— Твёрдый хрусталь —

***

      День, как половина всех предыдущих, пролетела почти что незаметно. Уроки были необычайно тихими, хоть ученики были в полном составе и присутствовали на всех занятиях. На переменах уже никто особо не разговаривал, предпочитая молча сидеть в своём классе или с кем-то переписываться. Даже учителя, которые любили вести на своих уроках нравоучения и кричать, повышая голос на непослушных старшеклассников, сегодня были довольно спокойными и тихими — словно вся школа была в неком трауре, начиная медленно, но верно, окутываться тишиной и мраком. Казалось что в эти оставшиеся минуты последнего урока в классе не было вообще никого: стоило учителю по литературе замолчать, как всё помещение вдруг озарило гробовое спокойствие, вынуждая некоторых поднять голову и даже осмотреться по сторонам — эта мгновенная тишина всё с каждой секундой становилась всё более тяжелой, поэтому просто так находиться в классе мог не каждый, чтобы "случайно" не бросить ручку и кашлянуть в руку. Но Эстония сидел молча до последнего, не смотря на то, что он должен был, казалось, не замолкать на протяжении всего урока. Хотя, признаться честно, даже учителям не хотелось ничего делать. Сегодня был будто не тот день. — Эй, Чмест, сколько минут осталось до конца? — вдруг позади себя услышал Эстония, после чего почувствовал, как в спину что-то слабо ударило. Но даже не оборачиваясь, он тихо вздохнул, продолжая смотреть на школьную доску и откровенно скучать. — Я не знаю. На часы посмотри. И не трогай меня, пожалуйста... — ответил омега, мысленно надеясь на то, что сзади сидящий одноклассник не станет идти дальше и просто успокоиться или переключит своё внимание на что-нибудь другое. — Ты чё, самый умный сучёныш? — съязвил альфа, издевательски и в тоже время недовольно улыбнувшись и еще раз толкнув эстонца в спину, от чего тот ударился об край парты. — Генри Литтен, еще раз услышу от тебя такие слова и ты об этом пожалеешь! — не выдержав, произнесла вслух немолодых лет учительница Анастасья Карльен, после чего послышался довольно резкий стук деревянной указки об лакированный стол, что стоял у самого окна. — Да пошла ты нахуй... — тихо и еле слышно прошипел недовольный подросток, после откидываясь назад на свой стул и поворачивая голову куда-то в сторону. В этот момент Эстония бесшумно вздохнул, прикрыв глаза, так как начинать ссоры на пустом месте ему не хотелось. Ровно так же, как и ничего вообще в этот момент. Хотелось просто спокойно прийти домой и упасть на кровать, наконец радуясь, что весь рабочий день в школе на сегодня окончен и можно просто полежать в полной тишине, наслаждаясь бликами солнца на бесцветном ковре. Или же можно закрыть глаза и утонуть во снах, что так же было бы не менее лучшим исходом. Вот только лишь одна мысль о спокойном сне заставляла эстонца вспомнить все свои прошлые кошмары, снова где-то внутри переживая по поводу того, что сегодня ночь тоже будет неспокойной. Именно из-за этого европеец немного поник, опуская свой взгляд куда-то вниз.

***

      Через пару минут прозвенел звонок, оглушая и, в тоже время, радуя всех присутствующих в классе учеников. Многие за секунду вскочили с места и, наспех набросив на плечи сумки или рюкзаки, так же оперативно покинули помещение, так как их школьные принадлежности были уже давным-давно собраны, а их владельцы полностью готовы к резкому старту. Но треть учеников, а именно оставшиеся семь человек, только сейчас начали спокойно собираться домой, попутно складывая все в портфель и надевая куртки на плечи. Закончив со своими школьными тетрадями и учебниками, Эстония, не теряя ни минуты, быстро оделся и повесил на плечо свою, уже собранную, сумку, после оборачиваясь в сторону учительницы и прощаясь с ней, поспешно покидая класс. Выйдя в коридор, омега направился к выходу, не замечая людей вокруг. Многие возле него бегали, ходили, стояли и разговаривали, но его это уже не волновало. Рабочий день закончился и сейчас самое главное было просто прийти домой, но будто о чём-то вспомнив, эстонец остановился и обернулся, замечая лишь Швецию и Норвегию, что стояли неподалеку от него и разговаривали. В какой-то момент чуть повернувшись в сторону, швед встретился взглядом с эстонцем, после чего его легкая улыбка, что была на лице до этого, стала еще больше, что заставило европейца мелко и почти незаметно вздрогнуть, ощущая легкий страх. Но решив, что лучшим решением сейчас будет скрыться в общей толпе и пройти к выходу, Эстония так и поступил, мысленно надеясь, что его одноклассник не пошёл сейчас за ним.       Но стоило ему лишь немного задуматься и подойдя к входным дверям школы, как эстонец вдруг почувствовал на своём правом плече чьё-то легкое прикосновение, после чего, резко обернувшись назад и немного испуганно вздохнув, тут же рефлекторно набирая в легкие воздух, омега, к своему удивлению, увидел перед собой Финляндию, который, что было видно по его немного непонимающему лицу, сначала не понял, почему его друг так отреагировал. Но после, бегло осмотревшись по сторонам, северянин взял эстонца за руку и повёл к выходу, после отпуская и быстро пряча свою кисть в теплый карман своей куртки. Не нужно было особо много слов, чтобы понять одно — теперь Фин тоже старается как можно меньше попадаться своим старым друзьями на глаза. Собственно, именно поэтому он так быстро и покинул пределы школы, после чего, поступив точно так же, эстонец, что почти все время держал голову ниже, чем обычно, и смотрел себе под ноги, посмотрел перед собой, вдруг замечая, что около самых ворот стоят трое давно знакомых хулиганов. И все же мысленно надеясь, что они не ждут его ради очередной расправы, вину за которую европейцу привили, из воздуха взяв, омега пошёл по обычному пути, при этом снова опуская свои глаза вниз. Вокруг него уже не было так много учеников, как всего минутой ранее, поэтому начинало казаться, что он все с каждой секундой становится все более одиноким и беззащитным теперь всем, ведь позвать на помощь никого не удастся. — О, кого я вижу, Эст. Не хочешь немного поговорить? — с довольно презрительной и насмешливой интонацией в голосе произнес один из высоких парней, отталкиваясь от небольшой стены около врат, на которую он опирался спиной всего секунду назад. Но лишь промолчав, эстонец упорно пошёл дальше, стараясь игнорировать своих обидчиков. — До тебя что, не дошло с первого раза? Или ты за время стал более смелым, м? — уже более озлобленно спросил второй из группы хулиганов, при этом так же отлипая от белой стены и скрещивая при этом руки, недовольно заламывая брови к переносице. — А я думаю, что в тебе слишком много дерьма просто. — через пару мгновений произнес первый, после чего Эстония услышал язвительный и тихий смех перед собой от третьего парня-альфы, что был пониже своих сверстников. В этот момент омега на секунду остановился, тихо сглатывая. В голове сразу начали всплывать те самые отголоски старых унижений, от которых эстонец так и норовил сбежать. Но сейчас, снова видя эти издевательские ухмылки на лицах своих обидчиков, европеец просто понимает, что сейчас уйти куда-либо просто так он уже не сможет. Его снова будто зажали в угол, и поэтому внутри снова начала медленно скапливаться страх, принуждая язык держаться за зубами, а движения тела полностью прекратиться, заставляя тело застыть на месте, как статуя.       Но вдруг почувствовав то, что его кто-то мягко толкнул со спины, Эстония, не сдерживаясь, ровным ходом пошёл вперед, при этом боясь повернуть голову назад. Всё, что он увидел в тот короткий момент, было тем, что эмоции на лицах хулиганов стали более непонимающими, недовольными и даже отдавали нотками страха, после чего, не переставая почти что открыто удивляться, эстонец ощутил на своём теле чужую руку, которая приобняла его за левое плечо, чуть сжимая. В этот момент, когда он подошёл чуть ближе к своим обидчикам, они стали уже немного отходить назад, после чего один из них разочарованно цокнул, разворачиваясь и уходя куда-то назад. Так же поступили и его прихвостни. — Чт-... Финляндия? — пройдя школьные ворота и наконец обернувшись, эстонец пребывал в легком шоке и удивлении от того, что он увидел перед собой именно своего одноклассника, который, убрав руку вниз, тихо посмеялся, как и всегда пряча конечность в своей куртке. — Да, это я. Испугался их? — спросил северянин, при этом идя спокойным шагом вперед, на секунду оборачиваясь, чтобы подождать друга. — Если честно, то да. Но... почему ты так поступил? — поинтересовался Эст, подходя ближе и уже идя на равных по одной дороге рядом со своим старым обидчиком. — Потому что мне легче заставить их поверить в то, что ты моя пешка, чем мой друг. А поверь мне — они ни за что не тронут тебя, зная, с кем будут иметь дело после. — объяснил Фин, после чего эстонец еле заметно покраснел. Он прекрасно понимал, что финн лишь сделал вид для того, чтобы не позволить местным хулиганам снова унизить его, но почему-то от мыслей об этом стало резко тепло где-то внутри — Эстония не часто ощущает по отношению к себе такую заботу, что заставило его вмиг почувствовать себя будто бы в безопасности. — Хм... я, вообще, спросить тебя о кое-чем хотел. — вдруг произнес Фин, после чего эстонец слегка улыбнулся, давая понять, что он полностью расположен к дальнейшему разговору. — Да, я слушаю. — почти незамедлительно ответил европеец, стараясь идти так же быстро, как и одноклассник, хоть тот и шел, для себя, вполне спокойно. — Почему ты пришёл сегодня в школу? Я имею ввиду то, что тебе ведь нельзя было идти из-за... проблем со здоровьем. — задав довольно неожиданный вопрос, финн на секунду приостановился, чтобы Эстония смог его догнать и немного отдохнуть, ведь он только сейчас заметил, что довольно сильно начал куда-то спешить, переходя на более быструю ходьбу. — Ну... как бы так сказать: мне пришлось утром рано встать и прийти к своей сестре Беларуси, одолжив нужные таблетки. Она, конечно, немного удивилась, но все же дала мне то, что нужно, после чего я отправился домой, а после уже в школу. Вообщем, у меня вышло неплохое утро просто потому, что я не хотел пропускать школу. — объяснил эстонец, после чего Фин удивился, наверное, не меньше, чем Беларусь в шесть утра. Но с трудом сдержав тихий смех, но только не улыбку, финн немного поправил на своём плече сумку, чтобы её было удобнее нести. — А дома ты сегодня посидеть не мог? Нужно было обязательно заниматься выполнением такого квеста в пять утра? — поинтересовался альфа, после чего омега тихо посмеялся. — Ну, меня это не остановило. Просто зная, что сегодня биология, я не мог просто не прийти в школу. Уж прости. — ответил Эстония через пару секунд, подобрав нужные слова. Его самым любимым уроком действительно остается именно биология, начиная еще с класса пятого. Все дело в том, что когда европейцу нечем было заняться, он любил играть на домашнем пианино или просто читать. И именно учебники и всякие различные энциклопедии про природу и биологию развили в нем любовь к этой науке, которую тот по сей день бережет в своём сердце. А еще значительную роль в этом сыграла, пусть и не молодая, но очень милая и добрая учительница, которая так же, как и эстонец в учебнике, видела не просто пустые страницы открытой книги, а настоящую искру, которую постоянно пытаются погасить его завистники и недоброжелатели. — Ясно. Ну тогда ладно, удачи. Хотя знаешь... — окончив свой разговор, Финляндия, уже было попрощавшись со своим одноклассником, на секунду остановился, ловя на себе чуть удивленный и ожидающий взгляд Эстонии, что прошёл немного вперед и обернулся. — Мне, наверное, стоит лучше проводить тебя до дома. — вдруг произнес альфа, после его европеец удивился, казалось, еще больше. — Что? Зачем? — немного недоумевал омега, наблюдая за тем, как более высокий парень обходит его и осматривается по сторонам. — Не важно. Просто пойдем... — ответил финн и продолжил путь в сторону дома друга, чувствуя то, как на него сейчас, по-прежнему ничего не понимая, смотрит Эст. Но все же смирившись с таким раскладом событий, европеец пошёл следом за Фином и даже частично обогнал его, все еще не переставая мысленно пытаться понять то, что же нашло на его одноклассника в этот момент.

***

      По окончанию двух минут оба одноклассника шли рядом и о чём-то разговаривали, редко когда оглядываясь по сторонам. Эстонию всё еще не покидало липкое чувство страха того, что за ними сейчас может кто-то наблюдать, но больше всего пугало то, что этим "кем-то" может оказаться тот самый маньяк, что жестоко убил двух ни в чем не повинных молодых девушек, оставив и тела гнить возле автостоянки. Но остановившись возле своего подъезда и немного устало вздохнув, эстонец за пару секунд успел немного перевести дыхание, все еще тихо смеясь от небольшой шутки, которую он сам только секундами ранее рассказывал финну. — Ну ладно, пока, Фин. Спасибо, что провел. — попрощавшись со своим одноклассником, Эстония после сразу развернулся и быстро скрылся за железными дверями подъезда своего родного дома, после чего, как только обе раздвижных стороны снова сомкнулись воедино, Финляндия вдохнул немного больше воздуха в легкие, после тихо, но тяжело вздыхая. Он снова остался один, но вместо того, чтобы ощутить на себе все прелести резкого одиночества, парень лишь слегка ухмыльнулся, после разворачиваясь и спокойно уходя в сторону своего дома. Его будто совсем ничего не волновало в этот момент, хоть на самом деле это было лишь частичной правдой. Сейчас альфа думал лишь о том, правильно ли он поступил возле ворот школы и не заметил ли этого никто, кроме тех хулиганов? Ведь если это так, значит у него могут быть большие неприятности после, связанные с постоянным и нарастающим унижением, что будет идти вперемешку с все тем же одиночеством и отверженностью всеми.       Хотя уже сейчас, подходя к своему дому, финн не особо над этим задумывается. В его мыслях, почему-то, лишь то, что его друг дошёл домой и успешно скрылся за дверьми подъезда, а то значит, что больше волноваться ему не о чем. А хотя нужно было ли вообще? Альфа и сам уже не знает. Он просто понимает, что не поступил плохо, хоть его вторая часть с этим и не согласна. Но уж лучше он позаботиться о том, чтобы омега вернулся домой целым и невредимым, чем это сделает предполагаемый маньяк, вдоволь поиздевавшись над своей будущей новой жертвой, коей Эст может легко стать...

***

      Открыв двери своей квартиры ключом и тут же запрятав его обратно в карман легкой куртки, Эстония прошёл внутрь "Е"-образного помещения и закрыл за собой входные двери за оба замка, скидывая с плеча тяжелую сумку и оставляя её лежать около выхода. Сняв обувь и верхнюю одежду, положив все на свои места, европеец достал из сумки телефон и прошёл вместе с ним на кухню, оставляя своё устройство на кухонном простом столе, при этом наливая в стакан немного прозрачной, как слеза, прохладной кипяченой воды, практически залпом выпивая её всю. За все это время эстонцу самое первое, что хотелось, это пить, поэтому не долго думая, омега осушил еще один стакан, наконец позволяя уставшему и немного обезвоженному телу наконец восполнить свои запасы пресной и жизненно необходимой жидкости.       Но вдруг услышав то, что на телефон пришло чье-то уведомление, Эст тут же положил стакан обратно на стол и включил свой гаджет, заходя в мессенджер и уже там видя то, что сообщение прислал никто иной, как Россия. Не долго думая, младший коммунист открыл уведомления.

— "Привет, Эст. Ты же не забыл, что у меня скоро день рождения? Придешь ко мне в субботу?" — прочитал омега и тут же улыбнулся. Конечно же он не забыл, но именно это сообщение заставило память вновь освежиться, поэтому решив долго не тянуть, европеец стал писать в ответ.

— "Конечно приду, что за вопросы?" — сразу после прочтения отослал Эстония. И к его удивлению, ему практически сразу же ответили.

— "Вот и славно. Кстати, можешь взять с собой и Финляндию. Я его тоже приглашаю." — на экране телефона появилось новый текст, после чего эстонец ощутил неладное.

      — "Финляндию? Но ведь ты его ненавидишь. С чего это ты вдруг решил его пригласить?" — поинтересовался омега, начиная ожидать ответа.

— "Просто я успел подумать на тему нашего прошлого с ним разговора, так что все собрав воедино, я решил, что лучше всё же извиниться. Он же, все таки, твой друг, а значит, и мой тоже, так что я решил, что лучшего способа и дня для того, чтобы еще раз увидеть его и поговорить, я не нашел. И передай ему, чтобы он обязательно явился. А так... жду тебя в 18:00 около порога своей квартиры, братец." — наконец окончив свою тираду, прислал Россия, после чего вышел из сети, успев перед этим написать на прощание то, что ему пора бежать.

      — "Хорошо, удачи." — ответил Эстония и так же отложил телефон, задумываясь на тему того, с чего бы вдруг его брату пришло в голову приглашать кого-то, вроде Финляндии, куда бы то ни было. Тем более на свой собственный день рождения. От этого стало складываться ощущение, что русский на самом деле будто что-то скрывает, просто виду умело не подает. Хотя если уж и поверить его словам, выходит, что он просто хочет подружиться, а это ли не главное сейчас? Ведь если финн и Росс наконец перестанут относиться с друг другу, как кошка к собаке, значит и эстонцу больше не придется переживать ни за одного из них. — ~"Нужно будет не забыть это передать Фину"~ — для себя подметил европеец, после вздыхая и уходя обратно на кухню, уже кидая взгляд на почти полную упаковку блокаторов. Он действительно хочет верить в то, что все обойдется и ничего не сможет случится плохого, ведь если Россия говорит ему такие вещи, значит в них не должно быть ничего ужасного. Тем более на празднике будет не одна душа, так что вряд ли русский задумал что-то плохое по отношению к Финляндии.       Хотя его все еще не покидают весьма смутные сомнения...       — (Продолжение следует...) —