Хроники Галаполиции. Последнее задание

Саунд к главе: Balum – Wonderful evening

      «Докторский» скотч пошел в народ, а именно – в стакан не только Хайкона. Узнав крепость японской водки, Монкриф скептически фыркнул: «Разве ж это водка?» и плеснул пилоту виски. Тринлоусу тоже не удалось отвертеться от смешения в организме напитков: Леннарт и его приобщил к шотландскому купажу. Впрочем, соревнования, кто больше выпьет, врач не навязал, и скотч галакопы пили каждый со своей скоростью.       – Вот уж у кого заслуг больше, чем звезд на небе, так это у него, – Монкриф кивнул на головизор, где транслировались светско-военные новости. Полковник Спаркл, которому пора бы дать очередное звание, прибыл на парад в честь юбилея со дня основания базы «Нобайти» вместе с семьей: коллегой-женой механиком Матилльдой Дарки и их годовалой дочкой За́рити. – А мы так, уборщики всякого криминального мусора. Нас и награждают редко. Эх, наверно, я завидую Спарклу…       – Что-то тебя потянуло на пессимистичную философию, Ленни, – Вадмер мстительно наполнил пустой стакан доктора, отвлекшегося сначала на новости, потом на осознание тщеты галаполицейского бытия. – И она ошибочная. У военных, тем более у летчиков, служба куда опаснее нашей. Но и мы, и они нужны Вселенной.       – Моя бабка твоей мысли не одобрила бы.       – А по-моему, ворчливая бабка – это ты сейчас. Так что заканчивай ныть.       – Ладно, – повиновался Монкриф. – Давайте, что ли, сыграем во что-нибудь.       – М-м? – невнятно спросил Акихиро. Коктейль из перемешавшихся в желудке сётю и виски довел его до кондиции, когда почти сильно пьян: ехать для настоящего веселья уже никуда не хочется, но участвовать в чем-то на месте еще интересно.       – В галаполицейскую правду, – ответил Леннарт, верно распознав вопрос. – Все в курсе правил? – и на всякий случай их озвучил: – Каждый признается в поступке, совершенном на работе, о котором умолчал. Признания остаются между нами. Если кто проболтается другим – не из нашей компашки, тот увольняется из ГП.       Наказание за нарушение правил было суровым, однако никто не заставлял копа говорить об утаивании действительно серьезных косяков, даже сопричастности к преступлению (в истории Галаполиции случалось и такое). Игрок признавался в том, в чем хотел признаться.       За блаженно улыбавшегося и медленно моргавшего Акихиро Тринлоус не опасался – пилот практически не имеет опыта, так что не ляпнет ничего подсудного в прямом смысле. Остальные, не опьяневшие до степени Мидзуки, сумеют держать язык за зубами. Если, конечно, им есть, что скрывать.       Первому по жребию досталось признаваться Ро, вытянувшему короткую, пополам сломанную зубочистку.       – Сэр, – обратился к Вадмеру коммандер: даже узкий круг не сподвиг его перейти на «ты», – помните, на Кдолле вашу опергруппу окружили террористы, и в сражении лейтенанту Чнасси прикрепили «липучку»? Я все это время находился на открытом канале связи и слышал, как запаниковал лейтенант. Но я не указал это в рапорте. Потому что… Потому что сам однажды испытал подобное.       Хайкон единым махом допил свой скотч, отчего Леннарт, впечатленный тем, что синеухий проникся любовью к виски, одобрительно показал ему большой палец.       – Ого. Спасибо тебе! – искренне отозвался капитан. – А с тобой что тогда приключилось?       – В ГВВС*, – невпопад, зато весомо ответил Ро, не вдаваясь в подробности. Да и коллеги тактично не стали выспрашивать.       Следующим на очереди был Леннарт, предупредивший, что правда не совсем по работе. Точнее, не по полицейской ее части, а по врачебной.       – Это такая мерзота, что о ней знают только два человека и один венерианин, – вполголоса произнес Монкриф размеренным, оттого запугивающим тоном рассказчика страшных историй.       Галакопы синхронно подались вперед, ожидая особо жутких и кровавых описаний, которые повергнут неподготовленных слушателей в долгий шок и неконтролируемую истерику.       – Мне пришлось участвовать в операции, где гермафродиту отрезали лишние «детали», – выдавил Леннарт, и его передернуло. Признание в помощи злоумышленнику, случись она на самом деле, ему бы далось гораздо легче.       – Что же в этом мерзкого? – спросил коммандер, у которого развязался язык. Не так, как при повышенной температуре, но тоже заметно. Перед посиделками Хайкон планировал вести себя отстраненно, дистанцированно, то есть как всегда на службе. Однако после скотча план полетел в черную дыру.       – Ну как же?! – возмутился Монкриф непониманием всей пакостности подобной картины. – У него там… двойной комплект! Господи, меня сейчас вырвет…       – Иди-ка ты в туалет, не пачкай пол, – посоветовал майор. – Хотя погоди. Был у меня знакомый венерианский парень, Арти. Он деньги собирал на операцию и реабилитацию.       Тринлоус, пусть до него еще не дошла очередь игры, умолчал о том, что помог рыжему красавчику с финансами. Кстати, возвращения долга Вадмер не ждал. Не для того он переводил Арти ЕГВ: во-первых, чтобы получить информацию о клиенте улитесса, во-вторых, пожалел несчастного венерианина.       – Да, его вроде так звали, – подтвердил Леннарт. – Ну все, хватит об этом. А я реально в сортир – скотч назад просится.       После ухода доктора коллеги переглянулись: тайна не служебная, но для Монкрифа она серьезная и, быть может, терзающая его одной ему понятной «мерзотой», и лучше ее тоже держать в секрете.       Игра встала на паузу. Тринлоус и Ро, несмотря на увольнительную, заговорили о работе. Мидзуки, не осилив стакан до дна, потихоньку задремывал, свесив голову на грудь, и резко выпрямлялся, когда дрему сменял настоящий сон, но из него пилот силой воли немилосердно себя вытаскивал.       – Что-то давно нет Ленни, – майор глянул в сторону туалета, однако врача на пути к их столику не обнаружил.       – Может, ему плохо? – предположил Хайкон.       – От воспоминаний о той операции? Сомневаюсь. Давай пройдемся ему навстре…       Вадмера невежливо перебил грохот из района, где располагался туалет.       Клиенты и персонал, и уж тем более галакопы, среагировали на шум: гражданские заозирались, а полицейские быстро поднялись, чтобы разобраться. Тринлоус тронул Акихиро за плечо, и тот мигом взбодрился, услышав капитанские слова о том, что, наверно, кому-то нужно содействие представителей закона. Пусть не планетарной полиции, но все же. Галаполиция на данный момент ближе.       Чтобы добраться до санузла, надо было миновать по коридору техническое помещение для сотрудников бара и большую комнату с бильярдом.       Узрев, что в ней творится, Вадмер согласился со старпомом: да, там было плохо, но далеко не Монкрифу.       Доктора оттеснили в угол четыре мужика, похоже, чем-то обиженные на высокого здоровенного противника и считавшие, что они возьмут верх количеством, а не силой. Мужики были разного роста, но особо мощным телосложением не обладали. И все-таки надеялись, что не разделят участь пятого товарища. В позе звезды он лежал на полу, оглушенный валявшейся рядом настенной полкой, разломившейся от удара на части.       – Вечер перестает быть томным! – радостно прокричал коллегам Леннарт, тоже их увидевший. – Присоединяйтесь к веселью!