Жизнь омеги

— Сынок, за тобой приехали, — гордо крикнул отец. Тут же из проёма лестницы показалась голубая макушка, затем постепенно и сам молодой человек, одетый в нежно розовое платье до щиколоток. Видно, что Салли очень смущался. Этот образ был очень странным и каким-то очень бабским, но ведь именно таким должен был казаться парень на людях. Вообще, когда Диана увидела, что конкретно дала Салли Лиза, то была рада, потому что Фишер очень подходили подобные вещи и иногда парень даже служил манекеном, для платьев своей мамы, потому что фигуры у них были более или менее похожие, единственное, что отличались — грудь. — Не надо, — шёпотом протараторил голубоволосый. — Надо, сын, для своего счастья надо терпеть, — непреклонно ответил отец и, взяв сына за плечо, буквально выкинул из дома. Там стояла огромная машина, которая, как показалось Салли, могла бы послужить даже жилищем. «Почему телевизор никогда не врет? Почему он либо не договаривает, как на счёт омег, либо говорит правду? Ведь именно там говорили, что чем богаче человек, тем больше у него понтов. Машины, статус… Бесит» — про себя Салли размышлял всю дорогу, совсем не замечая косых взглядов Ларри, который не упускал шанса посмотреть в окно заднего вида, чтобы увидеть, как чувак в протезе оделся в девчонку ради него. В таком образе, парень очень даже нравился Ларри. Конечно, только платонически. Ведь они совершенно разные. Салли — пай-мальчик, слушающий родителей и делающий все так, как правильно. А Ларри наоборот — развязный парень, берущий от жизни все.

***

— Выходите, моя принцесса, — наигранно сказал Джонсон и протянул руку Салли, чтобы тот вышел из BMW. Но Фишер тупанул. Он засмотрелся на Ларри. В обтягивающем костюме он выглядел как качок. Рельефное тело, все те же растрепанные волосы, кроссовки, «идеально подходившие» под все это и, конечно же, надменный вид, который полагается иметь каждому богатому человеку. Через какое-то время протезник все же вылез из «кареты» и тут залип уже шатен. Платье сидело идеально. Оно подчеркивало тонкую талию, задницу, которая была, наверно, всей изюминкой образа, потому что на неё невозможно было не засмотреться. — Пошли, — тихо сказал Салли, когда понял, что на него откровенно пялятся. Он потащил Джонсона в здание, хотя сам не хотел этого. Он никогда не был на таких мероприятиях и очень страшился каждого звона бокалов или лишней фразы в его адрес. Конечно, ему провели инструктаж, но ничего не может сравниться к настоящими ощущениями.

***

Прошло ещё только полчаса от торжества, а Салли уже задолбался. Он старался держаться как можно дальше от всех, а если его все же кто-то ловил, то он отвечал сухо и быстро убегал. С Ларри они разминулись ещё в первые секунды, когда он увидел столы с алкогольной продукцией. — Хочу домой, — в полголоса промолвил голубоволосый, облокачиваясь о какую-то стену и поднимая платье, что бы было удобней. — Это только начало, — с едкой ухмылкой сказал Ларри, непонятным образом оказавшийся рядом. — Пошли я тебя познакомлю со своими друзьями, — и он повёл Салли прямо в гущу всего этого дерьма, творившегося в довольно маленьком доме на окраине города. Как только они прошли несколько колонн, то оказались рядом с четырьмя совершенно разными людьми. В этот момент Джонсон взял протезника за талию и с силой притянул к себе. — Знакомьтесь, это моя омега, Салли, — гордо прикрикнул Ларри. Первым отозвался рыжий парень в старомодном фраке с рюкзаком наперевес: — Ты уверен, что это девушка? — Вопрос был в тему, но ведь никто не должен знать, поэтому ответ был «Да». Второй подошла довольно маленькая девочка с фиолетовыми волосами, одетая, как будто монашка. Она потрогала платье и отошла назад со смешками. Было видно, что Салли ей понравился. (Ну, а кому может не понравиться странный парень с протезом в платье). Следующим подал голос толстенький парень в огромной толстовке с полными карманами сладостей. — Ты не пробовала пирожные? Они прекрасные, — на этот вопрос Салли только покачал головой и уставился на последнего человека. Это был темнокожий парень, явно добрый и активный. Он постоянно что-то выяснял с Ларри, пока к Фишеру лезли. — Ну что, это мои друзья. Тодд, Меган, Чак и Нил, — Ларри спокойно показывал на всех, и потом ждал секунду, чтобы информация усвоилась. — Мне очень приятно с вами со всеми познакомиться, но прошу меня простить, мне нужно отойти, — голубоволосый боялся, поэтому решил быстро затеряться в толпе. Он уже поднял свое платье, чтобы как можно скорее убежать в другую часть здания, где уже приметил тихий уголок. Но этому плану невозможно было осуществиться. Как только парень начал отходить, то тут же его схватил Ларри. Он встал на одно колено и начал свою не правдивую речь. — Дорогая, мы знакомы уже несколько лет. Прости, что скрывал тебя от друзей. Я не хотел тебя впутывать в свои дела, но сейчас я хочу запутаться с тобой брачной паутиной до конца жизни. Станешь ли ты моей женой? — Вот что-что, а говорить красиво Джонсон умел. Даже несмотря на то, что его слова были ложь, врал он умело. Салли изобразил глубочайшее поражение, а потом быстро ответил: «У меня нет выбора» и разревелся. Всё гости подумали, что он плачет от счастья, но на самом деле от безысходности. И только Ларри понимал его слезы. Но её мог ничего сделать. Так распорядилась судьба. Шатен встал с колена и обнял свою «девушку». Это было не запланировано, но Джонсон понимал чувства омеги и хотел его поддержать. Впервые в жизни в нем проснулись такие тёплые чувства, хоть они и были скорее от того, что эту участь им придётся делить обоим. Да, может это и обременяет их, потому что каждый не знает, что будет дальше, но в это мгновение, когда они обнялись, оба почувствовали, что мнение друг о друге поменялось. Всё сразу стали подходить с поздравлениями и парочка с радостью принимала, говоря короткое: «спасибо» каждому, кто хотел порадоваться их счастью. И вот, вся эта шумиха с их помолвкой утихла, и в разговор вступили друзья. — Не ожидал, что даже сам Ларри Джонсон будет жениться. Особенно если вспомнить твои обещания в 18 лет, — весело говорил Нил, вспоминая развязные вечера вместе с шатеном. Но его вовремя остановил Тодд, который на данный момент являлся его парнем. — Слушай, а ты же неделю назад с Мейпл гулял, — неожиданно сказал Чаг, оторвавшись от очередного пирожного. — День назад я и сам бы не поверил, — с ухмылкой сказал Ларри, перебивая друга. Все рассмеялись, но они не знали, что это правда и день назад Джонсон даже не думал, что будет жениться на мужике. — Салли, и чем же вы так привлекли моего друга? — Официальным тоном спросил Моррисон. Он любил подпугивать людей, что бы они говорили правду. Тут парень, которому задали вопрос, растерялся. Чем же он мог его так зацепить, что эта шпала была бы влюблена в него? — Ну… Я готовлю хорошо, вышиваю, — Фишер не знал что сказать, поэтому просто притворялся, но все уже начали понимать, что он стесняется, хотя на самом деле это был страх. — Она моя омега и этим все сказано, я люблю её за все, — гордо воскликнул Ларри. Он выглядел очень уверенно и спокойно. Как будто ничего не произошло. В то время как Салли до сих пор ошарашено бегал глазами по полу. — Ты очень красивая девочка, — мило улыбнулась Меган и взяла Фишера за ручку. Она, видимо, хотела, что бы с ней поиграли, но неожиданно, руку протезника перехватил Джонсон. — Ладно, ребята, моя девочка устала, мы, наверное, поедем домой, — сказал шатен. Все только кивнули и стали мило болтать между собой.

***

Когда они вышли, и сели в машину Ларри начал его отчитывать. — Говорю только я. Ты мило молчишь и улыбаешься. Это все твои задачи на людях. Понял? — Да, Мистер Джонсон, — на выдохе шёпотом сказал Салли и опустил голову вниз, смотря на подол своего платья. В голове метались тысячи мыслей. О людях, о обществе. Всё было страшно и одно из немного, что радовало, это то, что никто не заикнулся протезе. Либо всем было пофиг, что более вероятно, либо люди были очень цивилизованные. Но на самом деле, Салли не сильно понравилось находиться на людях. Он представлял себе это по другому и думал совсем о другом, но все всегда получается не так как мы хотим. — Зови меня Ларри, я не отец. И что ты приуныл? Поехали, отвезу тебя домой, — весело проговорил Джонсон, заводя мотор своей машины. Сейчас парень очень по-доброму посмотрел на Салли, в надежде увидеть поддержки в его глазах и понимания всей ситуации. Но глаза протезника были абсолютно пустыми и чистыми как море. Шатен тихо вздохнул и завел мотор своей BMW.