Хроники Галаполиции. Последнее задание

Саунд к главе: The Little – No Practice

      В промежуток, когда Д`метт временно освободил «Центурион» от заданий и крейсер по распоряжению «креветки» летел на базу Галаполиции, расположенную на Сельтебре, Тринлоус вознамерился дать Ро двое суток выходных в награду за сопровождение и общение с соотечественницей. Если последнее, конечно, можно таковым назвать. Скорее, это был судебный процесс, где Альгуна Ан нападала с прокурорским упорством, а Хайкон защищался служебными обязанностями за неимением других методов. Об их «терках» Вадмер прочел в рапорте, в котором старший помощник с дотошностью ловца блох изложил происшествие с поломкой в каюте посла и ее реакцию. Тайком опросив Жихнана и начальника безопасности, капитан удостоверился, что так все и было, как сказано в отчете Ро. Хотя Тринлоус, находясь на Карбункуле, предполагал, что Хайкон вступит с «послицей» в открытую перепалку. Однако она не смогла вывести его из себя, или же старпомовские нервы могли соперничать по прочности с канатом из вектрана*. Капитан не знал, да и в рапорте личные эмоции не указываются, что, высадив Ан на Йенгу, старший помощник долго не ложился спать и в итоге ночного бодрствования позвонил своей матери. Не пожаловаться на вредную землячку, а просто поговорить с той, которая, пожалуй, единственная, кто принимает его таким, какой он есть, и любит.       – Эх, зря вы отказываетесь от выходных, коммандер, – произнес майор, сдавая пост Ро в восемь утра по корабельному.       – Мне они в данный момент не нужны, сэр.       Хайкон не понимал их необходимости. Во-первых, отдых хорош сразу, а с перевозки посла прошло уже две недели. Во-вторых, едва Альгуна покинула «Центурион», старпом ощутил невероятную легкость и удовлетворение, будто он выиграл судебное дело, в котором мечтала одержать верх Ан.       – Ладно, – подозрительно дальше не стал привязываться Вадмер и добавил, еще больше настораживая коммандера: – Наверстаете попозже.       Также, перед тем как пойти отоспаться, Тринлоус сообщил Ро об увеличившихся материалах о тени.       – Число очевидцев растет, – подчеркнул капитан. – По-прежнему считаете, что у них проблемы с головой, а у вас все в порядке?       Хайкон посмотрел на него с удивлением: разве не то же самое он говорил накануне?       – Вот встретите это создание и сами убедитесь в обратном.       – Что проблемы с головой у меня? – переспросил старпом.       – Тьфу! Я не то имел в виду. Вы ведь все прекрасно поняли, но прикидываетесь, – наигранно упрекнул Вадмер, про себя радуясь, что фарианин сменил сарказм на менее едкую иронию. Возможно, Тринлоусу это показалось и Ро воспринял фразу на полном серьезе. – Мостик на вас, коммандер. Я посплю несколько часов и вернусь. Надо что-то решать насчет тени.       – Да, сэр. Но позвольте озвучить нечто важное, прежде чем вы уйдете.       – У нас бродит вторая тень? – не пожелал бы подобного майор, но оно могло случиться, учитывая последние загадочные события.       – Нет. Я в деталях изучал личные дела наших новых коллег и обнаружил, что энсин Акихиро Мидзуки, принадлежащий к младшему составу, включен в перечень пилотов крейсера на постоянной основе, а не для прохождения практики. Включен вами, капитан. Не главой Галаполиции, – не хуже «послицы» обличил Хайкон.       – Он же славный парень, Ро, – улыбнулся Вадмер. – Ну подумаешь, с ходу не поднял «Центурион» в свой первый полет на нем. Это ведь не повод не давать ему порулить?       – Звание энсина не позволяет Мидзуки находиться на мостике, – настаивал на косяке Тринлоуса старпом.       – Да знаю я, знаю. Мне хотелось увидеть его за штурвалом, минуя практику. Она длится час в день – очень мало. К тому же, у Акихиро были отличные оценки в академии по управлению всеми видами судов ГП. Хм, судя по вашему выражению лица, этот довод неубедительный. Тогда с сегодняшнего дня повышаю Мидзуки до младшего лейтенанта. Авансом и за удачную операцию с поимкой Фринка. Так все будет соблюдено, коммандер?       – Вполне, – кратко и оторопело ответил Ро.       – Отлично. Подготовьте документы, я потом подпишу.       – Да, сэр, – тем же тоном отозвался фарианин.       Пора ему уже перестать изумляться выкрутасам Вадмера: их капитан способен на все и даже больше.

***

      Пополнив медицинскую карточку оперативника Нойтаны Арэш строкой о состоянии ее здоровья (девушке было позволено вернуться к тренировкам в щадящем режиме, но для активного участия в операциях требуется еще время. Хотя возвращение в спортзал Монкриф отсрочил бы на неделю, но Арэш так упрашивала, ссылаясь на скуку в палате и горячее желание встретиться с другими оперативниками, что доктор сдался), Леннарт отложил планшет и задумался.       Ему фантастически везло на бестолковых баб! Уж не проклял ли его в детстве какой-нибудь колдун? Вот взять Виони. Вроде не круглая дура, но ее поведение из разряда «ах-ты-боже-мой-какая-я-прекрасная-актриса-а-муж-мой-этого-не-понимает» плюс обязательное закатывание глаз напрашивалось на очень нелестные эпитеты. За следующим примером далеко лететь не надо – Тасара. На нее Монкриф планов не строил, вести романтические отношения к логическому финалу – свадьбе не собирался, однако проводить с медсестрой ночи был готов. И только он составил положительную характеристику Тасары – умная, красивая, жалует алкоголь в разумных дозах, умопомрачительно танцует на столе – как она все разрушила. Не переписыванием теста, а нежеланием довериться.       В списке Леннарта еще был пункт «друг», но, как выяснилось, Тасара считала его лишь любовником.       Сделав вывод, что настоящими друзьями становятся исключительно мужики, Монкриф зарекся на неопределенный срок заводить тесные знакомства со слабым и бестолковым полом.       – Можно вас отвлечь? – спросила зашедшая в кабинет Эберни.       – Да я уже не занят, – Леннарт переслал копию измененной медкарты Арэш на компьютер. – Что такое?       – Пятеро наших сотрудников получают дополнительное образование и пишут работы для последующей защиты: по общей генетике гуманоидных рас, о скорости восстановления некоторых функций мозга после тяжелых травм и другие. Среди них есть и работа о влиянии анестезии. А поскольку вы по ней специализируетесь, то я предлагаю вам стать научным руководителем.       – Нет, спасибо, доктор Файлер. Не беру ни аспирантов, ни практикантов, ни товарищей, им аналогичных.       – Интересно узнать почему, если не секрет.       – Ничего секретного. По окончании ординатуры, проводя положенные три года в больнице, я взял двух студентов на практику. Причем до того воодушевился преподавательской деятельностью, что поделился с ними своими университетскими конспектами, рассказал о том, какие дисциплины их ждут на новом курсе – словом, забежал вперед, чтобы они морально подготовились, ну и знания подтянули, опередив остальных ребят. И представьте себе, какова была их благодарность?       – Неужели за помощь разместили ваше фото на голографическом билборде в центре города с надписью «Лучший преподаватель»? – улыбаясь, предположила Эберни. Студенты – те еще мастера на масштабные идеи.       – О да, конечно, – саркастично хмыкнул Леннарт. – Я бы выразился матом, но с той поры прошло много лет и эмоции улеглись. Эти паразиты, начитавшись какой-то ереси в интернете, принялись меня учить, как и что делать. Видите ли, до этого все было неправильно. То есть врач я отсталый и работаю соответственно. Ну я и дал одному по шее.       – Ого! – округлила глаза глава медслужбы. – При других студентах и персонале?       – Ага, – довольно ответил Монкриф. – Меня оттащили и только собрались уволить из больницы, как выяснилось, что это был последний день моей работы.       – Характеристику же получили негативную? Или обошлось?       – Получил. В полицейской академии председатель приемной комиссии ее прочитал, нехило так обалдел, а я объяснил ситуацию, за что схлопотал. И он встал на мою сторону.       – Что-то и мне расхотелось быть научным руководителем, – призналась Эберни.       – Не отказывайтесь. Ведь вы всегда можете обратиться ко мне с просьбой – по шеям я даю профессионально.       – Буду иметь в виду, – рассмеялась доктор Файлер. – Но лучше бы до поучения меня не дошло.       – Само собой. С «Центуриона» уходить совсем не в кайф, тем более тут творится что-то весьма занятное, – вспомнил тень-вуайеристку Леннарт.       – О, кстати! Мне кажется, она все-таки не явление, а существо.       – Вау! Поделитесь догадкой?       – Да. И, возможно, чем-то похожим на доказательство ее живости.