Мрачно-солнечные будни

Хосок лежал на полу почти в обнимку с ноутбуком и перебирал вслух фильмы, пока Юнги, гремя ложкой в банке, делал какао в двух поллитровых кружках. Вообще-то, это тоже были банки, опытной рукой дизайнера переделанные под более повседневную кухонную утварь, и частый спор, как их называть, мог не прекращаться целый вечер. Юнги отплюнул на стул зацепленную зубами пачку маршмеллоу, поставил рядом кружки-банки и откинулся на спинку дивана. Хосок с пола швырнул ему плед. — Я даже не знаю, чего хочу, — выдохнул он, хмурясь. — Мне вообще пофигу, — задумчиво пробормотал Юнги, пытаясь определить на глаз, какой край квадратного пледа мог бы быть удобнее для того, чтобы укрыться им вдвоем. Хосок посмотрел на него и заржал, переворачиваясь на спину. Юнги ухватил край и дернул на себя, но потянулся неудачно ногой и случайно скинул с себя плед почти полностью. Психанул, сбросил его с ног и скрестил руки на груди, обиженно косясь на такую неудобную тряпку. Хосок сел рядом с ноутбуком, скрестив ноги, и локтями облокотился на колени, улыбаясь и внимательно наблюдая, и Юнги подтолкнул к нему плед ступнёй. — Я с ним не справляюсь, — прошипел обиженно. — Я помогу. Обернуть Юнги в плед, схватить пару зефирок и кинуть в теплый напиток, пихнуть ему в руки и подключить ноут к телевизору. Все это намного проще, чем выбрать фильм, и выжидающе глядя на щурящегося Юнги, Хосок потребовал: — Выбери. Юнги вздохнул. — Счастливого дня смерти. — Да он же девчачий какой-то! — взвился Хосок. — Тебе точно будет стремно в некоторых моментах, — фыркнул Юнги, делая глоток и слизывая оставшуюся на губах влагу. «Как кот», — подумал Хосок про себя, но уперся в бока кулаками и вслух сказал: — Я смелее, чем ты думаешь! — Ну да. Включай уже, — Юнги кивнул на телевизор и поджал под себя ноги. — И выключи свет, а то не атмосферно. Фильм оказался с рекламой, и Хосок уже заскучал, когда не слишком интересные эпизоды подошли к концу. Мотать их Юнги не разрешил. — Как в кино, — пробубнил он, зажевывая зефиркой какао. — В следующий раз просто пойдем в кино, — Хосок закатил глаза и отобрал у него часть пледа. — Вау, это In Da Club! Юнги кивнул, поджав губы, и тут же рассмеялся над вскочившим на диване Хосоком. Тот устроился на нем на коленях и руками делал волну, напевая песню, в которой знал ровно две строчки. — Блин, это что, ее сейчас правда убьют? — он схватился за колено Юнги. Юнги не реагировал. Он смотрел этот фильм и, конечно же, не собирался сдавать ему концовку. А еще он знал, что Хосок любил комментировать фильмы вслух, и поэтому не любил ходить с ним в кино. Смотреть с ним кино он как раз любил, и поэтому терпеливо ждал, пока восторженный Хосок выговорится и усядется обратно. — Да ладно! — вскрикнул он спустя прошедший в фильме день и обратился к Юнги. — Если бы ты так проживал день сурка, то какой бы день выбрал сам? Юнги пожал плечами. — Обычно суть этого дня в исправлении каких-то ошибок, высказывании чего-то, что не можешь сказать или не сказал до этого, — начал он, и Хосок затих, вслушиваясь. — Мне, наверное, нечего выбрать, и исправлять я бы тоже ничего не хотел. — А пережить что-то еще несколько раз не хотел бы? — Ну, разве что… Помнишь день, когда ты подумал, что я заболел, и сорвался с работы домой, когда не смог дозвониться? — Ты тогда чихал все утро! — поморщился Хосок. — Что я должен был подумать? — он завис, припоминая, и внезапно толкнул его в плечо кулаком. — Ты проспал весь день! — Ага, — заржал Юнги. — Было круто. — Ай, ну тебя, — Хосок отмахнулся и уставился в экран. — Куклы отвратительны. — Абсолютно согласен, — кивнул Юнги, меланхолично разжевывая новую зефирку. Девушка на экране оказалась запертой в машине, когда ее преследователь внезапно достал зажженную свечку и медленно продемонстрировал ее, прежде чем бросить в лужу бензина. — Вот черт, — Хосок выпрямил спину на диване, одновременно выкрикивая это с героиней, и уткнулся носом в плечо Юнги, выстанывая: — Да блин, а-а-а-а-а, бедняга, это же жутко! Опять! Юнги с улыбкой укрыл его пледом, прижимая к себе. — Чш-ш-ш, все хорошо, и с ней все будет хорошо. — Не спойлери, — цыкнул Хосок. Юнги отпустил его и приподнял руки перед собой. — Я вообще молчу. Остаток фильма смотрели почти молча, Юнги только иногда отвлекался на смех Хосока и изредка обхватывал его ладонь, когда уж слишком активная жестикуляция мешала просмотру. — Еще фильм? — поинтересовался Хосок, когда они переместились за очередной порцией какао. — Там вроде вторая часть была, — вспомнил Юнги. — Хотя там тоже есть что-то жуткое, давай не будем. — Ну эй! — Хосок возмутился. — Я храбрее, чем ты думаешь! — Ну да, да. Пошли уже.