Времена меняются...

      В этот вечер Сэм сбежала из дома. Ей было всё равно, что станет думать её брат. Ведь она думала, что права. Впервые в своей жизни.       Как вы наверняка уже догадались, она ушла на временное проживание к Бликсеру. При этом она вообще не подумала о том, что ему может влететь за это от Чарли, или что им будет неудобно проживать на одной территории. Только одна мысль была в голове нашей героини: «Я права, он это поймёт».       Вот уже как неделю Сэм жила у Бликсера. И знаете, их сожительство оказалось симбиозом. Она его опекает и помогает по дому, а он защищает её и разрешает… носить его одежду, если на улице холодно. Просто в своей Сэм было не очень тепло. Что же, это не важно, а важно то, что всем хорошо.       Они каждое утро просыпались под звон будильника. Причём первым от его звона обычно пробуждался Бликс, чтобы выключить его и снова пойти спать. А после наступления тишины вставала Сэм, ведь ей надо было на работу. Да-да, даже в каникулы у учителей почти нет отдыха. Только один месяц. А дальше работа, работа и ещё раз работа.       Этим ранним утром кто-то позвонил. Так как Бликс спал и ничего не хотел делать, то на звонок ответила его подруга. — Слушаю, — сказала Сэм сонным голосом. — Ты чего творишь, мать?! — А… Лика? — Не переводи тему, дай мне сказать. — Говори. — Короче, Чарли уже с ума сходит от того, что тебя нет дома. Он мне уже все мозги прожужжал просьбой позвонить тебе. Прошу, вернись к нему. — Дай-ка подумать… Хм, пожалуй нет. Я не вернусь. — То есть как?! — Пока мой братик не попросит прощения лично, пусть даже не мечтает меня увидеть. — Сэм, это точно ты? — Я, а что? Мне нужно было покорно прийти к нему и умолять о прощении? «О, прости меня, грешную…»       Однако на её монолог Лика не ответила, так как она тут же повесила трубку. — Как порою сложно оставаться гордой и независимой… — Что говоришь? — спросил Бликс. — Да так, мысли вслух. На работу собираюсь, вот и говорю сама с собой. — Н-да, вы, учителя, люди с приветом…       Через полчаса Сэм вышла из, как бы это странно не звучало, дома. Погода тогда не была такой солнечной и приветливой, как несколько дней назад. Да и вообще, это лето выдалось не особо тёплым, что было удивительно для их местности. Это явление явно означало то, что грядёт нечто необычайное. Так, по крайней мере, гласила книга пророчеств, написанная одним известным предсказателем. А предсказатели, по идее, врать не могут.       Наша героиня спокойно шла до школы, как вдруг… она встретила Дэна. Того самого парня, про которого я говорила несколько частей назад. Сэм с ним ещё не ходила на «свиданку», так как была занята. Её такой расклад обрадовал, ведь она не хотела с ним видеться ещё лет сто как минимум. Но теперь не отвертеться. — Привет, — сказал ей Дэн и улыбнулся. — Привет… — Как поживаешь? — Могло бы быть и лучше. — А почему ты не отвечала на мои звонки? — Не услышала, извини, — на самом деле, она просто игнорировала его. — Что же… ничего страшного. Кстати, не хочешь сегодня ко мне в гости сходить? Лана до девяти вечера будет вместе с сыном у своих родителей. Так что мой дом свободен. — Ты приглашаешь меня на свидание? — Нет, что ты, я же женат. Просто хочу провести с тобой один вечер. Поговорить, узнать как живёшь… — Я могу описать свою жизнь только в двух словах, для этого не надо организовывать целый вечер. Ты бы ещё встречу бывших одноклассников устроил. — Но всё же, придёшь сегодня к шести? Пожалуйста. — Ну… да. Приду, — сказала нехотя Сэм, но этого Дэн не уловил. — Хорошо. Тогда запиши мой адрес.       Спустя пару минут они разошлись. Но Сэм было всё так же тяжело на душе. «А ведь девять лет назад он называл меня плаксой… А сейчас подобрел, изменилась я, знаете ли. Знал бы он, какой ценой далась мне эта перемена в жизни… "       К шести вечера наша героиня уже стояла на пороге дома. Ладно, один разок встретится и отмучается, чего ей это стоит?       Дэн незамедлительно пустил её внутрь и провёл на кухню. — Миленько, — проговорила Сэм, осматривая внутреннее убранство дома. — Да ничего необычного. Чай будешь? — Не откажусь.       Дэн достал чашки и разлил в них чай. Всё время Сэм наблюдала за своим бывшим одноклассником. И ей показался подозрительным жест его рук над одной из чашек.       Некоторое время они спокойно общались на общие темы. Ну там погода, политика, экономика и прочая не особо занимательная фигня. Потом пошло личное. И тогда-то началось самое интересное… — Ну, как твоя жизнь сложилась, Сэм? Почему ты ушла из школы перед выпускным классом? — Да так… не хочу говорить, — она отпила немного из чашки. — Поделись со мной, я ничего не расскажу. «Да-да, ничего не расскажешь… Лжец» — Всё равно не могу рассказать. Там всё сложно и долго. И вообще, это личное. — Что же, ладно. А как долго ты работаешь учителем? — Всего год. — Интересно… — А твоя жизнь как? — Как и у остальных. Но не совсем. — Из-за Ланы? — Да. В целом я так же, как и остальные в нашей параллели, закончил школу и поступил в колледж. Выучился на автомеханика, пошёл работать…       В этот момент Сэм начала чувствовать сонливость. Что-то рановато захотелось спать… Может и вправду этот жест рук что-то значил? Заклинание там какое-нибудь, заговор, отрава… Надо бы поскорее пойти домой. — Понятно. — Знаешь, я никогда не ожидал того, что ты так сильно изменишься. Прямо не узнать.       Сэм почувствовала холодную руку Дэна на своей. Этот жест напряг нашу героиню. Но стоит ли делать поспешные выводы? — Меня удивляет то, как я раньше не обращал внимание на того, кто был рядом, — Дэн тут же присел к Сэм поближе. — Бывает, — безразлично ответила она. — Но теперь ты рядом. Та, кого я всегда искал. Сэмми, ты мне нравишься.       Дэн попытался притянуть к себе Сэм, но та резко оттолкнула его от себя и вскочила с места. — Ты чего? — Тебя ничего не смущает?! — Я не понимаю… — Хватит притворяться, будто ничего не было! — Что?.. — Я всё ещё помню, не держи меня за слабоумную! — Сэм, но ведь это было давно. Я был тогда другим. — Лжец! Ты не изменился! Ещё и жену свою подставляешь! — Я её терпеть не могу. Мне нужна только ты. — Вот значит как!       Она хотела уйти, но он прижал её к стене. Теперь Сэм стала ясна истинная цель приглашения в дом. — Ты же любила меня, разве нет?! — кричал Дэн. — Любила, а что с того? — Сэм отчаянно пыталась вырваться, но он держал её руки. — Так где же твои прежние чувства?! Разве сейчас ты ничего ко мне такого не испытываешь? — Нет… — тихо сказала она, но тут же повысила голос. — Ты мерзкий ублюдок, который бросил меня на посмешище. Я ненавижу тебя… Ненавижу!       Вдруг, он опустил хватку и упал на колени. Казалось, что ему нанесли смертельную рану. Дэн испытывал боль. Причём не душевную, а физическую. — Чёрт, сердце, — проговорил он.       Причём заболело именно в тот момент, когда Сэм произнесла свой монолог. Но, возможно, это оказалось совпадением. Она отбежала от него на некоторое расстояние, чтобы не попасть в случае чего под руку. — Ведьма… — проговорил Дэн. — Не зря моя семья ненавидит твой род…       Сэм бросилась к двери. Всё, пора бежать. Ей больше нельзя здесь оставаться.       Как только она подошла к выходу, как тут же встретилась с Ланой и её чадом. Похоже, Лана решила вернуться домой пораньше. Но очень зря… — Линт? — удивилась встрече Лана. — Прости меня, пожалуйста… — Сэм хотелось разрыдаться, но она старалась быть гордой. — Твой муж… мерзкий человек. Уходи от него, он тебя не любит.       Сказав это, она вырвалась на улицу и побежала, куда глаза глядят. Эмоции сдержать было уже невозможно. Слёзы текли ручьём, Сэм не могла перестать плакать. Жизнь слишком жестоко поступила с ней…       Она добежала до дома Бликса и постучалась в дверь. Хотелось верить, что скоро она откроется, но, похоже, никого дома не было. Ключей от двери тоже.       В полном отчаянии Сэм прислонилась спиной к стене и закрыла лицо руками. Теперь она не просто плакала, у неё была истерика. Кричать на улице не хотелось, но эмоции переполняли нашу героиню. Не к кому прийти и пожаловаться на несправедливость к себе, на злую шутку судьбы.       Вдруг она почувствовала, как теряет сознание, будто засыпает. — Подонок, подсыпал снотворное, — догадалась Сэм и тут же вырубилась.       Так она пролежала долго, несколько часов. Вечером домой вернулся Бликсер. И его очень сильно удивило то, что его подруга лежала возле порога и не шевелилась. — Сэм, очнись! — крикнул он и ткнул её в плечо. Однако она никак не среагировала.       Бликс забеспокоился и принялся щупать у неё пульс. — Живая… — проговорил он с облегчением. — Тогда что же с тобой?       Тут, как по чуду, она начала просыпаться. Она слегка приоткрыла глаза и огляделась. — Бликс… Как хорошо, что ты здесь… — Что случилось? — Пойдём домой.       Он быстро отыскал ключи и открыл дверь, а после помог Сэм встать и перейти через порог внутрь. — Дальше я сама, — сказала она, прошла до кровати и присела на край. — Так что случилось-то? — Бликс зашёл за ней следом и расположился рядом. — Дэн — самая настоящая мразь. Подсыпал мне снотворное в чай, но я ушла раньше, чем оно подействовало. Мне страшно представить, что бы он со мной сделал, если бы я осталась там. — Так я и знал… — В каком смысле? — Ну, я видел вас утром. Как только он предложил тебе встретиться, я сразу понял, что тут явно что-то не так. — Да ладно с этой встречей. Меня расстраивает совсем иное. — И что же? — Я… не могу рассказать. Это слишком личное. И история всего этого очень длинная и скучная. — Расскажи. Это останется только между нами. — Ты серьёзно хочешь меня выслушать? — Если тебе полегчает от этого, то да. — Что же, — Сэм вздохнула и начала свой рассказ, — это было девять лет назад… Мои школьные годы, которые я всегда вспоминаю с грустью и неохотой. Ведь тогда я была изгоем, над которым потешались и издевались другие ученики. Всё из-за моего лишнего веса, внешности и плаксивости. Поэтому я всегда была одинокой. Конечно, я дружила с Ликой, но из-за моего статуса мы старались не пересекаться в школе. Я боялась за её репутацию. Одиночество сильно расстраивало. Никто не мог меня в полной мере защитить или поддержать. Лишь зло и жестокость вокруг.       Но однажды, к нам в класс перевели Дэна. Это был второй человек, с которым я, казалось бы, сдружилась. Мы частенько общались на переменах, я давала ему списывать домашку и контрольные работы, а он… просто был мне моральной поддержкой. В тот момент она нужна была мне больше всего, так как в тот год мы с братом потеряли отца, а до этого… у нас умерла мать. Я чувствовала себя подавленной, свою вину в том, что принесла родителям страдания. Ко всему этому прибавлялась работа до позднего вечера, учёба и напряжёнка по поводу экзаменов. Я не выдерживала, у меня часто были истерики. И в конце концов, я начала страдать депрессией. Я забыла, что такое быть радостной и счастливой. Общение с любимым братом уже не спасало. Не спасала работа, которая мне в какой-то момент начала нравиться. Зато часто стали появляться мысли о самоубийстве. — Депрессия? Никогда не думал, что с тобой такое могло быть. — Но это было. Я не хотела признаваться кому-либо в этом. Но я рассказала про свою депрессию Дэну. Он высказал мне своё сочувствие. Мне показалось, что ему небезразлично моё благополучие. К слову, в тот момент я была не на шутку влюблена в него. И его «сочувствие» для меня было высшим проявлением внимания и заботы. Но… — Что? — На следующий день о моей депрессии знала чуть ли не вся школа. И в первую очередь об этом знал мой заклятый враг и главный обидчик — Лана и её свита. В этот день в мой адрес были слышны всякие оскорбления по типу пожелания скорой смерти или предложения способа самоубийства. Я никак не могла понять, кто мог разболтать мою тайну. До тех пор, пока не увидела Дэна в компании с Ланой. Они шли по коридору в обнимку, а я смотрела на них и понимала, что вся эта дружба оказалась ложью. Я подошла к Дэну и спросила: «Почему ты предал меня?» Но он ответил мне: «Пошла отсюда, плакса. Я тебя не предавал, ты сама себе всё придумала». Я в полном отчаянии проговорила, призналась ему: «Но я же люблю тебя…» А он… лишь посмеялся над моей глупостью и равнодушно сказал: «Ты не достойна моей любви. Да и вообще, ничьей».       Сказав эти слова, Сэм опять заревела и закрыла рот рукой, чтобы не закричать. — Ну ты чего? Не плачь, — сказал ей Бликсер.       В ответ она уткнулась ему в плечо и заревела ещё громче. Бликс был ошарашен такой ситуацией. Он ведь никогда с подобным не встречался. А тут резко… и очень эмоционально. — Всё нормально, не надо лить слёзы из-за придурка, который испортил тебе жизнь в прошлом, — Бликс приобнял её и легонько похлопал по плечу. — В конце концов, ты так и не закончила историю. А мне интересно узнать всё. — Надо успокоиться, — сказала Сэм. — Дай мне время.       Бликсер обнял её крепче и прижал к себе, чтобы хоть как-то помочь ей прийти в себя. В тот момент он заметил, что стал слишком открытым и добрым к ней. Он не понимал, как так получилось, почему он не ненавидит её, а скорее наоборот. Раньше он не знал никакой пощады к незаражёным, а теперь дорожит дружбой с сестрой бывшего врага. Что же это такое? Слишком всё это странно… — Я не знаю, как в тот день дожила до конца уроков. Всё это время я словно находилась в космической пустоте, не обращала внимания на вещи, происходящие вокруг. Я не заметила, как наткнулась в конце учебного дня на компанию Ланы. Девчонки, по всей видимости, хотели добить меня окончательно, поэтому затащили в женскую уборную и принялись разбрасывать мои вещи из рюкзака. Я стала наспех пытаться собрать их, но мне мешали. Лана подняла меня с пола и приставила к стене. А после я услышала столько оскорблений… я до сих пор помню её слова. Ха, «детдомовская девчонка»… Потом она сказала, что будет рада, если я в скором времени убьюсь, кинула мне под ноги нож и благополучно удалилась вместе со своими подружками под ехидный смех. Оставшись одной, я сползла на пол и тихо заплакала. В тот момент отчаяния и полного одиночества мой взгляд упал на на тот самый нож, оставленный Ланой. Я подняла его и принялась пристально разглядывать. Мысль о самоубийстве не давала мне покоя. Я думала, что уже больше не могу так жить, я устала от всех этих унижений. И тогда… я сделала на своей руке первый надрез. Потом второй… А потом ещё несколько. Я уже не чувствовала боли, а только желала поскорее избавить себя от мучений этой жестокой жизни. Перед тем как потерять сознание, я увидела, что кто-то подходит ко мне. А после темнота. — А дальше что? Как ты выжила? — Не знаю, но очнулась я уже в больнице. Рядом со мной в момент пробуждения сидела Маргарита. Она нам с Чарли заменяла родителей. Когда я посмотрела на неё, она сказала, что мой поступок был безответственным и безумным. Что я испортила репутацию себе и ей, что теперь ученики школы станут называть «Саманту Линт» сумасшедшей. А потом добавила, что собирается отстранить меня от обучения. И она не отступилась: уже в понедельник подала заявление директору, и я в школе больше не числилась. Основным моим занятием стала работа. Работа с утра до ночи. В этот период появилась ещё одна вещь, которая чуть не сломала меня окончательно. Ведь тогда я стала часто голодать, чтобы экономить деньги. И началось «веселье». Постоянные потери сознания, проблемы со здоровьем, истощение, стресс… Я загремела в больницу уже во второй раз. Причём не в обычную, а психбольницу. Маргарита поняла, что не может так оставлять меня. Депрессия в комбинации с анорексией и другими пищевыми расстройствами беспощадно вели к летальному исходу. И к тому же, ей было жалко меня. Жалко того, кого уже нельзя было спасти. Но… спасли. Спасибо психологу и врачам, которые попытались вернуть мне прежнюю жизнь. Правда, они не вернули её, они скорее дали мне новую. Пройдя через страдания и боль, я почувствовала в себе перемены и желание жить. Конечно, много ещё чего оставалось во мне такого, что мешало. Но это только давало мне стимул меняться дальше и продолжать идти вперёд.       Вместе с мыслями изменилась моя внешность. Я сбросила вес из-за болезни, и всё это в обмен на несколько лет моей жизни. Зато люди стали смотреть на меня, интересоваться, но какой ценой мне далось это внимание? Никто даже представления об этом не имеет. А тем более Дэн, этот похотливый кабель. Только ему жена надоела, как он тут же ко мне подскочил… А девять лет назад унизил до такой степени, что я сама себя стала считать полным нулём. Видимо, люди настолько слепы своей душой, что замечают только внешность и поступки на публику. — Как же я тебя понимаю… — Неужели? Не думала, что тебя могли не любить. — Нет, тут немного другое. Да, вокруг меня собирается много людей. Можно подумать, что они меня уважают, но они лишь делают вид. Им же выгодно находиться при авторитете. То же самое и про девушек. Каждая из них пытается флиртовать со мной лишь для того, чтобы потом хвастаться своим подругам о том, что она переспала «с тем самым Бликсером». Как меня вся эта ложь и чинопочитание достало… Никакой правды. — То есть, те парни не твои друзья? — Почему же? Они как раз-таки мои товарищи. В этом я уверен. И в тебе я тоже уверен. — Правда? — Мы с тобой из враждующих лагерей. Я был убийцей твоего брата, устроил заражение, но ты всё равно продолжаешь общаться со мной, и даже ради этого сбежала из дома. Я приятно удивлён. — Спасибо. Но… разве ты никогда не встречал того человека, который не обманывал и был твоим близким другом? — Была одна девушка… век назад. Я очень сильно любил её. У нас была большая разница в возрасте. Когда мы встретились, ей было всего четырнадцать. Но это не остановило нас. Мы были парой, я даже собирался жениться на ней. А тут пришёл хранитель. Мила со своим отрядом пошла в атаку на него, но… после битвы с ним пропала. До сих пор от неё нет никаких вестей. — Оу… это так печально. Мне жаль. — Да ладно, забей. Всё хорошо. Всё в прошлом. — Н-да, а мы те ещё неудачники… — Дачники-неудачники. Зато мы есть у друг друга, — Бликс подмигнул. — А ещё у меня есть коньяк. Если хочешь, мы можем запить свою неудачу и пойти гулять по ночному берегу. Авось словим удачу. — А потом нарвёмся на улице на каких-нибудь неадекватов? И ты будешь бить им морды? — Именно так. — Пошли скорее!       Правда, Сэм всё же отказалась от коньяка, ведь вспомнила свой прошлый опыт пьянки. Но у друзей всё равно был прекрасный вечер.       Действительно, они есть друг у друга. У них одинаковые взгляды на личность и в некоторой степени тяжёлая судьба. Может, их встреча не была чем-то случайным?