Мрачно-солнечные будни

Юнги — единственный, кто заметил, что во время тренировки всей группой губы Хосока были белыми от того, с какой силой он их сжимает. Не то чтобы он пялился на его губы, ища отражение в зеркальной стене. Просто с прикрытым ртом счет не поведешь, как это делал Хосок обычно, и танцевать без такого звукового сопровождения было более чем странно. Непривычно было видеть молчаливого Хосока, и Юнги то и дело бросал на него косые взгляды, одними глазами спрашивая: чувак, какого хрена? Чувак в ответ молчал и улыбался, все с теми же зажатыми губами. — Я останусь тут все выключить, — махнул Хосок рукой, когда уставшие и запыхавшиеся мемберы разбежались по углам за одеждой. Юнги прищурился недоверчиво, покачал головой, но джинсовку застегнул, почти вышел уже вместе со всеми, но в дверях дернул за локоть Намджуна. — Я помогу, езжайте, мы своим ходом доберемся. — Не задерживайтесь, — нахмурился Намджун, но кивнул, и Юнги громко хлопнул дверью за его спиной. Он заметил, как дернулся расслабившийся было Хосок. Поджатую до этого к колену ногу опустил на паркет и уперся кулаками в бедра, преувеличенно бодро улыбаясь и поднимая брови в притворном непонятливом взгляде. — Хен! Ты чего вдруг? — Все ушли, — заметил Юнги, подходя ближе. — Что у тебя там? — Все в порядке, — Хосок пожал плечами. — Ты о чем? — Давай я сейчас тебе наступлю на ногу, и ты посмотришь мне в глаза и скажешь то же самое, — Юнги недовольно прикусил щеку изнутри. — Ты дурака-то из меня не делай, ладно? Они, — он пальцем ткнул в сторону двери для наглядности, — может, и не заметят, но… — Но они — не ты, — с печалью в голосе пробормотал Хосок. — Они — не я, — кивнул Юнги и подошел к нему почти вплотную. Так близко, что теперь мог увидеть каждую каплю, стекающую по напряженной шее, почувствовать жар от разогретого после тренировки тела и запах дезодоранта с едва заметной примесью свежего пота. Он помолчал несколько секунд, глядя куда-то в пол, пожевал губу и перехватил ладонь Хосока своей, переплетая пальцы. — Хоби, — мягко продолжил он, — что за херня? Хосок медленно поднял взгляд, и Юнги только сейчас заметил, насколько бледным было его лицо. Хосок оттолкнулся от стола, у которого они стояли, и в один момент вдруг опал на руки Юнги — он едва успел подхватить его за плечи, когда услышал сдавленный всхлип. После недолгих уговоров, Юнги помог ему сесть на пол и привалиться к стене, прежде чем закатал штанину до локтя и ошарашенно округлил глаза, глядя на расцветающий синяк на половину голени и припухшую щиколотку. — Пиздец, — выдохнул Юнги. Больше всего сейчас хотелось наорать на неаккуратного Хосока, который с какого-то хера умалчивал о травме и как ни в чем не бывало пытался провести очередную репетицию. Было странно, что даже внимательный Намджун ничего не заметил, и только это позволило Юнги расслабиться и выдохнуть: главное, что заметил он сам. Сейчас он спокойно ему ввалит за безалаберное отношение к себе, а потом они вместе решат, что делать дальше. Закрыв глаза и с шумом втянув воздух носом, Юнги повторил: — Пиздец. — Блять, да что ж ты такой-то, а? Юнги вытянул ногу Хосока на свою, сидя на паркетном полу в его студии. Хосок морщился, давил в себе слезы и закусывал ребро ладони, чтобы удержать болезненный стон. — Не говори, — прошипел Хосок в кулак, — только им не говори, я справлюсь. Внутри снова что-то разгорелось, вызывая желание язвить, и Юнги провел пальцами по его плечу, привлекая внимание. — Мне бы ты тоже не сказал, да? — выплюнул он резче, чем хотелось на самом деле. — Хоби, какого хрена? Хосок виновато пожал плечами, и влажные глаза, расстроенный вид из-за того, что подводит команду, выпустили из Юнги всю злость. Ему и так больно, давящий хен в этой ситуации нужен меньше всего. В конце концов он остался, чтобы помочь. — Давно? — деловито спросил Юнги, наклоняясь ближе к ноге, и Хосок тихо простонал, сгибая ее. — Вчера. — Что случилось-то? — до Юнги вдруг дошла вся серьезность ситуации. Он представил попеременно, что Хосок свалился с лестницы, маловероятно, но мозг уже не остановить, и в таком случае травма могла быть не единственной. — Что-то еще болит? — Нет, — уверенно качнул головой Хосок. Юнги прищурился недоверчиво, и Хосок сдавил его пальцы. — Правда, хен. Только нога. Смешно сказать, — он вдруг прыснул и дернулся, но тут же охнул, оглаживая колено потревоженной ноги. — Запнулся о провод в полумраке вчера, неудачно отклонился от стола. Тут либо разбитая голова, либо неуместно подставленная нога. Юнги моргнул. Шумно вздохнул. Моргнул еще раз и разразился гневной тирадой о том, что давно говорил о необходимости коробов для таких проводов, небрежно разбросанных вдоль стены. Немаленькая компания, были предусмотрены все блага в студии каждого, включая холодильник и удобное рабочее место. — А, блять, с проводами проблему решить никак, да? — распинался Юнги, помогая Хосоку встать и доковылять до дивана в дальнем углу. — Так, ладно, — он потер лоб. — Я знаю, что делать. — Только им не говори, — почти взмолился Хосок. — Я слышал, — рыкнул Юнги, и Хосок удовлетворенно кивнул. У него хватало опыта в собственных травмах, несмотря на то, что подвижность у него была намного меньше. Плечо приветливо заныло, напоминая о прошлой жизни — Юнги тогда тоже не обращался в больницу, но и травма у него была куда серьезнее на первый взгляд. Он очень надеялся, что Хосок ограничился одним ушибом, и ни растяжения, ни разрыва связок в ноге не было. — Если это так, — выдохнул он, падая на диван рядом с Хосоком, — то это херня. Подлатаем. Моего опыта хватит на нас двоих. — Звучит херово, — усмехнулся Хосок и прижался лбом к его плечу. Юнги повернул голову, утыкаясь носом в его макушку, и прижался губами, вдыхая запах шампуня. — Так и есть, — констатировал он. Они вернулись в общежитие, ухитрившись пробраться в комнату Хосока незамеченными, и когда Намджун их хватился, написывая Юнги, тот поворчал, но отбил в ответ сообщение о том, что они, вообще-то, уже давно на месте. Юнги долго ворочался после душа в своей кровати, но так и не смог заснуть. Все эти вечерние события всколыхнули в нем кучу ненужных воспоминаний. Юнги никогда от них не открещивался, всегда свято верил в то, что именно прошлый опыт сделал из него того, кем он сейчас являлся, но все равно это неприятно сдавливало легкие и напоминало о старой вредной привычке, от которой он хоть и избавился на перманентной основе, но к которой возвращался в тяжелые минуты. MY: Занят? Хосок ответил мгновенно. JH: нет MY: не хочешь прогуляться? JH: не уверен, помнишь ли ты JH: но я немного не готов к прогулкам. MY: тут недалеко, нам даже не придется выходить JH: уже даже просто интересно. 5 минут, натяну футболку MY: жду на кухне Юнги вытащил из тумбочки пачку сигарет, которую купил около года назад. В ней не хватало всего несколько штук, и об этом его пристрастии никто не знал. Вслед за пачкой в карман джинсов отправились зажигалка и ключи, и на кухню он пришел как раз в тот момент, когда из соседнего коридора к нему ковылял Хосок. — Крутая кепка, — хмыкнул Юнги, и Хосок натянуто улыбнулся, поправляя яркий козырек. — Глаза красные, не очки ж вечером надевать? Юнги утянул его с собой на мансарду, помог подняться по лестнице и, подмигнув с широкой улыбкой, открыл ключом дверь, ведущую на крышу. Он был благодарен Хосоку, что тот не задавал лишних вопросов. Он вообще любил в нем понятливость и умение сдерживать свое любопытство. С размахом сев на излюбленное место рядом со входной дверью, Юнги вытянул ногу и достал по очереди сигарету и зажигалку. Хосок молчал, хоть и пепелил его взглядом. Закусывал губу и смотрел-смотрел, что Юнги поежился, чувствуя себя как минимум некомфортно. Хосок резко вздохнул, сел с легким стоном рядом и вытащил подкуренную сигарету из его губ, сбивая пепел и затягиваясь. — Э-э, — протянул Юнги. Он впервые видел, как курит Хосок. Об этой его привычке он не знал, но не мог ничего предъявить, потому что сам не без грешка. Однако не мог не залипнуть на то, как красиво смотрелась сигарета между зажатыми пальцами, как втягивались щеки при каждой затяжке, заостряя и без того точеные черты лица — это было привлекательно. Хосок действительно красив. — Не спрашивай, — Хосок дернул бровью. — И я не буду, — продолжил он, затянувшись. У них не было отношений, но они были ненормально близки для просто друзей. Юнги постепенно открывался ему, и не требовал от Хосока какой-то скорости в ответ. Он вообще от него ничего не требовал, но благодарно принимал все, что давал ему Хосок, и ни в коем случае не воспринимал это как данность. — Не говори им об этом, — Юнги опустил взгляд и скорее почувствовал внимательный Хосока — на себе. — Об этом всем. О месте, о… — он покрутил зажигалку в руке. — Обижаешь, — улыбнулся Хосок. Еще один совместный вечер в их копилку. И если для этого стоило выкурить несколько подряд — что ж, Юнги не против. Судя по заинтересованному и благодарному взгляду Хосока, тот считал так же.