— Твёрдый хрусталь —

***

      Наступило долгожданное утро субботы. За окном был всё тот же вид на расцветающую природу и улицу, дороги которой успели почти полностью высохнуть за одну ночь. Часы мягким зеленым цветом показывали 11:35, а утренние солнечные лучи без проблем освещали уютную квартиру эстонца изнутри через чистые, как слеза, окна, которые не были на сей раз прикрыты занавесками. Вокруг царили полные тишина и спокойствие: казалось, что ничего не способно нарушить эту идиллию. Но яркие лучи небесного света, что падали на лицо все еще спящего Эстонии, заставили его через пару минут чуть приоткрыть глаза, тут же жмурясь от неприятных ощущений и отворачивая голову в другую сторону, после плавно принимая сидячее положение. После, бесшумно зевнув и потянувшись, омега почти сразу перевел свой взгляд на стоящие неподалеку настольные часы, для себя подметив, что встал он довольно поздно. Хотя это не сильно расстраивало, поскольку сегодня идти куда-либо так рано ему не требовалось.       Встав с кровати, прибалт вышел из комнаты и скрылся за дверьми ванной комнаты, через, примерно, полчаса покидая её, все еще вытирая свою голову голубым полотенцем, при этом частично ощущая знакомый привкус мятной зубной пасты. Сегодня эстонцу никуда не нужно было спешить, поэтому половину всего дня он мог провести, делая буквально всё, что угодно. Но мысли о дне рождении России не покидали его еще с самого начала пробуждения, заставляя омегу думать только об этом. Но теперь Зимняя страна больше не чувствовал какую-либо тяжесть, как раньше. Даже наоборот — он точно знает, что ничего не забыл, а это ли не знак, что всё будет хорошо? Но немного отойдя от собственных мыслей, Эстония прошёл обратно в свою комнату. Время уже было 12:09, но поскольку заняться все равно было нечем, хозяин дома сел за свой, немного запыленный, компьютер, включив его, при этом краем глаза наблюдая за тем, как в паре метров от него разливается солнечный свет, падая на паркетный пол, а со стороны балкона и улицы слышится детский смех и различные голоса тех людей, что в это время гуляли по парку, наслаждаясь выходным днем. Всё это создавало атмосферу хорошего утра, которое медленно обволакивало душу и заставляло почувствовать себя лучше. Но через пару минут снова придя в себя, Эстония встал с места, и, аккуратно сложив в руках своё второе белое полотенце, положив его к первому на край кровати, быстро оделся, всё ещё ощущая легкую прохладу по всему телу, которая в скором времени исчезла без следа. Вернувшись снова к своему компьютеру, прибалт, сев обратно за него, зашёл в новостную ленту и просто стал листать её вниз, где-то глубоко внутри понимая, что долго его не хватит на то, чтобы снова просматривать что-то смешное в Интернете или читать новости, попутно мелко вздрагивая из-за резких шумов на улице. Но делать было всё равно нечего, так что смирившись с тем, что нужно еще как-то дожить до вечера, эстонец продолжил просмотр сохраненных видео и различных картинок, иногда даже смеясь с них или просто улыбаясь. И как бы он не спорил с самим собой, это все равно остается довольно неплохим убиваем времени, что, несомненно, сейчас подходило лучше всего.       Но вдруг услышав тихую вибрацию телефона, Эстония встал с места и подошёл к прикроватной тумбочке, после беря свой мобильный в руки. Разблокировав его, омега заметил, что это пришло какое-то сообщение, после чего, открыв мессенджер, он увидел лишь простое приветствие, за которым почти что сразу последовало следующее сообщение.

— "Ты уже проснулся?" — текстовое уведомление заставило телефон снова мелко задрожать в руке, после чего, отключив ненужную сейчас вибрацию, эстонец слегка ухмыльнулся.

      — "Уже да. А что?" — задал вопрос омега, отослав свой ответ. Он прекрасно знает, кто ему пишет. Хотя бы потому, что номер уже был сохранен и подписан, как простое "Финляндия".

— "Да так, ничего. Просто хотел спросить, как у тебя дела?" — через пару секунд ответил одноклассник прибалта, начиная ожидать ответа, снова стоя на балконе.

      — "Нормально. А у тебя?" — задав вполне обычный вопрос, Эст улыбнулся чуть шире, ощущая на своём лице легкую колкость. Практически никто и никогда, за исключение отца, России, Украины и Беларуси, не интересовался у него тем, как у него прошёл день или дела, заставляя просто держать это в себе, ведь никому не было интересно. А сейчас, от этого недавно прочитанного им же вопроса, в душе будто потеплело, от чего на секунду показалось, что всё вокруг на мгновение замерло. Хотя это просто так кажется эстонцу, который совсем не привык к подобным вопросам, адресованным именно ему.

— "Так же. Слушай, а ты сейчас занят?" — вдруг текстово спросил альфа, после чего Эстония на секунду задумался.

      — "Да нет. А что такое?" — немного помедлив с ответом, переслал омега, после начиная мысленно перебирать все возможные варианты ответа своего друга. Хотя вряд ли финн, услышав эту информацию, ответил ему что-либо абсурдное или плохое.

— "Просто если ты не против, мы бы могли пойти сегодня в парк. Нужно кое-что обсудить, а когда на улице такая хорошая погода, что бывает, правда, только раз в месяц, грех не выйти хотя бы немного подышать свежим воздухом. Что скажешь?" — через некоторое время написал Финляндия, после чего Эстония почувствовал легкую прохладу на своей спине, называемую "мурашками".

      — "Хорошо, я не против." — кое-как набрав текст, продолжая чувствовать себя несколько странно, ответил омега, после чуть потерев себя по тому месту на лице, где должна быть переносица, чтобы хоть немного сбить то самое, немного неприятное и нарастающее, чувство покалывания, что до сих пор не покидало его. Но через пару секунд списав всё на то, что он просто слишком много думает не том, видя перед собой вполне обычное и нормальное предложение, хозяин квартиры тихо вздохнул, после снова открывая глаза и видя перед собой текстовый ответ от своего друга.

— "Тогда встречаемся около входа в парк. Я буду ждать тебя там через пару минут." — через некоторое время написал Фин, после чего, тихо сглотнув, Эст снова поднял телефон немного выше к себе, чтобы было удобно печатать.

      — "Хорошо. Тогда удачи." — наконец попрощавшись с одноклассником, омега выключил телефон и вздохнул, бросая взгляд на свою повседневную одежду. Где-то в подсознании он понимал, что ничего страшного или странного в том, чтобы прийти на встречу со своим другом, нет, но почему-то сейчас, приобняв свои локти, эстонец почувствовал себя весьма странно. Будто его что-то тревожило. Но отказаться он уже не мог, так как согласился минутами ранее и обещал, что придет, а это значит, что так же, как в случае с Россией, но не сможет так просто не выполнить своё же обещание.       Поэтому не теряя больше времени, эстонец подошёл к своим вещам, после начиная одеваться, чтобы в скором времени выйти на улицу...

***

      Покинув родной дом и выйдя на улицу, Эстония немного осмотрелся, после чего почти сразу заметил сидящего на деревянной скамье Финляндию, что спокойно наблюдал за тем, как колыхались цветы на соседней клумбе. Но заметив с правой стороны от себя силуэт, парень перевел на эстонца сначала свой взгляд, а уже после, слегка улыбнувшись, повернулся и сам, вставая с места и снова пряча руки в карманы, уже более легкой, куртки. — Фин? Почему ты здесь? Мы же вроде... — Эст на секунду замолчал, замечая то, что он впервые видит своего одноклассника в другой одежде. А именно более темной и холодной куртке с небольшим мехом, что не могло не броситься в глаза. — Знаю, но я подумал, что было бы не плохой идеей встретить тебя около самого подъезда. Впрочем надеюсь, что я тебя не испугал этим. — частично перебив собеседника, ответил альфа, делая шаг вперед, становясь чуть ближе к эстонцу, но всё еще сохраняя между ним дистанцию, немного боясь подойти ближе. — Конечно нет. Можешь не переживать. Так о чём ты хотел поговорить? — поинтересовался омега, спускаясь вниз по нескольким ступеням и проходя вперед, после останавливаясь, наблюдая за тем, как Фин обошёл его и молча кивнул в сторону парка, дожидаясь его. — О том, когда нам нужно заявляться на пороге дома России. Потому что ты мне ни слова об этом не сказал. — ответил северянин, после чего эстонец немного неловко улыбнулся, отводя глаза в сторону. Но уже через пару секунд повернувшись обратно и пойдя следом за Холодной страной, они оба двинулись по направлению к главному входу в парк, попутно минуя различных детей и взрослых, которых сегодня, на удивление, было много. Но в основном только лишь на детских площадках, что не могло не радовать. — Ну... он сказал мне, что приходить нужно в субботу, в 18:00. Значит, у нас ещё много времени. К тому же, мы должны быть вместе. На всякий случай... — издав тихий смешок, проговорил Эстония, переводя взгляд и смотря через дорогу на старую площадку для игр, которую только недавно снова покрасили, установив еще пару тренажерных механизмов для детей и подростков. Правда на этот раз всё казалось не таким, как прежде. Будто бы чего-то не хватало. — Ясно. Ну значит придем, раз твой брат так этого хочет. Всё же, я бы не злил его очередной раз. — чуть ухмыльнувшись от собственных слов, финн вдруг снова ощутил то, что даже в такой куртке ему становится довольно жарко, но лишь промолчав, альфа пошёл дальше, наконец останавливаясь около главных ворот парка, которые почти что всегда открыты.       Пройдя чуть внутрь парка, слыша тихий треск под ногами из-за того, что дорога была усыпана обычным щебнем, омега снова осмотрелся, замечая то, что за практически весь путь сюда он встречал только девушек и детей, которые были на игровых площадках и здесь, гуляя по улицам парка и наслаждаясь этим солнечным выходным днем. Лишь изредка он видел представителей сильного пола, которые просто быстро куда-то спешили, долго не задерживаясь на одном месте, от чего складывалось впечатление, что им нельзя было сегодня никуда выходить. — Хм... тебе не кажется странным то, что на улицах почти что никого, кроме детей, матерей и девушек, нет? — вдруг спросил омега, сбавляя свой шаг и оборачиваясь, лицезря перед собой лишь ту же картину, что и секундами ранее. — Да нет. А что, это так странно? — задал вопрос в ответ Фин, скрыв правду, при этом стараясь смотреть куда-то выше или вообще в небо. Но только не на своего собеседника. — Ну... вообще-то, да. Но ладно — может быть, сегодня какой-то семейный праздник, о котором я никогда не слышал. Так что думаю, ты прав... — через пару секунд ответил европеец, повернувшись обратно в сторону финна и продолжив путь по полупустым дорогам зеленого парка.       Выйдя в небольшой речке и остановившись, Эстония посмотрел на красивого черного лебедя, что плавал совсем неподалеку, грациозно вытянув свою шею высоко над водой. — Фин, смотри, там лебедь! — воскликнул омега, и, не имея возможности взять одноклассника за руку, схватил его за предплечье, указывая левой рукой на большую птицу, заставляя финна мелко вздрогнуть и резко перевести свой взгляд на лебедя, что в этот момент чистил перья. Но европеец не видел в этих птицах чего-то особо красивого или стоящего, поэтому быстро потерял интерес к живому существу, просто смотря на него, в то время, как Эстонии, что видел лебедей, наверное, всего пару раз в своей жизни, они казались чем-то очень красивым и необычным. Но сегодня он впервые увидел именно черного лебедя, которых до этого в парке никогда не было, поэтому даже сейчас европеец не мог оторвать взгляд от, довольно немаленькой, птицы, замечая то, что ей какие-то дети с берега кинули в воду немного травы, к которой лебедь после быстро подплыл. — Гусь, как гусь. На мой взгляд, в нём нет ничего такого волшебного или необычного. Разве что могут поразить все те значения, что им приписывают. — через, примерно, минуту ответил Финляндия, после чувствуя, как Эстония чуть сильнее сжал его руку, продолжая всё с теми же восторженностью и удивлением смотреть на помутненное озеро, в которое впадала та небольшая речушка. — Постой немного, я сейчас ему тоже немного травы брошу. Просто мне никогда не доводилось видеть здесь черных лебедей. Да и вообще — я никогда их не видел. Так что сейчас я не могу просто так упустить свой шанс. — улыбнувшись и будто полностью пропустив все слова одноклассника для себя, эстонец отпустил финна и стал осторожно спускаться вниз по небольшому склону, останавливаясь почти что у самой воды, краем глаза замечая то, что другие дети уже убежали, оставляя зеленый берег полностью пустым. Поэтому глубоко вздохнув, омега опустился на колени и, вырвав правой небольшой пучок свежей травы, заметил, как черный лебедь подплыл к нему, поворачивая свою голову в его сторону. И недолго думая, европеец, улыбнувшись немного шире от какой-то внутренней радости, бросил в, холодную и скрытую деревьями от яркого солнца, воду пару десятков травинок, с интересом наблюдая за тем, как плавающая птица согнула свою длинную шею и склонила голову к самой водной глади, начиная быстро поедать растительность, позволяя Зимней стране в полной мере насладиться этим необычным видом черного оперения лебедя, которого он никогда раньше не видел.       И похоже, что не только европейца интересовало всё то что он видел перед собой. Но в отличие от омеги, Фин стоял всё это время молча и почти что неподвижно, смотря только на своего друга. Сейчас ему ничто не могло помешать этого сделать, поэтому чуть полуприкрыв глаза и продолжив своё наблюдение, альфа вдруг вновь почувствовал небольшую тяжесть внутри, от которой отдавало будто легкими разрядами. Но резко отведя взгляд в сторону и сжав руки, что были на тот момент всё еще в карманах, парень тихо вздохнул, пытаясь сосредоточить своё внимание на зеленой траве вокруг. — ~"Pirun luonto... (Чертова природа...)"~ — про себя чертыхнулся Финляндия, после слыша перед собой приближающиеся шаги. — Знаешь, это было довольно неплохо. Мне понравилось кормить этих удивительных птиц. Хоть раньше я делал это только с отцом. Ну ладно, давай уже выходить из парка? — произнес Эстония и остановился перед своим другом, по прежнему не прекращая улыбаться. — А что, уже нагулялся? — так же слегка ухмыльнувшись, с легкой и безобидной издевкой спросил Фин, наблюдая за тем, как омега скрестил руки и посмотрел на него уже более серьезно, вызвав у финна почти что смех, который тот с усилием сдержал, будто бы не имея возможности отвести взгляд от столь наигранно-злого выражения лица своего одноклассника, который казался больше чем-то забавным и даже милым, чем угрожающим или предупреждающим. — Да. Вполне. А теперь пошли, иначе если задержимся здесь еще подольше, то можем с легкостью опоздать на день рождения моего брата. — неожиданно спокойно ответил эстонец, при этом опустив руки вниз и обойдя второго европейца, после останавливаясь и поворачиваясь назад, замечая на себе лишь немой и слегка удивленный взгляд. — Ты идешь? — спросил Эстония, после чего, повернувшись полностью в его сторону, финн подошёл к нему и продолжил уже обратный путь к выходу из парка. Вокруг становилось все меньше и меньше людей, так как время было уже около 15:57, и в то время, как одни уходили по своим делам или домой, другие наоборот: приходили в парк и отдыхали уже там. Но дело в том, что приходило уже гораздо меньше людей, чем появлялось, поэтому складывалось впечатление того, что огромный зеленый сад с каждой секундой пустеет всё сильнее. Хотя подходя уже к железным воротам, эстонец вдруг остановился и повернулся в обратную сторону, замечая то, что его одноклассник идет не только молча, но и как-то странно, всё время смотря только себе под ноги. — Фин, ты в порядке? — немного обеспокоенно спросил Эстония, начиная подозревать неладное. Но ответом на его вопрос послужило то, что альфа, немного отойдя от своих мыслей, слегка удивленно посмотрел на него в ответ. — В полном. А что? — немного не поняв вопроса своего друга, Финляндия вдруг краем глаза заметил знакомый силуэт где-то вдали, после чего, присмотревшись, он увидел Норвегию, от чего в его сердце тут же родились тревога и паника. — Ты уверен? И вообще, на что ты так смотришь? — проследив за направлением взгляда своего одноклассника, омега обернулся в противоположную сторону, ничего не замечая. — Нет, ни на что. Пойдем отсюда... — резко переменившись в лице, ответил Фин, после взяв эстонца за руку и пойдя по направлению к своему дому, так как переходить дорогу и идти по той, то вела к дому младшего европейца, уже не хотелось.       Подойдя к родному подъезду, Фин снова бегло осмотрелся, после продолжая идти, ведя за собой ничего не понимающего Эстонию, который всю дорогу старался молча найти оправдание всем действиям северянина, при этом мысленно надеясь, что минуту назад не случилось что-то ужасное, из-за чего им обоим и пришлось покинуть территорию парка окончательно. Но уже через пару минут снова свернув в какой-то левый угол, Финляндия вышел прямо к дому эстонца, подходя к его двору и только там отпуская чужую руку. — Мы на месте. И да, тебе лучше сразу уйти домой, хорошо? Прямо сейчас. — предупредил альфа, после кладя руку обратно в карманы, всё еще чувствуя на своей правой ладони приятное тепло. — Но что случилось? Почему ты ничего не говоришь? — уже более обеспокоенно спросил эстонец, чувствуя себя будто бы не в своей тарелке. Но в ответ финн лишь тяжело вздохнул. — Да, случилось. Мне показалось, что Норвегия следит за тобой, поэтому нам пришлось быстро уйти. Так понятнее? — произнес парень, скрестив руки. В эту секунду по спине Эстонии прошлись "мурашки", а в душе как-то резко похолодело, после чего, опустив глаза чуть ниже и слегка задумавшись, Эст через пару секунд снова пришел в себя, смотря на одноклассника. — Думаю, ты прав. Ну ладно, тогда мне действительно стоит лучше уйти, пока он снова не нашёл меня. Спасибо за эту прогулку. Я был честно рад "убить" так время с тобой. Встретимся в этом же месте примерно в 17:45, хорошо? — напоследок спросил европеец, после чего, кивнув в знак согласия и увидев то, как эстонец снова улыбнулся, скрываясь за металлическими дверями, альфа тихо вздохнул, после разворачиваясь в другую сторону и идя по давно знакомой дороге к своему дому, снова ощущая на себе недоброжелательный взгляд.       Но лишь на секунду остановившись, Финляндия после продолжил свой путь, давая понять сзади стоявшему Норвегии, что он знает о присутствии одноклассника — его хорошо выдавал легкий аромат коньяка и брусники, который в этот период месяца был особенно хорошо уловим...

***

      На небо всё с каждой секундой опускались темные сумерки, заставляя облака вокруг солнца в последний, на сегодня, раз окраситься в теплые и яркие цвета весеннего заката. Многие люди, гуляющие в этот момент по улице, были вынужденны уйти по своим домам, оставляя после себя лишь пустующие улицы, на которые плавно опускалась ночь, окутывая всё вокруг мраком, освещаемый только серебряным светом серповидной убывающей луны. Звезды на черном полотне космоса были видны сегодня, как никогда, и смотря на них, создавалось ощущение того, что одна из этих небесных точек может упасть на Землю и полностью уничтожить её, оставляя после себя лишь пустоту и вакуум, от чего где-то внутри души становилось не по себе.       Но быстро очистив свою голову от подобных мыслей, Фин вдруг услышал, как двери подъезда открылись изнутри, после чего на улицу вышел Эстония, держа в своих руках какую-то небольшую упаковку с чем-то внутри. Посмотрев на своего друга в ответ, омега спустился вниз, все равно чувствуя легкий холодок по телу из-за всё той же своей любимой легкой куртки. — Пошли? — спросил европеец, после чего, встав с места и снова положив руки в карманы, финн последовал за своим одноклассником, идя по уже полностью пустым дорогам, что были слабо освещены уличными фонарями, свет которых был ярко-оранжевого цвета. Но переведя свой взгляд обратно на низкого попутчика, Фин увидел на его лице легкую улыбку, которая со временем казалась какой-то более нервной и неспокойной, показывая то, что её обладатель немного волнуется. — Ты переживаешь? — через пару секунд спросил Холодная страна, после чего, немного не поняв, о чём сейчас говорит его друг, эстонец посмотрел на него в ответ, после отводя глаза в сторону. — Нет. Точнее, не совсем. Просто я думал на счет того, что ты мне сказал еще днем. Ведь если Норвегия действительно за мной следит, я не могу чувствовать себя спокойно на улице и в школе. Но тогда я буду, словно в клетке. Хотя может он этого и добивается? — немного поникнув, ответил омега, после чего финн немного снисходительно улыбнулся, дальше смотря на дорогу перед собой. — Нашёл, над чем страдать. Я, конечно, всё понимаю, но почему бы сейчас тебе не отпустить это противное прошлое и просто не порадоваться за Россию? Не думаю, что сейчас мысли о Норвегии тебе помогут. — проговорил альфа и остановился, замечая то, что Эстония поступил точно так же, смотря сначала куда-то вверх на окна девятиэтажного здания, а после на него, при этом после тихо вздохнув. — Наверное, ты прав: я просто слишком загоняюсь по этому поводу. Особенно тогда, когда мы уже, кстати, пришли. — согласился европеец и подошёл к дверям подъезда, вспоминая пароль, что состоял из всего двух цифр. И как только прибалту удалось разблокировать дверь, он тут же приоткрыл её, чувствуя то, что она была в разы тяжелее, чем та, которая стояла в его родном подъезде. — Помочь? — поинтересовался Финляндия, с куда меньшей силой открывая двери почти что нараспашку, позволяя эстонцу быстро зайти внутрь, при этом еле успев за то время, как его собеседник так же проходил внутрь более теплого подъезда, скрыть нежелательный и подлый румянец с лица, что возник из-за чувства неловкости и легкого стыда.       Быстро поднявшись на нужный этаж, Эстония три раза постучал в знакомую металлическую дверь, за которой доносился чей-то смех и музыка. Через пару минут, открыв замок и сами двери, в проходе оказался сам хозяин дома — Россия, который, быстро окинув двух пришедших взглядом, что успели поздороваться, тут же улыбнулся, кивком головы указывая на то, чтобы оба европейца проходили внутрь. — Привет-привет. Вот уж не думал, что и вправду придете. — ответил русский, помогая эстонцу снять верхнюю одежду и повесить её в нужное место, после чего омега снял свою обувь и прошёл чуть дальше, подходя к первому сыну СССР. — С днем рождения, брат! Я желаю тебе всего наилучшего и чтобы тебе всегда везло. Вот, это тебе. — радостно улыбнувшись, произнес Эст, поздравив Росса, после чего протянул ему белую подарочную упаковку, украшенную темно-синей лентой. — Ох... спасибо, Эсти. Это много для меня значит. — тихо посмеявшись, ответил Россия, на самом деле будучи очень благодарным на тему того, что его родной брат все же не забыл о нём и подготовил наверняка неплохой подарок. Это ли не знак того, что европеец ценит своего родственника? — Кстати, Россия, я тебя тоже поздравляю с праздником... — вдруг произнес Финляндия, протягивая чуть удивленному русскому обычный конверт. И хоть с легкой недоверчивостью, но именинник принял этот странный подарок, вскрыв который, он, к своему еще большему удивлению, увидел внутри деньги, сумма которых составляла ровно 3000 русских рубля. Даже как-то не поверив этому, Россия тихо и коротко хмыкнул, после еле заметно улыбнувшись, но быстро закрыв конверт обратно, он снова обернулся в сторону гостей. — Раздевайтесь и проходите, Бога ради. Не нужно стоять лишь в проходе. — проговорил русский и удалился куда-то вправо, уходя на кухню и оставляя двух европейцев одних. Послушавшись указания хозяина квартиры, Фин снял свою куртку и повесил ее рядом с остальными, после краем глаза замечая то, что Эстония приобнял свои локти и слегка ухмыльнулся, поднимая голову и смотря точно на него. Чего-чего, а такого поступка от точно не ожидал от своего одноклассника. — Не надо на меня так смотреть. Я просто сделал то, что должен был в любом случае... — оправдался парень, после обращая своё внимание на то, что из соседних комнат доносилась какая-то музыка и чей-то смех — на это восемнадцатилетие пришли явно не они одни.       Пройдя чуть дальше, Эстония ту же прошёл в комнату своего брата, замечая то, что на разных местах, на которых только можно было сидеть или стоять, находились его братья и сестры, но так же среди них омега увидел еще Мексику, Японию и Сирию, которые о чём-то все вместе весело разговаривали, делясь с друг-другом различными историями и прочим. Но как только Беларусь заметила своего младшего брата, она ту же подошла к нему и крепко обняла, после немного отстраняясь. — Однажды ты меня задушишь таким образом. — в шутку произнес Эст, после чего девушка тихо посмеялась, переводя свой взгляд на более высокого Финляндию, который старался держаться ото всех подальше. — Приветствую, Фин. Тебя тоже пригласил Россия? — протянув руку для пожатия, сказала белоруска, после чего, пусть и нехотя, но ответив старшей сестре эстонца взаимностью, альфа коротко кивнул, на что девушка улыбнулась чуть шире и опустила руку вниз, оборачиваясь назад, поскольку её позвала Япония. Не долго думая, финн по привычке хотел спрятать руку обратно в карманы, но этого не вышло из-за того, что на нём из верхней одежды была лишь обычная черная кофта.       Но не успел европеец обернуться для того, чтобы покинуть шумную комнату, как сзади него прошёл Россия, наклоняясь к Эстонии и что-то ему шепча, после поворачиваясь к финну и снова обходя его, два раза легко хлопнув по плечу. — Пойдем на кухню. Там более тихо... — проговорил напоследок русский, после чего снова ушёл, на этот раз возвращаясь обратно в не очень маленькое помещение со своим новым гостем. Как только Фин смог прикрыть двери кухни, он тут же увидел сидящего за столом Казахстана, Германию и Китая, которые до этого о чём-то разговаривали. — Ну, чего стал, как неродной? Присаживайся. — сказал Росс и снова ушёл, после чего, тяжело вздохнув, Финляндии ничего не оставалось больше, как последовать указаниям именинника, при этом садясь за стол ближе к стене. В воздухе витал слабый алкогольный запах коньяка, вина и спирта, и в том, что эти ароматы принадлежат именно напиткам, финн мог даже не сомневаться — именно от них голову с каждой секундой начинает все больше и больше кружить, из-за чего легкие просили свежего воздуха. Альфа всё еще не до конца понимал, почему Россия попросил его прийти именно сюда, но был уже очень рад тому, что он находиться там, где не так много народу и не так много звуков. Хотя через пару секунд одиночная компания резко пополнилась, поскольку вернувшийся обратно Росс держал в руках охлажденные бутылки с пивом и водкой, которых у него всегда было в запасе. Поставив оба стеклянных сосуда на стол, а после без каких-либо особых усилий открыв, русский, достав из верхнего ящика в углу пару прозрачных и немного вытянутых стопок, сел напротив Фина, одним движением ставя перед ним его новый бокал на сегодня. — Я не пью... — резко, но тихо отрезал парень, после чего Россия слегка ухмыльнулся, замечая то, как казах с китайцем продолжили свой увлекательный разговор в то время, как немец в очередной раз выпил немного пива, что принес его старый друг детства, для самого себя подмечая то, что сам напиток не был сильно алкогольным. — Да брось. Сегодня же мой день рождение и если ты уж и приглашен, то должен хотя бы отпраздновать со мной так, как следует. И даже не смей отказываться — эта лучшая водка, которую я только смог найти! — почти незамедлительно ответил Росс, наливая в свою и соседнюю стопку немного водки, после чего, немного неуверенно взяв в руки стеклянную рюмку, Холодная страна тихо сглотнул, после бесшумно вздохнув и, заметив то, что Россия чуть ближе к нему протянул к нему свою стопку, чокнулся с ним, почти сразу после этого выпивая бесцветную жидкость, чувствуя, как она начинает обжигать горло, проходясь по нему. Но как было видно по русскому, для него это не впервые. — Что, настолько не нравится? — поинтересовался хозяин дома, наблюдая за тем, как финн чуть прикрыл рот рукой, уже при каждом выдохе чувствуя легкий привкус спирта. — Да нет, просто... не привык я к этому... — честно ответил северянин, после чего Россия продолжил, на этот раз доливая своему гостю еще немного прозрачной, как слеза, водки, слегка увеличивая её объем. — Ну, понимаю. Впрочем, ничего страшного. Знаешь, а за всё то время, как я тебя видел в школе, я и представить не мог, что когда-нибудь услышу о тебе, как о друге моего брата. Хоть и знаю, как судьба может удивлять... — продолжил разговор Росс, после, так же, как и его одноклассник, поднимая в руке рюмку со спиртным, и, не забыв перед этим провести короткий традиционный ритуал, быстро выпил то небольшое количество алкоголя, что находилось на дне его стопки. Подняв глаза на сидящего напротив собеседника, русский снова еле заметно ухмыльнулся, после чего, подперев свою голову левой рукой, он продолжил пристально смотреть на приятеля своего младшего брата, замечая, как веки последнего чуть прикрылись, а взгляд немного помутнел. — Но теперь я уже и не считаю тебя чем-то тем, обо что хотелось бы разбить кирпич. Потому что ты изменился, не так ли? — спокойно задал вопрос Россия, краем глаза смотря на то, как остальным вокруг него было еще, похоже, веселее. Со стороны других комнат и коридора продолжали доноситься различные голоса и какая-то музыка, но это не волновало, кажется, уже почти никого. Минуты во времени стали длиться, как секунды, ведь его было, чем убить, и главное, что с кем. Россия не прекращал что-то рассказывать своему новому гостю и всё время спрашивал его о чём-либо, интересуясь почти что всем. Таким образом он все же узнал о таких некоторых вещах, как, например, родители европейца, его жизнь, подруги и друзья, хоть и сам уже ощущал то, что с каждой секундой он становиться все более пьяным. Хотя каждый раз поднимая взгляд на своего собеседника, который, если его ни о чем не спрашивали, сидел молча и смотрел куда-то в одну точку, Россия мысленно радовался, замечая то, как кожа в некоторых областях лица Финляндии приобрела более красный оттенок. — Так говоришь, что не знаешь о том, кто бы мог быть убийцей тех двух девушек? Хех... ну это понятно, ведь даже полиция с этим никак не справиться. Хм... — закончил свою речь русский, на пару секунд задумавшись, но резко вспомнив о чуть ли не самом важном, альфа чуть ближе придвинулся к финну, уже не скрывая своей, слегка пьяной, улыбки. — Хей, Фин, а как ты относишься к Эстонии? Ну... я имею ввиду, как ты его используешь? — в очередной раз спросил евроазиат, при этом видя то, как Холодная страна немного ухмыльнулся, продолжая давно помутненным взглядом смотреть на свою полупустую стопку. — Использую? Хах... он мне давно уже не игрушка. На самом деле, он один из немногих, кого действительно можно полюбить за душу... — ответил европеец, после выпивая оставшуюся жидкость, вновь ощущая немного неприятное и жгучее тепло внутри своего рта и горла. — Душу? Хочешь сказать, что тебе и вправду нравится его внутренний мир? Я тебя умоляю... и неужели это всё? — тихо посмеявшись, проговорил Росс, после замолкая, видя то, что лицо его собеседника почти что не изменилось, приобретя лишь какие-то более задумчивые и поникшие черты. — Не совсем. Еще мне в нём нравится голос. Если честно, то впервые, наверное, я узнаю в чьем-то голосе что-то нечто родное. Иногда это даже несколько... пугает... — ощутив то, что мысли в голове начинают постепенно расплываться, Фин окончил свою речь и замолчал, пытаясь прийти в себя. Но перед глазами лишь слегка размытая картинка, в голове легкое помутнение, а вкруг — сладкий запах алкоголя, так и норовящий снова заставить еще раз повторно осушить небольшую стопку с холодной снаружи, но теплой и даже горячей внутри, жидкостью. — О, уже так поздно. Не хило мы тут времени убили, ёмаё... — вдруг произнес Россия, немного протянув первую букву своего последнего слова. На часах, что висели прямо над головами обоих выпивших, уже было 21:23, и как хозяин дома заметил только сейчас, Казахстана уже не было, а дверь за него закрыл, видимо, кто-то другой. Музыка из соседних комнат стала более слышной, так как посторонние голоса стали постепенно утихать, а на их место становилась легкая тишина. На самом деле, небольшая часть всех присутствующих уже успела покинуть дом по разным причинам, но никто из них решил не тревожить самого Россию, поэтому он даже не заметил, как в квартире становилось все тише и тише. Хотя может, это и к лучшему, поскольку сейчас голова начинала частично раскалываться от особо громких или звонких звуков.       Встав с места и сложив всё на свои места, Росс снова обернулся в сторону Финляндии, при этом, опираясь руками и головой на сзади висящие ящики и стол, пытаясь хоть немного задуматься о том, что делать дальше. Но не найдя способа получше, чем умыться и выпить прохладной воды, парень не нашёл, поэтому через пару секунд так и поступив, русский всё таки немного, да протрезвел, после замечая, что дверь на кухню тихо открылась. В дверном проёме оказался никто иной, как Эстония, который, снова увидев пьющего брата, не очень то удивился, лишь слегка потирая свой правый глаз, чувствуя легкую усталость. — Россия, может, мы уже пойдем? Поздно просто, а мне еще домой возвращаться. Как и Фину... — спросил омега, после чего, улыбнувшись, правопреемник СССР, проводив младшего брата к входной двери, после снова вернулся на кухню, через пару секунд приводя с собой и Холодную страну, который уже, на удивление, стоял молча и спокойно — будто бы он не был и вовсе пьян. — Тогда пока и приходи еще, братец. Я всегда рад тебя здесь видеть, запомни это. — со всё той же доброй улыбкой произнес Россия и заметил, как к ним подошла Беларусь, после чего, старший коммунист удалился обратно в небольшое помещение с легким ароматом алкоголя. — Уже уходите? Хотя понимаю: вам еще до дома добираться. Ну тогда желаю вам удачи и пока. — так же, как и Росс, слегка улыбнувшись, сказала белоруска, снова обнимая младшего брата, но на этот раз уже более легко, после почти сразу же отпуская его и открывая двери. И вдруг переведя свой взгляд на Финляндию, девушка сразу заметила что-то не ладное, видя лишь легкое помутнение с чужих белоснежных глазах.       Но было уже поздно, поскольку через пару секунд, под действием легкого сквозняка, входная дверь со стуком закрылась, после чего, оба европейца стали спускаться вниз, минуя один лестничный пролёт за другим...       — (Продолжение следует...) —