Dal segno al fine

Снейп, не сдержавшись, отвесил Рону несильный подзатыльник, своим рыком заставляя испуганно притихнуть компанию французских девушек-омег из женской музыкальной академии Шармбатон: - Уизли, хватит ныть! Берите бланки и каждый в свою очередь! - профессор гневно подхватил свой экземпляр заявления и стал выискивать вновь куда-то испарившегося директора, чье присутствие сейчас было для них жизненно важным. - Упрямый баран... - Драко раздраженно покосился на преподавателя, что в своем черном смокинге походил на летучую мышь, и нехотя добавил пару строк в свое заявление, затем поспешив занять очередь для исполнителей-струнников. Он с тоской оглядел людей перед собой. - Все равно уже ни черта не успеем! - Опоздали как пить дать, хрен допустят, - согласился Фред Уизли и вздохнул. - Чертов поезд... Гарри, стоявший за ним в очереди, только тихо вздохнул и смял в руке бланк заявки: он ненавидел этот день больше, чем все остальные. Мало того, что они провели все это время в унылой атмосфере застрявшего поезда, мало того, что он не прикасался к роялю уже больше десяти часов - хотя обычно для него это было смерти подобно, - мало было того, что тампон в его заднице уже начал набухать и раздуваться... Словно в довершение всего этого ничего уже нельзя было успеть. Профукать возможность сыграть на конкурсе Риддла, сыграть перед самыми маститыми пианистами и услышать их одобрение, пройти дальше и сыграть с Королевским Оркестром в Лондоне - что бы сейчас Гарри не отдал за возможность повернуть время вспять и оказаться в Эдинбурге хоть на час раньше! Он ненавидел сейчас всех и вся вокруг, а больше всего - Снейпа, который вызывал у него смутное раздражение еще с самого поезда, а теперь и вовсе провоцировал непонятные всплески агрессии, просто даже появляясь в поле зрения Гарри. Проводив взглядом взметнувшиеся полы его расстегнутого смокинга, он посмотрел на Уизли, стоявших вокруг него, и только прошипел: - Чертов конкурс, лучше бы вообще не приезжал... Рон, потирая все еще ноющий затылок, не менее зло проводил профессора взглядом и также тихо выплюнул: - А все твой любимый маэстро, как всегда... Гарри, смерив его гневным взглядом, только презрительно фыркнул: - А он не мой маэстро, он вообще ничей, разве не в курсе? Его ненаглядный Гриндевальд давно скончался, - он резко вздернул подбородок и стал смотреть вперед, на длинную очередь. Тем не менее, в его голове пронеслась вихрем сцена, что он застал случайно неделю назад перед занятием по концертмейстерскому: после обеда у него осталось немного времени перед уроком, и он надеялся позаниматься самостоятельно дурацким Хиндемитом, чтобы не упасть опять перед Малфоем в грязь лицом. Однако же класс, на который он положил глаз, оказался занят, и занят не просто учеником... Гарри тогда тихо прильнул к двери и прислушался к голосам Снейпа и Дамблдора - и то, что он узнал, заставило его мысленно сейчас согласиться с Роном. - А я настаиваю, чтобы вы пересмотрели свое решение профессор: то, что в прошлом году вы вместе с группой приехали заранее, еще ни о чем не говорит. Кроме того, утренний приезд, возможно, позволит студентам получить больше времени на работу с инструментами. Что вашему же, кстати, протеже необходимо больше, чем кому-либо, - судя по тону Снейпа и раздававшейся из-за двери быстрой поступи, преподаватель концертмейстерского был крайне разъярен упрямством и беззаботностью собеседника, привычно наигрывавшего отрывки различных произведений и напевавшего соответствующие мотивы себе под нос. - Северус-Северус... - рассеянно обратился к собеседнику маэстро. - Ну разве ты не понимаешь, что ехать в поезде ночью - это совершенно вымотает всех, и студентов, и нас с тобой? Мы великолепно управимся дневным поездом, останется еще море времени на разыгрывание. Снейп, остановившись, сложил руки на груди: - А вы не думаете о том, что сейчас, когда вот-вот начнется осенняя канитель с дождями и их последствиями, и студентов, и нас куда сильнее вымотает непредвиденный форс-мажор? Сокращение времени на разыгрывание и прибытие на конкурс позже срока никого не обрадует, кроме ваших же недоброжелателей, маэстро. - Никаких форс-мажоров, я посмотрел прогноз - в пятницу ожидается солнечная хорошая погода, - воодушевленно и жизнерадостно проговорил Дамблдор, наигрывая один из светлых мажорных вальсов Шопена. - Прогноз на "случайные" препятствия, полагаю, вы тоже изучили? - количество яда в тоне профессора, казалось, грозило превысить все нормы, допустимые для разговора со старшим коллегой. - Или вы полагаете, что Поттера примут с распростертыми объятиями только по причине его "уникальности"? Тот факт, что его вообще допустили до первого тура, говорит лишь о том, что Риддл готовит нечто особое для подрыва репутации школы и вашей собственной. Иначе его отсеяли бы как и в прошлые годы. - Северус, - покачал удрученно головой Дамблдор. Судя по звуку закрывшейся крышки рояля, он развернулся к Снейпу лицом, а голос его явно заледенел, приобретая стальные нотки. - За этого мальчика и то, что он должен сделать как Музыкант, на алтарь упала не одна жертва. Возможностей проиграть у нас было предостаточно, еще одна погоды не сделает - а вот возможность выиграть только одна. Я не собираюсь рисковать его бессонной ночью ради успокоения твоей бюрократической души. Или ты забыл, что ты сам отказался от творческого полета, предпочтя влачение административного обоза? После нескольких мгновений звенящей тишины, оглушающей после мягких звуков фортепиано, шипящий голос Снейпа заставил Гарри вздрогнуть: - Мой отказ, маэстро, был не только моим решением. И ваше участие в этом выборе играло далеко не последнюю роль, - едва успев понять, что вконец взбешенный профессор направился к двери, Гарри в последнюю секунду успел отскочить от нее и затаиться в затененной стенной нише. - Эй! Ты уснул?! - грубый голос и толчок в плечо вернули Гарри в реальность, заставляя машинально потереть ушиб и повернуться было к обидчику с возмущенной речью. Впрочем, высказаться ему не удалось: нападавшим оказался не кто иной, как Виктор Крам - один из самых выдающихся и известных молодых пианистов мира, болгарин, который закончил северно-европейскую консерваторию Дурмстранг и теперь с успехом выступал с гастролями по всему миру. - А... а... простите, - заикаясь, Гарри быстро прошел вперед и вновь замер на месте, ожидая следующего продвижения. Посмотрев на часы, он с болью подумал о том, что они не успели совершенно точно. "Снейп все же накаркал..." горько подумал он и покачал головой, вспоминая последние минуты ярости профессора перед тем, как они все же смогли достигнуть Эдинбурга. Едва он и Драко, справившись с возникшим "конфузом", вернулись в купе к ребятам, меланхолическое спокойствие студентов было вновь нарушено: на этот раз в дверях предстал сияющий и, казалось, ни капельки не обеспокоенный задержкой маэстро Дамблдор. - Ребята! - воодушевленно провозгласил он и обвел купе взглядом. - Я рад, что вы не теряете силу духа! Занимайтесь, пожалуйста, все своей программой, скрипачи - пользуйтесь моментом и разыгрывайтесь, и вообще, скоро двинемся в путь, так что давайте, давайте, с песней дружно к победе. В этом году я ожидаю от вас семи побед, - подбодрил он студентов и скрылся так же стремительно, как и появился. - Знаешь, Гарри, не обижайся, но твой наставник какой-то... с приветом, - Рон неловко посмотрел на друга, но все же подтянул к себе папку со своей программой. - Странный он. - Все это напоминает пир во время Чумы, - Малфой, слегка воодушевленный официальным разрешением, аккуратно достал из футляра свою скрипку, любовно обмахивая ее платком и слегка подкручивая колки. - Но уж лучше быть на этом пиру музыкантом, чем гостем, которому уготован "танец смерти", - он с усмешкой оглядел забитое подростками купе. - Какая изящная метафора, Малфой, - буркнул Гарри, забиваясь вновь в свой облюбованный уголок и раскрывая ноты. - Тебе-то хорошо, ты хоть разыграешься, и вообще... Анжелина вздохнула и достала свою любимицу из футляра: - Не переживай, Гарри, если маэстро сказал - мы точно успеем. Он еще никогда не ошибался в прогнозах. Рон, наигрывая свое первое произведение на колене, мрачно фыркнул: - Ага. Погоды. Впрочем, не прошло и четверти часа как в коридоре опять стало шумно, а дверь купе распахнулась вновь, являя музыкантам все еще злого, как черт, Снейпа. Окинув детей взглядом, он только коротко процедил: - Поезд тронется через три минуты. У вас полчаса на повторение, после чтобы все вещи были собраны. Как только прибудем на станцию, времени на сборы не останется. Кто будет не готов - будет дожидаться на вокзале до тех пор, пока мы не отправимся обратно в школу. Вопросы? - Нет, сэр, - стройно, натренированно уроками хора пропели на одной ноте студенты и ринулись к своим нотам куда как более яро: Фред и Джордж, сев друг напротив друга, стали молча, только им двоим понятными жестами повторять друг для друга программу, вырисовывая в воздухе странные фигуры и пассы; Рон, сосредоточившись, перенес правую руку на левую ладонь и стал разыгрывать пальцы на ней, иногда все же меняя руки и разминая пальцы левой руки; Анжелина, вскинув скрипку, тщательно проверила строй и почти беззвучно, на тихом пиццикато стала повторять особо сложный щипковый пассаж; Гарри, уйдя с головой в свой виртуозный этюд, в который раз обвел для себя карандашом никак не исправлявшийся бекар; даже Невилл, до сих пор остававшийся невозмутимым и спокойным, сейчас стал лихорадочно листать свои ноты. Один Драко после слов профессора, казалось, разом вернувший себе привычный аристократический лоск и невозмутимость, с прежней неторопливостью продолжал повторять особо сложную часть своего главного произведения, выверено подходя к яростным аккордом, в каждом из которых все же слышалось жгущее скрипача негодование. Да, Гарри определенно думалось о том, что даже с тем, что уже началась его течка, это абсолютно никак не укрепляло его веры в то, что сейчас им дали бы возможность выступить на конкурсе в числе всех остальных участников. Крам, стоявший за ним, эту веру только рушил: поскольку он был уже концертирующим пианистом, он явно должен был быть либо одним из членов жюри, либо просто участником гала-концерта в третий день конкурса, а значит, все основные участники стояли перед ним - включая даже чертовых Уизли, рыжую семейку, в которой, кажется, все были дико талантливы. Гарри вновь уныло посмотрел на себя в отражение стоявшего неподалеку рояля. Черный лакированный бок отражал его: вихрастого, встрепанного, очкастого и худого, какого-то уж слишком нескладного Гарри Поттера, который и музыке-то толком до Хогвартса не учился, разве только в приюте под надзором ненавистного наставника что-то пытался вымучивать, выезжая только за счет природного таланта. Гарри посмотрел на свое отражение вновь и хмыкнул тихо под нос: - Не красавец... - он машинально подумал о том, что делал Блейз, который сумел позариться на такого хилого и невзрачного омегу. Помявшись и слегка поразмыслив, он посмотрел на длинную очередь впереди себя и перевел взгляд на Рона, стоявшего перед ним. Совершенно невольно он повел бедром, распуская невидимый обычно “хвост” движением, характерным только для омег, и посмотрел на друга чуть невинно: - Ты мне место не подержишь, я отойду позвонить Блейзу? - А? - Рон, оторвавшись от проверяемых в сотый раз бумаг, раздраженно отмахнулся. - Потом успеешь. Отстань пока... - парень вновь углубился в неровные строчки, наспех заполненных форм. - Я... - Гарри смешался от такого необычно резкого тона друга и вздохнул, покорно затыкаясь. Он с тоской прикинул, что сейчас поболтать с кем-нибудь и расслабиться за спокойной беседой было бы лучшей панацеей для успокоения, но - увы, Рон почему-то был зол и весьма резок, а напарываться на очередной конфликт Гарри сегодня ой как не хотелось. - Я предупрежу, что занято, - стоящий за ним Крам, видя нервозность подростка, тихо хмыкнул. - В десять минут уложишься? Гарри вспыхнул и посмотрел на Виктора с благодарностью: - Конечно, мистер Крам. Спасибо большое, - он поспешил к располагавшемуся поодаль телефону-автомату, на ходу прикидывая, на сколько минут разговора у него хватит пенсов. Уже начав набирать номер общей гостиной альф, он невольно улыбнулся: за несколько месяцев он настолько привык к этому набору цифр, что сейчас он казался почти что их личным - большинство альф все же предпочитали так не наглеть и не занимать телефон подолгу по вечерам, а вот Гарри и Блейз, когда первому нужно было заниматься чем-нибудь, кроме рояля, вполне любили поболтать после того вечернего времени, когда альфам уже не разрешалось входить на территорию омег. - Алло? - ответивший на другом конце провода голос был Гарри не знаком. - Гостиная альф школы Хогвартс слушает. - Ой... - стушевался Гарри и вздохнул. - Блейза Забини к телефону, пожалуйста. - Сейчас позову, - в трубке зашумело, послышался отдаленный окрик, и через пару минут раздался голос Блейза, который явно улыбался. - Гарри, это ты? Как вы там? Ты уже из отеля звонишь, или вы пока не заселились? - Да какой там, - убито вздохнул Поттер. - Мы только полчаса назад приехали в Эдинбург, с вокзала сразу помчались на регистрацию - не успеваем совершенно ничего. Вы разве не слышали, что поезд задержался в пути? - Нет, пока никто об этом ничего не говорил. Могли профессорам что-то сообщать, но мы ждали вечерней трансляции, - Блейз со вздохом покачал головой, на секунду прикрывая трубку ладонью и от кого-то отмахиваясь глухим шепотом, после чего вновь возвращаясь к разговору. - А что произошло, из-за чего такая огромная задержка? Здесь ведь не такой долгий путь. Или вы опоздали на свой поезд? - Нет, никто не опоздал, но был страшный ливень и, кажется, авария впереди на путях, - пожал плечами Гарри и, помолчав, осторожно перевел тему. - Блейз... мне нужно тебе кое-что сказать. - Вот же не вовремя... - Забини досадливо нахмурился и машинально кивнул. - Я слушаю, Гарри. Что-то еще случилось? - Да. Блейз... - Гарри кашлянул и, набрав воздуха в легкие, выпалил на одном дыхании. - Нам-нужно-будет-пользоваться-презервативами-всегда-всегда-всегда-теперь. - О!.. - не ожидавший таких новостей Блейз не сразу нашелся с ответом. - Значит, я буду еще тщательнее проверять их наличие в кармане, - он улыбнулся и слегка понизил голос. - Поздравляю, малыш. - Спасибо, - Гарри с облегчением улыбнулся и выдохнул, прикрывая трубку рукой и негромко отвечая. - Я жду встречи. Если мы успеем сейчас на регистрацию, и нас пропустят все же, то мы вернемся по графику в воскресенье вечером, а течка вряд ли к тому времени закончится... Блейз тихо усмехнулся: - Знаю. И с еще большим нетерпением буду ждать твоего возвращения, - он откашлялся и продолжил обычным голосом. - И даже не думай о том, что вы можете не успеть - здесь вся школа за вас кулаки держит. Да, парни? - раздавшийся в ответ шквал ободряющих криков и восклицаний на несколько секунд сделал продолжение разговора невозможным, заглушая все попытки Забини. Гарри, рассмеявшись, только дослушал до конца ободряющие восклицания однокурсников, а затем кивнул в сторону угрюмого Уизли: - Иду, - он вернулся к телефону и вздохнул. - Мне пора, долго место держать не будут в очереди. До встречи? - Беги, малыш, - кое-как утихомирив изнывающих в ожидании подробностей соучеников, Блейз улыбнулся. - Теперь ты сможешь показать себя так хорошо, как никогда не получалось до этого. И я уверен, что ты возьмешь все, что только возможно от появившегося преимущества. Я буду ждать твоего выступления, Гарри. - Спасибо, - Гарри, улыбнувшись еще шире, попрощался с Блейзом и повесил трубку, затем направляясь обратно к очереди и лишь молча качая головой в ответ на сердитое выражение лица Рона: ему не очень хотелось сейчас вступать в конфликт. Честь по чести, ему сейчас ничего не хотелось, кроме как сесть за рояль и проверить, повлияла ли течка на манеру его игры. На технику. На стиль. Гарри и не заметил, как стал играть на левой руке, отрабатывая раз за разом упрямый терцовый пассаж: первый с четвертым пальцы все время норовили играть одновременно, а "квакать" на конкурсе было ну никак нельзя[1]. Заигрывать руки, впрочем, тоже, поэтому, опомнившись, Гарри одернул себя и встал прямо - но, к сожалению, пользы это никакой не принесло. Откуда-то из-под потолка донеслась мелодия одного из шопеновских ноктюрнов, и позади Гарри в очереди раздался чей-то стон: вероятно, кто-то из пианистов приготовил этот ноктюрн на конкурс, и теперь его сбивала с мысли чужая интерпретация. А может, услышал, как надо правильно играть то место, где он, как оказалось, ошибался. В любом случае, это со стороны организаторов было подлостью - и Гарри насупленно подумал, что, если включится что-нибудь из его программы, он просто развернется и уйдет, хватило с него приключений на этот раз. Пусть кто-нибудь другой династийную традицию рушит, а он лучше будет играть на Стейнвее. И все же мысль о том, как развилась его техника благодаря биологическому переключателю течки, не оставляла его. Руки зудели от желания сесть и пройтись по клавиатуре мощным октавным пассажем, трелями и прочими сложными деталями любимого концерта, и потом закончить не менее любимой прелюдией Рахманинова в до-диез миноре. Гарри в очередной раз пожалел, что не был абсолютником - по крайней мере, так он мог бы играть в голове, а сейчас это было слишком опасно. Нужно было переключиться на что-то другое. В соседней очереди стоял Малфой, но он не был настроен на разговоры; Рон так вообще злился, старшие Уизли уже проскочили вперед очереди - ушлые, как и всегда, - а Анжелина рассеянно помахивала в воздухе кистью, воображая смычок. Очередь же Невилла была в другом конце зала. Гарри неосознанно стал выискивать Снейпа: сначала взглядом, а потом и нюхом, что заставило его усомниться в собственном разуме: он никогда еще не мог отличить ни одного альфу, кроме Блейза, да и того с трудом выбирал из запахов толпы. Но нет, в голове услужливо сложилась "картинка" аромата его преподавателя, того, как он должен был пахнуть вблизи, и как - издалека. "Бр-р-р-р. Глупости какие, это у меня просто течка началась, и я все обостренно чувствую", кивнул Гарри и вновь устремил взгляд вперед: регистрация подходила к концу по времени, но далеко не по длине очереди. *** Интермедиа №2. *** Луна в очередной раз поморщилась и оторвалась от своего запястья, от которого по руке к предплечью тянулись витиеватые обрывки нотоносцев. - Герми, ты опять не слышишь динамику... - девушка немного тоскливо посмотрела на подоконник аудитории, на котором успела пригреться, но все же решила подойти к любимой. - Или ты это специально? Гермиона, доиграв фразу, подняла правую руку и нахмурилась: - Ты о чем? Я играю, как в нотах, - она показала любовнице на каллиграфическую p в тексте между двумя нотоносцами. - Да и потом, тут же по смыслу как раз должно быть тихо, незаметно - побочка же. - Откуда это вдруг?.. - Луна, казалось, искренне недоумевала над обозначением в нотах. Куснув себя за губу, она прикрыла глаза и чуть покачала головой, едва слышно напевая себе под нос спорный кусочек концерта. - Здесь же явное крещендо, как ты можешь его не слышать? Гермиона посмотрела на нее еще более недоуменно, параллельно разминая запястье: - Какое крещендо? Как здесь может быть крещендо, это же пасторальное почти "пение", - она уставилась в ноты и стала пытаться выискать там обоснование для очередного заявления Луны - впрочем, что-то подсказывало девушке, что ее сумасбродная любовница, как и всегда, слышала все исключительно через фильтры собственного гениального, но очень странно устроенного мозга. Лавгуд с рассеянной улыбкой склонила голову к плечу: - Нет, здесь нет и намека на пение. Это должно быть возвышенно, незабываемо. Здесь ведь такая глубокая аллюзия, и странно, что ее не замечаешь, ведь ты всегда их прекрасно видишь, - она поправила ручку у себя за ухом и примостилась на край банкетки, на которой сидела Герми, дотягиваясь до клавиатуры и наигрывая указанный фрагмент самостоятельно. - Восхождение на Голгофу. Это оно во всей глубине своей насыщенности. Гермиона посмотрела на нее в некотором изумлении, затем переводя взгляд обратно в ноты и вновь на Луну: - Эм... - она вновь перевела взгляд на страницу, где стройные секвенцирующие мотивы и впрямь словно взбирались вверх, непосильным, тяжелым, постоянно оступающимся шагом. Словно открыв глаза, она потерла веки пальцами и тихо улыбнулась. - Ты права, каждый из них тоже подъем. Спасибо, - она нежно поцеловала Луну в щеку и вновь положила руки на клавиатуру. - Не за что. Странно, что ты сама не увидела, - Луна слегка пожала плечами и вытянула из-за уха ручку, возвращаясь к записям у себя на руке, но через пару секунд с легким осуждением вновь поднимая глаза на Гермиону. - Нет, ты все еще не слышишь ту динамику. Герми посмотрела на нее сердито: - Теперь-то что не так? Луна в задумчивости куснула кончик ручки и подтянула к себе ноты, заглядывая под обложку: - Редакция. Муджеллини никуда не годится для этого концерта. Герми вспыхнула: - В библиотеке не было Бузони! - Он интересный, но сначала лучше всегда брать уртекст. Уж для этого произведения - точно, - Лавгуд спокойно пожала плечами. Гермиона простонала что-то невразумительное и кивнула: - Чертов Муджеллини... - проворчав еще что-то неприятное в адрес редактора, она все же постаралась воспроизвести правильную динамику. Луна вслушалась в новую попытку и с легкой улыбкой кивнула: - Уже ближе. Ключевое здесь - свобода интерпретации. И в этом же главное отличие уртекста от обеих редакций. - Спасибо, - улыбнулась Герми. - А так? - она сыграла кусок еще раз. - М... Мне нравится, - Луна положила подбородок ей на плечо и наиграла кусочек в другой тональности, добавляя под конец несколько спонтанных, но удивительно гармонично легших джазовых вариаций. - Ты как всегда... - рассмеялась Герми и поцеловала любимую в щеку. - Мой гений... Луна фыркнула и сдула с глаз челку: - Еще не гений. А без нового старое рано или поздно наскучит. - Как скажешь, - усмехнулась ее любимая и вернулась к концерту. *Accelerando - (ит.) ускоряя, увеличивая темп [1] “Квакать” - нажимать две и более нот одного интервала/аккорда не синхронно, как надо, а вразнобой, что делает звучание некрасивым и неряшливым.