Оборотни тоже заслуживают счастья

*Прошло полтора часа* 21 августа 1997 года, 4 часа утра. — Сиииириииууус! — Римус с воплями ворвался в комнату лучшего друга. Спящий Блэк не шевельнулся. — Сириус! — Люпин подошел и потряс его за плечи. Ноль реакции. — Умер, что-ли. Римус решил, что ради такого случая можно задействовать уже старые, но проверенные методы. Он достал палочку, и шепнул: — Агуаменти! Блэк подскочил, как ошпаренный (хотя вода, между прочим, была холодной). — КТО ЗДЕСЬ?! — заорал он, протягивая руку к прикроватной тумбочке, на которой покоилась его волшебная палочка. — Тише ты, это я! — Римус? — Сириус успокоился, высушим одежду, волосы и постель, и вопросительно уставился на друга. — Что тебе от меня надобно в четыре утра? — Сириус, у меня к тебе очень важный вопрос. Ты же у нас аристократ? — Это и есть твой вопрос? — Да нет! Ну ты же должен знать все заморские фрукты и овощи? — Ну допустим. А что? — Хоть ты мне скажи, что такое фейхоа? — Ягоды такие тропические. РИМУС, ЗАЧЕМ ТЕБЕ ЭТА ИНФОРМАЦИЯ, В МАТЬ ЕГО, 4 УТРА?! — Да не ори ты! У меня жена, между прочим, беременна. — Что? Тонкс? Серьезно? — Да, заявила, что не сможет уснуть, пока не поест вот это вот. Последние полтора часа эту угрозу выполняла. — Господи, Андромеда, вот не могла нормально дочь воспитать? Где ты должны их искать сейчас? Они же зреют в начале зимы! — Мерлииин, Бродяга. Что мне делать? — Не паникуй ты так, Лунатик. Мародеры своих в беде не бросают, — сказал Сириус, вставая с кровати и натягивая джинсы. — Найдём мы твой фейхоа. Они трансгрессировали в ближайший круглосуточный супермаркет. Сонная продавщица посмотрела на них убийственным взглядом, после которого от Мародеров должна была остаться, видимо, только кучка пепла, и сказала, что такое у них не продается. Ещё в шести магазинах им ответили почти тоже самое. — Не, Лунатик, так дело не пойдёт. Надо мыслить масштабнее. Они трансгрессировали к самому большому гипермаркету Лондона. В нём, казалось, есть всё. По крайней мере, Сириус утверждал, что однажды от купил тут шипящих мадагаскарских тараканов. На вопрос Римуса, зачем ему нужды были эти тараканы, он напомнил ему случай с их шестого курса. 1976 год. Джеймс уже довольно долго возмущался наказанием, которое им назначила профессор МакГонагалл. И, между прочим, неоправданно! Подумаешь, они запускали в гостиной салюты! Небольшие ведь совсем! Прям крошечные! И если бы эти дуры девчонки не рассказали об этом декану, об этом бы вообще забыли через несколько часов. И вот, отскабливая уже, наверное, сотый котёл от прилипшего к нему зелья, Сириус сказал: — Парни, вы как хотите, а девчонки должны за это ответить! — Правильно, Бродяга! — поддержал друга Джеймс. — Будет мстя! — Сохатый, Бродяга, — попытался образумить их Люпин. — С точки зрения школьных правил, они поступили правильно! Особенно Лили, она же староста! — С Эванс у меня вообще отдельный разговор будет. Надо же, так подставить человека, к которому ты неравнодушна уже два года! — Джим, — решил вернуть его с небес на землю Сириус, — она тебя отшивает каждую неделю эти два года. — Это потому что люююбит, — мечтательно произнес Джеймс, и тут же посерьезнел. — И всё же, как мы будем мстить девочкам? — Есть одна оригинальная идея, — ухмыльнулся Бродяга. — Но мне нужна будет помощь Джима и Рема. — А со мной что не так? — подал голос Питер. — Ты не гуру трансфигурации, Хвост. — — На меня даже не рассчитывайте! Я не буду этого делать! — запротестовал Люпин. — Ладно, без тебя справимся, — улыбнулся Джеймс. Следующие два дня Бродяга и Сохатый постоянно переглядывались с хитрыми улыбками, а потом засели в спальне с какой-то коробкой. На следующее утро на столике с спальне девочек лежали четыре очень красивых гребня для волос с запиской «От тайных поклонников». Счастливые девушки решили не затягивать, и в это же утро спустились в гостиную с гребешками в волосах. И как же он потом кричали, когда посреди зельеварения эти гребни рассыпались на кучи мадагаскарских шипящих тараканов. А Мародёры потом ещё долго драили котлы. Тараканы тараканами, но и в том магазине не нашлось этих многострадальных ягод. Тогда Сириус, прибегая в последнему варианту, взмахнул палочкой и отправил кому-то Патронус. А через минуту перед ними материализовался Наземникус Флетчер. Он сразу же забегал глазками в поисках путей отступления. — — Привет, Земник, — беззаботно поздоровался Сириус. — — Здравствуй, Сириус. Нужна помощь? — Да. Мне нужно, чтобы ты нашел нам фейхоа. — Что? Как? Они же цветут зимой! — Меня это не волнует, мне нужны эти ягоды! — Хорошо-хорошо, Сириус, только не кричи! — Иди ищи! Мы будем ждать тут. Когда Наземникус испарился с громким хлопком, удивленный Римус уставился на друга. — С каких пор Флетчер у тебя в качестве лакея? — С тех самых, когда он начал таскать с площади Гриммо фамильное серебро Блэков и продавать его. Я однажды его поймал за этим занятием, и теперь у меня личный слуга до конца жизни. — Махинатор, — улыбнулся Люпин. Земник появился минут через тридцать. В руках у него был пакет с маленькими зелёными ягодками. — Мне пришлось отправляться в Южное полушарие, чтобы подгадать сроки сбора урожая! Это издевательство, Блэк! — Не издевательство, а плата за содеянное, — отрезал Блэк и посмотрел на него так, что Флетчер быстро попрощавшись, исчез. — И на это мы убили всю ночь?! — возмущался Римус, глядя на ягоды. — Мерлин, как же я люблю Дору. — Пошли уже к вам, она же ждёт. Они трансгрессировали в Лондонскую квартиру Тонкс, с которой сейчас жил и Римус. Быстро сняв защитные заклинания, они вошли внутрь. Римус позвал Тонкс, но никто не откликнулся. Обеспокоенно переглянувшись, Римус и Сириус вошли в спальню. Тонкс сладко посапывала, растянувшись поперёк кровати и прижимая к себе плюшевого волчонка. Мародеры переглянулись и в абсолютной тишине вышли из комнаты.