Оборотни тоже заслуживают счастья

Прошла неделя с тех пор, как Римус ушёл. Тонкс не билась в истерике все эти дни, не жаловалась родителям, не пыталась искать его. Она просто завяла. Завяла, как красивейший цветок, которому перекрыли кислород и солнечный свет. Она просто целыми днями лежала на кровати, не вставая, отказывалась есть и пить, и вообще что-либо делать. Родителям она ничего не сказала про поступок мужа, вообще отказавшись это комментировать. Зная о её положении, Андромеда, пребывающая в замешательстве, силой запихивала в дочь еду. «Даже если Дора решила угробить своё здоровье, — думала она, — то гробить его ещё и внуку я не дам.» А беременность Нимфадоры давала о себе знать. Её тошнило ещё больше, чем раньше, хотелось всего и сразу, а через минуту тошнило от запаха еды, то энергия била из неё ключом, то она вообще не могла поднять руку. Большую часть времени рядом с девушкой был Сириус — только ему Тонкс рассказала о том, куда пропал Римус. И даже показала записку. — Вот мудак, — выругался Сириус, когда прочитал её. — Я же ему говорил… — Что? — оживилась девушка. — Он что-то говорил по этому поводу? — Да ничего нового. Что он тебя не достоин, опасен для тебя, и вообще, весь такой плохой и никчёмный. — Мда, похоже на Римуса. Как думаешь, он вернётся? — Конечно вернётся, - улыбнулся Сириус и крепко прижал племянницу к себе. После того разговора Блэк твёрдо решил найти блудного друга. Думать Сириус не любил, поэтому сразу же трансгрессировал в дом родителей Римуса — должен же он был где-то жить. Но Лайелл и Хоуп очень удивились, когда разговор зашел о их сыне, и сказали, что не видели его уже давно. Но зато они усадили Сириуса за стол и хорошенько откормили, прежде чем отпустить. Ощущая себя, по крайней мере, бладжером, Сириус трансгрессировал в Дырявый котёл, но и там друга не оказалось. Потом он проверил ещё площадь Гриммо, квартиру Тонкс в Лондоне, и даже заглянул в Хогвартс — Люпина нигде не было. Надо сказать, в Хогвартсе без Дамблдора не было уже той атмосферы веселья и беззаботности, которая витала в воздухе, когда Сириус впервые перешагнул его порог. Теперь, когда директором был назначен Снегг, тут царила тишина и уныние, в лучших традициях Слизерина. У Блэка оставался только один вариант — Косой переулок. Материализовавшись там, он в очередной раз ужаснулся переменам, произошедшим после прихода к власти Волан-де-Морта. Некогда веселый и шумный переулок как будто вымер: половина лавок закрылась, остались только самые отчаянные — внушающая часть из них была из Ордена Феникса, и они всем своим существом хотели доказать, что не подчиняются новому режиму. И хотя после переворота в Министерстве Ордену пришлось уйти в подполье и скрывать своё месторасположение (а желательно и свою личность, потому что нападения на членов Ордена участились), орденовцы не сдавались и продолжали тайные вылазки с стан врага. Пожиратели, обретя практически безграничную власть, стали менее аккуратными, и теперь узнать о их ближайших планах не составляло большого труда. А так же проще было проникнуть на собрания или просто на посиделки ближнего круга — это обеспечивало Орден достаточно большим объёмом сведений, но загвоздка была в том, что они были почти бесполезны. Пожиратели получили безграничную власть, и могли творить любые бесчинства, не неся за это никаких наказаний. Для Ордена Феникса во всей Англии осталось только одно безопасное место — штаб-квартира на Гриммо, 12. Но так как за этим домом, как и за всеми остальными, велась слежка, создавалась некоторая сложность — трансгрессировать приходилось на верхнюю ступеньку крыльца, которая была не видна с улицы. А это было довольно сложно: чуть оступишься — и тебя тут же схватят «служащие Министерства» (читай — Пожиратели Смерти). Такие непоседы, как Тонкс, трансгрессировали под мантией-невидимкой. Но в Косом переулке Люпина тоже не обнаружилось. Все возможные места Сируис проверял, наложив на себя Дезиллюминационное заклинание, поэтому вероятность быть схваченным была практически нулевой. Сириус обошел все открытые лавки, попытался найти хоть один работающий хостел (впрочем, безуспешно), и тут заметил что-то необычное. За поворотом, где начинался Лютный переулок, слышались крики и взрывы заклинаний. Сириус решил проверить, что там происходит, и бегом направился туда. Завернув за угол, он очень удивился, увидел Римуса, на которого напал Пожиратель Смерти. Друг, надо признать, успешно отбивался и Блэк бы даже не стал вмешиваться, если бы за спиной Люпина не появился ещё один человек в черной маске, явно намеревающийся помочь своему не особо владевшему боевыми искусствами товарищу. Сириус рывком вытащил палочку из внутреннего кармана и одним взмахом уложил сначала одного, а потом и второго Пожирателя. Римус завертел головой, пытаясь понять, откуда пришла помощь, и Блэк снял с себя Дезиллюминационное заклятие. — Быстрее, валим отсюда! — крикнул он Римусу, и, схватив того за руку, трансгрессировал. Оказавшись на площади Гриммо, они смогли отдышаться. — Может расскажешь, что делал в Лютном переулке? — Я был в Косом, потом один из Пожирателей напал на меня и немного оттеснил. Спасибо, что помог. — Римус, — серьёзно начал Сириус. — Тебе слишком опасно ходить по таким местам одному. Ты — известный член Ордена, и на тебя могут напасть в любую секунду! И, если тебе наплевать на Нимфадору с вашим ребёнком… — Стой, Сириус. Мне не наплевать. Дора действительно сейчас находится в огромной опасности, и я обязан защищать её! Джим погиб, защищая свою семью! А ещё Лили, Марлин, Мэри, Доркас, Гидеон, Фабиан и куча других! Мы должны сделать так, чтобы они не погибли напрасно! Мы должны отвоевать наше светлое безвоенное будущее! — Ты сначала Тонкс отвоюй. — А где она? Надеюсь, осталась у родителей? — Да, но не факт, что она ещё там, потому что я её не видел уже около пяти часов. — А где бы был? — Тебя искал, придурок! Римус только слегка улыбнулся, кивнул, и быстрым шагом вышел из квартиры. А через пару секунд уже стоял у дома Тонксов. Когда он зашел, на кухне были Тед с Андромедой. — О, Римус, наконец-то! Мы так тебя заждались! — слишком громко воскликнула Андромеда, обнимая зятя. А Нимфадора, лежавшая в своей комнате на втором этаже, подумала, что её послышалось. Но когда через несколько минут послышался скрип ступенек и шаги, явно не принадлежавшие родителям, девушка насторожилась. Она чуть-чуть привстала, облокачиваясь спиной о стену. Дверь аккуратно открылась, и в комнату вошел Он. Люпин! Чертов Люпин! Вернулся, спустя неделю! — Дора, — тихо окликнул жену он. Она отвернулась к стенке. На глаза навернулись слезы. — Прости меня, пожалуйста. Я дурак, самый последний дурак на свете! Но я всегда любил тебя. Я думал, что таким образом защищаю вас с ребёнком от опасности, но потом всё понял, честно! Дора, милая, я тебя больше никогда не оставлю, ни на секунду! Только прости, пожалуйста… Тонкс не шевелилась. Римус подождал пару минут, глядя за её серые волосы, а потом тихонько дотронулся по её плеча. Она вздрогнула, Люпин убрал руку. А потом девушка резко повернулась и приникла к его губам. Слегка ошалевший Римус ответил на её поцелуй. Страсть захватила их, Римус обвил руками талию девушки, проникая языком в её приоткрытый рот. Дора вдруг чуть-чуть отстранилась и больно, до крови прикусила его губу. — Ай! — Это чтобы больше неповадно было, — улыбнувшись, ответила девушка, падая на кровать. Римус тут же лег рядом, снова притянув её к себе. Остаток дня прошел в тихом семейном кругу. Вечером ещё заскочил Сириус, и они отметили возвращение Римуса потрясающе вкусным ужином. А когда они легли спать и Тонкс доверчиво прижалась к нему спиной, Римус понял, что это и есть счастье. И провалился в сладостный сон. Который, впрочем, длился недолго. В четыре часа утра его растолкала Нимфадора. Еле разлепив глаза, он взглянул на жену. — Родная, что случилось? — Римус, я хочу фейхуа.