Стороны Луны

Следующие три дня тянулись страшно медленно. Дневной лес был просто прекрасным. Повсюду их окружала пышная зелень и беззаботное птичье щебетание. Шум реки скрашивал общую атмосферу, из-за всех прошедших обстоятельств ставшую не очень-то комфортной. Лесной маршрут был бы особенно замечательным, если бы они не пытались спастись от верной смерти. Чувствовалось, что весь отряд на взводе. Вдобавок, как подметил Каллум, Рейла так и не пошла на поправку. Не нужно быть целителем, чтобы заметить, что её едва держат ноги. Она всё время казалась уставшей. Уставшей и сварливой. Они все устали. Может быть, из-за этого он начал обращать внимание на такие вещи. Уставший, голодный и отчаянно нуждающийся во сне, не испорченном наступившим на ветку оленем или чем-то в этом духе. Хуже всего то, что еды у них не было. Все припасы пришлось бросить в лагере во время отчаянного отступления. На первом плане у Каллума было самочувствие Эзрана, и хотя Эз не жаловался, настроение у того было паршивым, и не в последнюю очередь из-за постоянного голода. И здоровому сну голод тоже не способствовал. Горстью ягод в день восемь человек не прокормишь. Его мысли ходили кругами. Еда, сон, еда, сон… За последние несколько дней он немного выучил, кто есть кто в отряде. Рунаана можно было узнать без труда. Самый высокий, явный лидер отряда, плюс обладатель самой длинной копны волос, которую Каллуму только доводилось видеть. Андромеда — единственная женщина-эльф в отряде, с тёмной кожей, спокойными зелёными глазами и длинными волосами, хотя всё же не такими длинными, как у Рунаана. Скор — ещё один длинноволосый эльф, половина макушки выбрита, а пряди волос на другой половине заплетены в косу. Плюс, его красочные речевые обороты сложно было пропустить мимо ушей. Рам — тёмнокожий мужчина с красными глазами. Казалось, он постоянно изучает Эзрана любопытным взглядом. Или, может, Бэйта?.. Другие эльфы постоянно расспрашивали его о вещах, связанных с растениями и животными. Каллисто — эльф с серьгой на удлинённом ухе, почти вся голова выбрита, пучок волос на макушке спадает на лоб. По манерам — сама невозмутимость, а в отряде, по-видимому, правая рука Рунаана. Татуировки тоже здорово помогали отличать их друг от друга. И конечно же Рейла. Рейла с её очень характерными треугольными татуировками, нанесёнными от глаз до середины щёк. Самая младшая в отряде. Выше Каллума на сантиметр и раздражённая всякий раз, когда Каллум попадался ей на глаза. Он без труда это подмечал. Когда она была не в настроении, её обсидиановые глаза были очень сфокусированы. Даже когда она не смотрела на источник своего презрения. Вокруг неё была какая-то непонятная ему атмосфера. С другой стороны, он был единственным человеком, с которым общение у неё не ладилось. Если он подходил к ней слишком близко, она нарочно старалась не обращать на него внимание. Она слушалась Рунаана. Конечно же, она ладила со своими товарищами, и даже с Эзраном, казалось, у неё всё было в порядке. За это он был ей благодарен. Не хватало ещё, чтобы с Эзраном она вела себя так же кисло, как с ним. Когда отряд двинулся вдоль берега реки, ради маскировки придерживаясь крон деревьев, Эзран особенно разволновался. Он причмокнул губами. Каллум обернулся к нему. — Ты в порядке, Эз? — Да, — Эзран посмотрел на реку, — я просто пить хочу. Бэйт в порядке, но он может из реки пить. У Каллума не было фляги. Питьевую воду можно было набрать у ручьёв и ключей, но все фляги остались в лагере и набрать её было не во что. Не говоря уже о том, что просто пить из реки нельзя. Каллум не знал насчёт эльфов, а вот люди от такого могут и заболеть. — Держи. Андромеда отцепила от пояса маленькую прозрачную колбу с красной жидкостью и протянула её Эзрану. Каллум открыл рот, чтобы возразить. — Мы не пьём… — Это лунно-ягодный сок. Выпей немного, тебе должно хватить. Она не улыбалась, но её голос излучал доброжелательность. Каллум закрыл рот, а Эзран неохотно взял колбу. — Вы уверены? А если вам пить захочется? — Не волнуйся. Я старше тебя, продержусь подольше. Эзран ей улыбнулся. — Я поделюсь с вами потом, когда найду сок. — Будет неплохо. Эзран отпил, и у Каллума отлегло от сердца. Итак, это не кровь. Он глянул вперёд и поймал на себе взгляд Рунаана. У Каллума перехватило дыхание. Надеюсь, эльфы не умеют читать мысли? — Андромеда, это была твоя последняя колба? — Это была моя единственная, — ответила она ему, — все остальные остались в лагере. У меня не было времени за ними вернуться. Каллисто вздохнул и провёл рукой по волосам. Каллум подозревал, что ни у кого из отряда запасов воды не осталось. Обидно, что речную воду пить нельзя. Живительная влага так близко и в тоже время её как будто и нет. Если обстановка станет отчаянной, придётся пойти и на это. — Каллум. — Да, Эз. Что такое? — Ты узнаёшь этот берег? — Эзран встал и поднял голову, уставившись на реку. Бэйт, казалось, тоже увидел что-то знакомое. Каллум нахмурился. Братья бывали во многих местах Католиса и много чего помнили визуально. Каллум остановился. Подождите. Эта река была недалеко от… — Эз, ты прав, — Каллум вышел из-под кроны деревьев и посмотрел вверх и вниз по реке. Бурный поток, эти скалы, изгиб реки. Он вспомнил всё, будто видел это вчера, — ты прав. Это река проходит мимо Фермы Бантера! — Что? — Рам, помогавший Рейле шагать, удивлённо поднял бровь. — Ферма Бантера. Это место, где мы отдыхаем каждый год. Это наш зимний домик, — он постарался не отвлекаться на острую боль в сердце от воспоминаний о семейном отдыхе на ферме прошлой зимой. В последний раз, — там есть припасы, крыша над головой, кровати. Она на востоке. И Зейдия на востоке. Нам надо двинуться туда. Рейла прищурилась. — Чего? Ты с ума сошёл? У нас нет времени, надо побыстрее вернуть яйцо в Зейдию. Или уже забыл? — Для начала надо добраться до Зейдии. Посмотри, мы все голодаем. Мы устали. Голод нас вымотал. Мы не высыпаемся. Если мы столкнёмся с людьми, сил на схватку не будет. — Ага. А в человеческом домике мы, значит, с людьми не столкнёмся, — протянула Рейла. — Нет, послушай. Рейла, это зимний домик… — Ой, прости. Я забыла, летом люди не такие агрессивные и реже нас убивают. Авось встретят нас с хлебом и солью? Каллум стиснул зубы. — Нет. Это значит, что летом там пусто. Нет зимы — нет людей на многие мили. Вдобавок, ты отхватила удар по ребрам от громилы вдвое выше тебя. Тебе надо передохнуть и выздороветь. Рейла закатила глаза. — Не веди себя так, будто моя жизнь тебя волнует. Каллум моргнул. Что, правда? — В чём проблема? — огрызнулся он, подойдя на пару шагов к ней, — послушай, я знаю, что ты меня не знаешь хорошо и всё такое. Я даже понимаю, что ты мне не доверяешь, но я спас тебе жизнь. Если б не я, тебя б тут не было. Это я дал Каллисто мазь, которая тебя на ноги поставила! Знаю, ты меня терпеть не можешь, но можешь хоть пару секунд со мной не спорить, чтобы мы отсюда живыми выбрались? Я тебе не враг. Я просто хочу сбежать из Католиса, добраться до Зейдии и убежать от маньяка, который убил отца и теперь гоняется за нами. И скажу честно, это ты нас замедляешь, потому что сама идти не можешь. Может, с этим как-то разберёмся? Выпалив эту тираду, Каллум взглянул в глаза Рейле. Рунаан решил вмешаться. — Всё, хватит. Вы, оба. Сейчас не время. Каллисто вздохнул и потёр переносицу. — Знаете, а парень прав, — все развернулись к Каллисто, — у нас нет припасов. Еды нет, вода кончилась. Если принц прав и на этой ферме Бантера никого нет, то от остановки там будет больше пользы, чем от нашей гонки на издыхании. И Рейла, он имеет право обсудить свою идею. Тебе больно, и ты не идёшь на поправку, потому что не даёшь своему телу отдохнуть. Тебе нужен сон и настоящая еда. Всем нам это нужно. — Дело дрянь. Не буду брехать, скажу прямо — я устал, — сказал Скор. — Я тоже, — согласилась Андромеда. Рам только хмыкнул. Последние несколько миль он помогал идти Рейле. Все уставились на Рунаана. Не секрет, что Рунаан за последние три дня спал меньше всех. Каллум должен был признать: Рунаан был явно не промах. Недосып его вообще не беспокоил. — Ты уверен, что в это время года там пусто? — спросил Рунаан. Каллум кивнул. — С декабря там ни души. Там должна быть какая-нибудь еда и есть кровати. Рейла сможет хорошо выспаться ночью. Мы все сможем отоспаться. Вдобавок, стража думает, что мы идём в Зейдию, верно? Они и не подумают, что мы остановились там. — Домик глубоко в лесу, — добавил Эзран, — там рядом даже городов нет. — Да, они специально её там построили, — объяснил Каллум, — когда мы начали там отдыхать, они приняли меры, чтобы к ферме было не так легко пробраться. Место безопасное, мы сможем там отсидеться. Естественно, что за итоговым решением все обратились к Рунаану. Некоторое время он молчал, взвешивая всё в уме. Каллум всё понимал. Шансы встретить на ферме людей были не нулевые, но если отряд не отдохнёт, то встреча с патрулем посреди леса может закончиться плачевно. — Мы пойдём на эту ферму. — Рунаан… — начала Рейла. — Мы слишком ослабли, — твёрдо, но доброжелательно ответил ей Рунаан, — из-за голода мы движемся медленно, а ты не можешь идти без чужой помощи. До Зейдии мы так не дотянем. Рейла глянула на него отчаянным взглядом, но спустя минуту кивнула и уставилась себе под ноги. Скор поджал губы. — Несколько дней — это много. — Это не обсуждается. Если Католис отправит войска вдогонку, они возьмут нас голыми руками, даже выигрыш во времени не поможет. Нам нужно залечь на дно, пока мы не наберёмся сил для решительного марш-броска, — Рунаан глянул на Каллума, — покажи нам путь на эту ферму. Сработало. Каллум поймал на себе недвусмысленный взгляд Рейлы и повернулся, чтобы показать дорогу. — Вот туда. Здесь недалеко. Ферма Бантера — удобный, крепкий дом, построенный на укромной поляне, притаившейся за рекой, вдоль которой шёл отряд. Через реку перекинут мост, от которого ведёт лесная дорога. Сам домик — большой деревянный сруб с каменным фундаментом, отделанным изразцовой плиткой. Ферма была большой и без труда вмещала несколько человек. Для них это было в самый раз. Для обогрева в холодные ночи была предусмотрена печь с дымоходом. Если б Каллум не был принцем, он бы с радостью отдыхал тут вместе с Эзраном время от времени. Они никогда не любили отсюда уезжать. Здесь всегда царило спокойствие и умиротворение. Дворцовая жизнь всегда была немного утомительнее, чем отдых в домике. Вошедших в домик гостей встречает лестница, ведущая на второй этаж и опирающаяся на крепкие деревянные балки. Над ней — резная голова лося. Справа стоит длинный обеденный стол, а слева — камин, книжные полки и уголок для отдыха. Щиты, санки и лыжи украшают стены. Каллум почти улыбнулся. Лыжи и санки были дороги его отцу. На верхней площадке у лестницы стоит пара доспехов. — Вот оно, — сказал Каллум больше про себя, чем вслух, как будто сам оказался здесь в первый раз. Поймав себя на этой мысли, он развернулся к эльфам, — спальни на втором этаже, первая комната справа — ближе всего. Каллисто понёс Рейлу вверх по лестнице, пока эльфы сначала по очереди осматривались, а потом спустились искать еду на кухне со Скором. Каллум увидел, как Скор вытащил чёрствую и очень твёрдую буханку хлеба. Он покрутил её, словно дубинку и ткнул ей в Каллисто, правда, тот шутку не оценил и толкнул буханку. С гулким стуком она ударилась оземь. Нахмурившись, Скор поднял буханку с земли. — Я могу ей человека до смерти забить. — Вспомни, где ты её нашёл, — сухо ответил Каллисто. Рам глянул через плечо на Скора. — И это люди называют хлебом? Скор пожал плечами. — Видно, да. Как-то неаппетитно. Каллум поморщился. — Ну, хлеб обычно мягкий. Это что-то старое и несвежее, поэтому такое твёрдое. — Тогда, может, использовать его как оружие? — все три эльфа посмотрели на него. — Э-э… — Каллум точно не знал, как на это ответить, — эмм… правда? Как минимум он дубовый. Скор снова крутанул буханку. — Хм. Еда и оружие, два в одном. Каллисто забрал хлеб у Скора и взглянул на него. — Ну, сейчас он нам нужен как еда. Рам, как считаешь, тут найдётся что-нибудь для бульона? Рам кивнул. — На улице вроде были дикие овощи. Каллисто и Рам вышли, а следом за ними пошёл и Скор. Каллум этому только обрадовался. От идеи остаться один на один с кем-то из эльфов ему было немного… неуютно. Лунные эльфы были явно не самыми любезными существами в мире. Он спрашивал себя, все ли лунные эльфы такие. Оставшись наедине, он решил ещё раз насладиться атмосферой этого места. Казалось, он тут первый и последний раз. Поднимаясь по лестнице, он провёл ладонью по знакомым деревянным перилам. Последние несколько дней до сих пор казались ему нереальными, сколько бы он себя не убеждал. Он всё ещё ждал, когда отчим выйдет из комнаты и спросит, хотят они пойти на прогулку, на рыбалку или покататься на лошадях. Каллум никогда не отличался мастерством в верховой езде. По правде говоря, верховая езда Каллуму никогда не давалась, как и всё остальное. Закрыв глаза, он поднялся на второй этаж. Казалось, что успехов ему ни в чём не видать. Ни в фехтовании, ни в ещё чем-то, пригодном для самообороны. В этом плане приходится полагаться на эльфов. Их послали, чтобы убить его отца, но вот он уже вместе с ними, отправился в далёкий путь ради того, чтобы ему и Эзрану ничего не угрожало. Как иронично, подметил про себя Каллум. Он понял, что в голове у него всё в тумане, а ноги несут его непонятно куда. Не успев осознать этого, он встал напротив комнаты отчима. И открыл дверь. Эзран стоял у подножия кровати, держа Бэйта на руках и уставившись на идеально сработанную кровать, застеленную красновато-коричневыми простынями и украшенную щитом с гербом Католиса, закреплённым у изголовья кровати. Бэйт нервно квакнул, но Эзран этого, казалось, не заметил. — Эз? Каллум шагнул в комнату, стараясь говорить тихо. — Ты в порядке? Эзран ответил не сразу. — Я приходил сюда, когда был совсем маленьким. Помнишь? Каллум попытался улыбнуться. — Да, я помню. Я шёл искать тебя утром, а когда не находил в твоей комнате, то знал, что ты пришёл сюда и спишь вместе с ними. Мама всегда крепко тебя обнимала, потому что боялась, что ночью будет холодно и ты заболеешь. — Да… тогда ты обнимал их, а папа поднимал нас всех с постели. Помнишь, как он учил нас, как делать черничные блины? — О да, — сказал Каллум, глядя на стены. Комод. Там внутри напоминания о днях, проведённых здесь вместе с родителями. Он усмехнулся, почувствовав, как в горле собрался комок. — Помню. Мне доставалось всё тесто, а ты доедал остатки черники. Он вспомнил те утренние часы, будто всё это было только вчера и понял, как же ему всего этого не хватает. Он бы всё отдал, лишь бы вернуться назад, когда он мог просто обнять своих родителей и сказать им, как сильно он их любит. Пусть лишь на миг. Стремительный миг… Это всё, что ему хотелось. Кто-то позвал его внизу. Эзран наконец глянул на Каллума и, казалось, попытался улыбнуться. Первый раз за эти дни. Каллум обнял своего младшего брата, и они вышли за порог, закрыв за собой дверь. Каллум вздохнул, покидая уют родительской спальни. Пока Эзран пошёл искать свои игрушки, которые он оставил прошлой зимой, Каллум пошёл на кухню, чтобы узнать, кто его звал. Каллисто нашёл зелень и шинковал её кинжалом явно не кулинарного назначения. Рядом кипели две кастрюли с водой. — Вы меня звали? Каллисто посмотрел вверх. — Да. Ты умеешь ловить рыбу? — Э-э… — Каллум потёр затылок, — ну, это… — Вижу, не умеешь. Потом скажу Скору, пусть наловит, а то опять будет стонать, что его кормят бурдой без белка. Он бросил нашинкованную зелень в горшок, повернулся, кинул несколько листьев в чашку и плеснул туда кипятка. Немного помедлив, Каллисто достал вторую чашку из шкафа и тоже бросил туда листья, залив кипятком. Он подвинул чашку к Каллуму. Каллум моргнул. Когда Каллум так и не притронулся к ней, Каллисто вопросительно уставился на него поверх своей чашки. Ой. Каллум понял, что это, наверное, для него. Он взял чашку и втянул носом воздух. — Это перечная мята, — объяснил Каллисто за чашкой чая, — у меня голова сильно болит. — О… спасибо, — Каллум сделал глоток и почувствовал, как его нервы начали приходить в порядок, — так, э-э… хорошо, можно я задам вам вопрос? Каллисто кивнул. — Почему вы меня не ненавидите? Каллисто на секунду уставился на него уставшими глазами. Он моргнул и вернулся к своей чашке. — Можешь назвать это жалостью к существам, которые, скажем так, сами не ведают, что творят. Каллум не был уверен, что ему понравилось, когда его называют существом, но это было…справедливо. Последние несколько дней он натворил немало вещей, на которые раньше никогда бы не решился. Например, устроил самоубийственный финт, оскорбив эльфов-ассасинов. Больше он такого делать не собирался. Медленно, взвешивая каждое слово, он продолжил: — Вы не знаете, как остальные… эээ… ко мне относятся? Каллисто пожал плечами. — Если тебе интересно, хотим ли мы вам перерезать горло ночью, то скажу прямо — нет. Но ты — человек, так что в лучшем случае к тебе относятся равнодушно. — А к Эзрану? Каллисто постучал пальцем по ободку чашки. На пару секунд он покосился на Каллума и сделал глоток. — Он ребёнок. Пусть он и принц, но реальной власти у него пока нет. Мы это понимаем. Нас послали убить его в качестве возмездия за яйцо, но всё пошло не по плану. Яйцо не уничтожено, значит, мстить нам не за что. Каллум выдохнул. Значит, они знали, что Эзран тут ни при чём. Но вот последняя часть ответа пришлась ему не по душе. — Разве убивать невиновного честно? — У нас с тобой по жизни разные пути. Если бы твой отец не убил Короля Драконов, нас бы тут не было. — Это не ответ. — Правда? Ты уже не маленький и вполне можешь понять суть миропорядка, принц Каллум. Что бывает после того, как одна сторона делает недружественный шаг? Правильно, ответный ход. После смерти Короля Драконов Зейдия потеряла защиту от вторжения людей. Король Католиса организовывал тот рейд, а значит, он был за него в ответе. Его смерть погрузит твоё королевство в хаос, и вы не сможете на нас напасть. А если умрёт и наследник престола, то с ответным ходом у людей не заладится. Каллум крепче стиснул чашку. — Эзран никогда бы такого не сделал. — Это ты так думаешь. А на деле всё по-другому. Плюс, ты не знаешь, что ему нашепчут на ухо советники, эти придворные кукловоды, — Каллум сразу представил лорда Вирена, сидящего рядом с Эзраном. В животе ёкнуло. — Королевства расцветали и рушились, следуя воле принцев, которые оставались в живых и мстили за своих отцов. Каллум не собирался сдаваться. — Это нечестно. — Это политика. Она никогда не была честной. Каллуму не нашёлся что ответить. Он отпил чая и продолжил: — Значит, Рунаан — это ваш лидер, верно? Каллисто кивнул. — Верно. — А какая у него власть над тобой? По какому принципу вы подчиняетесь друг другу? Каллисто фыркнул и ухмыльнулся. — Решил изучить нашу иерархию. Умно. Что ж, Каллум, если бы ты видел Рунаана в бою, то таких вопросов у тебя бы не было. Мы подчиняемся ему, потому что он не раз доказывал нам своё лидерство. А насчёт остальных — мы работаем единой командой. Я обычно беру львиную долю работы Рунаана, но в остальном мы доверяем друг другу. Как-то так. Значит, командная работа. Каллум и раньше успел это заметить. Казалось, что каждый из них в любой момент готов прикрыть спину напарника, плюс общались они друг с другом абсолютно непринужденно. — Значит, если Рунаан — ваш лидер, то почему он просто не приказал вам убить нас и забрать яйцо? Тем более, после того случая в лагере, — наверное, ему не стоило подавать Каллисто такие идеи, но, похоже, они больше не хотели их убивать, — вы бы выполнили задание и получили яйцо. — Я уже говорил, это работа, а не хобби. Если нам не нужно забирать жизнь — мы это не делаем. Просто так тебя никто не убьёт. — Ох, — Каллум нахмурился, — ну ладно. Вы, ребята, и правда так сильно ненавидите людей, как нам рассказывали? Рунаан, похоже, не хотел бы, чтобы с нами что-то стряслось. — Ох, знал бы ты, как Рунаан ненавидит людей, но ты спас жизнь Рейле. Он такое не забудет, — Каллисто допил чай, — даже если сильно захочет. -: -: -: - Андромеда увидела, что Рунаан выходит из комнаты Рейлы, потирая глаза. — Спит? Рунаан кивнул. — Когда я пришёл, она спала. Каллисто готовит еду. Когда она встанет, сможет поесть. Чем раньше она встанет на ноги, тем лучше. — Хорошо. Тебе тоже стоит отдохнуть. — У нас ещё полно дел. Нужно отправить людей в дозор, решить, какие припасы мы берём с собой… Андромеда положила руку ему на плечо. — Всё это мы и сами сделаем, а что не сможем — сделаешь вечером. После сна. Рунаан, ты нам нужен в бодром виде. Ты совсем не отдыхаешь. Рейла в норме. Иди. Рунаан открыл рот, видимо собираясь поспорить, но передумал. Она знала, что победила. — Разбуди, если Каллисто позовёт. — Каллисто послал меня уложить тебя отдыхать. Рунаан фыркнул. — Если так, то чем ты займёшься? — Я разведаю окрестности. Поищу следы людей. Потом пойду к принцу Эзрану*, посмотрю как он. Каллисто говорил, что узнает у Каллума, сможет тот помочь ему с рыбалкой. Рунаан уставился на неё долгим взглядом. Она вздохнула. — Он ребёнок, Рунаан. Совсем дитё. И если ты не пойдёшь отдыхать, я потащу тебя насильно. Насчёт принца Эзрана Рунаан решил промолчать. — Пожалуйста, не надо. — Тогда не заставляй повторять дважды, — она слегка подтолкнула его в направлении спальни и проследила, чтобы он туда зашёл. Он бросил в её сторону многозначительный взгляд. Вопросы об Эзране подождут. Когда он ушёл, она заглянула к Рейле. Как и следовало ожидать, Рейла понемногу отходила. Андромеда не хотела заходить в комнату, чтобы не тревожить Рейлу, но, похоже, было уже поздно. Девушка спала так же чутко, как и Руннан. — Рэйла, ты в порядке? Рэйла повернулась к ней. — Андромеда? Что случилось? — Ничего, ничего. Просто зашла проведать. Я наконец смогла отправить Рунаана отдыхать. Рейла слегка улыбнулась, но тут же нахмурилась. — Это хорошо… Андромеда подошла к ней. — А у тебя, вижу, всё не так хорошо. Давай. Расскажи, что тебя тревожит. Рейла выдержала большую паузу, а затем начала: — Там, в замке. Верховный маг меня поймал и хотел убить своей тёмной магией. У него почти удалось. Было просто ужасно, — Андромеда кивнула. Значит, вот что случилось. — Я видела всё, что он хранил в той комнатушке… кошмар, все эти бедные существа, заспиртованные в банках… Руннан прав, людям верить нельзя. А потом я очнулась и выяснилось, что именно человеческий принц помог Каллисто меня спасти. И что мне теперь с этим делать? Андромеда слегка улыбнулась ей и села на кровать. — Кажется, против младшего принца ты ничего не имеешь. — Эзрана? Он малыш. И он милый. Я не думаю, что он против нас что-то имеет. У детей ведь нет предрассудков? Андромеда кивнула. — Согласна. В жизни разное бывает, но их дети обычно не такие, как взрослые. Всей этой дряни они набираются потом. Юный принц, кажется, настроен мирно, нам с ним тоже нет проку враждовать. — Но старший принц… хотя, он прав. Я всех замедляла. Тьфу, — Рейла с отвращением усмехнулась, — Андромеда, это просто ужасно. — Знаю. Но помни, только благодаря тебе мы сейчас идём вперёд. Не забивай голову лишними мыслями, — сказала ей Андромеда, — отдыхай, Рейла, ты устала. Когда проснёшься, как раз будет ужин. Хорошо? Рейла кивнула и с несчастным видом повернулась на другой бок. Андромеда постаралась закрыть дверь как можно тише. Спустившись вниз, она обнаружила принца Каллума, сидящего на стуле и клюющего носом. Услышав её шаги, он встрепенулся и замер на месте. Какой же он пугливый… Она махнула ему рукой. Он поник, поняв, что это была не Рейла. — Извините. Кажется, я заснул, — он посмотрел наверх, в сторону комнаты, из которой вышла Андромеда, — как она? Я имею ввиду Рейлу. — Она крепко спит, — Андромеда нахмурилась, — почему ты так много о ней спрашиваешь? Он сгорбил плечи и напрягся. Хорошо. — Я просто хотел знать, что всё хорошо. Её так потрепало. — И при этом ты бросаешь ей в лицо, что её потрепало. Странный способ показать, что ты о ней волнуешься. Каллум потёр руку. — Я не пытался… я просто… я не понимаю, почему она так меня ненавидит. Андромеда вздохнула. — Рейла тебе не доверяет. И правильно делает, учитывая, как ты себя показал. Каллисто ты симпатичен, а остальным — нет. А потом ты ещё и бросил ей в лицо, что именно ты её спас. Пусть это и так, и все это ценят, но то, как ты сунул ей под нос этот факт, смотрелось очень некрасиво. В нашей культуре неприлично намекать другим, что они у тебя в долгу. Поверь мне, она и так об этом помнит. Судя по его разом поникшему виду, сам он об этом явно не думал. — Что? Нет-нет, я не имел это в виду. Я просто не хочу, чтобы мы всё время были поперёк горла друг у друга. — Тогда не говори с ней так, будто в этом её вина. Относись к ней хоть с каплей уважения. Андромеда пошла дальше, искать принца Эзрана. -: -: -: - Весь остаток дня Каллум обдумывал слова Андромеды. Он бросался в неё такими обидными словами? Не то, чтобы ему хотелось от неё признания или чего-то в этом духе. Он просто… не хотел постоянно с ней воевать. Ему хватало того, что он не мог понять, как к нему относится каждый из эльфов. Да и по словам Каллисто, Рунаан сам ненавидел людей. Каллум оказался в весьма опасном положении. Хотя он считал, что заслужил такое. На тот трюк в лагере он пошёл от отчаяния и понимал, что доверия к себе он точно не добавит. И по итогу затея не выгорела. Он был благодарен им за то, что они хорошо обращались с Эзраном. Про Каллума они наверняка много чего думали, но на их отношение к Эзрану это не влияло. Каллисто проверил, чтобы тот был накормлен, а Андромеда почему-то всегда была рядом с ним. Он был не против. Было в её словах и действиях что-то по-настоящему… искреннее. Может, поэтому её слова про Рейлу так сильно застряли у него в голове, твёрдо не собираясь выветриваться. Подошло время ужинать, и Каллисто приготовил рыбно-овощное рагу с размочённым хлебом. Учитывая более чем скромный набор продуктов, Каллум был приятно впечатлен. Эльфы сидели у дымохода и ужинали, отогреваясь у огня. Они немного поспорили, стоит ли разводить огонь, но потом решили, что раз в дозоре они не увидели ничего подозрительного, значит людей здесь и правда нет. Каллум и Эзран ужинали, сидя на скамейке неподалёку. Каллисто подошёл последним, неся в руках пару мисок куда-то наверх по лестнице. Каллум оставил еду, вскочил и перехватил Каллисто до того, как тот успел поставить ногу на ступеньку. — Эй, эй. Как считаете… я могу отнести это ей? Каллисто окинул его удивлённым взглядом, но через мгновение протянул ему миску. — Ну давай, приятель. Рискни здоровьем. — Но ведь она ещё не встаёт с постели, правда? — спросил Каллум. — Знаешь, даже в таком виде Рейла тебя без труда вырубит. Каллум собрался что-то ответить, но потом передумал. Возразить ему было нечего. Он поднялся наверх. -: -: -: - Рунаан смотрел, как Каллум поднимается наверх и входит в комнату Рейлы. Затем он вернулся обратно к своему рагу. Андромеда нахмурилась. — Куда он идёт? Каллисто сел рядом с ними. — Относит Рейле её порцию. Андромеда вскочила. — Надо идти за ним. — Зачем? Что он ей сделает? — А если он её отравит? Каллисто поставил тарелку на стол и приложил ладонь к лицу. — Думаешь, у него стальные яйца? Отравить ассасина в доме, полном других ассасинов? Ты правда думаешь, что он такой тупой? — Каллум этого не сделает, — сказал принц Эзран Андромеде, — он никогда не обидит кого-то просто так. Он просто хочет ладить с Рейлой и больше с ней не ссориться. Андромеда только собралась встать, но слова Эзрана её переубедили, правда не до конца. Рунаан подметил выражение её лица. — Оставь их, Андромеда. — Рунаан… — Пусть помирятся. Если дальше будут спорить, это станет той ещё головной болью. — Вдобавок, — начал Рам, проглотив свою порцию, — если он что-то сделает с Рейлой, мы его за это просто прибьём. Эзран подавился. Андромеда пнула Рама, а потом пошла к Эзрану, чтобы хлопнуть его по спине. — Рам! Рам вздрогнул. — Прости, прости. Я имел ввиду, что твой брат ничего такого не сделает. Так что волноваться не о чем. — Пацан дело говорит, — сказал Скор, прожёвывая свою порцию, — не будем влезать. Заодно решим ещё одну проблему. Каллисто тяжело вздохнул. — Выпью ещё чая. Рунаан кивнул. — Сделай и мне чашку. -: -: -: - Каллум постучался, дождался ответа и открыл дверь. — Что ты делае… — Рейла повернулась, поняла, что это он, и отвернулась назад. Ожидаемая реакция. Даже заслуженная. — Я… — Каллум потёр шею, — я принёс тебе ужин. Ух ты, он всё-таки решился. Ему сразу стало неловко. Рейла ему не ответила. Сказать что-то ещё он не решался. — Просто оставь, — сказала она, — я съем попозже. Каллум поставил миску с рагу на тумбочку. На некоторое время в комнате повисла тишина, пока Каллум соображал, что ему ещё сказать. Никогда он не был в ладах с красноречием. Он вздохнул. Ладно, всё равно терять нечего. Сразу дело не заладилось. — Рейла, я должен перед тобой извиниться. Я вёл себя неправильно. Я вёл себя… эм, как придурок, — он ссутулился, — когда я сказал тебе, что это я тебя спас, я это сказал не для того, чтобы тебя обидеть. Я сказал это потому, что не хотел, чтобы ты всё время думала, что я твой враг. Но мне не надо было это так говорить. Мне вообще не надо было это говорить, правда. Я относился к тебе неуважительно. И мне… мне очень жаль. Ну, сразу она на него не набросилась, уже хорошо. Но к нему она не повернулась и миску тоже не взяла. Каллум сгорбил плечи. Он сказал то, что должен был сказать. Надеюсь, она почувствовала, что он был искренним. Затем, выходя из комнаты, Каллум услышал её голос. — Спасибо. Он закрыл за собой дверь, оставив её в покое.