Я не боюсь

Лето пролетело как-то незаметно, оставшись в памяти яркими мазками разноцветных красок. Сделало всех на год старше: Константину в июле исполнилось тридцать один, а Соня и Дарина, родившиеся друг за другом — 17 и 18 августа, отметили свои двадцать три и семь соответственно. По возвращении из Одессы закипела подготовка к учебному году. И если с Дариной всё было более-менее просто, то Соне пришлось помучиться, выбирая для себя то, в чём ей предстоит проводить большинство времени в стенах университета. Девочка, катающаяся с ней по магазинам, вечером, конечно же, заявила вернувшемуся с работы отцу, что хочет «как Соня» и «как у Сони». Удалось, слава Богу, обойтись купальником и чешками для уроков хореографии и договориться о пробном занятии в школьном танцевальном кружке после начала учебного года.

***

И вот, наконец, наступил самый важный в жизни любого первоклассника день. Пока Константин выгуливал Ириса, Соня успела собраться и теперь закручивала Даринке волосы. Малышка хотела быть самой красивой, ведь её выбрали давать первый звонок. Сделав кучу памятных фотографий и наказав Ирису вести себя хорошо, семья отправилась в школу. И если Костя и Дашка внешне выглядели спокойными, то у Сони внутри бушевало цунами — она переживала, как девочку примут. Мелкая трещала без умолку — рассказывала что-то про своих одноклассников, с которыми успела познакомиться пару дней назад на собрании и о том, как классно, что именно ей доверили дать первый звонок. — Будешь у мальчика на плече сидеть — спинку держи ровно, — прежде чем Даринка убежала к своим, тихонько сказала ей Соня. — Ага, — кивнула малышка головой, обнимая затем присевшую перед ней на корточки девушку за шею. Константин успел запечатлеть этот милый момент, ведь с ним дочь уже давно обнялась. Даринка с букетом в руках убежала к одноклассникам, которых уже строили в шеренгу, а взрослые остались стоять чуть поотдаль, рядом с другими родителями, пришедшими проводить своих детей в школу в первый (или в одиннадцатый) раз. Константин, заметив, что Соня волнуется, легонько сжал её руку. Девушка улыбнулась, в ответ сжимая мужскую ладонь дважды — таким своеобразным способом они частенько признавались друг другу в любви, когда нельзя было произнести это вслух. Наблюдают за выступлениями школьных коллективов, за такими важными одиннадцатикласниками и такими смешными, но не менее важными первоклашками. Довольный папа снимает на видео, как его малышка даёт первый звонок на свой первый урок. Дети скрываются в здании школы, а у родителей есть 40 минут на свои «взрослые» разговоры. Константин и Соня отбиваются от родителей Даринкиных одноклассников и спешат скрыться в машине. Мужчина как обычно распахивает перед девушкой дверь внедорожника, помогая оказаться в салоне. Приземляется на водительское. — Как же быстро моя Дашка выросла, — Костя жадно глотает воду из бутылки. В горле почему-то сухо. — Уже первоклашка. Не успеем с тобой, Сонька, и моргнуть, как будем плакать у неё на выпускном. — Ты и плакать? Серьёзно? — Соня не верила своим ушам. — Мой железный мужчина и плакать? Нет, быть такого не может. — Может. Я плакал, когда она родилась и мне дали подержать эти три килограмма счастья. Маленькая-маленькая. Смотрела на меня своими огромными глазищами. Я ведь не видел, как она росла, Сонь. И это очень обидно. Когда она была совсем маленькая, я учился и очень много работал, чтобы она и моя жена, её мать, ни в чём не нуждались. Целовал её спящую, уходя на работу по утрам или возвращаясь домой глубокой ночью. А потом Стелла решила, что в США круче и свалила, бросив Дашку в приюте. И знаешь, как больно каждое воскресенье было приводить её обратно, а потом садиться в машину и ехать домой. Без неё. Я так перед ней виноват… — мужчина закрыл лицо руками. — Не вини себя, Костя, — девушка коснулась плеча мужа. — Ну ведь это я выбрал женщину, которая её родила. — Но ведь если бы не она, то у нас не было бы такой замечательной Дашки. Ведь так? — Соня прикоснулась губами к мужской щеке. — Так, — мужчина кивнул, возвращаясь в реальность и, перехватив Сонину руку, прижал её к губам. — Спасибо, Сонь. — Нам Дашку скоро забирать. Пойдём? — девушка улыбнулась. — Пойдём, — Константин вышел из машины и помог девушке выбраться.

***

Даринка с довольным видом обогнала идущую впереди учительницу и, просто упав в Сонины объятия, начала тараторить, рассказывая, как ей понравилось в школе, какие все сегодня красивые (особенно тот мальчик из 11«А», который вёл её в школу) и о том, что она уже успела подружиться с девочкой с красивым именем Каролина и будет сидеть с ней за одной партой. Константин тем временем внимательно слушал, что говорит классная дочки и отмечал что-то в телефоне. — Жду всех завтра в 8:20. Просьба не опаздывать. До свидания. Попрощавшись с учителем, Костя подхватил дочку на руки: — Ну что, едем кушать мороженое? — подкинул малышку в воздух. — И пирожные! — Даринка рассмеялась, обнимая отца за шею. По дороге в любимое кафе малышка рассказывала об одноклассниках и о том, что нового узнала на классном часе, а стоило семье разместиться за столиком, дожидаясь пока им принесут меню, спросила у Константина: — Папочка, а ты ведь дежуришь завтра, да? — Может быть, солнышко. А почему ты спрашиваешь? — Ну-у… — девочка замялась. — Просто Алина Сергеевна спросила у меня, кто меня завтра из школы заберёт. И я сказала, что Соня. Ну раз ты дома ночевать не будешь из-за своей работы. — Да, Дашуль, тебя завтра Соня заберёт, — Гецати мрачно взглянул на всплывшее на экране смартфона уведомление о пришедшем от коллеги сообщении с просьбой подменить. — А ещё Алина Сергеевна подумала, что Соня — моя старшая сестра. Но я сказала, что Соня — папина жена. И Алине Сергеевне это почему-то не понравилось… — А с каких это пор её интересует личная жизнь родителей учеников? — мужчина хотел стукнуть кулаком по столу, но Егорова быстро накрыла его ладонь своей. — И вообще, неужели я так плохо выгляжу, что мою жену принимают за мою старшую дочь? — Папочка, а ты купишь мне са-а-а-амое большое мороженое? — протянула Соня, глядя на мужчину. — А Дашке не покупай, она вредная! Но на самом деле, у девушки внутри снова появилось неприятное — она почувствовала себя лишней. Но к её счастью, Костя ничего не заметил. Пообедав и получив свой десерт — огромную порцию мороженого, украшенного взбитыми сливками, ягодами и шоколадом, Соня вздохнула: — Эх, последний раз в ближайший год сладкое ем. — Ну в смысле, Соня?! Эй, — довольная до этого Дашка резко изменилась в лице. — А кто со мной шоколадки теперь кушать будет? Ирису же нельзя! — Ну если только половинку половинки кусочка, малыш, — девушка потрепала малышку по волосам. — Я думаю, ты найдёшь способ съедать по половинке плитки и оставаться всё такой же стройной, — улыбнулся Константин, проводя под столом рукой по Сониной ноге. — Костя, перестань! — Соня накрыла его ладонь своей, останавливая. Домой довольная семья вернулась только к вечеру. Но праздник на этом не закончился — Константин приготовил своим любимым девочкам подарки — новенькие планшеты, а ещё когда-то успел купить и спрятать на балконе огромный полосатый арбуз.

***

На следующий день, как и было оговорено, малышку в школу отвёз папа, а забрать должна была Соня. Однако, застряв после пар в пробке на Леси Украинки, хоть и ехать от университета до школы всего 10 минут, Егорова оказалась на месте чуть позже, чем было бы нужно. Даринка сидела на одном из кресел в холле и, едва завидев девушку, бросилась к ней навстречу. — Соня моя пришла! — малышка прижалась к девушке, получив от неё обнимашку и поцелуй в макушку в ответ. — Ты чего такая лохматая? — спросила Соня у Дашки, глядя на её растрёпанные волосы. Та только плечами пожала: — Ну оно как-то само так вышло, я же на танцах была. Со-о-онь, там такая классная учительница у нас! — Софья Сергеевна, можно вас на минутку? — как гром среди ясного неба в тишине холла раздался голос Дашкиной классной. — Так, Дашуль, беги, переобувайся и курточку надевай, а про танцы свои мне в машине расскажешь, хорошо? — Соня тут же отпустила от себя ребёнка и, выпрямившись, поспешила поравняться с учительницей. — Добрый вечер, Алина Сергеевна. — А вам не кажется странным, что ваш ребёнок не называет вас мамой? — с места в карьер сиганула та. — Надо бы Дарину психологу показать. Это ненормально. Егорова глубоко вдохнула, буравя глазами стоящую напротив девушку, которая была старше неё на пару-тройку лет и, выдохнув, сказала: — Что ненормально? Что ребёнок, которого родная мать оставила в приюте в трёхлетнем возрасте и которого совсем недавно родной отец смог забрать в семью, прекрасно понимая, что я ей не мать, называет меня по имени? Мне кажется, это в порядке вещей. Алина Сергеевна поджала губы, поняв, что Соня просто так не сдастся: — А ещё вы опоздали! Я что, до ночи тут сидеть должна, ждать, пока вы соизволите Дарину забрать? — Я опоздала всего на пять минут потому, что попала в пробку. Что, прикажете мне бросать машину на Леси Украинки, пусть все объезжают, и идти пешком? А «сидеть», как вы выразились, здесь — ваша работа. Или я не права? Ответа Соня не услышала потому, что к ней подбежала собранная Дарина. — Сонь, я готова! Пойдём? До свидания, Алина Сергеевна! — До свидания, — попрощалась и девушка. — До свидания, — сквозь зубы ответила учительница. — Нет, ну ты представляешь, Костя, — уложив Даринку спать, Соня набрала мужу, который сегодня был на дежурстве, — Алина Сергеевна решила показать Дарину психологу просто из-за того, что та не называет меня мамой. А потом наехала на меня из-за того, что я приехала не в 18:00, а в 18:05. Такая элитная школа и такой отвратительный персонал… — Я надеюсь, ты не нахамила ей в ответ? — памятуя, как его жёнушка бывает остра на язык, спросил у неё Константин. — Ну разве что совсем немного, — вздохнула девушка. — И именно из-за наезда за опоздание. А насчёт психолога сказала, что то, что Дашка называет меня по имени — в порядке вещей и в этом не нуждается. — Я разберусь, Сонь. Спи, тебе вставать рано. — Ну вообще-то, мне к третьей паре, папочка, — Егорова хихикнула. — Успею выспаться.

***

Утром, пока Соня ещё спала, Константин отвёз Даринку в школу и, пользуясь тем, что дочка увлечена беседой с одноклассницами, решил поговорить с Алиной Сергеевной. Услышав от неё слово в слово то, что рассказала ему жена, Гецати довольно жёстким тоном спросил: — Скажите, пожалуйста, вам моя дочь жаловалась на что-то? Или, может, асоциально себя вела или проявляла девиантное поведение? — Нет, но… — Тогда будьте так любезны, не лезьте в нашу жизнь. Я сам решу, что мне делать с моим ребёнком. Алина Сергеевна ничего не ответила, а лишь, посмотрев на часы, громко подозвала детей к себе. Довольная Дашка отправилась в школу, помахав отцу рукой с её порога, а мужчина, едва малышка скрылась за дверьми, отправился домой — у него сегодня был выходной.