Я не боюсь

— Сонь, ты помнишь, что мы сегодня к Чайке на день рождения едем? — обуваясь, спросил у жены Константин. — Конечно, помню, — Соня кивнула, поправляя Даринке шарф и капюшон. — Ты мне все уши прожужжал про это, пока пытался решить, что лучше Роману Ильичу подарить — кофемолку, кофеварку, турку и кофе или и вовсе кофемашину. — И в итоге мы с тобой вообще не это всё ему купили, — мужчина улыбнулся, заматывая шарф. — Дашка, шапка где? — Ну па-а-а-ап, ну мы же на машине, ты же на работу! Зачем шапка? — девочка сморщила нос. — И вообще, Соня тоже без шапки ходит! — Соня сейчас с Ирисом гулять пойдёт и шапку наденет, — парировала Егорова, доставая из шкафа свою парку. — Ирискин, гулять! — собака вылетела в коридор и, дождавшись, пока девушка пристегнёт к ошейнику поводок и наденет на себя шапку, заспешила к входной двери. — Дашка, веди себя хорошо. Я тебя сегодня из школы заберу, — девушка поцеловала малышку в щёчку. — До вечера, любимый, — чмокнула в губы и мужа, скрываясь затем за дверью.

***

К моменту возвращения Константина домой с работы, Соня была почти готова к выходу. Уже с макияжем и уложенными волосами она проверяла у Даринки домашнее задание. Ей, в отличие от мужчины, которому предстояло ещё принять душ, оставалось только одеться. — Сонь, ну что ты там? — Гецати, стоя у зеркала в коридоре, пытался справиться с галстуком. — Иду, — откликнулась девушка, выходя затем из спальни. Увидев её в зеркальном отражении, мужчина ахнул — идеальный макияж, волосы, собранные в высокую причёску и чёрное платье в пол, наглухо закрытое спереди. — Давай помогу, — Соня быстро справилась с узлом и провела ладонью по лацкану пиджака мужа. — Подарок взял? — обходя мужчину, чтобы открыть шкаф, спросила она у него. — Взял, — кивнул Константин, глядя на идеально ровную обнажённую спину жены. Паркуясь у «Fairmont Grand Hotel», Костя спросил у Сони: — Волнуешься? Всё-таки первый раз вместе куда-то дальше магазина идём. — Ни капли, — девушка фыркнула и покачала головой, удивляясь тому, с чем мужчина сравнил поход на день рождения друга. — И правильно. Пойдём? — Пойдём. Большой зал. Много людей. Довольный Роман Ильич встречает гостей и принимает поздравления. Обнимашки. Шутки. Совместные фото с именинником. Соня ловит на себе несколько оценивающих липких взглядов. Думает, что дело в довольно откровенном вырезе сзади. Но нет, всё вполне прилично. Total black, ничего лишнего. Из аксессуаров лишь небольшой клатч и верные спутники — помолвочное и обручальное кольца на тонком безымянном. Разглядывающие её девушки одеты куда более нескромно — короткие платья, откровенные декольте, демонстрирующие явно не природные формы. — Почему они так на меня смотрят? — осторожно спрашивает у мужа, когда они остаются наедине (ну если те пару минут, что с ними никто не здоровался, можно так назвать). — Не волнуйся, — мужчина почувствовал смущение жены. — Просто меня давно никто не видел с женщиной. А некоторые и вовсе никогда не видели. Тем более, с такой красивой, — Константин аккуратно коснулся губами Сониных волос, а затем, обняв её за талию, повёл к компании нескольких мужчин, что-то довольно активно обсуждающих. — Знакомься, Сонь, это мои коллеги и друзья — Дмитрий, Руслан и Эдгар. Ребят, знакомьтесь, это Софья — моя супруга. — Рада знакомству, — Соня улыбнулась. — О-о-о, Гецати, — протянул Дмитрий, — ну наконец-то мы увидели твою жену! И где ж ты такую красоту прятал так долго? — Ой, Диденко, у тебя своя красота есть. Где она, кстати? Опять куда-то укатила? — в тон ему ответил Костя. — На театральный фест, ага, — кивнул мужчина. — Бросила меня одного тут. Голодного, холодного… Слушай, Кость, вот мы тут спорим. Как считаешь… А дальше Егорова не поняла ни слова и поэтому принялась осторожно осматриваться. Мероприятие казалось ей довольно строгим и официальным, несмотря на то, что это был всего лишь день рождения, а не какой-нибудь там торжественный приём. Суетящийся фотограф, почему-то максимально серьёзные лица людей… И эти липкие взгляды, от которых никуда не деться. Показалось, что даже услышала какую-то колкость из разряда «нашёл себе какую-то малолетку» от проходящих мимо дам. Крепче вцепилась в предплечье мужа, борясь с желанием догнать и ответить нечто такое же. Но спина, кажется, на момент стала ещё более прямой — от осознания того, что этот, по словам дамочек, «породистый самец», никогда не обратит на них внимания.

***

За столом, конечно же, рядом. Константин незаметно для остальных кладёт руку на Сонино колено. Отмечают, что праздник Роману Ильичу действительно удался на славу — красивое место, хорошая музыка и вкусная еда. Ну и, конечно же, атмосфера — к середине вечера все уже разошлись и перестали сидеть с «протокольными», как выразилась Соня, лицами. Когда зазвучала медленная музыка, Костя, зная о любви жены к танцам, не посмел не пригласить её. И если сначала они, как и остальные пары, топчущиеся на свободном от столиков пятачке, старались держаться более-менее официально, то когда свет становится чуть менее ярким, мужские руки тут же оказались чуть ниже положенного им места, а девушка положила голову на крепкую мужскую грудь. Мужские тёплые пальцы пробегаются вдоль выступающих позвонков на обнажённой Сониной спине. Соня дрожит. Выдыхает, проводит ладонью по его щеке, а затем, будто бы невзначай, скользит пальцами по губам. Кажется, становится жарче. Константин наклоняется и аккуратно прикасается губами к губам девушки. Шепчет: — Предлагаю сбежать отсюда после того, как вынесут торт. — Только украдём кусочек для Дашки, она же просила, — улыбнулась Соня. Огромный торт. Счастливый именинник, задувающий свечи. Съев по кусочку, покидают зал незаметно для всех. Однако, забрав верхнюю одежду, идут не к выходу, а к стойке рецепшена. — Ко-о-ость, — немного недоумённо тянет Соня. Отгоняет неприятные мысли, образы из прошлого, которые лезут в голову. Это же её муж — тот, с кем всегда безопасно, хорошо и спокойно. Быстрая регистрация. Карточка от номера. Пустой лифт. Мужчина тут же затягивает девушку в поцелуй, скользя тёплыми ладонями по её обнажённой спине. Ещё чуть-чуть и они останутся наедине. Там, где никто не увидит и где можно быть настоящими. Егорова уже проигрывает в голове сценарий сегодняшней ночи, но все её домыслы с треском рушатся, едва за спиной Константина захлопывается дверь номера. Снова поцелуй, объятия и… Всё. Никакого продолжения. Соня залипает в панорамное окно на ревущий широченный Днепр и чувствует себя маленькой девочкой, первый раз приехавшей в столицу. Константин улыбается, разглядывая её безукоризненно прямую спину. Делает фото, пока девушка не видит. Выкладывает в инстаграм, ёмко подписывая «Моя ♥». Подходит к ней. Прокладывает дорожку поцелуев по шее. Разворачивает девушку лицом к себе. Губы к губам. И мурашки вдоль позвоночника совсем не от того, что стекло холодное. Поцелуй становится всё более жарким и требовательным. Выныривают, чтобы вдохнуть. — Я и не знала, что ты так хорошо танцуешь, — Соня улыбается, обхватывая руками шею мужа. — Ну не так хорошо, как ты, — Константин улыбается в ответ, с нежностью глядя на девушку. — Может, научишь меня? — Ну если хочешь. Смотри, всё очень просто. Пара вышла на середину комнаты и Соня показала мужу пару элементарных вальсовых шагов. Они закружились в танце, а потом Костя просто поднял жену на руки и закружил. Девушка довольно рассмеялась.

***

Прервал их стук в дверь — принесли комплимент от отеля. Шампанское и фрукты. На диванчике рядом. Пьют за любовь. И Константин точно знает, что сегодня он не сядет за руль. Кормят друг друга фруктами. Костя целует Сонины пальцы, когда та прикасается к его губам виноградинкой. Оба в предвкушении чего-то большего, но никуда не торопятся. Многое в их жизни, в их отношениях происходит впервые. И спешить совсем не хочется. Хочется запомнить всё. В мельчайших деталях. К шампанскому и фруктам прибавляются поцелуи. Пуговицы на Костиной рубашке поддаются напору Сониных тонких пальцев и расстёгиваются. А мужчина гуляет ладонями по податливому женскому телу. Ещё глоток игристого. Соня понимает, чем всё закончится и принимается вытаскивать из волос порядком надоевшие шпильки и невидимки. Едва последняя заколочка оказалась на столе, Константин снова притянул жену к себе и поцеловал в губы, запуская пальцы в волосы. Девушка легонько простонала ему в губы — массаж головы был сейчас очень кстати. Улыбается. Теперь действительно расслабилась. Мужчина легко подхватил её на руки и понёс в сторону спальни. Соня засмеялась, запрокидывая голову и тут же чувствуя прикосновение губ мужа к шее. Шёлковое покрывало на кровати пускает по обнажённой спине девушки лёгкий холодок. Константин нависает над Соней и снова целует её в губы. Проходится губами по шее, пуская по телу приятную дрожь. Стягивает ткань платья с плеча. Целует открывшийся участок. Освобождает второе плечо, осторожно тянет рукав. Соня давно отметила, что что бы ни было, как бы они ни были увлечены процессом, Костя всегда аккуратен к одежде. И поцелуи от кончиков пальцев до плеч, по шее и ключицам. И вторая рука девушки освобождена из плена узкого рукава. А ткань, обнажая грудь, ползёт ниже под сильными мужскими руками. Вместо прикосновения губ, Соня получает вопрос, возвращающий в реальность: — А это что за покемон? — Константин недоумённо смотрит на силиконовые чашки, соединённые небольшим крючком. — Сам ты покемон, — хихикнула девушка. — Я спокойно могла бы быть без него, но ты бы ругался. — Я и сейчас ругаться буду, — усмехнулся мужчина. — Потому что не понимаю, как это снимается! — С краю аккуратно потяни. Только не резко. Константин послушно выполнил инструкции жены и, отложив ненужную вещь в сторону, улыбнулся. — Так мне нравится гораздо больше, — довольно произнёс он, касаясь затем губами соска девушки. — Мне тоже, — едва успела ответить та, ведь последнее слово утонуло в шумном выдохе. Получив дозу удовольствия, Соня решительно притянула мужчину к себе и наконец смогла избавить его от рубашки. Следующим на кресле оказалось её платье. Бесшовные трусики, ажурные чулки. Константин прокладывает по плоскому животику девушки дорожку поцелуев, пальцами проникая под резинку белья и тяня его вниз. Соня знает, что чулки на ней тоже долго не задержатся. Пытается расстегнуть ремень на мужских брюках, но пальцы не слушаются. Мужчина понимает намёк и спешит расправиться со своей одеждой самостоятельно. Его губы по внутренней стороне Сониного бедра. По колену, на котором белеют пара едва заметных шрамов. И нет больше никаких преград. Мужчина не упускает случая подразнить девушку, несколько раз легонько прикоснувшись губами к её клитору, заставляя чуть выгнуться в спине. Рвётся фольга («А он предусмотрителен!») и Соня стонет, ощущая, как Константин заполняет её до самого конца. Довольно быстро получили желаемое. Как обычно, нежный поцелуй в губы и Соня утыкается носом в мужское плечо, пока он свободной рукой кутает её в одеяло. — Ты как? — спрашивает, целуя затем в макушку. Девушка лишь довольно улыбнулась, крепче прижимаясь к мужу. — Кость, а как думаешь? — Что, маленькая? — А если бы мы с тобой тогда не поженились, а просто начали бы встречаться, то когда была бы наша свадьба? — Интересный вопрос… Думаю, сейчас мы всё ещё не были бы женаты. — И я так думаю. Знаешь, если честно, я рада, что ты тогда на этом настоял. — Я люблю тебя, — шепчет Константин, целуя Соню в нос. — И я тебя люблю, — улыбается девушка, закрывая глаза и мгновенно проваливаясь в сон.

***

А утром в лифте Соня и Костя нос к носу столкнулись со вчерашним именинником и Зоряной Максимовной. По их виду было понятно, что далеко не медицинскую энциклопедию они всю ночь читали. Гецати хотел было подколоть коллег, но двери лифта снова открылись, впуская в него ещё пару человек. — Интересно, конечно, всё это, — улыбнулся Константин, садясь в машину. — А говорят ещё, что у них «нет романа», — передразнил Чайку, закатывая глаза. — Домой? — спросил у Сони, заводя мотор. — Нет. В кондитерскую. Мы же Дашке кусочек тортика обещали. — Ну да, без тортика домой нам никак нельзя. А то обидится ещё. Поехали? — Поехали. А к Роману Ильичу и, уж тем более, к Зоряне лезть даже не вздумай! А то я Ирису скажу, чтобы он тебя покусал!