Мрачно-солнечные будни

Локти затекли, и руки сводило от неудобной позы. Юнги почти с болью проследил за каплей пота, скатившейся с носа и сорвавшейся на простынь, когда Хосок за его спиной сжалился и бросил: — Опустись на плечи. Юнги рухнул головой на кровать и тут же дернулся — громкий хлопок ладони по ягодице он услышал уже позже. Боли от удара не было, и без того саднило почти все уставшее тело, но вместо того, чтобы хоть как-то выразить свое неудовольствие, он коротко проскулил и потерся задницей о каменный стояк Хосока, спрятанный за тонкой тканью боксеров. Спину обожгло щекоткой. Хосок провел по его спине ребром руки, но обострившиеся от возбуждения ощущения почти заставляли Юнги закусить край подушки, чтобы не дразнить еще сильнее. Под давлением широкой горячей ладони он проехался к краю кровати, мазнул головкой по простыни и с силой сжал зубы — Хосок оскалился и рыкнул, запуская в его кожу чуть отросшие ногти. — Хен, — протянул Хосок, — такой податливый для меня. Ты должен это увидеть. Позволишь мне снять тебя? — Нет, — прошептал Юнги, — пожалуйста, не… — Пожалуйста «что»? Вместо ответа Юнги прикусил губу и всхлипнул, мысленно матеря себя за посланную к черту выдержку. Это же Хосок — взбалмошный и чрезмерно активный донсэн, вечно сияющее солнце, которое всех заставляло улыбаться. Всех, кроме Юнги. Юнги плавился, оглаженный горячим взглядом, не в силах противиться собственному наваждению, возбуждению и сощуренным глазам. Когда со спины исчезла рука, Юнги передернул плечами, ища потерянное тепло, но тут же перестал ерзать, почувствовав тяжесть сразу обеих ладоней на ягодицах. Он снова покачал бедрами, притираясь к Хосоку, и тот размашисто шлепнул его. Наклонился к уху, почти лег сверху, выбивая из груди весь воздух, и опалил шею дыханием. — Здесь и сейчас я решаю, когда тебя трахнуть. — Он придавил его затылок к кровати и прошипел: — И лучше тебе с этим не спорить. — Иначе что? — прохрипел Юнги. Рука на голове сжалась в кулак, и он почувствовал, как Хосок сжимает пряди волос. Потянул его на себя, почти поднял на колени и сам поставил ступню рядом. — Иначе я буду долго тебя растягивать, пока ты не закричишь, прося о большем, — он языком прошелся по влажной шее Юнги, делая паузу. Юнги судорожно вздохнул. — Вставлю так, что ты и звука издать не сможешь. Хосок оттянул его голову, почти укладывая на свое плечо. Огладил мокро губами раковину уха, засосал мочку. — Буду вдалбливаться, как сам хочу. А я хочу, поверь, — он толкнулся бедрами вперед, и Юнги заскулил, когда член проехался по расщелине между ягодиц. — И кончу глубоко, прямо в тебя. — Так почему я не должен этого хотеть? — просипел Юнги полузадушенно. Хосок оттолкнул его от себя, укладывая в прежнюю позу. Навис сам сверху и уткнувшись лбом между лопаток пробормотал: — Ну я-то кончу, — он выдохнул в спину и улыбнулся, — а ты — нет. — Ненавижу тебя, — Юнги обернулся через плечо, пытаясь заглянуть в лицо Хосоку. Тот коротко засмеялся, спуская трусы и обхватывая свой член. — Скажешь мне это, когда я буду тебя трахать. Он растер по его ягодице каплю выступившей смазки, провел сверху ладонью и звучно шлепнул еще раз. Юнги под ним вскрикнул от неожиданности и охнул, когда Хосок наклонился и надавил на сочащуюся головку, собирая смазку и растирая по пальцам. Воспользовавшись моментом, он толкнулся членом во влажную ладонь и недовольно промычал, когда Хосок отдернул руку. — Открой рот, — велел Хосок. Юнги разжал губы, демонстрируя оскал, и Хосок надавил на его подбородок. — Мне сделать это самому? — Не надо, — прошипел Юнги. Он хватанул воздух ртом, когда язык обхватили два пальца. — Вот так, смочи сильнее, — и у Юнги не осталось выбора, кроме как втянуть пальцы глубже и языком пройтись от мягких подушечек почти до костяшек. Язык у Юнги юркий, быстрый, его рот почти трахали пальцами, пока Юнги давился слюной, пытаясь выполнить приказ. Вязкие капли стекали по подбородку, и Хосок размазывал их, улыбаясь и довольно постанывая. Пустота во рту ощущалась почти болезненно, Хосок надавил напоследок на его язык, оттянул нижнюю челюсть и сжал ягодицу, раздвигая коленом ноги чуть шире. Юнги давно перестал смущаться, чувствуя себя таким открытым перед ним. Он свел брови в ожидании первого прикосновения. Первый палец на фалангу прошел легко, и он выдохнул, расслабляясь. Хосок надавил на сжатые мышцы, шумно прокатил по небу слюну и рывком наклонился к бедрам Юнги. Коротко сплюнул и добавил второй палец, вводя сразу на две фаланги. Он разминал грубо, сильно растягивая стенки ануса, но не причиняя боли больше той, чем Юнги мог выдержать. Опустился ниже, садясь на кровать и не прекращая двигать рукой, сжал зубы на коже рядом и языком провел мокрый след, останавливаясь только когда коснулся ими своих пальцев. Юнги трясло. Он старался не поддаваться соблазну обхватить член рукой, но видел, как крупными каплями смазка стекала с головки на простынь. Когда Хосок раздвинул его ягодицы и широко провел языком по пульсирующему входу, он вскрикнул хрипло, подался на жаркий рот и издал протяжный стон, упираясь лбом в предплечье. — Все еще ненавидишь? — с усмешкой спросил Хосок, отстраняясь и вытирая губы тыльной стороной ладони. — Не представляешь, насколько, — выдавил Юнги. — Мне стоит перестать? — он встал на колени, тычась влажным членом в бедро. — Только попробуй, — Юнги дернулся, попытавшись встать, но вышло только слабое движение плечами, — и я ох, да-а-а-а! Хосок обхватил его рукой поперек живота, проникая внутрь на половину длины. Юнги захныкал нетерпеливо, вильнул задницей, притираясь ближе и насаживаясь еще глубже. — Повторишь? — сказал он, замирая и фиксируя его бедра, не давая двигаться дальше и не меняя угла. Юнги замотал головой, жмурясь. Когда он с силой сжал веки, из глаз брызнули слезы, и он невольно закусил губу. — Ну же, детка, ты был такой разговорчивый. Он вытянулся, наваливаясь на него всем весом, Прижался грудью к липкой от пота спине и перевалился неаккуратно на бок, утягивая Юнги за собой. Обхватил за горло, прикусил чуть ниже коротко бритых волос на затылке и вгрызся в плечо, оставляя след от зубов. Юнги, почувствовав больше свободы, протянул руку к члену и рывком оттянул крайнюю плоть, Хосок зарычал на ухо, ускорившись, и он напрягся весь в его руках — со стоном кончил вслед за ним. Тишина глушила все эмоции. Он представлял себя тряпичной куклой, не в силах даже пошевелиться. Едва поморщился, когда почувствовал вытекающую сперму, и только потом услышал тяжелое дыхание Хосока за своей спиной. Плечо сильно жгло от недавнего укуса, и Хосок губами провел по отпечатку собственных зубов на тонкой бледной коже. — Ты этого хотел? — тихо выдохнул он. Юнги кивнул. — Тебе достаточно попросить. Не нужно злить и заставлять додумывать. Юнги промолчал и перекатился на спину. Повернул к нему голову и столкнулся с внимательным взглядом. — Не играй со мной, Юнги. — Прости, — Юнги дотянулся до его руки и приложился к костяшкам губами. Хосок легко улыбнулся. — Все нормально? Хосок накрыл его губы своими, заставляя замолчать, и Юнги понял — все хорошо.