23
14 февраля 2022 г., 21:59
Саунд к главе: Hollywood Film Music – Stay Ahead of the Avalanche
В городе царила разруха. Беглые заключенные и анархисты методично громили теле- и интернет-центры, полицейские участки. На охрану особо важных социальных и стратегических объектов – больниц, пожарных частей, жилых кварталов – были отправлены стражи правопорядка. Военные держали оборону своих подразделений и оружейных складов. Пока что удавалось отбиваться от восставших, отбрасывая их на исходные позиции, и те, обозленные, срывали гнев на магазинах, детских садах, школах, университетах, откуда военные и копы заранее вывели детей, учащихся и педагогов. Здания зияли провалами разбитых окон и витрин, некоторые постройки горели. Появилась информация, что и в соседних городах начались подобные происшествия во главе с анархистами. Ро, утром говоривший Монкрифу о том, что готов предоставить помощь городу, днем получил приказ от штаба Галаполиции – оставаться на месте и охранять подземную базу наряду с ее полицейскими и десятком военных. Земля обещала выслать поддержку ближайших к Проноксу кораблей, которые к этому времени уже были на пути к планете. Повстанцы ничего не требовали от властей, не выкрикивали никаких лозунгов: их целью было разграбление и нанесение максимального урона зданиям и организациям, особенно правоохранительным. Заключенных и анархистов кто-то активно спонсировал: они обзавелись бластерами и плазмометами, у не устоявших против врагов полицейских и военных был отобран наземный транспорт. Воздушный еще контролировался правительственными силами. К вечеру к восставшим, облюбовавшим территорию вокруг подземной базы ГП, подтянулись их союзники, вооруженные более серьезно, и увеличенные в несколько раз группы окружили силовое поле, за которым находилась взлетно-посадочная площадка со стоявшим на ней «Центурионом». – Чем-то эта база им приглянулась, – заметил Рюйген, вместе с и. о. капитана на мостике следивший за обстановкой. – Да. Тем, что неприступна, – отозвался Хайкон. – Дать бы по ним залп, сэр. – Нельзя. Во-первых, для этого пришлось бы снять силовое поле. Во-вторых, мы не убийцы, только в случае самообороны и защиты гражданских. К тому же правительство хочет поймать повстанцев и допросить, ведь их лидер или лидеры неизвестны. В-третьих… – Я понял, сэр. Простите, подумал вслух. – Если бы не перечисленные «но», и я бы выстрелил по врагам. Оглушительный вопль «Воздух!» по громкой связи, которую галакопы держали с военными, вынудил Ро скомандовать навести прицелы на пять флайеров. Предупредительный выстрел с крейсера сработал катализатором: с флайеров были сброшены снаряды, из которых от удара о землю повалил густой сизый дым, мешая обзору. Зато система наведения «Центуриона» все отлично «видела» и выдала-таки залпы. Но не ракетные, иначе бы флайеры рухнули на площадку, устроив еще больше взрывов и неразберихи, которая творилась внизу. Оболочки выпущенных капсул лопнули точно между флайеров, и исторгнутый мощный электромагнитный импульс раскидал перекувыркнувшиеся машинки в разные стороны за территорию базы. – Прорыв периметра! – раздалось по всему «Центуриону». От импульса всего на несколько секунд отключилось силовое поле, и повстанцы тоже растерялись от такой ситуации, как военные и галакопы. Однако нашлось пятеро преступников, быстро среагировавших на щедрый подарок судьбы, – они ринулись ко входу на базу, отстреливаясь и бросая гранаты. В медленно рассеивавшемся дымовом тумане защитникам базы, находившимся вне нее и корабля, приходилось тяжко: в вонючем мареве мелькали лишь темные тени то ли своих, то ли чужих. Но, хвала космосу, последних как было, так и осталось пятеро, что зафиксировали приборы. Другие восставшие прорваться не успели либо попытались ринуться за товарищами, но их поджарило восстановившееся силовое поле. – Рюйген, примите командование! – Ро спешно застегивал бронежилет и по коммуникатору приказал оперативникам бежать к шлюзу. – Есть, сэр! Снаружи сильно громыхнуло, отчего по крейсеру прошла вибрация. – Что там? – спросил Хайкон, покончивший с экипировкой, и перекинул через плечо ремень бластера. – Вход на подземную базу Галаполиции открыт, – вместо начальника службы безопасности ответил искин. – Предположительно от взрыва бомбы. – Наверно, с флайера скинули запрограммированную «липучку» с CL-20! – воскликнул Рюйген. – Сволочи, – не сдержался Ро. – Я с отрядом на базу. А вы будьте на связи с военными. Надеюсь, подмога скоро прибудет. – Да, сэр. Удачи!***
Деревня, к которой шагал Тринлоус, высаженный «Милашкой» за километр до населенного пункта (затем корабль улетел еще на пару десятков для мониторинга обстановки), не особо напоминала домики бедняков из фильма. Постройки были покрепче, заборы повыше и существа, гуманоиды с матово-черной кожей, поупитаннее. Идущий по центральной улице галакоп их не удивил, хотя некоторые прохожие и выглядывавшие из окон жители посматривали на Вадмера с беспокойством. В деревне имелся полицейский участок, и если к его начальнику направляется коллега старше по должности, значит, случилось что-то серьезное. Но майор прошел мимо участка, и жители провожали его уже недоуменными взглядами вплоть до крайнего дома, стоявшего от пропасти в метрах двухстах. Тринлоуса всегда изумлял факт, что существа селились рядом с опасными природными объектами – вулканами, горами, большими реками и пропастями, как в этой деревне. Ведь над жизнями постоянно будет висеть неконтролируемая угроза. Понятно, когда в древности или средневековье основывались поселки ближе к воде, теплой почве или на защищенной от других народов территории, например, за скалами. Почему бы с изобретением колеса и наступлением эры технического прогресса не перебраться в более безопасное место? Многих существ держали на прежнем традиции предков, обустроенность жилья и огорода, а то и бестолковость. Вадмера бы никогда не убедили оставаться в близи от вулкана обычаи или привычный уютный дом – здоровье родных важнее. Он сильно сомневался, что роядцы имели с пропасти какой-то прок, ибо на противоположной стороне через восемьсот метров пустоты, опускавшейся на пятнадцатиметровую глубину, не было ничего. Некого бояться или отделяться от кого-то огромной преградой. И вряд ли пропасть образовалась недавно. Ей как минимум двадцать три года: нынешний возраст Ландрис минус десять лет, когда она нарисовала Чарехо. Впрочем, объяснение, почему деревенским жителям так нравится пропасть, Тринлоуса больше не заботило. Гораздо важнее фигура, вышедшая из дома и направившаяся к пропасти. Ирта. И он пошел за ней.***
Обе створки ворот, прежде закрывавших вход на подземную базу, из прямых пластин стали выпукло-вогнутыми, образовав щель шириной сантиметров в тридцать. Рядом никого не было – пять диверсантов внутри. – Сэр, приземляется десантный катер ВВВС, – сообщил по комму Рюйген. И весьма вовремя, ибо Ро и оперативники резко обернулись в сторону опускавшейся гудевшей темной массы, приняв ее за вражеский транспорт. – Их крейсер остался в городе, там дела совсем плохи. Дым медленно, но все же рассеивался, и вскоре контуры приближавшихся десяти существ обрели четкость. – Спасибо, что прилетели, – проговорил Хайкон, сразу вычленив из них пилота в шлеме с поднятым щитком, одетого в синий военный комбинезон и броник с символикой Всеземлянских Военно-воздушных сил. Он давно перестал быть просто летчиком, ибо наравне с бойцами участвует в сражениях. – Это наша работа: спешить на помощь изо всех движков, – кивнул полковник Спаркл. – Рассказывайте, что случилось.
