела, — выступить с завязанными глазами. Это хоть немного расшевелит публику».
К удивлению Питера, когда он вошёл в гримёрку, чуть не споткнулся об раскрытый посреди комнаты чемодан с каким-то устрашающим оборудованием.
— Прости, это моё, Ник сказал, что я могу расположиться в гримёрке Тони. — С этими словами за спиной Питера просочился Квентин и поспешно захлопнул свой чемодан. — Но если я тебе мешаю, могу пойти готовиться в зал.
— Нет-нет, я тут просто поспать хотел. — Питер махнул рукой на кровать и неловко замолк, переминаясь с ноги на ногу.
Он боялся смотреть на своего кумира, но чувствовал, как Квентин пристально его рассматривает.
— Боже мой, Питер Паркер, — почти промурлыкал фокусник, — извини, парень, я думал, ты на голову выше. Надо же, какой ты кроха!
— Между прочим, воздушным гимнастам не положено быть высокими, — проворчал Питер.
Как его достали замечания по поводу роста!
— Эй-эй, не дуйся, по-моему, это очень мило. — К удивлению Питера, Квентин фамильярно потрепал его по волосам. — Я твой фанат, знаешь ли. То, что ты творишь с этими полотнами… Дьявол. Это настоящий балет в воздухе.
— Оу, ну, спасибо, — пролепетал Питер, мгновенно краснея. — Мне ваше шоу тоже нравится.
— А я думал, ты преданный поклонник Тони и на других даже не смотришь, типа семейный принцип.
Питер бы хотел сказать, что однажды поссорился с Тони из-за Квентина: Тони называл, как оказалось, ученика, грязным мошенником и подлым вором, — но не стал лезть на рожон.
— Да нет, мне многие фокусники нравятся, — неловко пробормотал Питер, чувствуя, что окончательно сыплется, будто на экзамене, и поспешил лечь и закутаться в плед, делая вид, что спит. Он слышал, как Квентин пожелал ему сладких снов, а потом с грохотом выкатил наружу свой чемодан.
Питер на самом деле не собирался спать, но проснулся под вечер и проклинал себя, что сбил режим. За стеной он слышал разговоры коллег, уже закончивших репетиции и расходившихся по домам. Питер потянулся, переоделся в тренировочное трико и пошёл на арену. Размялся как следует и полез наверх.
Больше всего на свете он любил тренироваться вот так: вечером, в одиночестве, когда никого уже нет и он как будто один в целом мире. И купол цирка — словно бескрайний небесный свод, сорвёшься с трапеции — улетишь в открытый космос.
Во время очередного кульбита Питер к своему ужасу заметил, что за кулисой притаился Квентин и пристально за ним наблюдает. От неожиданности Питер чуть не сорвался, но успел ухватиться за другую трапецию. Отдышавшись, он обернулся снова — Квентина не было. Чёрт его возьми, сколько же он здесь стоял, наблюдая? И зачем?
Настроение у Питера пропало, и он спустился вниз. Переоделся, сходил навестить Тони — тот пришёл в себя и спрашивал, как выкрутились с шоу. Питер отделался полуправдой: сообщил, что его перенесли на день, но умолчал о приезде Квентина. Не стоило волновать Тони в таком состоянии. Они посидели допоздна, вместе посмотрели какой-то старый боевик по телеку, под который Тони и заснул, и Питер ушёл домой.
Утром Питера разбудил сперва шум дождя, а потом стук в дверь. Он был крайне удивлён, что мог понадобиться кому-то из коллег в такое раннее время. Но ещё больше Питер обомлел, когда увидел на пороге Квентина. Он был одет в довольно облегающие джинсы, белую футболку и кожаную куртку, и всё вместе это выглядело дико сексуально. А в следующий миг Питер осознал, что стоит перед полностью одетым Беком почти нагишом (в трусах с эмблемой Супермена), и ринулся обратно под одеяло. Бек зашёл и закрыл за собой дверь, смеясь.
— Нечего стесняться, у тебя отличное тело, — непринуждённо бросил он, осматривая номер, — вообще, я пришёл, чтобы подвезти тебя. Погода мерзкая, а я на машине.
— Вы всегда возите с собой в турне машину? — Тупо спросил Питер, утянув под одеяло свою одежду и начав переодеваться.
— Нет, конечно, арендовал, как приехал в город. — Квентин рассмеялся. — Кстати, ты ещё и проспал. Так что шевелись. Завтрак в машине съешь.
— Завтрак? — Удивлённо спросил Питер, вылезая из-под под одеяла полностью одетым.
Бек помахал зажатым в руке пакетом из «МакДональдса». У Питера почти буквально потекли слюнки.
— Ох, не стоило, сколько я вам должен?
— Не дури, поехали. — Квентин сунул пакет Питеру и открыл перед ним дверь.
Честно, Питер не помнил, как успел за десять минут дороги на машине сожрать бургер, картошку и пирожок, запив всё это молочным коктейлем. Вообще, он не был фаст-фуд-зависимым, но уже так давно не ел ничего подобного, что испытал истинное наслаждение. В дороге они с Квентином о чём-то говорили, и он то и дело невзначай таскал у Питера картошку, и Питер как-то перестал тушеваться и чувствовать себя рядом с Квентином круглым дураком.
Уже собравшаяся для репетиция труппа почему-то посмотрела на них косо, когда они вошли вдвоём. Квентин поздоровался со всеми, пожелал удачи отдельно Питеру, похлопав его по плечу, и вместе со своим чемоданом удалился в отдельный зал.
— Посмотрите на него, какие-то у него там секретики, — фыркнул Локи.
— Иллюзионисты имеют на это право, — рассудила Ванда, — это же вам не мои фокусы — у них там настоящая магия, не прикопаешься.
Они провели стандартную тренировку, разве что Питер был чуть более рассеянным, чем всегда, и пару раз чуть не свалился с полотен. Все предполагали, что он так переживает из-за Тони, и в этом была доля правды. Но Питер больше переживал не за его состояние (оно уже давно было стабильное), а за то, что вот так быстро и легко позволил себе втрескаться в его главного недруга.
Сколько раз Питер прокручивал в фантазиях свою встречу с Квентином? Такими прозаическими и нелепыми они никогда не были, но в них Питеру ни разу не приходилось переживать за реакцию Тони, когда он узнает, ведь это был лишь нереальный вымысел, где всё всегда было идеально. А это жизнь. И Питер может ранить Тони тем, что симпатизирует его неприятелю.
В очередной раз чуть не свалившись с самой верхотуры, Питер понял, что подобная рефлексия в неподходящее время может стоить ему жизни, и приказал себе оставить размышления на потом, а чтобы отвлечься от них, стал мычать себе под нос любимые песни. Это почему-то от трюков никогда не отвлекало.
***
Шоу прошло с фурором, какого Питер уже не помнил. В начале Ник, конечно, сообщил печальную новость о болезни Тони, но призвал публику не огорчаться и пообещал, что сегодня будет сюрприз в лице «тайной суперзвезды». Зрители явно отнеслись скептически, и многие упорно пялились в телефоны на протяжении всего выступления. Но вот барабанная дробь оповестила о приближении гвоздя программы, и светящиеся экраны на трибунах нехотя погасли. На арену вышел Квентин в плаще и маске. Публика встретила его вежливыми аплодисментами. Дальше всё было по программе: небольшая стендап-разминка, несколько фокусов из репертуара Тони (Питер заметил, что Квентин не показывал ничего своего, чтобы не выдать свою личность), а потом он вдруг пригласил на сцену добровольца и предложил угадать, кто скрывается под маской. После минут пяти в игру «Кто я?» раззадоренный зритель на удачу выкрикнул: «Мистерио?» — и Квентин пафосно сорвал маску. Трибуны встали. Повисла тишина. А потом гром аплодисментов сотряс стены. Квентин раскланялся, наколдовал своему добровольцу шоколадку прямо из воздуха и отпустил восвояси. Дальше он сделал странное: не дожидаясь выхода Ника, он сам объявил номер Питера, разукрасив его броскими хвалебными эпитетами, отчего Питер уже ждавший своей очереди на трапе под потолком, даже покраснел. В конце Квентин задрал голову и беззастенчиво послал ему воздушный поцелуй. Питер чуть было не сверзился от такого. Пришлось срочно снова начать напевать себе песни. Свет погас, зажглись прожектора, и Питер уже привычно воспарил ввысь. Но что это было? Рядом с ним по воздуху заскользила словно сотканная из миллиона лучиков света птица. Она следовала за Питером, взмывала с ним под купол и следом за ним штопором бросалась вниз. Кружилась, расправив крылья, и выполняла фигуры высшего пилотажа. А когда Питер с трапеции перелетел на полотна, птица улетела, оставив Питера одного, но его окружили абстрактные узоры и тоже словно двигались вместе с ним: Питер срывался вниз, и они устремлялись к земле, меняли форму, словно от его прикосновения, вились и переплетались. Питер буквально чувствовал, как публика задержала дыхание. Он сам мог видеть лишь разноцветные блики, но понимал, что они подчиняются ему. И, осмелев, он ускорил темп своих движений и добавил самые невероятные трюки. Музыка оркестра тоже набирала обороты и добавляла напряжения. Ещё никогда они не играли так красиво — кажется, это была какая-то классическая симфония, хотя раньше они использовали типичные для цирка мелодии-настроения, но сегодня… Им словно кто-то сказал сделать выступление Питера особенным. Наконец отведённое Питеру время подошло к концу, он плавно спустился на песок и поклонился. Зажёгся свет и, к огромному удивлению Питера, публика снова встала, чтобы чествовать его. Питер восторженно озирался и видел везде восхищение и ликование. Его лицо озарила улыбка, и, гордо вскинув руку, он поклонился ещё раз и после этого удалился под несмолкающий гром аплодисментов, а потом вышел на общий поклон. Рядом с ним каким-то образом оказался Квентин, он обнял его за плечо и шептал на ухо похвалы и поздравления, а Питеру чудилось, что он сошёл с ума. Свет слепил, овации оглушали, и ему казалось, что он вот-вот упадёт в обморок…***
— Ну и что это, чёрт возьми, было? — Поинтересовался за всех Клинт, когда вся труппа уже без костюмов сидела в кругу арены и пила выставленное Квентином шампанское. — Всего лишь маленький трюк для привлечения внимания. — Квентин загадочно улыбнулся и развёл руками. — Но вообще-то, я заказал это оборудование для вас, Брюс. — Для меня? — Хмурившийся дрессировщик аж подпрыгнул. — Ну да. Ведь по моей вине у вас забрали животных. Не говорю, что был неправ, но так или иначе это из-за меня вы лишились своего номера. Поэтому я хотел предложить вам здоровую альтернативу: голограммы. Очень сейчас модно, тем более что их во всю научную фантастику пихают. А что? Предел возможностей неограничен, при этом они совершенно не опасны и не требуют ухода. Да, детишки лишаются счастья контакта с живой природой, а как по мне, так спросил бы сначала кто-нибудь природу, хочет ли она контакта. — Я, право, не знаю, что сказать, это ведь миллионное оборудование — нам никогда не выплатить вам… — замялся было Брюс, но Квентин перебил: — И не надо. Это подарок. Считайте, он идёт в комплекте со мной. Честно, хотел сегодня утром вам рассказать, но не был уверен, что оборудование успеют установить, а когда увидел, что всё готово, подумал, почему бы не приукрасить полёт Питера? — Напрасно, по-моему, — вмешался Стив, — из-за ваших миражей все смотрели на компьютерную картинку, а не на Питера, которому этот номер огромного труда стоил. — Ну, Стив, создатели голограмм тоже трудились, — поспорил Питер, которому на самом деле было всё равно, какой ценой заполучать свои аплодисменты. — Квентин, а что вы имели в виду под фразой «идёт в комплекте со мной»? — поинтересовался Стивен. — Мы с Квентином заключили соглашение на годовое сотрудничество с возможным продлением контракта, смотря как прибыль будет, — ответил Ник. Питер чуть не подскочил от таких новостей. Целый год странствовать с самим Квентином Беком! Да он одним своим именем вытащит их труппу из кризиса. А у Питера будет шанс влюбить его в себя… Но, с другой стороны, а как же Тони? Что он подумает, когда узнает, что его фактически заменили чужаком, единственное преимущество которого — растиражированное имя? — Разумеется, присоединение к нам Квентина не значит, что мы отказываемся от участия Тони, — поспешил заверить Ник, — но, думаю, они между собой поделят, кто что показывает. — Не сомневайтесь, — заверил Квентин с улыбкой, — у меня много идеек в рукаве. Вдруг Квентин встал и поднял над головой свой стакан (за неимением бокалов, пили шампанское из гранёных). — Друзья мои, вы — представители важнейшего из искусств. Ваши способности восхищают и заслуживают уважения. Но вы безвылазно застряли в своих избитых номерах и традиционных подходах. В век высоких технологий и эклектики вы всё ещё бродячая труппа из прошлого века, влачите жалкое существование, повесив голову, но давайте, встрепенитесь! Вы — как ходячие мертвецы, думаете, это всё, на что вы способны? Нет! Каждый из вас по-своему уникален и скрывает в себе таланты, о которых сами даже не подозреваете. Так давайте их раскроем! Давайте потрясём публику таким, чего они ещё не видели! Давайте снова заставим их наблюдать за вами с замиранием сердца! Вы, кто видит сны наяву, вы можете больше, чем думаете! Оживите, зажгите в сердце свет! Сегодня мы уже сделали первый шаг к этому триумфу, так давайте следующий будет ещё более широким и дерзким! Давайте покажем себя во всей красе! И в ответ на пылкую речь Квентина послышалось хоровое «да!», а потом все залпом выпили, даже Питер, которому ради такого события всё-таки налили немного шампанского. (Потом, правда, тайком от всех Квентин подливал ему ещё, вместо положенного лимонада). Празднество продолжалось с размахом. Откуда-то взялся ещё алкоголь, потом коллективно решили заказать пиццу. Квентин стоял в центре на тумбе и вдохновенно вещал нескончаемый поток идей, как можно видоизменить и улучшить шоу, чтобы сделать его более напряжённым в то же время динамичным. Ему поддакивали, с ним спорили, на ходу рождались потрясающе креативные номера. А Питер только слушал и наслаждался. Ему казалось, что он попал в сказку, и перед ним самый настоящий маг размахивает волшебной палочкой, чтобы воплотить все самые сокровенные мечты. Но Питер был устал и порядком пьян, у него начинали слипаться глаза. Он с трудом поднял руку со стаканом к губам, допил последнюю порцию и сам не заметил, как заснул.
