Когда распустится зимний цветок

Я не успел даже пискнуть, когда меня швырнули на кровать, в той самой злополучной комнате на третьем этаже. Альфа, сердито сверкая глазами, скинул пиджак на белый ковер, туда же полетела рубашка и наручные часы. Видимо он только вернулся с работы и не ожидал застать такую картину. Я отполз к противоположному краю кровати, но был грубо пойман за ногу и также грубо возвращен назад. Кофта загремела награбленным. Упс. Меня перекосило от страха, а поджилки поджались. Альфа нахмурился, нависая надо мной. Сейчас он меньше всего напоминал того солнечного мужчину. Притворщик, раньше казался таким безобидным, хотя сам должен был понимать, что может произойти, приютив в доме уличного воришку. Я забарахтался, пытаясь выползти из под него, царапая и кусая ему руки, которые пытались перехватить меня и заблокировать попытки сопротивляться. Мое маленькое сердечко точно не выдержит этого. Да нахрена мне вообще сдались эти драгоценности? Вляпался по самые яйца, по другому и выразиться нельзя. Я шипел, дергаясь при каждой попытки альфы подмять меня под себя и поиметь в качестве урока. Феликс в свою очередь порыкивал, в попытки угомонить меня без причинения особого вреда. Он наконец смог поймать мои руки и сжать их, перевязывая галстуком и фиксируя за головой. Мои мышцы свело судорогой от слишком резких движений. Я вздрогнул, когда Феликс расстегнул кофту на мне, от куда вывалилось содержимое: несколько дорогих цепочек, кольца, какая-то статуэтка, блок от ноута и пара серебряных серёжек. Он сдернул кофту наверх к рукам, прикасаясь к футболке, единственной преграде, которая разделяла его руку и мой нежный живот. Я в безысходности издаю звук, похожий на скулеж, трясясь как осиновый лист на ветру. - Нет, стой, подожди, Феликс, не надо, - почти плача, прошу я, пытаясь максимально втянуть живот, чтобы избежать малейший физический контакт. - Я понял, ПОЖАЛУЙСТА НЕ НАДО, НЕ НАДО. Альфа останавливается, но руку не убирал, угрюмо зыркая на меня. Он проходится медленно рукой к низу живота, на что я выгибаюсь, в прямом смысле вжимаясь в кровать, и дергаю ногами. Меня трясет крупной дрожью, на глаза наворачиваются слезы, которые скатываются по щекам, капая на простынь. Меня пытаются изнасиловать. Только недавно я понял, насколько боюсь этого, до сего момента казавшегося безобидным, альфу. А сейчас этот самый альфа представляет мне физическую опасность. Феликс нагнулся к моему лицу. Его взгляд смягчился, но так и остался хмурым. - Что ты понял? Что воровать не хорошо? Или еще что-то? Я отворачиваюсь, зажмуриваясь. Не могу смотреть ему в глаза. - Что все альфы - кобели, вот, что я понял - не удержался от дерзости, сам себя подставил. Но я разве виноват, что мне нужны деньги? Виноват, что не могу выбирать родителей? Виноват в том, что омегой уродился? - Мне нужны деньги и мне посрать, где я их возьму. Альфа даже бровью не повел, видимо именно этого он и ожидал от моей персоны, конечно, надеяться, что я расплачусь у него на плече было бы глупо. - Вот как, раз тебе так нужны деньги, тогда заработай их своим телом, прямо здесь и сейчас, - хмыкнул альфа, на его лице не было ничего кроме разочарования. Здесь только мне плакать надо от безысходности, а не ему рожу срадальческую строить. Я сжался в комок, поджимая ноги к заднице, раздумывая. Лишиться девственности за деньги - это сейчас единственная возможность заработать. Я знаю, что будет больно, знаю, что меня отымеют, может быть не один и не два раза, если это даст шанс расплатиться с долгом, то пусть оно так и будет, но это точно не тот способ, которым я хочу заработать. - И... и сколько ты мне заплатишь? Его брови дрогнули, видимо сейчас он и правда не ожидал положительный ответ, но быстро вернул на лицо серьезность.. - Триста тысяч за одну ночь тебя устроит? - Вполне. Скорее всего в его глазах я теперь выгляжу какой-то шлюхой, но пусть будет так, мне не важно. - Хорошо, тогда не плачься не вовремя процесса, не после, - добавил мужчина, как-то странно улыбаясь, точно не по-доброму. Феликс расстегивает ремень на моих брюках, делая жесткие и резкие движения. Я между тем не сопротивляюсь, лишь подрагивая. Он скидывает штаны на пол вместе с трусами. Я сжимаюсь, смущенно закрывая ногами голое достоинство. С меня, в прямом смысле, срывают футболку, осматривая чуть загорелое, в меру накаченное, тело. Его руки скользнули по шее, приподнимая подбородок и поглаживая за ушком. Я вжимаю голову в плече, щекотно. На минуту руки пропадают. Слышу звуки, открывающейся, тумбочки и шебуршание, привстаю на локтях, заинтересовано наблюдая за альфой. Феликс достает от туда тюбик с гелем и пачку презервативов. Зачем ему целая пачка презервативов? Че еще за гель. Попал я похоже. Почти щенячьими глазами смотрю на своего "насильника", не в силах даже руки освободить. Тот усмехается, залезая снова в кровать. Альфа целует меня в губы, заставляя приоткрыть рот, проникая языком внутрь, он скользнул рукой по груди спускаясь ниже, к животу. Порыкивает мне в рот, создавая приятные вибрации. Я пытаюсь разорвать поцелуй, чтобы вдохнуть кислород, дергая руками. Не могу дышать, кислорода дайте. - Дыши носом, - прошептал Феликс, отрываясь от моих губ. Голова кружится, словно после карусели. Альфа опускается к шеи, проводя цепочку из поцелуев к ключице, спускаясь к груди. Снова на автомате вздрагиваю. Он идет ниже, прямо к бедрам и бесцеремонно раздвигает мои дрожащие ноги. Никогда не чувствовал такого стыда. Феликс стал более нежнее, обхватывая мое достоинство и медленно начиная надрачивать. Я выгибаюсь в новых, невиданных мне, чувств. Чувствую его теплый рот на члене и резко запрокидываю голову назад от наслаждения. Никогда не думал, что это может быть так приятно. не торопясь, пускаю взгляд и встречаюсь с парой миндальных глаз, которые сверлили меня. О Господи, не смотри на меня так! Альфа заглатывает мой член полностью, не косаясь зубами и приятно сдавливая внутри. Тем временем его руки проникают между ягодиц и касаются узкого колечка мышц. Один палец проникает, растягивая тугие стеночки. Холодная жидкость сочится по попе на покрывало. Неприятное чувство, совершенно неприятное. Когда только успел. - Вытащиии, - скулю я, подрагивая и пытаюсь отползти, но меня не пускают, так же твердо держа на месте. Феликс начинает что-то говорить мне в член, создавая мелкие волны. Так горячо, внизу живота приятно тянет, я сейчас расплавлюсь от наслаждения. Его волосы щекотят кожу, по телу бегут мурашки, а волоски на затылке явно встают дыбом. Еле сдерживаюсь, чтобы не кончить ему в рот, напрягая ягодицы, но наталкиваюсь на преграду в виде двух пальцев. Не могу больше сдерживаться, уже собираюсь кончить, как исчезает язык и я запрокидываю голову, протестующе шепя. Мне не дали разрядку. Феликс довольно рычит и добавляет третий палец, не давая рыпаться. Подрагиваю при каждом толчке и скулю, тихо, но протяжно. - Прек-крати...уууу... Пальцы исчезают из ануса. Я перевожу дух, тяжело хватая воздух ртом. Меня переворачивают на живот. От накатившего страха, начинаю вертеться, сминая под собой простынь. - Нет, я передумал, подожди, - почти кричу я, пытаясь развернуться назад, на спину. Меня прижимают к кровати, не обращая внимание на возобновленные дерганья. Мечусь по поверхности словно волчок. Феликс успел снять оставшуюся одежду и наспех одеть презерватив на уже, вставшее колом, достоинство, наваливаясь на меня всем своим весом. - Да успокойся ты, - шикнул он, прижимая голову к одеялу и поглаживая пальцами. Тем не менее эти немудреные телодвижения никак не помогли, лишь добавив давление на мою бедную нервную систему. Его рука медленно проходятся по спине к ягодицам и аккуратно приподнимает их. Как только я немного успокоился, давление сверху пропало, давая снова спокойно дышать. Не могу больше, не хочу. Но меня даже не спрашивают и раздвигают шире ноги, нажимая пальцами на копчик и заставляя выпятить попу. Что-то теплое и мокрое прижимается к анусу, надавливая на колечко мышц. Автоматически сжимаюсь, не давая проникнуть инородному телу внутрь. Альфа надавливает сильнее, толкаясь. Меня перекашивает от боли, когда член медленно проникает головкой внутрь. - Тшшш, расслабься немного, - послышалось над самым ухом. - Не м-могу, он н-не...поместится, - стучу зубами я, но пытаюсь успокоиться и расслабиться. Вскрикиваю, когда Феликс рывком, насильно входит в меня на всю длину. Меня, как будто пронзили копьем. Больно. Чертовски больно. Похоже я сейчас умру. Заполненное чувство кажется мне странным и неприятным. Тело будто сводит судорогой. Я кончаю. Не знаю от чего именно, но точно не от удовольствия, я не мазохист. Альфа поддается вперед, целуя мои плечи и шею, медленно начинает двигаться, утробно урча. Его руки гуляют по моему телу, оставляя горячие следы на коже. Издаю первый полноценный стон, оттопыривая попу навстречу. Сам не понял, как еще шире раздвинул ножки, вставая в полноценную колено-локтевую позу. Рвано дышу, дергая связанными руками. Феликс ускоряет темп, входя на всю длину и почти полностью выходя. Он задевает простоту, заставляя меня прогнуться в восторге и наслаждении. Пугаюсь самого себя, подмечая всю похоть моей омежьей сущности. Альфа в прямом смысле вбивает меня в кровать, прерывисто рыча от удовольствия. Он обнюхивает шею, кажись готовясь поставить метку. Я успеваю закрыть руками загривок, не давая совершить роковой для меня поступок. Внутри разбухает узел, я это чувствую. - Нет, вынь его, - вскрикиваю я, но еще один толчок и мы встаем в замок. Я снова кончаю в оргазме, а за мной и Феликс. Но разбухший орган не перестает расти и распирать стенки анального прохода, кажется надрывая их. Протяжно завываю, слабо сопротивляясь. Крепкие руки прижимают меня к кровати, обнимая. Теперь нам предстояло простоять в сцепке около нескольких часов. Я отрубился почти сразу, измотанный такой нагрузкой. Слышал только голос Феликса. - Мой Истинный... Черная пелена окутала меня, утаскивая в пустоту. На этот раз мне ничего не снилось, вообще ничего, но все время, что я провел в бессознательном состоянии, я чувствовал теплое тело, обнимающее меня крепкими руками и приятный запах, запах детства.