Мрачно-солнечные будни

Рука привычно обхватила темно-оранжевый бок баскетбольного мяча. Он был сильно покорежен от частого использования, но Юнги упорно отказывался от покупки нового, просто потому что, а зачем, если этот еще в пригодном состоянии. Он продолжал приходить сюда каждый вечер, хотя уже давно не играл. Так, лениво бросал его в кольцо, разогреваясь, когда совсем замерз. Это странно, потому что Юнги и правда давно ушел из сборной. И, конечно, травма запястья тут совсем ни при чем. Запястье зажило, а почти полтора года без игры — нет. Он продолжал приходить сюда, потому что со зрительских трибун так красиво растекался огонь от заходящего солнца, и больше всего в этот момент хотелось побыть одному. Если не считать рандомные треки в наушниках. И иногда — парочку студентов. Это почти уже стало нормой: после пар идти не домой. Пролезать через порванную сетку в самом углу коробки для игры, бросать вещи на прорезиненный пол и с прыжка попасть в самый центр кольца. Юнги довольно пожимал плечами, словно его кто-то мог увидеть, тут же оборачивался и выдыхал, понимая, что он тут один. Так повторялось еще несколько раз, прежде чем громкий гомон и гул голосов не заставлял его спрятать мяч обратно в рюкзак и не убраться на самую верхнюю скамью. И все равно он упорно следил за игрой, развернувшейся так далеко внизу и одновременно прямо перед ним — ему стоило окрикнуть, и его бы непременно позвали присоединиться, но Юнги упорно продолжал молчать, потому что, опять же, а зачем. Он откидывался на перила и следил за прыжками. Подмечал не слишком умелые движения рук и пресекал сам себя, как только замечал движение своих собственных. Парни, устроившие соревнования, явно были с потенциалом, но тренер у них, по всей видимости, был херовым. В очередной раз пригревшись в лучах заката с закрытыми глазами, Юнги почувствовал тень на лице. Поднял голову, не меняя позы, лениво открыл один глаз и вопросительно приподнял бровь. — Ты тут каждый день, — начал парень перед ним, и Юнги узнал в нем одного из постоянных визитеров площадки. — Ты тоже, — огрызнулся он в ответ. — У тебя мяч, — кивок на рюкзак. Юнги хмыкнул, ногой запихивая раскрытый рюкзак под сиденье. Неопределенно пожал плечами и подбородком указал на руки незнакомца. — У тебя тоже. Это уже становилось смешно, и Юнги скрыл смешок за кашлем, когда незнакомец забавно округлил глаза и раскрыл рот, пытаясь найти ответ, но тут же замялся и захлопнул его с громким стуком зубов друг о друга. — Меня зовут Хосок, — он смущенно представился. — А мне все равно, — отвернулся Юнги. Знакомиться с кем-то, кто связан с баскетболом, он не планировал. Тем более с тем, кто играет в баскетбол хоть и неплохо, но… Неправильно? Все равно вряд ли этот Хосок или как там его любит игру больше, чем сам Юнги, тратить драгоценные минуты спокойствия ради чего-то такого он не хотел. Хосок нахмурился. — Я просто подумал, что раз ты тут постоянно, еще и один, может, присоединишься? — Мне это не интересно, — выплюнул Юнги, мечтая только о том, чтобы его оставили в покое. Он похож на человека, который проявляет активность? Что ж, сам себя он таким не считал. Не сейчас. Не сегодня. Не в ближайшее время. — Да как хочешь, — Хосок дернул плечом. Стер пот со лба и почти уже отошел — нет, Юнги не следил, просто с его уходом резко стало холоднее — но обернулся и прищурился. — Захочешь — просто оторви свою задницу и спускайся к нам. Дерзко, Хосок. Юнги сделал вид, что не услышал, но через прикрытые веки теперь следил только за его движениями. За тем, как изгибается рука, забрасывая мяч, за широкой улыбкой, которая сопровождает каждый удачный бросок, или тем, как громко тот кричит, промахиваясь. Он подметил слабые его стороны и даже успел придумать, как от них избавиться, и залип так на ближайший час. Понял, что засиделся, и как можно незаметнее прокрался к выходу. Если бы он хоть на секунду обернулся, он бы заметил пристальный взгляд в спину. До конца недели он продолжал приходить в излюбленное место, и неоднократно ситуация повторялась. Хосок больше не подходил, но Юнги каждый раз выбирал место чуть пониже, чуть ближе к центру и чуть удобнее для того, чтобы попытаться рассмотреть игроков внимательнее. Его забавляло то, как старательно Хосок обходит выбранное им место, и Юнги растерянно ловил себя на том, что продолжает оставаться так долго просто чтобы посмотреть, как тренируется этот совершенно незнакомый ему парень. А в один из дней он замечает, что Хосока среди толпы народа нет. Он молча закинул рюкзак на плечо и просто ушел, не заботясь больше о том, чтобы сделать это как можно незаметнее. — Тебя долго не было, — Юнги почти упал на сиденье рядом с ним, когда тот наконец соизволил объявиться. Хосок, молча завязывающий шнурки на кедах, приподнял голову и с немым удивлением уставился на хмурящегося Юнги. — Учеба, — он пожал плечами через долгую минуту. Пожевал губу, выпрямился и натянуто улыбнулся. — Ты решил присоединиться? Юнги отмахнулся. — Я не командный игрок. Больше нет, — он с болью усмехнулся, когда Хосок выдохнул протяжное «о-оу». Заметил, что тот не спешит спускаться на поле, и выпалил внезапно даже для себя: — Я заметил, как ты… — Что? — Ты неправильно двигаешься, — нехотя выдавил Юнги. — Ох, я не так давно этим занимаюсь, — Хосок улыбнулся той самой улыбкой, которую Юнги часто видел во время игры. — Может, со временем я привыкну и… — Я могу показать, — скороговоркой произнес Юнги, не дав ему даже закончить фразу. — Что? Стой, что? Ты разбираешься в таких вещах? — Мин Юнги, — представился он в конце концов, и Хосок пораженно замолчал, снова нахмурившись и глядя на протянутую руку. — Мин Юнги из сборной университета, — уточнил Хосок, — верно? Он не хотел отвечать так резко, но резкое «больше нет» оглушило даже его. Не громкостью, скорее, тем, с каким сожалением он это сказал. Хосок понятливо кивнул, неловко улыбнулся и пробормотал что-то похожее на «спасибо, как-нибудь, да, обязательно». Может, и не совсем так, но интерпретировал для себя Юнги это именно так, глядя в спину бросившемуся вниз Хосоку. По привычке остался проследить за ним еще ненадолго и скрылся так же незаметно, как делал это каждый раз.

***

Юнги вернулся сюда раньше обычного, когда одну из последних пар перенесли. Он раскинулся прямо на поле, скрестив ноги и откинувшись на вытянутых руках. Устроил мяч между коленей и иногда сжимал, словно ища в нем успокоение. Расслабился так, что потерял счет времени и просто лениво следил за опускающимся солнцем. Он упустил момент, когда за спиной что-то негромко стукнуло, от неожиданности сильно вздрогнул и понял, что рядом с ним умостился Хосок, зеркаля его позу. В игровой коробке больше не было никого. — Я попросил, — тихо пробормотал Хосок, — чтобы мне дали время поиграть одному, и они согласились пойти в другое место. — Зачем? — хрипло выдохнул Юнги. — Я надеялся, ты будешь здесь, — Хосок прямо посмотрел в его глаза и дернул губой, словно это все объясняло. — Ну, я определенно здесь, — Юнги согласился, не отводя взгляда. — Я тоже. Неловкую паузу прервал Хосок, бросив мяч в сторону кольца. Ожидаемо промазал, и Юнги не сдержался: — Вот об этом я и говорил, — он вытянул руку, — смотри…