Времена меняются...

      После своего воскрешения, Сэм стала гораздо больше ценить свою жизнь. Она стала больше общаться с другими выжившими и выходить на улицу по вечерам. Пока ещё была возможность. Но… всё же, Сэм постоянно тосковала по своему брату, который пропал. Она надеялась, что он и Рин вернутся. Конечно, Сэм частенько волновалась, но её любящее сестринское сердце знало: Чарли жив.       Сэм шла по коридору убежища в сторону выхода на улицу, как вдруг перед ней выбегает Лана. Они слегка столкнулись и остановились. — Ой, Сэм, я искала тебя! — сказала она. — Зачем это? — Я хотела поговорить с тобой. Я должна сказать тебе многое.       Сэм вопросительно посмотрела на неё и прищурилась одним глазом. О чём с ней говорить? — Знаю, ты меня недолюбливаешь со школы. Но прошу, выслушай меня. — Я слушаю.       Лана выдохнула и начала свой рассказ. — Помнишь, как мы учились в начальной школе в одном классе? — Да. Зачем ты вообще с этого начала? — Просто тогда я очень сильно хотела подружиться с девочкой, похожей по характеру. Тогда я была тихой, любила сильно книги, мечтала работать учителем. Этой похожей девочкой была ты. Я хотела с тобой общаться. Но мы как-то не могли сойтись. Мы обе были чересчур застенчивыми. — Как-то давно это всё было. Я уже и забыла, когда ты такой была. — Я всё прекрасно помню. Я тогда за соседней партой сидела. На втором ряду. — Точно… помню. — И я помню. В один день у нас была самостоятельная работа по литературе. Я хорошо подготовилась к ней, написала всё абсолютно верно. И ты всё написала точно так же. Но… ты нашей учительнице симпатизировала более. Поэтому, в тот день меня незаслуженно обвинили в списывании с твоей работы. Хотя я даже в твою сторону не смотрела всё время урока. И когда мои родители узнали про это, я не смогла ничего возразить. Меня наказали, перед всеми моими братьями… Мне было стыдно, но в то же время… я злилась на тебя. В тот момент это наверняка было бессмысленно, ведь ты не была виновата. Но я была глупа, желала отомстить тебе. — И поэтому ты подожгла мне волосы? А потом ещё несколько лет травила меня? Замечательно! — Послушай… Я правда не хотела продолжать издевательства. Но после того, как ты с плачем убежала из школы, я почувствовала себя странно. Я захотела причинить боль ещё кому-нибудь… Я стала садисткой. Я понимала, что это плохо. Но то, как порой мучили меня мои родители всяческими требованиями… — Но если тебе было больно, почему ты приносила страдания другим? Думаешь, так бы стало легче? — Я и вправду не хотела. Но что-то заставляло меня… Я сожалею о том, что сотворила столько всего плохого. Сэм, я очень виновата перед тобой. Это ведь я довела тебя до… этого. — А… Откуда ты знаешь? — В тот день, когда мы с девчонками оставили тебя вместе с ножом, я почувствовала что-то недоброе. Я вернулась в уборную и обнаружила, что ты там лежишь в крови и без сознания… Я стала звать на помощь, на мой зов пришла учительница по физике. Мы с ней вместе вызывали скорую помощь и выносили тебя из школы. Ты не представляешь, насколько я волновалась. Меня мучила совесть, я довела тебя до ножа… Прости меня, пожалуйста.       Вот кто спас её тогда… Та, которая желала ей смерти, спасла её от глупого поступка на эмоциях. А она… держала на неё обиду, старалась относиться к ней высокомерно… Как же глупо всё оказалось. — Всё в порядке. Каждый совершает ошибки. Мы ведь люди, не боги. — Ты так просто прощаешь меня? — Это было очень давно. Всё изменилось. И мы с тобой поменялись.       Лана обняла Сэм и принялась благодарить её. Но за что же?..       Пент быстро поправлялся после своей раны. Его уже спокойно отпускали гулять по убежищу и возле него. И его это радовало, особенно после трёх дней в четырёх стенах. Вот и в тот вечер он спокойно стоял возле входа и смотрел вдаль. Солнца видно не было из-за туч, но это не мешало любоваться гаснущим вечерним небом. — Привет, — до его плеча дотронулась Сирен. — Да вроде недавно виделись, — ответил Пент, немного ухмыльнувшись. — Как поживаешь? — Нормально. Скоро снова вернусь в строй. — Здорово… — Только я вот переживаю за Чарли и Рин. — Я тоже. Вдруг они не смогут вернуться? — Выберутся они, я надеюсь. — Хочется в это верить.       Они снова стояли рядом, молчали. О чём говорить? Ничего интересного не произошло. И пока не происходит. Только вот неподалёку на скамейке сидят Хэлли и Кэп и что-то оживлённо обсуждают. Наконец, Сирен нашла тему для разговора. — А… помнишь, как ты говорил, что считаешь себя в нашей команде чужим? — Вроде да. И что? — Ты так и не сказал — почему. — А тебе разве важно это знать? — Это обмен личной информацией. Я тебе сказала, ты — мне. — Ух, а ты знаешь толк в бартере… Окей, расскажу.       Дело было в далёком детстве. Не помню, сколько мне тогда было лет. Так вот, я поехал со своими родителями, их друзьями и детьми этих друзей на природу с ночёвкой. Там всё как обычно: палатка, костёр, мамы готовят еду, дети резвятся и играют. И иногда они не замечают, когда наступает позднее время. Мы с другими ребятами тогда шли посмотреть на озеро, находившееся рядом с Дубом Познания. Вид с холма на озеро был потрясный, я до сих пор его помню. Но этот вид сыграл со мной злую шутку. Кто-то сказал, что озеро снизу тоже выглядит прикольно. И я подошёл к самому краю. Но утёс оказался слишком зыбким… Я не успел среагировать, как сорвался вниз и упал прямо в озеро. Я не умел плавать да и после падения в воду не мог опомниться. Поэтому я медленно шёл ко дну. Но вдруг… я увидел что-то необычное, плывущее в мою сторону. Я из последних сил протянул свою руку к этой штуке, а потом всё засветилось, засверкало, и я почувствовал, как выплываю на поверхность. А мои родители смотрят на меня с берега. Мама плачет… Незаметно для себя, я приплываю к ним. Все рады. Но со мной после этого начали происходить непонятные вещи. А потом на руке появился знак треугольника. Я вообще выпал в тот момент… — Но потом ты узнал, что стал хранителем? — Да, конечно. Только вот настоящий ли я хранитель после этого? — Хранитель — это не тот титул, который даётся при рождении. Это тот титул, который мы завоёвываем своими поступками. И то, что ты не родился им, ещё ничего не значит. — Даже не знаю… я ведь пока никаких хороших поступков не совершил. — Ты спас меня тогда. — Так поступил бы и другой. — А ты уверен? Не у каждого ведь хватит смелости подставиться под пулю вместо другого. — Наверное…       Тут Сирен легонько поцеловала Пента в щёку. Конечно, в тот момент он впал в ступор. — Спасибо, Пент… ладно, я пойду. Спокойной ночи. — Спокойной…       Какое-то время он стоял на улице в приятном удивлении. И думал о том, что скоро всё переменится к лучшему…