Mission Impossible

Стаса ждал лимузин с охлажденным шампанским и - кто бы сомневался - горячими девушками. Агент обставил его отъезд в Голливуд с присущим событию шиком. В Шереметьево была запланирована небольшая пресс-конференция, и агент рассказывал Стасу на ухо, что нужно будет отвечать на вопросы журналистов. Стас почти не слушал. Он думал о том, что этот американский проект станет водоразделом в его карьере, да что в карьере - в целой жизни. На несколько мучительных мгновений, заставивших его сердце сжаться, перед его глазами пронесся тот вечер, который он провел с по-настоящему понравившейся ему девушкой: ее лицо в полумраке кафе, теплая рука, которую он сжимал в своей, ее серебристый смех, которым она отзывалась на его шутки. Лучший вечер за долгие годы жизни Стаса. А потом настал худший день в его жизни - день, когда эта девушка забыла его, наверное, навсегда, день, когда она закричала от ужаса, увидев его. Он больше не может так. Каждый раз, когда он начинает во что-то верить, он теряет почву под ногами. То, чему он верит, превращается в пыль. И пусть Дана не виновата, что забыла его - он тоже не виноват, что не может больше ждать, пока она вспомнит. Потому что он не верит, что она вспомнит его. Поэтому пускай и это разочарование останется в прошлом. Мало ли этих разочарований было у него? Одним больше, одним меньше. Красные ковровые дорожки, свет софитов, всемирная слава и огромные деньги - вот это его будущее, и другого ему не нужно. Любовь? - он усмехнулся. - Любви нет.

***

Дана сидела у иллюминатора и смотрела на серебристые облака, думая о своих странных снах, о возвращении памяти, о том, что Стас, оказывается, приходил в больницу и хотел заботиться о ней. Тот единственный вечер, что они провели вдвоем, - неужели так много значил для него, для суперзвезды такого масштаба? И если так, то почему сейчас он сделал вид, что не узнал ее? Что произошло с ним за эти долгие месяцы? Наверное, встретил кого-то еще, - ответила она сама себе. Жаль, но такова жизнь, она не станет ждать. Вечной любви не существует. Потом Дана посмотрела на сидевшую рядом Элеонору. Девушка подозревала, что Элеонора летит в Москву из-за Стаса, и уже несколько раз сказала ей, что если ее подозрения подтвердятся, она уволится, потому что не собирается напоминать о себе и унижаться перед этим человеком. Элеонора явно не слушала Данины угрозы, не отрывая глаз от своего планшета. Дане пришлось отстать от начальницы. И сейчас, предоставленная сама себе, глядя на облака, Дана думала, что все же очень жалеет о том, как закончился тот прекрасный вечер, когда она была со Стасом. Ей казалось тогда, что они оба находятся на пороге чего-то очень важного. Если бы не то нападение, кто знает, во что бы превратился их едва зарождавшийся роман. Увы, теперь ей этого никогда не узнать. Самолет пошел на посадку.

***

Оказавшись в аэропорту, я, не отрываясь, смотрела на планшет, где работала программа, отслеживающая местоположение объектов моего задания. И если один объект стоял рядом со мной, недовольный и считающий, что я сошла с ума, то Стас был довольно далеко. Судя по карте, Стас находился недалеко от входа в терминал F, где, как сообщали новости, проходила его стихийная пресс-конференция. Впрочем, насколько я понимала, она уже заканчивалась: время вылета неумолимо приближалось. Но мы должны были успеть на эту пресс-конференцию во что бы то ни стало! - Дана, - сказала я. - Я опаздываю на одну встречу, побежали быстрее к выходу. - Что за встреча? - спросила девушка недоверчиво. - И где она? Пока бежим, я могу вызвать Геттакси. Я проигнорировала ее вопрос, и мы понеслись по переходам Шереметьево. Конечно, я думала, что я сделаю, когда мы окажемся рядом со Стасом, ведь Дана не была настроена общаться с ним, она была обижена на то, что он бросил трубку. Я решила, что главное - добежать до него, пока он не прошел на посадку, а дальше что-нибудь да придумается. Всегда любила импровизацию.

***

Стас удовлетворенно обводил взглядом толпу журналистов. Микрофоны, камеры, гул голосов - он получит отличную прессу. - Стас, как давно вы получили предложение от компании Вайнштейна? - услышал он вопрос. - Примерно полгода назад. Мы познакомились на одном мероприятии, оказывается, за моей карьерой Харви давно уже наблюдал... В общем, звезды сошлись и мы встретились. - Вас не смущает репутация господина Вайнштейна? - спросила журналистка одного из оппозиционных каналов, он давно запомнил ее: она была феминисткой и явно недолюбливала Стаса за его потребительское отношение к женщинам. - А почему она должна меня смущать? - пожал Стас плечами. - Я еду работать, а не заниматься сексом с Харви. Пусть смущаются те, кто именно так делает свою карьеру в кино. Поднялся шум, журналисты перекрикивали друг друга, но возмущенный голос журналистки-феминистки Стас все же уловил: - То есть вы считаете, что продюсеру позволительно так вести себя с женщинами? И что все те женщины, которые обвиняют его в домогательствах, сами виноваты? И делают свою карьеру через постель? - Я считаю, что с тобой ведут себя так, как ты позволяешь, - резко ответил Стас. Девушка покраснела от негодования и собралась было что-то ответить ему, но агент быстро указал на другого репортера: - Ваш вопрос, пожалуйста, вижу, давно ждете. - Кто будет ждать вас в Москве, Стас? Есть ли у вас девушка? Стас усмехнулся. Он знал, что скажет, и ответ его будет классическим для любого холостого актера, чья аудитория - женщины: - Нет, я пока еще не встретил ту единственную. Так что возможно, моя поездка в США поможет мне наладить и личную жизнь. Агент выразительно посмотрел на часы: - Нам пора на посадку. Последний вопрос, пожалуйста.

***

Дана посмотрела на меня очень недовольным взглядом. Она уже издали заметила толпу журналистов, к которой мы бежали, и замедлила шаг. - Я так и знала, что вы спешите к Стасу, - гневно сказала девушка. - Если вы хотите, чтобы я с ним поговорила, то я повторяю: я не хочу с ним общаться! Она остановилась, развернулась и пошла в противоположную сторону. Я догнала ее и схватила за руку: - Послушай меня, Дана, можешь довериться мне хотя бы на несколько минут? - С какой стати? Я уже позвонила ему по вашей просьбе. Чувствую себя оплеванной с тех пор. - С той стати, что это не он ответил тебе по телефону, - вырвалось у меня. - Это был не он! - Откуда вы знаете? - Дана дала понять, что явно устала от меня. Она не верила ни одному моему слову. - Оттуда, - отрезала я, схватила ее за руку и потащила за собой. Она, не желая устраивать сцен посреди аэропорта, пошла за мной с обреченным видом. Я была уверена, что в мыслях она ругала меня самыми разнообразными словами, самым необидным из которых была "психичка". - Я не собираюсь с ним разговаривать, - процедила она мне в спину. - Даже не думайте, что заставите меня заговорить с ним. Ох уж эти неуверенные люди и их запредельная гордость! Сколько я встречала вас на своем пути! Но вам меня не остановить. Мы подбежали к толпе журналистов ровно в тот момент, когда агент Стаса произнес: - Последний вопрос, пожалуйста. Недолго думая, я громко спросила: - Стас, что вы думаете о ретроградной амнезии? - что я несу, подумалось мне. Тоже мне, мастер импровизации. Но что сделано - то сделано. Стас вздрогнул и уставился на меня. Он, несомненно, узнал меня, слегка порозовел и только открыл рот, чтобы ответить, как увидел рядом со мной Дану. Выражение его лица изменилось, что не могли не заметить остальные журналисты. Стас перевел взгляд на меня, и я кивнула, беззвучно, только губами, произнеся фразу: "Она помнит!" - Я думаю, это страшно, - сказал Стас, и фотографы в изумлении защелкали фотокамерами, заметив, как покраснели его глаза. - Забыть тех, кому ты дорог, это плохо не только для тебя, но и для них. Ради этого момента стоило выглядеть смешно и глупо. Потому что в глазах Стаса светилась такая радость, что Дана мгновенно осознала, что он не мог не узнать ее, не мог бросить трубку, услышав ее голос, и что я не обманула ее. Я повернулась к ней и молча приподняла брови, мол, что ты скажешь на это, дорогая? Она сжала мою руку: - Откуда вы знали, что это был не он? - Догадалась. Дана посмотрела мне прямо в глаза: - Элеонора, кто вы? Я промолчала. Вдруг, к удивлению прессы, Стас направился в нашу сторону. Он продирался сквозь толпу репортеров, не отводя от нас взгляда, словно боялся, что мы испаримся. - Элеонора, - тихо сказала Дана. - Ответьте на мой вопрос. Мне нужно знать. - Ты и так знаешь все, что требуется, - произнесла я. - И я тебе больше не нужна. В этот момент Стас, наконец, сумел выбраться из толпы и стремительно подошел к Дане и обнял ее. - Ты вспомнила, - сказал он. - Я уже и не надеялся, что это случится. - Да, - ответила она.- Вижу, что не надеялся и времени зря не терял. Летишь в Америку? - Я? - засмеялся он. - Теперь, когда ты снова помнишь меня? Да ни за что. - Шутишь? - Я серьезен, как никогда, - сказал Стас. - Я хотел уехать, потому что меня ничто здесь не держало. Ты забыла и боялась меня. И поэтому я хотел забыть тебя тоже. Они замолчали. И воцарилась странная тишина - даже журналисты притихли, снимая эту необычную пару. Я никогда еще не видела, чтобы люди ТАК смотрели друг на друга. Та тонкая нить, которая когда-то связала этого молодого человека и эту девушку с помощью милой французской песенки, на моих глазах крепла и превращалась в стальной канат. Что-то невероятное происходило сейчас на моих глазах, и я видела, каким светом озарены их лица. Им не нужно было произносить ни слова, казалось, они понимают друг друга и без разговоров. Эти молодые люди, которые никак не могли наглядеться друг на друга, выглядели так трогательно, что даже прожженные циники-журналисты не могли сдержать добрых улыбок, потому что в этом странном объятии посреди аэропорта было настоящее, правильное, прекрасное чувство. Тогда я ясно увидела будущее: двое замечательных деток, улыбки, смех, утренний кофе, новые фильмы, которые вдохновят многих на хорошие поступки, пусть и не принесут Стасу миллионы. Солнечное, прекрасное будущее было впереди у этих двоих, и я теперь поняла, почему высшие эшелоны так настаивали на выполнении этого задания. Столько чудесного происходит, и весь мир становится лучше, когда люди находят свою любовь. Тем временем Стас и Дана, не сговариваясь, направились к выходу из аэропорта. И я поняла, что Стас не шутил, когда сказал, что Голливуд ему не нужен. - Куда ты, Стас? - бросился к нему его агент, бросив на меня полный ненависти взгляд. - у нас скоро вылет. - Я никуда не лечу, - спокойно ответил Стас. -Я остаюсь в Москве. - Из-за девчонки, которую ты толком и не знаешь? - прошипел агент. - Ты понимаешь, что это глупо? - Мне кажется, я знаю ее всю жизнь. - У тебя контракт с Вайнштейном!!! - Мы должны подписать его, когда я прилечу в Лос-Анджелес, а я туда пока не прилетел. Так что контракта пока нет. - Стас, - агент забежал вперед Стаса и преградил ему дорогу, - не совершай ошибку. Это твой шанс стать мировой звездой. Неужели ты упустишь его ради этой, - и агент с презрением кивнул в сторону Даны. - Знаешь, - сказал Стас. - Мой ответ: да. Упущу. И знаешь, почему? Потому что ни одна награда, ни одна тусовка, ни еще один нолик на моем банковском счете не принесли столько счастья, сколько один вечер с ней. А я хочу, представь себе, чувствовать себя счастливым. - Ты подписал контракт, - процедил агент. - Раньше ты считал счастьем другие вещи. Получи и распишись. Стас похолодел. Он вспомнил тот странный вечер и договор, подписанный кровью, который он считал плодом своего воображения. На этот договор намекает агент? Но рядом с ним была девушка, о которой он мечтал долгие месяцы. И заглянув сегодня в ее глаза, он понял, что она тоже любит его. И ее любовь была единственным, что имело для него значение. - Мне плевать на договор, - сказал Стас. - Честно. Я ухожу. И Стас продолжил свой путь к выходу из терминала. Журналисты словно сошли с ума, записывая репортажи и прямые эфиры, объявляя, что Стас отказался лететь в США и что, как оказалось, у этого прожженного плейбоя в России есть девушка, и это серьезные отношения. В этот момент я увидела их – Агентов влияния. Они, видимо, прибыли поддержать своего коллегу, стояли неподалеку и смотрели на Стаса и Дану, мрачно и решительно. Один из них поднял руку и прозвучал выстрел. Я вздрогнула. За сотую долю секунду я поняла, что нарисованное мною прекрасное будущее рассыпается как разбитое зеркало. Вместо счастливой и любящей семьи Дану ждет смерть, а Стас, пытаясь забыть очередной неудавшийся роман, вернется в шоу-бизнес, где будет сниматься в фильмах про секс, насилие и наркотики. Потому что все, что его будет интересовать, это деньги. Однажды мы уже проиграли агентам. Тридцать лет назад в Лондоне мы не спасли невероятного мужчину и невероятную женщину, и тогда все пошло прахом. То проваленное задание принесло столько боли и слез всему миру. И провалили мы его с Иваном, потому что не были достаточно смелы. Мы оба боялись. Но теперь я не боюсь. Легенды говорят, что иногда ангел может сотворить настоящее чудо и дать защиту человеку на годы вперед. Для этого ангелу нужно всего лишь раскрыть свои огромные белые крылья и закрыть ими от зла того, кого ангел хранит. В этот момент ангел переносится в высшие сферы и покидает землю. Раньше я, влюбленная в мир людей, отметала всякую возможность раскрыть свои крылья. Да и не возникало у меня никогда такого задания, где мне пришлось бы это сделать. Но всему свой срок, и, наверное, сегодня пришло мое время. Да, я люблю свою жизнь на Земле, но еще больше я люблю, когда в мире становится чуточку больше добра. И я очень хочу, чтобы сказка Стаса и Даны имела счастливый конец. Чтобы их разбитые сердца излечились, и одной счастливой историей на Земле стало больше. Поэтому я закрою их любовь своими крыльями.

***

В момент, когда я покидала Землю, я, превращаясь в легкое дуновение ветра,поцеловала Дану в лоб, стирая воспоминания обо мне и создавая для нее новую предысторию знакомства со Стасом. А еще в тот момент я подумала, что, наконец, я узнаю, есть ли жизнь после смерти. И что случилось с душами Фредди Меркьюри и Джейн Доу. Ни Стас, ни Дана, да и вообще никто из находившихся в зале людей не увидел, что вокруг них разлилось белое сияние, в котором растворились и пуля, и звук выстрела, и сами агенты, и ... я. В этом сиянии исчезли и воспоминания о нас. Да, никто этого ослепительно белого сияния не увидел. Они просто не могли этого видеть, потому что простые смертные редко видят подобные вещи - крылья ангела раскрываются далеко не каждый день. Ангел простер над Стасом и Даной свои крылья, а где-то далеко вспыхнула и сгорела дотла одна бумага, подписанная кровью. Сделка Стаса была расторгнута, его душа теперь была свободна. - Стас, - к нему подбежали журналисты. - Так вы не летите в Америку? - Нет, - с улыбкой ответил актер. - Мне не интересны фильмы такого плана, как снимает господин Вайнштейн. Ну и кроме того, сейчас мой приоритет - моя семья. И обняв Дану, Стас покинул здание аэропорта.

***

Однажды утром Иван Иваныч сидел в кафе "Сладкоежка". Том самом, где он когда-то поручил Элеоноре ее последнее задание. Перед ним остывала чашка кофе. Он был один. С грустью и одновременно с радостью он смотрел на экран своего планшета и видел мужчину и женщину, которые, обнявшись, шли по белому песку вдоль синего океана. Они еще не знали, а Иван Иваныч был уверен: впереди у этой пары безоблачное счастье. Вздохнув, Иван Иваныч нажал кнопку «Отключить слежение». Больше жучки не будут передавать сигнал, задание выполнено. Иван Иваныч подумал о своей подчиненной. Правильнее сказать - подруге. Элеонора всегда и все делала на совесть, и он будет очень скучать по ее вопросам, ее сомнениям, ее перфекционизму. Когда-нибудь они снова увидятся, там, наверху, ну, а пока надо продолжать работать. В мире остается еще много невыполнимых заданий – несбыточных мечт, великих устремлений, невероятных совпадений. И влюбленные, предназначенные друг другу великим законом бытия, сами собой не встретятся. Все мы - и люди, и ангелы - приходим в этот мир, чтобы научиться чему-то, - подумал Иван Иваныч. Затем он проверил, что происходит в интернете. А в интернете сходили с ума от ролика, снятого в московском аэропорту. В этом ролике актер, звезда кино, во время своей пресс-конференции перед отлетом в Америку, вдруг увидел в толпе журналистов свою девушку (а ведь до этого никто не знал, что у него есть девушка!), бросился к ней и отказался улетать. Прямо в аэропорту он заявил, что он изменил свое решение, и ему не нужна роль в голливудском боевике, что фильмы такого плана больше не привлекают его, и вообще он берет творческую паузу, чтобы сконцентрироваться на семье. Сколько грязи, агрессии и непонимания выливалось в социальные сети. Многие люди не могли понять, как Стас мог просто взять и выкинуть свою голливудскую карьеру на помойку. И ради чего? Ради того, чтобы быть с этой странной и никому не известной девицей? Но Иван Иваныч видел и другое: с какой невероятной скоростью распространялось видео, на котором Стас подбегает к своей девушке, обнимает ее и смотрит в ее глаза. И в этом взгляде было столько любви, нежности, обретенной надежды! В комментариях росло количество тех, кто пришел в восторг от видео: "Я бы отдала все за то, чтобы на меня смотрели так, как Стас смотрит на свою девушку", "Сколько силы воли нужно, чтобы отказаться от Голливуда и остаться в Мордоре, но с любимой?", "Стас доказал, что для него слава и деньги - не главное", "О боже, как это романтично"... Пока интернет сходил с ума от поступка свихнувшейся кинозвезды, сама кинозвезда и его любимая улетели на далекий остров в теплом океане. Там, на белых пляжах они встречали роскошные закаты и нежные рассветы, купались в голубых волнах, а самое главное - они снова болтали обо всем на свете, как в их самый первый вечер, удивляясь, как они похожи и как не похожи одновременно. И как им хорошо вместе. Каждое утро они понимали, что влюбляются друг в друга все сильнее, и счастье накрывало их с головой, как безбрежный солнечный океан, потому что нет ничего более чудесного, чем найти того, кто предназначен тебе судьбой. Только рядом с ним ты понимаешь, зачем ты пришел в этот мир, и жизнь обретает смысл. Стас и Дана еще не знали, но Иван Иваныч, пользуясь своим служебным положением, ясно видел: с этого чудесного острова в Москву их вернется уже не двое, а трое. Читая все эти комментарии на Ютубе, в Фейсбуке, Иван Иваныч улыбался - количество тех, кто восхитился поступком Стаса, было неожиданно большим. А это означало, что не все еще потеряно в этом мире, и любовь пока еще побеждает зло, а деньги не главное. Выходя из кафе, Иван Иваныч неловко задел сидевшую рядом с дверью девушку, и она выронила из рук зеркальце, в которое смотрелась, поправляя макияж после завтрака. Зеркальце поднял молодой человек, сидевший за соседним столиком, и протянул ей. Их глаза встретились... Но это уже совсем другая история, - улыбнулся Иван Иваныч и растворился в толпе людей на улице. Иногда кажется, что любви не осталось, что все продается и покупается в этом мире. Но это не так. Что бы ни случилось, верьте - в самых страшных моментах разочарования и неверия, в горе и отчаянии начинается новый день, в котором ангел обязательно укроет вас своим крылом, потому что любовь - превыше всего.