Хроники Галаполиции. Последнее задание

Саунд к главе: Solea Pfeiffer – I'm not afraid of anything

      Старший лейтенант – ныне бывший – Ирта Ландрис никогда не боялась замкнутых маленьких помещений, из которых можно выйти, когда позволят или когда снаружи становилось безопаснее. То ли из-за тренировок в галаполицейской академии, где курсанта закрывали в крошечной комнате на несколько часов, проверяя его стойкость к клаустрофобии – на службе ведь чего только не случается, в том числе пленение. То ли причина шла из детства.       Мать и отчим отчаянно ругались, и Ирта, не желая их слушать и видеть, уходила в кладовку, находившуюся в дальнем конце дома, запиралась изнутри на собственноручно привинченную задвижку и, слыша приглушенные голоса, терпеливо ждала, когда они затихнут или их тон будет более миролюбивым. Однажды ругань долго не стихала, затем к ней добавился грохот, звук бьющейся посуды и душераздирающий вопль матери. Испугавшейся Ирте пришлось покинуть убежище: она выскочила из кладовки, бросилась в гостиную и застыла на пороге. Мать, держась за руку, истекавшую кровью, сидела на полу и кричала от боли – выше локтя торчал здоровенный бело-алый фарфоровый кусок. Наверно, разбившаяся ваза разлетелась не хуже осколочной бомбы. Отчим крикнул Ирте, чтобы не разрешала матери вытаскивать обломок, схватил видеофон и вызвал скорую. Тот страшный день Ирта помнила долго. Но, к ее удивлению, после грандиозной ссоры, поездки в больницу и операции мать и отчим прекратили скандалы. Что они тогда не могли поделить, Ирта не знала, и интересоваться совсем не хотелось. Ее сильнее занимала мысль, что они когда-нибудь снова вернутся к выяснению отношений. И она решила уйти из дома. Как раз наступило очень удачное время – Ирта закончила школу и готовилась поступить на экономический факультет вуза в их городе. Она постепенно отучала себя от дома – на ночь уходила к подруге-сироте, недавно родившей и оставшейся без парня, не хотевшего быть отцом. Отличный предлог! И подруге помощь, и весомая отговорка улизнуть от напряжения, в котором Ирта пребывала каждый день в ожидании возможного скандала. Когда начнется учеба, можно перебраться к подруге окончательно. Потом найти работу и снимать квартиру. Но за неделю до подачи документов она увидела в интернете объявление о наборе в ряды Галаполиции. И завершался он тоже через неделю. Прочитав список требований к абитуриенту, Ирта задумалась. Еще минуту, как и пять лет назад она не сомневалась в выборе профессии. А сейчас одно объявление перевернуло ее мировоззрение с ног на голову. Если Ирта поступит в академию, станет галаполицейским, ее уже никто не испугает и она никого не будет бояться. Больше всего на свете Ирта мечтала избавиться от постоянного страха. Да, к черту экономику! Карьера галакопа для нее гораздо полезнее. Подготовиться к экзаменам не составит труда: со спортом стройная подтянутая Ирта всегда дружила, занимая призовые места на школьных соревнованиях; по остальным предметам тоже все замечательно; тест на наркотики пройдет – никогда их не употребляла; она полностью здорова. Все указывает на то, что место Ирты не в кабинете за компьютером, а на службе, где закалится ее дух. В списке требований еще значилась психологическая стойкость, которую проверят тестированием у доктора. За неделю Ирта прикажет себе справиться с навязчивой мыслью. Хотя бы обуздать ее на время теста. А дальше за учебой и работой она выбросит из головы тревожное ожидание. Кстати, учиться и жить придется в Грандаполисе. И это настоящий повод убраться из дома.       Не слушая робкие слова подруги, качавшей на руках ребенка: «Ты точно решила уехать, да?» и вторивших бедняжке, которая вот-вот лишится помощницы, волновавшихся и заботливых родителей (отчим старался походить на отца – и это ему удавалось. Будь Ирта менее одержима паранойей, осталась бы с ними), она упаковала вещи, купила билет до столицы Земли и улетела.       Жаль, нельзя так быстро и просто улететь из камеры-одиночки. Окошко под самым потолком имелось – пятнадцать на двадцать сантиметров, с частой решеткой. Но для этого нужно превратиться в пчелу или муху. На подобную метаморфозу у Ирты нет способностей. Поэтому остается дверь – через нее она сюда вошла три года назад и выйдет навсегда. А не только для прогулок.       Когда Ирта окончательно разморозилась после выстрела хладагентом и после краткого суда попала в тюрьму, она сразу же занялась планированием побега, перемежая размышления физическими упражнениями. Сочетать два дела Ирта не любила. Мозг должен целенаправленно работать над одной задачей: будь это обдумывание или счет отжиманиям или качанию пресса.       Теория была готова благодаря всеми брошенной молодой матери. Но вспоминала подругу Ирта не с жалостью к ее нелегкой судьбе. К тому же она уже не одна – у нее есть сын. Как-нибудь выкарабкается, слабакам в этой суровой жизни не место. С практикой не задавалось. В тюрьме для копов порядки строже, чем в обычной. Однако это не значило, что их не нарушали. О чем Ирта знала и до заключения, и во время него. Охранники с ней вели себя так, будто ненавистный Д`метт ежесуточно проводил с ними тренинги, а то и вкалывал препараты, отвращающие именно от Ирты. Она ведь умница и красавица, а толку ноль. Может, ей приносят еду и отводят гулять не мужчины-люди, а киборги? Они же машины, не поддаются всплеску гормонов.       В начале четвертого года отсидки сменился один из охранников. Ирта включила свое обаяние на полную катушку, стараясь ради новичка. Верила в победу и вместе с этим ожидала поражения. Но не боялась его. Она давно перестала бояться. Даже невозвратной потери майора ГП Вадмера Тринлоуса. Он выбрал долг. Ирта его не осуждала. И не прекращала любить.       Быть может, он тоже.