Любовь по ощущениям.

Юнги понимает Чонгука уже в который раз. Принимать деньги от совершенно чужого человека и быть должным - сложно и тяжело. Сумма действительно большая,Юнги о такой даже никогда не думал и в руках не держал,но он бы без всяких сожалений отдал бы даже последние деньги незнакомцу,ведь тому это действительно н у ж н о. Нужно,но рискованно для Чонгука и самого Юнги,даже если последний за себя не боится - выплачивать кредит до конца жизнь не так уж и плохо. Наверное. Чонгук отвечает спустя пару секунд и старший лишь кивает ,даже если младший этого не видит - никто бы не согласился на такую помощь. По этому,лишь с разрешения проходя в чужую комнату,Юнги улыбается на предложение выпить. - Не рановато ли для спиртного,Чон Чонгук? - тихо усмехается в запахе лаванды,но открывает бутылку слишком аккуратно,разливая алкоголь по стаканам. Мин пьет редко.но все же пьет,а в такой компании вино не помешает. В самом хорошем смысле. Для Юнги это все - непривычно. Он человек общительный и дружелюбный, но точно не тактильный. Ему не нравятся пустые прикосновения,когда человеку просто некуда деть руки или он обожает всех и все лапать, он не любит неискренние объятия и фальшивые поцелуи.С Чонгуком это все чувствуется иначе - его кожа теплая и мягкая, энергия безобидная и слишком уютная. Юнги сам тянет руку к чужой и вовсе не специально касается смуглых фаланг,смущенно отводя взгляд. -На гитаре тоже. Можно ли назвать это хобби? - тихо выдыхая в бокал вина,рассматривая их руки, Юнги расплывается в легкой улыбке. Подмечает младшему ,что их цвета кожи намного различаются : руки Чонгука похожи на теплый намокший песок,в котором приятно зарываться холодными руками,а у Юнги они смахивают на первый снег,только опустившийся сугробами на землю. Они чертовски разные с головы до пяток,но у них есть что-то общее,отчего Юнги чужую руку из своей отпускать не хочет, - Обязательно сыграю. Можешь выбрать любимую песню или мелодию. Ему уходить совершенно не хочется. Подливая бокал за бокалом,пусть Чонгук и несовершеннолетний,старший чувствует жар в крови. Его немного уносит ,но он в состоянии рассказать,что кличку коту так и не придумал, учился раньше на психолог,но ушел в более легкую профессию,а про отношения- решит умолчать хотя бы сейчас. Они Юнги пришлись болезненными,как жжение крапивы в детстве, и он соврал бы,если бы сказал,что эта крапива до сих пор иногда не бьет в самое сердце где-то под луной. Но если встречать ее с Чонгуком под всю ту ж е бутылочку красного полусладкого,то будет не так чертовски больно? Старший с удовольствием кивает пару раз,но после тихо соглашается и виновато поджимает губы,помогая Чонгуку приоткрыть окна балкона и усесться удобнее. Обвивает его тонкую талию руками и в объятиях,таких теплых и уютных,прижимает плотнее к себе ,не удерживаясь от легких поглаживаний по всей спине. Они с Чонгуком - совершенно незнакомце люди,но рядом с ним уютнее,чем с близкими. -Улыбайся мне чаще,хорошо? - откликаясь просьбой в ответ,Мин выпускает из холодных рук собранный уют, опускается на мягкие пуфики и откидывает голове на действительно звездное небо. Он не помнит,когда в последний раз смотрел на звезды и луну,рассматривая голубоватые облака и иногда проносящиеся в небе самолеты. Он не помнит,когда в последний раз смотрел на людей т а к - восхищенно и долго,изучающе и дрожащими ресницами. Чонгук невероятно красивый - у него прекрасный профиль,аккуратный носик и сладкие губы ,и даже если тот отказывается верить в красоту своих глаз - они у него п р е к р а с н ы е . Но Юнги ничего не скажет и лишь зароется в мягкий ворох волос с чужого разрешения,- Я не могу назвать свои отношения - отношениями. Мы встречались,но я никогда не чувствовал взаимной отдачи во многих вещах. Даже в простых комплиментах - мне никогда не говорили,что я красивый. "Пока этого не сказал ты". После своего признания - Юнги сидит тихо. Опускает взгляд в пол,дергая бровью от собственных мыслях,и легко улыбается на подлезшего в объятия Чонгук,утыкаясь в его макушку совсем не надолго. Обрывает их тишину спустя несколько минут еще одним рассказом про небо и звезды,которые сияют гораздо ярче,чем обычно. Чонгук просил говорить чаще,а Юнги добавляет в свою привычную, короткую речь слишком много эпитетов и прилагательных, смотря вовсе не на небо. -Ты играешь нечестно. Могу ли я услышать о твоих отношениях? - сделав еще несколько глотков, краем глаза замечая дерганье Чонгука, Юнги выдыхает. Снова кусает виновато губы и успокаивающе ведет пальцами по плечу как несколько дней назад,накрывая смуглые ноги пледом получше,- Можешь не рассказывать,если расставание было болезненным. У Юнги отпуск и он не может представить себе ночи лучше,чем под звездами. ***** Чонгук отпускать его не хочет, но отпускает. Обещает улыбаться чаще и улыбается прямо сейчас, осторожно выходя на балкон. Ему, пожалуй, уютно рядом с Юнги. Уютно и как-то радостно, что тот сидит рядом и рассказывает о звездах на небе, об облаках и просто о чем-то своем. Младший кладет голову ему на плечо и разрешает зарыться в своих волосах, вдыхая свежий воздух. - Они были неплохими, - пожимает плечами и обнимает обычно, чувствуя, как плед на него получше натягивают. Банальная забота остановившееся сердце теперь бьет сильнее, и то скачет, как ненормальное. Чонгук надеется, что его не слышит никто, кроме него самого. - Просто... они закончились через пару недель, как я лишился зрения. Он побоялся ответственности после слов Намджун-хена о том, что мне нужен вечный надзор хотя бы первое время, и без следа совести пропадал на тусовках с другими. Ведь я не видел его внешнего вида и не мог позвонить ему. Только ждать и верить. Гук не чувствует физической боли, да и моральную ощущает не особо, понимая все обстоятельства того, что такие, как он, давно никому не нужны - просто обида затаивается комом в горле и стрянет там уже почти два месяца. Потому обнимает старшего чуть крепче и, чувствуя поглаживания по спине, успокаивается, переставая вздрагивать или ерзать. Может быть, останься с ним тот человек, Чонгуку было бы легче, его лучшему другу - тоже, да и Юнги сейчас не делал то, что может быть ему неприятно. Младший не знает о том, тактильный он или нет, обнимает и разрешает гладить по волосам, и его глаза, хоть и пустые, возможно немного блестят от обычных жестов со стороны. - Ты красивый, - повторяет в тишине, вспоминая, что никто никогда не говорил этого Мину, и не задумывается ни о чем, пытаясь через непросветную тьму разглядеть хотя бы что-то. Выходит ничего. - Я не вижу, но... ч у в с т в у ю. Душой. Чонгук чувствует, что Юнги невероятный - наверняка нежный и, может быть, ему тоже очень хочется любви. Брюнета перестали ценить, когда он ослеп, но если Юнги не ценили и до этого - это гораздо печальнее. Младший осторожно перебирает прядки белых-белых волос, как ему описали это, и улыбается на разговоры про звезды. Вокруг него будто ночь тоже, только ни одна луна и ни один фонарь ее не освещает. И телефон невозможно найти где-то на полу, пока он не позвонит. А ему никто не звонит. - Если бы я был тем парнем, я бы каждый день говорил тебе это, - пожимает плечами неосознанно и, вздыхая, наконец отпускает. Сидит тихо и, хоть ненавидит тишину (сходит с ума, если ничего не слышит и не видит), уютно молчит рядом с Юнги, не зная, как того еще подбодрить, даже если и не нужно это вовсе. - Если ты пялишься на меня, пожалуйста, перестань. Чонгук чувствует взгляд на себе кожей, смеется тихо и наклоняет голову назад, опираясь ей на стену. На самом деле, чувствовать это - приятно. ***** Юнги морщится. Не от прохладного ветерка в открытое окно и не от приятных ощущений. Его покрывает мурашками не от вида небольшой летучей мышки из леса и точно мутит не от нескольких бокалов вина. Его тошнит от людей,подобных бывшему Чонгука - грязных, жалких и бессовестных. От тех,кто бросают людей из-за возникших сложностей или мнения блядского общества,что привыкло тыкать пальцем на чужие недостатки. Он ненавидит тех,кто поступает настолько ужасно, просто наступая на всю любовь и внимание действительно любящего человека, превращая все его эмоции в одну большую горстку пепла. В этом есть самый огромный минут людей - они приходят и все уничтожают,а быть преданным имеет далеко не положительный смысл. У Юнги трясутся руки от злости и слов Чонгук - точно. Он - некрасивый. Ему никогда не нравились немного редкие волосы каштанового и белого цвета, всегда бесили узкие глаза и собственное тело,и все,что заставляло гордиться собой - пальцы. Длинные и тонкие фаланги, умение играть на инструментах с помощью них и кроме этого - ничего. Его не называли красивым тем,от кого хотелось это слышать, а верить в собственную ложь - смысла нет. Юнги давно отчаялся сам,но ни за что не даст Чонгуку пропасть в этом полностью. - Будь я тем парнем,я бы никогда не бросил тебя,- выдыхает точно также и ,когда пытаются отстраниться,не отпускает. Прижимает к себе снова и обнимает крепче.чем тогда в зале,все еще успокаивающе поглаживает по крепкой спине и с легкой улыбкой расцепляет круг своих рук вокруг чужой талии. Впивается взглядом все в те же прекрасные,действительно прекрасные глаза и кусает губу от восхищения,а когда просят не смотреть -запинается в словах,неловко чешет голову и извиняется сто тысяч раз,смотря в небо,- Пожалуйста,не думай,что я смотрю на тебя только из-за твоих глаз. Я..Ты прекрасен. Другой правды быть не может. На их разговоры уходит почти вся ночь - Чонгук не любит тишину, а Юнги старается говорить больше. Рассказывает о том,что он выучил на психологическом факультете, о своих путешествиях в другие города Кореи и даже ненадолго в Китай(это не Париж,но тоже классно). Затрагивает тему семьи и пожимает губы на смерти отца, лишь зарываясь пальцами в мягкие волосы. Под утро их разговоров,когда Чонгук рассказывает все на те же темы,не задевая ничего личного из своей истории, Юнги наблюдает за сонными глазками, уносит младшего в кровать и обещает в сонную макушку прийти как-нибудь еще,но с тортиком и гитарой. Уходит Юнги уставшим и сонным,но невероятно довольным.