9
24 октября 2019 г., 13:43
Саунд к главе: Alain Johannes – Catch Me if You Can
Со свидания, навязанного бывшей супругой, Леннарт явился утром на крейсер ненормально довольным, из чего Тринлоус сделал вывод, что доктор осуществил свою невысказанную, но легко угадываемую мечту – прикончил Виони. – Как все прошло? – поинтересовался Вадмер, не очень-то желая выступать свидетелем по делу об убийстве. А то и потенциальным сообщником, ведь врач накануне говорил с ним о встрече. – Отлично! Поставил точку, и на душе легко и свободно, – ответил Монкриф и добавил мстительно: – Пусть она теперь страдает. – Можно смело заводить новые отношения, – намекнул майор на Тасару. – Почему бы и нет? Только не брачные, конечно. Куда, кстати, путь держим, капитан? – На Фарию: заберем оттуда посла и сопроводим ее на Йенгу, – Тринлоус буквально перед приходом Леннарта в ангар посетил Д`метта, который снабдил новым заданием. Отдых после операции с террористами продлился сутки: для некоторых копов – мало, для майора – много. Быть лишний час при штабе приравнивалось к кабинетному просиживанию штанов. Вадмер тоже посетовал бы на короткую увольнительную, если бы прилет «Центуриона» совпал с окончанием рейса «Ириды». Потому что при всем его сердитом отношении к Ошос-Черу и Энции он все-таки хотел с ними увидеться. Но «Ириды» в ангаре не наблюдалось. А узнавать у диспетчера, когда крейсер вернется на Землю, Тринлоус посчитал проявлением неуместной ностальгии по прошлому. – От хомяков к синеухим – ну и зоопарк, – хмыкнул Монкриф. – Да ты расист, Ленни, – ничуть не укорил его Вадмер: фариан не звали синеухими разве что сами фариане. – Хомяки – это кдоллисы, что ли? – Ага. Или тушканчики бесхвостые. Согласись, похожи? А посол – тетка, да? Послица, получается? – Госпожа посол же. Иди лучше медсестер повесели – мне пора на мостик, скоро отлет, – Тринлоус и дальше бы посмеялся над словесными изощрениями доктора, но служба есть служба. И вылететь желательно бы в срок, а уж по пути на Фарию можно еще поболтать.***
«Послица» (с легкой руки Монкрифа Вадмер мысленно называл фарианку именно так) выглядела типичным представителем профессии дипломата – беспристрастное выражение лица и прямая спина а-ля проглоченная палка. Париком, как некоторые синеухие, госпожа посол Альгуна Ан не воспользовалась либо вообще их не носила, прикрыв лысую голову облегающей фиолетовой шапочкой с тонким золотистым орнаментом по краю. На невысоком теле средней комплекции было надето платье цвета шапочки с длинными рукавами и таким же подолом, успешно вытеревшим пыль с трапа. Посол напомнила Тринлоусу злую королеву из сказок: ей только не хватало зеркала, которому задавался избитый вопрос: «Я ль на свете всех милее?», или отравленного красного яблока, уготованного для доброй красавицы принцессы. Быть может, этот наряд значился у фариан как стандартная посольская форма, но выяснять майору было лень. Ради сохранности госпожи Ан ее сопровождали четыре охранника, а у верхней ступени трапа ждал почетный эскорт из двух пар оперативников и Вадмера с Ро. – Здравствуйте, госпожа посол, – произнес Тринлоус на общегалактическом. «Послица», разумеется, предпочла бы родной язык, о чем перед приземлением на Фарию сообщил Хайкон и вызвался поприветствовать Альгуну вместо капитана. Однако Вадмер возразил, что он и его команда не обязаны из кожи вон лезть из-за «надменной личности» («Не в обиду вам сказано, коммандер», – тут же извинился майор. Ро пожал плечами: а то он не знает, какими выглядят его сородичи в глазах других рас и он в частности), потому что здесь не дипломатический прием, а помощь от Галаполиции в перелете на Йенгу. И поскольку ГП – межгалактическая организация, то и общаться логичнее на общем языке. – Здравствуйте, – с холодной вежливостью ответила фарианка и чуть посторонилась, давая дорогу охране, тащившей багаж. – Я капитан крейсера майор Вадмер Тринлоус. Альгуна равнодушно кивнула. – Это мой старший помощник коммандер Хайкон Ро. Сородича посол удостоила большего внимания. Даже слишком: вцепилась в Ро немигающим взглядом, который он с честью выдерживал. Тринлоус опустил бы глаза уже на третьей секунде столь тягостного зрительного контакта. Наконец Ан сомкнула верхние и нижние веки, как створки ракушки, «освобождая» коммандера. Вадмеру показалось, что он сейчас рухнет замертво от чар «злой королевы», умевшей убивать взором. Но Хайкон «заклятию» не поддался, или же оно подействует позже. «Обязательно узнаю, что за терки у синеухих», – подумал майор. Не дай космос передерутся, а конфликта в любом его проявлении Тринлоус на своем корабле не допустит. Поименное и пофамильное представление оперативников Альгуна невежливо прервала и попросила капитана немедленно переговорить наедине. «Может, Ро – ее одноклассник и в школе дергал ее за косички? А «послица» до сих пор его ненавидит?» – Вадмер не сомневался, что причина срочной беседы заключается в старшем помощнике, и велел Ан следовать за ним к его кабинету.***
К разочарованию синеухой, безотлагательного общения с майором потребовал начальник Галаполиции, о чем известил Тринлоуса радист, и уступить даме в этом случае не представлялось возможным. Радикально менять курс, чтобы выследить преступника, «креветка» бы не приказал, ибо посол важнее, как и цель ее путешествия – подписание продленного мирного договора с Йенгой. В нем были заинтересованы обе стороны – не воевать и стать союзниками в случае нападения общего врага. Но фариане по известной им прихоти не согласились поставить отпечаток пальца на бессрочно действующем документе. В итоге каждый год посол, наделенный президентом Фарии соответствующими полномочиями, отправлялся на Йенгу. У руководства этой планеты сложилось впечатление, что синеухие специально не делают договор постоянным, чтобы побывать на Йенге – планете класса М с живописной природой на любом из десяти материков. Да и условия проживания послу предоставлялись шикарные: роскошный отель с бассейном, сауной, ночным клубом и спортзалом, деликатесная еда, пешие экскурсии и поездки по достопримечательностям вроде соляных пещер и вулкана, выпускавшего розовые облака пара из-за содержавшейся глубоко внутри алой магмы. А поскольку примерно на половине пути до Йенги находилось место пребывания разыскиваемого объекта, Д`метт выписал второе задание, внеурочное. Его выполнению мешало одно обстоятельство – «послица» должна прилететь на Йенгу точно в срок, обе расы блюли пунктуальность, как великую ценность Вселенной. Остановка на Карбункуле, обитаемом планетоиде, несмываемо опозорила бы Альгуну на десять поколений вперед, что уж говорить о падении авторитета всей Фарии. – Мы разделимся, сэр, – сказал Тринлоус. – Старпом доставит посли… посла на Йенгу, а я с опергруппой высажусь на планетоиде. – Учтите, майор, вот что. Местным полицейским пока не за что арестовывать преступника – он прилетел не таясь на пассажирском лайнере в город и отправился с вещами за его пределы, как обыкновенный турист. Зато на ряде других планет вор Раин Фринк отличился по полной, чем и заслужил «любовь» ГП. Формой и большим количеством вы его спугнете. А уходить от копов он мастер. К тому же, Фринк хитер – даже если попадался полиции, ловко открещивался от обвинений, предоставлял алиби, а награбленное при нем не обнаруживалось. Скорее всего, у него много подельников либо он приплачивает случайным знакомым, чтобы те выгораживали его перед копами. В списке межгалактического розыска Фринк занимает место в седьмом десятке, ведь он не убийца и не насильник. И поймать его – задача не первостепенной важности. Но если уж вы оказались рядом с Карбункулом… – То найти и арестовать его для нас – подтверждение высокого профессионализма! – с гордостью за Галаполицию перебил начальника Вадмер. – И бьющего ключом лично вашего героизма, – буркнул «креветка». – Чем богаты, сэр! Вас понял: не будем тыкать Фринку в лицо жетонами. Д`метт изобразил усами нечто похожее на фэйспалм и отключился. Через несколько секунд Тринлоус получил файл с перечнем «заслуг» вора, его фото и остальные характеристики.
