Часть 14
9 октября 2022 г., 02:00
Примечания:
мне на карту недавно прилетело несколько рублей с сообщением: «Нуна, это вы?»
у меня не определился отправитель и я не смогла ответить :(
но если это был кто-то из вас, то да, это я)) большое спасибо!)
Чимин думает, что удивляться тут, наверное, и нечему. Учитывая его везучесть, конечно, конечно же Ким Мингю обязан был появиться в его поле зрения буквально через неделю после того разговора с Намджуном, даже меньше. Это именно то, куда привела его полоса неудач: прямо навстречу к чуть захмелевшему Мингю, улыбающемуся ему так, что Чиминов желудок ухает вниз.
— Ну нифига себе, конечно, Пак Чимин? Не ожидал увидеть тебя здесь. Сколько лет, сколько зим? — говорит Мингю, начисто забывая про заказанную текилу. Чимин краем глаза замечает, что Тэхён с Сокджином с интересом наблюдают за их разговором. Сам он не в силах даже отвести от Мингю взгляд.
О боже, ему задали вопрос.
Нужно что-то ответить.
Надо открыть рот и поддержать разговор.
— Э-э… много? — сдавленно булькает Чимин, чувствуя себя максимально глупо, но Мингю как будто не обращает на это внимания. Возможно, из-за алкоголя, может, он просто сам по себе такой хороший человек. Какова бы ни была причина, Чимин очень рад, что свет в баре приглушён: щёки наверняка сейчас горят, как китайские фонари.
— Я и не знал, что ты… — обрывает фразу на последнем слове Мингю, неопределённо махая рукой в сторону моря людей вокруг и криво улыбаясь. — Хотя кто бы говорил, да?
— Д-да. Я… я даже не думал, что ты… о господи, — медленно, будто в трансе, отвечает Чимин, и внезапно осознание бьёт ему по лицу. Мингю в «Bulletproof». В гей-баре. Мингю гей. Чимин годами сох по нему, но ничего не предпринимал, потому что думал, что у него нет шансов: Мингю ведь всегда был супер-популярен и, если Чимина не подводит память, у него всегда были девушки. Конечно, ни с кем их них он долго не встречался, и это девушки всегда первыми звали его на свидания, но… оу… о-о-оу…
— Поверить не могу! Вот вообще не ожидал встретить здесь кого-нибудь из школы, — продолжает Мингю, и Чимин нервно хихикает, надеясь за этим смешком скрыть бурю эмоций внутри.
— Да… Я тоже…?
— Часто здесь бываешь?
— Ну я… э-э… тут, вроде как, работаю, — отвечает Чимин, демонстрируя Мингю красный браслет на запястье. Мингю удивлённо приподнимает брови.
— Я здесь уже второй раз, интересно, как это я тебя раньше не заметил?
— Ну, я тут, типа, не совсем официально работаю, если можно так выразиться. Просто помогаю. Взял, вот, небольшой перерыв от учёбы, — торопливо объясняет Чимин, стараясь не запинаться. Сердце колотится как бешеное. Да и как тут не волноваться? Его школьный краш стоит перед ним чуть ли не вплотную, склонившись близко-близко — Чимину кажется, будто лицо Мингю, привлекательное до умопомрачения, буквально светится в темноте клуба.
— Круто. Слушай, я тут сейчас с друзьями зависаю, не хочешь присоединиться? — предлагает Мингю, кивая в сторону столиков, и Чимин сглатывает ком в горле. Мингю что, реально сейчас просит потусоваться с ним?
— Я… не могу, — с трудом выдавливает из себя Чимин. — Я же на работе. — В данную секунду он сам не знает, радоваться ему этому или нет. Наверное, всё-таки радоваться, потому что если он сейчас пойдёт к Мингю и его друзьям (которые по какому-то непонятному совпадению выглядят не менее горячо, чем он) то точно, железобетонно всё испортит.
— Точно. Давай я тогда лучше номер твой запишу, нам обязательно надо пересечься как-нибудь. — Мингю передаёт Чимину телефон со своей фирменной кривой улыбкой, и тот осторожно принимает его в руки, всё ещё пытаясь уложить в голове происходящее. Мингю просит сейчас его номер. Лучше не обольщаться раньше времени: возможно, это всего лишь дружеский жест. Боже, а если Мингю настолько пьян, что завтра даже не вспомнит этого разговора? Нет, об этом лучше не думать.
Чимин набирает номер и передаёт телефон обратно. Мингю щурится, рассматривая цифры на экране ещё пару секунд, прежде чем нажать на кнопку вызова. От вибрации телефона в кармане Чимин дёргается так, будто его бьёт током — не меньше.
— А теперь у тебя есть и мой! — радостно объявляет Мингю и хитро подмигивает ему, когда Чимин, вытащив телефон, также как и он мгновение назад, внимательно всматривается в номер на экране. — Слушай, мне уже пора возвращаться к друзьям, но ты в любом случае подходи, если захочешь. Или можем просто попереписываться, — продолжает парень, прежде чем забрать, наконец, свои шоты с текилой с барной стойки и исчезнуть в толпе.
Чимин чувствует, как мозг выдаёт ошибку. Это что, сон?
Если да, то, наверное, удивляться действительно нечему. У него и раньше была очень живая фантазия. Особенно, если дело касалось объекта его любви или горячих парней.
— Ого, Чимини, а кто это был? Он красавчик, — подкалывает Тэхён, неожиданно перевешиваясь к нему через барную стойку. Чимин чуть не ловит сердечный приступ.
— П-просто старый знакомый из школы.
— Фига, у вас в школе были такие парни? А вы с ним шпёхались?
— Ким Тэхён, держи себя в руках, — вмешивается Сокджин и бьёт того по плечу полотенцем, драматично закатывая глаза. — И кто вообще говорит «шпёхались».
— Я думаю, Чимини прекрасно понял, о чём я, — возражает Тэхён, прежде чем снова переключить внимание на Чимина. — Ну так что? Шпёхались или не шпёхались? — продолжает дразнить он, прекрасно зная, что Чимин ничем подобным не занимался.
— Нет-нет, ничего такого. Я просто… сох по нему три года, — признаётся Чимин, понуро опуская плечи, и тут же жалеет о сказанном. Просто замечательно, теперь он звучит, как ещё больший лузер.
— Три года?! — Тэхёнов голос от удивления на миг превращается в фальцет, а его и так огромные глаза становятся ещё огромней. Чимин еле сдерживает себя, чтобы не сморщиться. — Это вообще возможно? Это ж… ай! — он недоговаривает фразу, потому что получает от Сокджина полотенцем уже по голове.
— Нет ничего такого в том, чтобы любить кого-то три года, — как бы между прочим вставляет Сокджин, так же облокачиваясь на барную стойку. — Это очень мило, — продолжает он, надеясь незаметно вывести Чимина на откровения. О, как же ему не хватало отборных гейских сплетен. А всё, что касается Чимина, точно пойдёт в его золотую коллекцию. Особенно потому, что теперь в этом всём варится ещё и Намджун. Таких сплетен, пожалуйста, побольше, и можно без хлеба.
— Окей, он такой красавчик, что я, наверное, даже могу тебя понять, — бубнит Тэхён, начиная барабанить пальцами по гладкой поверхности барной стойки перед ним. — Я видел, вы номерами обменялись, — с коварной ухмылкой добавляет он. Чимин тут же опускает глаза в пол.
— А… да. Он хотел как-нибудь пересечься.
— Так, ну а ты? Он тебя всё ещё интересует? — в лоб спрашивает бармен, в ответ на что Чимин лишь нервно почёсывает подбородок, красноречиво давая понять, что ответ положительный. Что ж, Тэхён понимает. В этом весь Чимин. Чимин из тех, кто будет три долгих года сохнуть по парню, а потом влюбится в него с той же силой много лет спустя.
От этого становится даже как-то жаль, если честно, ведь Тэхён болел за Намджуна. Но стоило только этому Мингю появиться в поле Чиминова зрения, как Намджун сразу отошёл на второй план, и насколько Тэхён знает, их босс скорее из тех, кто тут же сделает шаг в сторону, если Чимин изъявит желание пойти с кем-то на свидание.
Тэхён свахой не нанимался, и лезть в отношения Чимина с боссом уж точно не собирался — не дай боже. Делать ему больше нечего. С другой же стороны… возможно, Мингю — это тот самый толчок, который был нужен Намджуну, чтобы принять для себя ебучее решение. Честно говоря, Тэхёна и всех остальных уже немного тошнит от того, как он ходит вокруг Чимина на цыпочках, наверняка при этом философски размышляя про себя о том, достоин ли он любви. Так что да, возможно, этот Чиминов краш — действительно то, что нужно Намджуну, чтобы осознать.
Хотя не то чтобы Тэхёну было так уж принципиально важно свести Чимина именно с Намджуном. Лишь бы Чимин был счастлив. Просто в Намджуне Тэхён уверен: Намджун точно будет относиться к Чимину хорошо, в отличие от предыдущих Чиминовых парней.
Хотя если Намджун хочет страдать, как идиот, это полностью его выбор.
— П-перерыв кончился. Я пойду, — неловко говорит Чимин, внезапно осознавая, что оба бармена молча смотрят на него, погружённые в свои мысли. Он быстро срывается со стула и отступает к самому дальнему от них столику. Сокджин с Тэхёном переглядываются между собой.
— Интересненько, — резюмирует Тэхён, и Сокджин согласно кивает.
— Хотя Намджун был бы другого мнения.
— Обожаю нашу работу.
***
— Входите, — бормочет Намджун в ответ на стук в дверь его кабинета. Не успевает он толком оторвать глаза от экрана ноутбука, как на пороге уже стоит Сокджин. Неожиданно. — Ты что тут делаешь? — хмурится Намджун, пытаясь понять причину Сокджинова визита. Он переводит взгляд на часы — время уже близится к закрытию бара. Он снова настолько погрузился в свою работу и расчёты, что не заметил, как рабочий день подошёл к концу. И ноющая боль в шее и плечах красноречиво об этом напоминает. — Я тут работаю. — Ты меня понял. — Мне тут одна птичка напела нечто очень занятное. Вот, зашёл поделиться, — продолжает Сокджин, закрывая за собой дверь и направляясь прямиком к дивану. Он садится и элегантно закидывает ногу на ногу. Намджун ловит себя на мысли, что ему уже не нравится, куда это всё идёт. — Тэхён. — Нет. — …мне правда нужно это знать? — вздыхает Намджун. Становится как-то не по себе. Он знает этот Сокджинов взгляд и эту его фирменную улыбочку — и ничего хорошего они ему не сулят. — О, я уверен, ты захочешь знать, — нараспев отвечает Сокджин и машет в воздухе пальцами, иллюстрируя этим всю важность добытой им информации. Намджун бросает на него долгий, тяжёлый взгляд, но в итоге сдаётся и поднимает руки в знак поражения. Сокджин всё равно отсюда не уйдёт, пока не добьётся своего. — Так, ну и что Тэхён натворил в этот раз?.. — Господи, Джун, я же сказал, Тэхён тут ни при чём. — Удивил так удивил, — закатывает глаза Намджун. Сокджин неодобрительно щурит глаза. — Ты отвратительно циничен сегодня. — Прости. Я просто заработался уже, наверное. Что там такое? — Ну короче, стою я, значит, за барной стойкой, работаю. Всё как обычно, и… — Джин… — прерывает его Намджун и испускает такой долгий и тяжёлый вздох, что Сокджин понимает всё без слов. — Ладно-ладно. Я увидел, как Чимин болтает с каким-то красавчиком, и потом они обменялись номерами. Я расспросил его после, и угадай что? Оказывается, у Чимина был огромнейший краш на этого парня в школе, и это длилось три года! Три! Можешь себе представить? — быстро выпаливает Сокджин, хищно сверкая глазами, и затем победоносно улыбается в ожидании Намджуновой реакции. Намджун же не реагирует вовсе. Сложив два и два, он сразу же понял, о каком парне речь. — Почему ты совсем не удивлё… стоп, ты что, знал?! Как ты узнал? Неужели Тэхён рассказал? Я же видел, он не ходил на второй этаж. Чёрт! — Сокджин выглядит почти разочарованным, в то время как Намджун размышляет, подходящее ли сейчас время, чтобы вычеркнуть его из списка лучших друзей. Давно пора. — Тэхён ничего не рассказывал. Рассказал Чимин, — внезапно для самого себя честно признаётся он, чувствуя, как резко наваливается усталость, которой, казалось бы, не было ещё минуту назад. Сил нет даже чтобы возмутиться, не то что высказать Сокджину всё, что он сейчас думает о нём и этой ситуации, а также о том, зачем Сокджин вообще ему про это рассказывает. — Ого… когда? — Во время поездки. — М-м-м, интересно. В любом случае, мы с Тэхёном сегодня увидели его лично, и этот чел просто ходячая секс-бомба. Он просто как… — Джин. — Так, ну я всего лишь решил поделиться, потому что, судя по всему, они договорились пересечься. Ну всё, я побежал прибираться! — заканчивает Сокджин и, послав ему воздушный поцелуй, удаляется. Намджун молча провожает его взглядом.***
Когда Намджун, наконец, спускается вниз, всё, чего он хочет, это по-быстрому добраться домой, упасть на кровать и забыть об этом дне раз и навсегда. Однако внизу, у колонок, нервно крутя телефон в руках, стоит Чимин. — Чимин, ты почему ещё не дома? — спрашивает Намджун, стараясь максимально скрыть своё плохое самочувствие. — Я ждал тебя! — …тебе что-то нужно? — Я просто хотел поговорить с тобой кое о чём, но… прости, я вижу, ты устал. В другой раз спрошу, — извиняется Чимин, разглядев, в каком состоянии находится Намджун. Сам же Намджун лишь качает головой и ободряюще (как он надеется) улыбается. — Да ничего. Просто за компьютером пересидел. В чём дело? — Помнишь, я тебе рассказывал про парня из школы? — начинает Чимин, сразу оживляясь, когда речь заходит про Мингю. Намджун изо всех сил старается сделать вид, что ему всё равно, в то время как на самом деле ему хочется просто… уйти. — Да. — Я встретил его сегодня в баре. Ты представляешь? Все эти годы я сох по нему и думал, какой же я идиот, что втрескался в натурала, а теперь оказывается, что он гей! — Понимаю. — И он меня помнит! Мы обменялись номерами, и он написал мне, что хочет встретиться со мной на следующей неделе, — продолжает Чимин, после чего сильно краснеет и закусывает губу. И Намджун, несмотря на все свои попытки не обращать внимания не может не отметить, как счастлив и взбудоражен Чимин об одной только мысли о свидании с этим парнем. Намджун молчит. — И я о-о-очень волнуюсь. Мне казалось, что спустя столько лет я уже подостыл к нему, но… это же просто с ума сойти! Думаешь, у меня есть с ним шанс? Может, стоит попробовать? Раз уж так вышло, что он тоже гей? Намджун смотрит на полные надежды глаза Чимина и не может вымолвить ни слова. С тех самых пор, как Сокджин ворвался к нему в кабинет с новостями об этом парне, в глубине души ему очень хотелось, чтобы Чимин сказал, что плевать ему на этого краша с высокой колокольни. Однако и слепой бы заметил, что это не так. — Ты ведь сам мне постоянно говоришь, что нужно быть увереннее в себе. Значит, надо брать быка за рога? — спрашивает Чимин, выглядя в равной степени и смущённым, и воодушевлённым, как щенок, ждущий похвалы или когда хозяин погладит его по голове. Намджун знает, что у него не выбора: ему придётся сказать то, что Чимин хочет услышать, несмотря на огромное нежелание это делать. — …да. Если это то, чего ты хочешь. — Это то. И я очень-очень этого хочу. Ты ведь поможешь? — …конечно, — отвечает Намджун, надеясь, что улыбается сейчас достаточно убедительно. Делать вид, что он рад за Чимина — почти физически больно. И он не настолько глуп, чтобы не понимать, почему. — Хорошо, спасибо большое. Боже, я не знаю, я просто не мог тебе не рассказать!.. Мне был жизненно необходим твой совет. Ладненько, тогда я тебя больше не задерживаю! Увидимся завтра, босс! — с искренней улыбкой прощается Чимин и вприпрыжку выбегает из здания. Намджун же остаётся стоять на месте, внезапно забыв всё, что собирался сделать до этого.***
— Привет! Намджун не знает, как реагировать на стоящего у него на пороге Чимина с бумажным пакетом в руках. Пару дней назад Чимин попросился к нему в гости — обсудить своё грядущее свидание с тем самым школьным крашем. Намджун заготовил было уже несколько убедительных отговорок, почему в этот раз он не сможет помочь (потому что он не хочет принимать участие в собственном самоистязании), но в итоге всё равно согласился. Он в крайне невыгодном положении: из-за своих чувств к Чимину он совершенно не может ему отказать. Он даже больше не пытается. Вместо этого он старается убедить себя, что выслушивание восхищённых Чиминовых рассказов об объекте его симпатии наоборот лишь поможет избавиться от этих глупых чувств. — Я принёс еды! Ты, наверное, не ешь фастфуд, но… просто поверь, это вкусно! — Ага. Входи, — Намджун освобождает проход, позволяя Чимину зайти в квартиру. Он успевает уловить запах чего-то вредного из Чиминова пакета, пока сам Чимин уверенно проходит мимо него в гостиную и водружает еду на кофейный столик. — Уже и не помню, когда был у тебя в последний раз, — задумчиво тянет Чимин, с улыбкой оглядываясь вокруг. — Я даже успел соскучиться по твоему дивану. Намджун никак не комментирует его последнюю фразу. Вместо этого он просто садится на своё обычное место на диване и смотрит, как Чимин распаковывает и расставляет на столике маленькие пластиковые и картонные контейнеры из своего пакета. Через пару минут перед ним оказываются дамплинги, токпокки и даже острый рамён — Намджун едва сдерживает смешок. Всё это так… по-Чиминовски. — Я голодный, как собака, — комментирует Чимин, нетерпеливо набрасываясь на еду деревянными палочками, идущими в комплекте с заказом. — Ой… наверное, стоило тебя сначала спросить, а ешь ли ты такое вообще, — одёргивает себя он, замечая, что Намджун за последние несколько минут не проронил ни слова. — Я тоже ем фастфуд, Чимин, — успокаивает его владелец бара, и Чимин с облегчением выдыхает, возвращаясь к еде. — Извини. Я просто думал, что ты в основном, ну… ешь более дорогую еду. — Я учился в обычной школе, в обычном колледже. Естественно, я ел фастфуд, и я люблю его, просто в данный момент я чаще питаюсь более здоровой едой, чтобы не портить желудок, — честно отвечает Намджун. Чимин выглядит так, будто у него камень упал с души после этих слов. — О, а ещё я вот что принёс, — хлопнув в ладоши, говорит он, доставая несколько банок пива из своей сумки. — Опять же, не уверен, что ты такое любишь, но… мне очень хотелось с тобой выпить. — Нормальное пиво. — Отлично. — Ну так что… о чём ты хотел поговорить? — когда с половиной принесённого уже покончено, спрашивает Намджун. Есть на диване немного непривычно. Он даже не может вспомнить, когда в последний раз позволял себе подобное в собственной квартире. И хотя по логике, это должно вызывать у него раздражение, на деле он чувствует… уют. — Итак, мы с Мингю, моим крашем из школы, сходили недавно на ужин. Выпили немного, — начинает объяснять Чимин, нервно перебирая палочки в руках. — И теперь я не совсем понимаю, к чему всё идёт. — В смысле? — Он был очень мил со мной, как и всегда. Мы поболтали о том, кто чем занимался после школы и всё такое… и потом он сказал, что приглашает меня посмотреть фильм в эти выходные. — Чимин хмурится, не уверенный в чём-то. Намджун оставляет от себя еду — фантазия в красках рисует ему описанный Чимином вечер, и аппетит резко куда-то пропадает. — Ну и я такой: да, конечно, давай посмотрим, а потом он проводил меня до дома? — закачивает Чимин, и последняя часть его фразы звучит больше как вопрос, нежели как утверждение. — И? — И я не уверен, он это по-дружески, или… или… я не знаю, возможно, он как-то заинтересован во мне? — смущённо спрашивает Чимин, начиная теребить нижнюю губу, а Намджун… как будто лишается дара речи. У Ким Намджуна всегда было много талантов, и хорошо подвешенный язык входил в их число. У него никогда не было проблем с подбором нужных слов, что особенно помогало в делах любовных, а также во всякого рода скандалах. В разумных пределах — до манипуляций он не опускался никогда. Но в этот самый момент… опуститься очень хочется. Ему ничего не стоит убедить Чимина в том, что Мингю воспринимает его только как друга, пока их общение не переросло в нечто большее. Чимин ему точно поверит — он безоговорочно верит во всё, что говорит ему Намджун. Он же такой наивный… они ведь поэтому и познакомились. Но Намджун не может так поступить. Не потому что не хочет или потому что это против его моральных принципов — он просто хочет быть с Чимином честным. Особенно когда Чимин так окрылён. — Хоть лично я этого твоего Мингю и не встречал, но уже и так вижу, что он в тебе заинтересован, — тихо отвечает Намджун в своей обычной спокойной и собранной манере. Он почти ненавидит себя за то, как искренне звучат его слова. — Да? Ты правда так думаешь? — светясь от счастья, спрашивает Чимин, и Намджун притворяется поглощённым едой, чтобы не смотреть ему в глаза. Он механически кладёт себе что-то в рот и даже не чувствует вкуса. — Это же просто отлично! А то я уже начал волноваться, что слишком много себе надумываю. — Значит, пойдёшь смотреть с ним фильм? — Да! У меня хорошее предчувствие. Я ведь три года… а теперь вот как! — продолжает Чимин с широкой улыбкой, и Намджун силой заставляет себя улыбнуться ему в ответ, хотя в действительности всё, чего он хочет сейчас, это остаться одному. Весь следующий час или около того Чимин продолжает посвящать его в подробности их с Мингю «свидания», но Намджун, несмотря на все свои попытки, не может вспомнить примерно девяносто процентов их разговора к моменту, когда раскрасневшийся от алкоголя Чимин сонно валится на диван. — Чимин, давай я провожу тебя домой, — предлагает Намджун, справедливо рассудив, что в таком состоянии опасно будет отправлять его пешком и одного. Ему совсем не хочется, чтобы Чимин заснул прямо на асфальте где-нибудь по пути. — Я не пьяный! — мило хмурится Чимин, отхлёбывая ещё пива из банки. — Чимин… — Ну не-ет, нам же так весело! Я обожаю с тобой пить, — перебивает его Чимин, пьяно улыбаясь, и Намджун лишь молча смотрит на него в ответ, не зная, что и сказать. — Хотя мне в принципе нравится проводить с тобой время, — продолжает он и внезапно чихает, заставляя Намджуна дёрнуться от неожиданности. Чимин снова тянется за пивом, но Намджун его останавливает. — Чимин, мне кажется, тебе уже хватит, — как можно более мягко говорит Намджун, изо всех сил стараясь игнорировать разочарованный взгляд напротив. Чимин обиженно, почти раздражённо выпячивает нижнюю губу, и Намджуну стоит больших моральных усилий остаться непреклонным. — Вот почему у тебя такого нет? Ты никогда ни перед кем не напиваешься, — бормочет Чимин, оставив попытки сунуть нос в банку с пивом в Намджуновых руках. Намджун не знает, что на это ответить. У него действительно нет такой привычки, он должен всегда быть собран в присутствии других людей, даже если это его близкие друзья. Его нервирует сама перспектива потерять перед кем-то контроль, и Сокджин с Юнги поддевали его на эту тему уже много раз. Иногда Намджун позволяет себе напиваться до приятного шума в голове. Иногда — это только если есть настроение и приятная компания. Это случается исключительно редко, и даже в такие моменты он следит, чтобы не напиваться слишком сильно. Возможно, это всё паршивый жизненный опыт, подсказывающий ему, что нельзя доверять другим. Он слышал чересчур много неприятных историй от своих многочисленных пассий, чтобы позволить себе оказаться в таком уязвимом положении… особенно учитывая тот факт, что за ним постоянно кто-то увивается. — Чимин, давай я провожу тебя домой, — снова пытается Намджун, чувствуя лёгкий дискомфорт от вызванных вопросом Чимина мыслей. Чимин отрицательно качает головой и с улыбкой обвивает руками его торс, закрывая глаза. — Я так рад, что встретил тебя, — невнятно бубнит он, прижимаясь щекой к Намджуновой груди. — Ты мне так сильно нравишься, ты бы знал. Ты такой милый… и хороший, — продолжает блаженно бормотать Чимин, совершенно не обращая внимания на Наджуновы руки, неуверенно обнимающие его в ответ. — Чимин, ты пьян, — немного глупо озвучивает очевидное Намджун. Он знает, где Чимин живёт, и в теории может даже дотащить его до дома, но Чимин сейчас в настолько невменяемом состоянии, что вряд ли очнётся, чтобы открыть им дверь. — Чимин, — снова зовёт его Намджун и тихо вздыхает, слыша тихое сопение откуда-то из района груди. Чимин сейчас безжизненно лежит на нём сверху, и лишь шелестящий звук дыхания доносится из его чуть приоткрытых пухлых губ. Намджун откидывает голову назад, облокачиваясь на диван. Чимин тёплый. Они, чёрт его побери, уже даже целовались, так почему же он сидит, неудобно раскинув руки по разные стороны, и не может шелохнуться в какой-то непонятной и глупой попытке отдалиться от Чимина настолько, насколько возможно? Минут через десять он решает, что разумно будет положить Чимина на кровать, а самому лечь на диван. Обычно он сделал бы наоборот, но чёрт, Чимин сейчас выглядит таким маленьким и мирно спящим… Тем более, что на улице уже холодает, и на диване вполне можно замёрзнуть. Намджун осторожно освобождается из Чиминовых объятий и берёт его на руки, не уверенный, чего ему больше хочется: чтобы Чимин проснулся и ушёл домой, или чтобы так и оставался спящим. Боже, стоило ему только признать свои чувства к Чимину, как буквально через пару дней тот пришёл и сделал это. Намджун ещё не решил, Чимин — это подарок ему с небес или проклятье на его грешную голову, однако факт остаётся фактом: в последние две недели тот доставлял ему одну лишь головную боль и был источником всех его проблем. И всё же, Намджун не может удержаться от глупой улыбки смотря на то, как Чимин сонно что-то бормочет, недовольный, что у него отняли его подушку. По-хорошему, Намджун вообще должен быть оскорблён тем, насколько расслаблено себя ведёт Чимин рядом с ним; тем, что тот постоянно засыпает в его присутствии, растягиваясь на любой доступной поверхности и явно ни на толику не задумываясь о том, как он выглядит в Намджуновых глазах. Намджун поражённо выдыхает, осознавая, что скорее всего, именно это его в Чимине и зацепило в первую очередь. Чимин не играет в недотрогу — если бы играл, Намджун понял бы это через секунду. У Чимина действительно нет намерения как-либо понравиться ему, и мысль об этом странно возбуждает… ровно как и немного вгоняет в депрессию. Намджун сидит некоторое время неподвижно, чтобы не разбудить Чимина, давая ему привыкнуть к новому положению. Когда недовольное сопение прекращается, и Чиминово дыхание вновь выравнивается, Намджун медленно встаёт с дивана с ним на руках. Так же медленно он двигается по направлению к спальне, стараясь случайно не ударить Чимина о мебель или стены по пути. В его спальне всегда тепло благодаря обогревателю, автоматически включающемуся каждый день в одно и то же время. Намджун осторожно опускает Чимина на кровать. Он чувствует каждую впадинку. Слышит каждый шорох одеяла. Видит, как Чиминовы губы растягиваются в счастливой улыбке, когда его голова касается подушки. С непонятным упоением Намджун смотрит, как Чимин сворачивается на кровати в позу эмбриона. Как его мягкие волосы рассыпаются по Намджуновой кипельно-белой подушке, а ресницы отбрасывают небольшую тень на лицо. Намджун сглатывает ком в горле и качает головой, отгоняя наваждение, прежде чем накрыть Чимина одеялом и подоткнуть со всех сторон (хоть и знает, что в спальне и так уже достаточно тепло). — Какого чёрта ты делаешь?.. — бормочет сам себе он и усилием воли заставляет себя выйти из комнаты. Через несколько часов Чимин проснётся и спросит, когда и при каких обстоятельствах он заснул. Завтра Чимин снова будет улыбаться, как ни в чём не бывало, и без остановки болтать о своём намечающемся свидании с Мингю. А Намджун через несколько часов будет притворяться, что рад за него. Сейчас же у него есть время, чтобы остаться наедине со своими мыслями в этой холодной гостиной, пока они не погрузят его в беспокойный сон.
