Falling Slowly

Весь следующий день Доктор и Роуз провели вместе, исследуя достопримечательности Кендала, до которых они не добрались в первую неделю, пытаясь освоиться на новом месте. Это было похоже на настоящее путешествие, и на короткое время Роуз почти забыла, что у них нет ТАРДИС. Для Доктора это был шанс сделать то, что он обычно делал - взять ее за руку, отправиться в приключение, которое они сами себе придумали и отвлечься от того, о чем он совсем не хотел думать. Среди различных мест, которые они посетили, были художественная галерея Эббот Холл и музей, а еще интереснее было от того, что Доктор сыпал историями о встречах с историческими личностями. И пусть из-за этого они ловили на себе косые и любопытные взгляды от людей поблизости, которые слышали их довольно неправдоподобные разговоры. Но это только добавляло веселья. Наконец, они добрались до развалин замка Кендал, расположенных на вершине зеленого холма с густой растительностью, который возвышался над городом. Доктор и Роуз остановились по дороге и прихватили с собой немного еды. В тот день на старых руинах было совсем немного людей, и они чувствовали себя так, будто находились там совсем одни. Осмотрев остов древнего каменного сооружения, друзья нашли подходящее место на земле, и Доктор расстелил свое длинное пальто на траве для импровизированного пикника. Это был живописный солнечный день, легкий нежный ветерок лениво ласкал воздух. Лежа на земле вместе с Доктором и просто наслаждаясь хорошим днем и обществом друг друга, Роуз вспоминала их путешествие на Новую Землю. Может быть, трава, на которой они валялись сейчас, и не была яблочной, но это не имело значения. Роуз просто нравилось быть с Доктором не зависимо от того, где они находились, будь то далекие планеты или Северная Англия. После того, как они закончили с обедом, девушка откинулась на локтях, вытянув перед собой ноги, а Доктор устроился рядом с ней в позе лотоса. Он порылся в кармане пиджака и вытащил блокнот для рисования и карандаш. Роуз покосилась на него с любопытством, когда он начал что-то рисовать. - Что ты делаешь? - спросила она. - Рисую замок, - ответил Доктор, не отвлекаясь от работы. - Я никогда раньше не видела, как ты рисуешь, - задумчиво произнесла девушка. - О, я иногда балуюсь этим, зарисовывая что-то особенно интересное или красивое. То, что поражает мое воображение. - А ты, определенно, человек с кучей талантов, - заметила она с усмешкой. Доктор что-то пробурчал, соглашаясь. Они сидели в дружеском молчании, мужчина продолжал рисовать, а Роуз откинулась на спину и положила руки за голову, глядя на постоянно меняющиеся очертания пушистых белых облаков, плывущих по голубому небу. Затем она закрыла глаза, наслаждаясь приятным ощущением солнечного тепла на своем лице и шелестом легкого ветерка, который иногда прерывался шорохом бумаги, когда Доктор переворачивал страницу и принимался рисовать снова. Через несколько минут Роуз открыла глаза и повернула голову, чтобы посмотреть на него. На лице Повелителя Времени застыло выражение глубокой сосредоточенности. Иногда он переводил взгляд с бумаги на ее лицо и обратно. Она начала понимать, что Доктор делает. Теперь он рисовал ее портрет. Румянец залил щеки девушки, и она начала садиться, но он протянул руку и нежно удержал ее за плечо. - Не надо, пожалуйста, - тихо сказал он. - Я почти закончил. Роуз судорожно сглотнула. Она коротко кивнула и подчинилась, снова ложась на спину. Девушка чувствовала себя ужасно неловко под его пристальным взглядом, зная, что он изучает каждый миллиметр ее лица, рассматривает его черты. Однако, взгляд Доктора был скорее не критичным, а увлеченным. Его руки с изящной точностью очерчивали все линии и изгибы ее лица, запечатлевая этот момент ее жизни, чтобы он навсегда остался с ним. Наконец, мужчина отложил карандаш и провел большим пальцем по рисунку, чтобы сгладить и растушевать линии. - Ну вот, - сказал он почти шепотом, - я закончил. Роуз села и посмотрела на рисунок, который он держал в руках. У нее перехватило дыхание. - Какая красота, - выдохнула она. - У тебя получилось красивее, чем я выгляжу на самом деле. Доктор повернулся к девушке, глядя на нее с глубокой симпатией. - Ты прекрасна, Роуз. Портрет и близко не так красив, как оригинал. Его слова лишили ее дара речи, и, на мгновение, она даже не знала, что ответить. Доктор редко говорил таким тоном. А если и делал так, то за этим обычно следовало бойкое замечание типа: "для человека". Легкий ветерок бросил Роуз в лицо прядь шелковистых светлых волос. Доктор поднял руку и мягко завел ее за ухо, задержав пальцы на щеке девушки. Ее глаза на мгновение закрылись, когда его палец осторожно скользнул по линии ее скулы. Роуз подумала, что хотела бы вечно жить в этом мгновении, потому что то, что сейчас происходило между ними казалось бесценным. Она снова открыла глаза, когда рука Доктора мягко опустилась вниз, и увидела, что его взгляд все еще направлен на нее. Как много ей хотелось сказать ему сейчас, слова поднимались прямо из ее сердца и молили об освобождении. "Я люблю тебя. Позволь мне любить тебя. Позволь показать тебе. Позволь отдать тебе столько моей жизни, сколько мы сможем быть вместе". Но слова тихо замерли в ее горле. Роуз не могла сказать этого, потому что знала, что он не сможет ответить ей тем же. Даже если и был шанс, что он чувствует то же самое, она понимала, что Доктор не позволит себе сказать этого. Потому, вместо этого Роуз просто сказала "спасибо", и ее глаза засияли невысказанной любовью, которую она чувствовала к нему.

***

Когда они, в конце концов, вернулись в квартиру той ночью, Роуз ощущала себя так, будто это был почти идеальный день. И пусть чувства, о которых она хотела сказать, остались невысказанными, но они стали сильнее в ее сердце. Они пожелали друг другу спокойной ночи, Роуз проскользнула в свою комнату, легла в постель и вскоре погрузилась в мирный сон. Доктор тоже отправился к себе, снял кеды, пиджак и галстук. Он достал портрет Роуз, который нарисовал во время прогулки, и легонько провел пальцами по его поверхности, прежде чем положить обратно в карман. Доктор был не в состоянии выразить словами то, что чувствовал глубоко внутри, и, вероятно, никогда не смог бы. Но мужчина надеялся, что каким-то образом сумеет показать ей хотя бы малую часть того, что он видит, когда смотрит на нее - красоту, которую Роуз принесла в его жизнь в то время, когда в ней не было никакой красоты вообще. Она думала, что рисунок прикрашивает действительность, но он знал, что это не так. Ее свет сиял в самых темных уголках его души, и во всей Вселенной для него ничего не было прекраснее, чем Роуз. Время, которое он провел с ней сегодня, почти позволило ему забыть, что в данный момент у них нет ТАРДИС. Почти. Но сейчас, когда девушка ушла спать, в его голове снова воцарилась оглушительная тишина, и он вновь остался наедине со своими мыслями, остро ощущая утраченную связь с кораблем, которая помогала ему не поддаваться кошмарам. Но, несмотря на это, Доктор знал, что ему придется сдаться и попытаться немного отдохнуть. Он не мог продолжать и дальше обходиться без отдыха. Попытка избежать кошмаров, избегая при этом сна, не увенчалась успехом. Доктор закончил раздеваться и натянул темно-синие пижамные штаны. Он выключил лампу на ночном столике, откинул одеяло и лег в постель. Мужчина лежал в темноте, пытаясь очистить свой разум от тревожных, беспокойных мыслей и вернуть чувство спокойствия, надеясь, что кошмары не будут преследовать его этой ночью. Однако, ему не удалось их избежать. Как только сон завладел его телом, тьма завладела его разумом. Массовые крики ужаса, боли и отчаяния мучительно пронзили его сознание. Он не мог отгородиться от этого и не мог отвести взгляд. Из этой бездны мучений не было выхода. Он наблюдал сверху, глядя вниз на могучую Цитадель Повелителей Времени, заключенную в хрустальный шар, который теперь был разрушен. Густой дым и яркое пламя поднимались из города. Корабли Далеков были разбросаны по земле среди обломков и сражающихся групп людей. В самом сердце битвы, миллионы умирали каждую секунду, а само Время воскрешало их, только чтобы найти новые способы покончить с ними снова и снова. Поскольку Война Времени была развязана со всем злом во Вселенной, не только Далеки убивали сейчас народ Доктора. Звезда Деградации, Орда Травести, Дитя Кошмара, Некоронованный Король со своей армией Живущих Меж Темными Временами и Тех, Кого Никогда Не Было - битва была похожа на разверзшийся ад. Сам Доктор воевал на передовой, но потом исчез с поля боя, потому что знал, что должен сделать. Он завладел Моментом. Повелители Времени узнали о его намерениях и сообщили о них Лорду Рассилону. Но Доктора было уже не остановить. Он бы скорее умер тысячью смертей, чем сделал, то, что задумал, но другого выхода не было. Ему придется стать тем, кто положит конец этому ужасу. Но один ужас сменится на другой. И именно Доктор должен стать тем, кто убьет свой собственный народ. Он снова и снова слышал пронзительный крик Провидицы в своем сознании: "Галлифрей сгорит! Галлифрей падёт!". Планета стала багровой, когда пламя охватило его родной мир, и Галлифрей сгорел. Огонь пронесся по земле, безжалостно уничтожая все на своем пути. Некогда великолепные серебристые леса теперь сияли отражением поднимающегося пламени, пока и их не поглотил этот ад. А затем, необузданное пламя обернулось морем крови. Крови его народа. Доктор посмотрел вниз, чтобы увидеть источник крови, который поглощал его планету. Он исходил из его собственных рук. Она лилась из его рук, просачиваясь сквозь пальцы, и поглощала людей. Доктор упал на колени и горько заплакал. Единственным желанием, которое осталось в его жалком существовании - было погибнуть со своим народом. Вместо этого, его наказание стало судьбой худшей, чем смерть. Он был вынужден смотреть, как умирают все остальные. Все до единого. Они пали от его руки. Насмешливые слова Зверя в яме снова и снова звучали в его измученном сознании: "Убийца своего собственного вида". А потом, сквозь эту бесконечную агонию стал просачиваться свет. Он появился из тьмы, смерти и разрушения. Свет усиливался по мере приближения, становясь все ближе и ближе, а затем остановился перед ним. В центре этого всепоглощающего сияния стояла женщина. Роуз. Озаренная самим Временем, она подняла руку и провела ей над сценой разрушения, произнося три слова голосом, который лился на его истерзанную душу словно бальзам: "Война Времени кончается". Далеки для нее были совсем крошечными. Она могла видеть все Время и Пространство - каждый атом их существования, и она разделила их. Далеки рассыпались, кровавая бойня превратилась в ничто, и наступила тишина. Она повернулась к нему, и в ее глазах вспыхнуло все что есть, все что было и все, что когда-либо могло быть. Она протянула к нему руки и произнесла: "Мой Доктор". Теперь, вновь обретя силы, он потянулся к ней и взял ее за руку. В этот миг, в этот славный миг, он снова начал жить. Жизнь снова заполнила темную пустоту в его душе, и он успокоился. Ее рука оставалась в его руке, когда они с радостной беззаботностью бежали сквозь Время и Пространство. Но надвигалась новая темнота. Приближалась сильная буря. Доктор видел ее на горизонте, и она подбиралась все ближе. Она отнимет Роуз у него. В этом он был совершенно уверен. "Отважный ребенок, который погибнет в битве так скоро". Вокруг них начал подниматься бурный ветер, пока вся его мощь не поднялась до небес и не потащила ее прочь. Доктор сжал ее ладонь так сильно, как только мог, но ее пальцы выскальзывали из его руки один за одним. - Роуз! Держись! - кричал он, но все было напрасно. Доктор был вынужден смотреть на происходящее в ужасе, но ничего не мог сделать. Девушка сорвалась с его руки и полетела в самое сердце бури, исчезая, пока он беспомощно кричал ее имя.