Mission Impossible

— Почему ты не рассказал мне раньше? — зло спросила я. — Все эти годы я винила себя в том, что не смогла довести дело до конца. — Потому что и ты была в опасности, Эли, — ответил Иван. — За тобой следили еще долгие годы, Фредди был очень важен для них. — Ты говорил о чуде. Что иногда может произойти чудо, — сказала я. — Почему оно не произошло с Фредди и Джейн? Вы могли бы пожертвовать мной, но спасти их. — Потому что было поздно, — ответил Иван. Я спрятала лицо в ладони. — Они были счастливы, Иван? Хотя бы чуть-чуть! Иван Иваныч посмотрел мне в глаза: — Да. Они были очень счастливы вместе.

***

Был май. Солнце расцвечивало невероятными красками пейзажи Швейцарии, прозрачный воздух пах травяной свежестью гор. В доме стояла тишина. Фредди спал после тяжелой ночи. Кашель душил его, приступ прошел только под утро. Джейн смотрела в окно и думала о том, что время пролетело так быстро. Каких-то пять с половиной лет назад она влетела в незапирающуюся гримерку в Альберт-Холле. Поцелуй, который перевернул ее жизнь. Завтрак в неприметном кафе наутро, куда Фредди пришел в огромных черных очках и каком-то спортивном костюме — о, как это было волнующе. — Не думала, что ты придешь, — сказала она ему. — Я принес тебе вот это, — он протянул ей пакет, внутри которого было ее розовое платье. — Наденешь как-нибудь, тортик. — О нет, — засмеялась Джейн. — Не хочу быть для тебя тортиком. Фредди взял ее за руку: — Почему нет? Ты же сладкая. Решено: я буду звать тебя тортиком (Cake). Джейн почувствовала, что краснеет. — По поводу вчерашнего, — начала она. Ей хотелось сказать, что поцелуй это была случайность, но Фредди перебил ее: — Тортик, не говори ничего. Это был чудесный поцелуй. И теперь я хочу угостить тебя завтраком. Расскажи о себе. Что случилось с тобой вчера и кто мог на тебя напасть? Они заказали себе яичницу с беконом и консервированной фасолью (в меню был только типичный английский завтрак) и начали болтать, как старые знакомые. Джейн рассказала Фредди о том, что услышала, сидя в шкафу, а потом так получилось, что за разговором она напела Фредди несколько своих песен, а он пришел в буйный восторг. Они сошлись на том, что надо послушать человека, спасшего Джейн от преследователей, и решили найти Джейн новую квартиру по объявлениям в газете. Это занятие очень увлекло их. Джейн и Фредди объездили пол-Лондона на такси и нашли очень неплохую квартирку в пригороде. Фредди сразу же оплатил ее на полгода вперед. — Я не могу принять эти деньги от тебя, — сказала Джейн. — Мы почти не знакомы. — Тортик, я знаю, что у тебя неприятности, а у меня полно денег. Для меня это сущая мелочь. За ночь в клубе я могу просадить больше. — Все равно, как-то неловко. И я не знаю, когда я смогу тебе отдать эти деньги. Мне нужно и документы новые сделать, и работу найти. Фредди засмеялся: — Этим ты займешься завтра, а сейчас мне нужно кое-что проверить. С этими словами он привлек ее к себе и снова поцеловал. — О боже, ты действительно сладкая. В этот раз они никуда уже не спешили, поэтому Джейн закрыла глаза и отдалась этому действительно сладкому поцелую, чувствуя, что она больше никогда не покинет этого человека. — Где здесь кровать, — простонал Фредди, снося какие-то коробки, стоявшие в коридоре. — Хочу тебя безумно. И хотя это было совершенно не похоже на Джейн, она понимала, что сейчас это случится. Никогда еще она так быстро не отдавалась мужчине, но сейчас она действительно умирала от страсти. Одежда летела во все стороны, и прильнув друг к другу обнаженными телами, они поцеловались, все крепче и крепче сжимая объятия. И то, что происходило потом, было прекрасно и полно нежности. Фредди заполнил Джейн изнутри, и она изгибалась в его руках в попытках получить его больше и больше. Прикосновения Фредди к ее груди заставляли ее трепетать, поцелуи становились все более жадными и требовательными, ее пальцы оставляли следы на его спине… Потом они лежали на кровати, смотрели друг другу в глаза и Фредди гладил волосы Джейн. — Тортик, — прошептал он. — Ты чудесная. Хочу съесть тебя до последнего кусочка. — Фредди, ты потрясающий, — искренне сказала Джейн. — Не верится, что это происходит… — Что будет дальше? — спросил он. — Ты уедешь из Лондона? — Теперь я не знаю. Я бы уехала, если бы не ты. Не хочу уезжать, не зная, чем все это закончится. — Странно, я тоже думал об этом именно так — мне интересно, чем все это закончится. Потому что у меня никогда еще так не начиналось. Джейн села на кровати. — Ну, полагаю, это же несерьезно? — Что несерьезно? — Ну вот то, что между нами. Я читала о тебе, что у тебя в постели одновременно может быть 6 человек. Фредди засмеялся, обнажая крупные зубы. — Ну и что? Откуда ты можешь знать, серьезно это или нет? Все только началось. И знаешь, что? Пойдем куда-нибудь пообедаем, а завтра начнем обставлять твою квартирку. — Фредди, я не могу брать у тебя деньги — повторяю. — Можешь. Потому что я так хочу. На следующий день Джейн доставили пианино и гитару, а также изящную, явно не дешевую новую мебель. Фредди забежал к ней вечером с пакетом продуктов, внимательно осмотрел, как все было расставлено, удовлетворенно кивнул и убежал на какое-то мероприятие. Через день он пришел к Джейн с самого утра и весь день они занимались тем, что пели его новые песни. Джейн перепевала их по-своему, и похоже, Фредди очень нравились ее идеи, потому что потом она слышала их на концертах. Как-то раз Джейн спела для Фредди песню его любимых Битлз, переложив ее на пианино (и заменив все "she" на "he"): A love like ours Такая любовь, как у нас с тобой, Could never die Никогда не умрет, As long as I have you near me. Пока ты рядом со мной*. Фредди был в восторге и просил ее спеть эту песню еще и еще, подпевая ей и играя с ней на пианино в четыре руки. Горячие музыкальные дни перетекали в горячие ночи. И однажды Фредди, обнимая ее разгоряченное тело, произнес: — Я люблю тебя, Джейн. Люблю с момента, когда ты розовым тортиком ворвалась в мою жизнь. Я хочу видеть тебя каждый день, хочу, чтобы у нас были дети, чтобы мы были вместе каждую секунду этой гребаной жизни. Джейн обняла его: — Я тоже очень, очень люблю тебя. И мне тоже надоело прятаться. Может быть, нам пора где-нибудь появиться вместе? — Может быть, мы споем вместе на моем следующем концерте? — спросил Фредди и закашлялся. — Опять простуда, черт ее дери. — Тебе надо к врачу, — строго сказала Джейн. — Не надо шутить с горлом. Это твой хлеб, Фредди. — Слушаюсь, мамочка, — со смехом ответил ей Фредди. Джейн сделала страшные глаза: она ужасно не любила, когда Фредди называл ее так. Ей казалось, слово "мамочка" убивает страсть.

***

Рано утром в квартире Джейн раздался звонок, которого они оба ждали. И боялись. Джейн была в душе, собираясь на работу в студию (тогда она записывала несколько песен для одной группы). Фредди снял трубку. — Да, док. Какие результаты? — лицо его помрачнело. — Это точно? Спасибо. Что дальше? Хорошо. Мы приедем к вам завтра в 7 утра. Джейн вышла из ванной и услышала конец разговора. — Какие новости, дорогой? Фредди молчал. — Не молчи, Фредди. Что уж теперь? Все плохо, да? — Тортик, пришли твои результаты. Док сказал, что у тебя то же, что и у меня. Завтра мы едем в клинику, чтобы узнать, что можно сделать... Джейн не удивилась. Ну, чему тут удивляться… Эта новомодная гейская болезнь встречалась и у женщин. Да и с Фредди они так часто занимались любовью, что нет ничего неожиданного в ее диагнозе. Она села на кровать и вздохнула. Увы, все мечты — свадьба, дети, внуки, песни, музыка — все растаяло, как снег. Тогда никто еще не знал, что у больных ВИЧ могут родиться здоровые дети. — Тортик, — Фредди не мог посмотреть ей в лицо, — если бы я мог повернуть время вспять… — Ты бы не поцеловал меня? Ты бы не переодел меня в мужской костюм и не вытащил из той передряги? Не пел бы со мной и не танцевал бы? Не любил бы меня? — спросила она. — Да это были лучшие годы за всю мою жизнь. Мне не на что жаловаться, Фредди. — Я бы был осторожнее раньше… Как я мог заразить тебя!!! — Если бы ты был осторожнее, то это был бы не ты, — улыбнулась она. — Мне так жаль, что это с нами случилось. Но в конце концов, мы все равно не бессмертные. Давай проживем оставшиеся годы так, чтобы небесам стало жарко! Например, надо довести до ума «Барселону»! - Хорошо, мамочка, - улыбнулся Фредди. Он так любил, когда эта хрупкая девушка командовала. Джейн устало улыбнулась и крепко обняла его.

***

В тот же майский день, когда Джейн предавалась воспоминаниям, Брайан и Фредди находились в студии, записывая песню Mother Love. Ее написал Брайан, но в этот раз он испытывал необходимость согласовывать текст с Фредди. И каждую строчку они вычитывали и правили. I don't want to sleep with you, Я не хочу спать с тобой, I don't need the passion too, И страсть мне тоже не нужна. I don't want a stormy affair Мне не нужен бурный роман, To make me feel my life is heading somewhere Чтобы почувствовать, что моя жизнь имеет смысл. All I want is the comfort and care Все, что мне нужно, - это поддержка и забота, Just to know that my woman gives me sweet Мне просто нужно, чтобы моя женщина дарила мне нежную Mother Love… Любовь матери. Брайан с удивлением слушал, как Фредди проникновенно поет о любви к женщине, и вспомнил, что до него дошли слухи о том, что в Монтрё Фредди живет не один. И не с Джимом Хаттоном. В слухах фигурировала женщина. — Фредди, скажи мне, ты ведь не один сейчас? Фредди повернулся к Брайану: — В каком смысле, дорогой? — У тебя есть кто-то? Фредди посмотрел в глаза Брайану, который всегда был настолько вежлив, что не лез в личную жизнь друзей. Но сейчас Брайану очень хотелось, чтобы умирающий друг был не одинок. Фредди положил худую и холодную ладонь на руку Брайана. — Не волнуйся, дорогой. Уже шесть лет я не один. — Это Джим? — Брайан сразу понял, что речь идет не о Мэри. Фредди улыбнулся. — Это другой человек, Брайан. — Я знаю его? — Ты не знаешь ее, — ответил Фредди и опрокинул в себя стопку водки, Брайан понял: слухи не так уж преувеличены. — А теперь включайте запись. Я буду петь. В тот день Брайан услышал свою песню по-другому. Фредди пел о том, что у него не осталось надежд, что на сердце тяжело, но он не сможет плакать перед той, которую любит. Он взял такую пронзительную высоту, исполняя эту песню, что Брайан с трудом удержал слезы. All I want is to know that you're there, Я хочу знать только одно – что ты рядом You're gonna give me all your sweet И что ты подаришь мне всю свою нежную Mother Love… Любовь матери... — Брайан, — вдруг прошептал побледневший Фредди. — Я очень устал. Третий куплет я допою потом. Сейчас мне нужно домой. Брайан кивнул. — Я провожу тебя. Познакомишь со своей подругой. — Не надо, дорогой, — тихо сказал Фредди. — Меня проводит Терри. Тогда он был в студии последний раз, а Брайан, вспоминая об этом разговоре, корил себя за то, что не узнал, кто была та женщина, которая сделала из гуляки Фредди домоседа, которая вернула душевность в их совместное творчество и скрасила последние дни Фредди.

***

Фредди вернулся домой из студии. Терри сказал Джейн, что сегодня он не смог допеть песню, почувствовав себя очень плохо. Вдвоем они уложили Фредди в постель. - Сделать тебе чаю? - спросила Джейн. Фредди отрицательно покачал головой. Она легла рядом с ним, взяла его ладонь и поднесла к своим губам. - Бедный, бедный мой... Она знала, что, наверное, настала пора возвращаться в Лондон. Там были лучшие врачи, да и Фредди хотел навести порядок в своих делах, прежде чем он умрет. А то, что он умрет, ему уже озвучили. Осталось несколько месяцев. Возможно, год. Ее болезнь тоже прогрессировала. На лице, спине, руках были ужасные пятна, девушка стала устрашающе худой. Сил почти не было, но пока она чувствовала себя намного лучше, чем Фредди. - Джейн, - тихо сказал Фредди. - Я хочу переписать завещание. Я хочу оставить тебе половину всего, что у меня есть. Ты ведь моя жена. - Фредди, посмотри на меня, - сказала Джейн. - Я тоже не задержусь на этом свете. К чему мне половина твоего состояния? Оставь все родителям, друзьям, Мэри, в конце концов. Фредди посмотрел в окно. Джейн, как всегда, была права. - Выходит, никто и не узнает, что у меня была ты? - спросил он ее. - Зачем кому-то знать, что у Фредди была девушка, которая умерла от СПИДа, - ответила Джейн. - Это будет скандал. - А не все ли нам равно, Тортик? - Фредди сделал попытку улыбнуться. - Нам - все равно. Но твоим родным, твоим друзьям - нет. Не будем купать их в дерьме. Пусть все останется, как есть. Главное, что мы с тобой вместе, рядом. - Как ты думаешь, Тортик, есть ли жизнь после смерти? - Не знаю, милый. Но я хочу верить, что там, на небесах, все-таки сидит дядька с бородой, который видит, как сильно я люблю тебя, и не даст нам разлучиться. Последние недели в Монтрё были печальными и невероятно тёплыми. Фредди почти уже не пел, но любил слушать, как Джейн сочиняет музыку для очередного своего проекта. Однажды он попросил ее: - Сыграй мне что-нибудь из Ареты Франклин, дорогая. Джейн знала, как сильно Фредди любит Арету, да и самой ей безумно нравились Аретины госпелы. Но сейчас ей хотелось сыграть одну из самых чудесных песен Ареты о любви - I say a little prayer for you. Такая веселая, жизнеутверждающая мелодия! The moment I wake up В тот момент, когда я просыпаюсь, Before I put on my makeup Перед тем, как накраситься, I say a little prayer for you Я молюсь за тебя. While combing my hair, now И пока я расчесываю свои волосы, And wondering what dress to wear, now И ломаю голову над тем, какое платье надеть, I say a little prayer for you Я молюсь за тебя . Forever, forever, you'll stay in my heart Ты останешься в моем сердце навеки, And I will love you И я буду любить тебя Forever and ever we never will part Вечно, мы никогда не расстанемся Oh, how I'll love you Как я люблю тебя! Together, together, that's how it must be Вместе, вместе - вот так должно быть To live without you Жизнь без тебя Would only be heartbreak for me Это единственное, что может разбить мне сердце. Фредди слушал ее, погрузившись в свои мысли. О чем он думал в тот момент, он так и не сказал. Джейн продолжила песней You've got a friend**, сейчас ее слова звучали так своевременно: - When you're down and troubled Когда тебе грустно и плохо, And you need some loving care И все, что тебе нужно, - немного любви, And nothing, nothing is going right И все идет наперекосяк, Close your eyes and think of me Закрой глаза и подумай обо мне, And soon I will be there И я приду к тебе, To brighten up even your darkest night Чтобы сделать светлой самую темную твою ночь. You just call out my name Просто позови меня, And you know wherever I am И знай: где бы я ни был, I'll come running to see you again Я примчусь, чтобы увидеть тебя снова, Winter, spring, summer or fall Зима ли, весна, лето или осень: All you have to do is call Все, что ты должна сделать, - просто позвать. - Джейн, - сказал Фредди. - Спасибо за то, что поешь для меня.Я всегда любил эту песню. Арета - прекрасная, правда? - он помолчал и продолжил. - Я понял сейчас, что хочу уйти под эту песню. Она дает мне осознание, что смерть это не конец. И однажды я снова буду с теми, кого люблю. Джейн вышла из комнаты, чтобы Фредди не увидел ее слез. Удержать их было уже невозможно.

***

Через несколько дней Фредди и Джейн вернулись в Лондон, где им пришлось расстаться, чтобы избежать огласки их отношений. Фредди отправился в Гарден Лодж, где его окружили заботой многочисленные экс-любовники и, конечно, "old faithful" Мэри. Джейн поселилась в квартирке недалеко от Гарден Лодж, которую Фредди купил ей, когда истек срок аренды той квартиры, которую они снимали в самом начале их отношений. Она приходила к Фредди почти каждый день под видом медсестры, что до поры, до времени не вызывало в Гарден Лодж никаких вопросов. Тем временем, Фредди почти перестал вставать с постели. В августе он начал составлять план своих похорон. Несколько раз Брайан приходил проведать Фредди. В глубине души он надеялся увидеть таинственную девушку друга, но рядом с Фредди были все те же — прислуга и Мэри. — Фредди, твоя подруга больше не с тобой? — спросил однажды Брайан. Фредди лежал в постели, худющий, бледный. Нос его заострился, и Брайан подумал, что другу осталось немного. — Как это не похоже на тебя, Брайан. Раньше ты не был таким любопытным. — Я волнуюсь за тебя. — Не волнуйся. Все хорошо. И давай не будем говорить о моей личной жизни, ее было и будет не так много. Давай просто помолчим. Брайан замолк. Фредди лежал на постели, но из уголков его глаз вдруг покатились слезинки. Брайан рванулся к другу, но Фредди отвернулся и махнул рукой, мол, не подходи. — Фредди, — вдруг заговорил Брайан. — Если только я что-то могу сделать для тебя и твоей подруги, скажи мне. Только одно слово. Но Фредди не ответил ему, провалившись в сон. Брайан уходил с тяжелым сердцем. Навстречу ему прошла медсестра в белом халате и маске, он часто встречал ее в Гарден Лодж. — Он спит, — сказал Брайан ей. Она кивнула: — Да, я знаю. Я побуду с ним некоторое время. Брайан вдруг увидел на ее лице что-то вроде темного пятна, почти скрытого маской. «Саркома Капоши? — удивился он. — у медсестры тоже СПИД?» Только потом Брайан подумал, что, возможно, в тот день он столкнулся с последней любовью Фредди.

***

— Если бы не Тортик, Фредди было бы намного хуже, — сказал Иван Иваныч. — Она спасла его от депрессии и дала ему силы творить. — У меня такое ощущение, что она растворилась в его гении, — задумчиво сказала я. — Не то, чтобы я судила, но разве такой творческой натуре, как она, это все было по душе? — У нее была своя жизнь, ведь они с Фредди не постоянно были вместе. Да и затворницей она не была. Она, кстати, стала автором огромного количества песен на английской эстраде конца 80-х. Может быть, она не стала очень популярной, но к этому она уже и не стремилась. — Как она умерла? Кто был рядом с ней? — спросила я. — Как я поняла из твоих слов, она была с Фредди, когда он ушел. А она, выходит, умерла в одиночестве? Иван Иваныч взял мои руки в свои. — Нет, рядом с ней был я. — Как это произошло? — задала я вопрос, ответ на который я и хотела, и боялась узнать.