Мрачно-солнечные будни

— Хен! Юнги прищурился, встал на носочки и всмотрелся в толпу, выглядывая Тэхена. Тот привлек его внимание вытянутой в воздух рукой и приветливо помахал, улыбаясь во все тридцать два. — Ну наконец-то, — Юнги закатил глаза. — Твой самолет приземлился пару часов назад, где тебя носило? — Встретил приятеля, — Тэхен поиграл бровью и уложил руку Юнги на плечо в своеобразном захвате. — И я не опоздал, все в порядке. Это, впрочем, не помешало Юнги скептично нахмуриться, вышагивая за ним в толпе к барной стойке. На конференцию в Сеул он приехал еще утром, несмотря на то, что начало планировалось только на следующий день. Он избирательно составил себе список интересных для себя тем, проложил примерный маршрут и теперь наслаждался свободным временем, пользуясь хорошим к нему отношением руководства, которое позволило забронировать номер в том же отеле, где и происходила встреча всех веб-разработчиков и дизайнеров. Тэхен, коллега и друг, клятвенно заверял прибыть почти одновременно с ним самим, но так как в Сеул он летел из командировки, они все равно на пару часов разминулись. — Встретил кого-то из знакомых? Тэхен расслабленно гонял во рту коктейльную трубочку, вопросительно вскинув бровь. Юнги дернул губой и отрицательно помотал головой. — И не планировал, на самом деле. Сокджин не смог из-за загруженности, а у Чимина я не спрашивал. Больше тут никого быть не… Блять. — Он осекся на полуслове, явно заметив кого-то в толпе, и Тэхен испуганно округлил глаза. — Только не оборачивайся, прошу тебя, не… — Тогда, может, объяснишь, что происходит? — Тэхен осторожно обошел его, вставая рядом, и бросил быстрый взгляд в сторону небольшой группы людей, из-за которой так всполошился Юнги. Внимание привлек один из них, высокий, яркий, он заметно бросался в глаза, и Тэхен не сдержался, присвистнув: — ого, а он горяч. Знаешь его? — Нет, — выпалил Юнги. Смутился под пристальным взглядом Тэхена и вздохнул. — Да, это Хосок. Чон Хосок, мы… Учились вместе, — пояснил с неохотой, — он был на год младше, но мы во многих группах пересекались, вместе работали над многими проектами, пока я не получил предложение переехать в Сеул. Не то чтобы мы были друзьями, так что… — он шумно допил коктейль. — Как-то так. Он обернулся к Тэхену лицом, оставляя позади знакомого, и Тэхен усмехнулся: — Не хочешь подойти? — Я даже не уверен, что он меня помнит, столько лет прошло. — Всего три, — Тэхен пожал плечами. — И насчет помнит, — он наклонился к уху Юнги, — он за твоей спиной. Юнги крутанулся вокруг своего плеча с такой скоростью, что закружилась голова. Заинтересованности он выдать совсем не хотел, но палился с головой, чувствуя, как буквально засветились красным цветом щеки и уши. — Мин Юнги! — воскликнул Хосок. Юнги приветливо улыбнулся и пытался подобрать слова, чтобы отреагировать адекватно, но в голову не шло ничего, кроме максимально бредового «ого, ты помнишь!» или чего-то в этом же стиле. На элементарное «привет, Хосок», не поворачивался язык, и во время этой паузы Хосок заметно сник, не теряя, впрочем, своей улыбки. — Ты не помнишь, верно? — Я… — Он помнит, — вмешался Тэхен. — Хосок, ого, вот это встреча! — Юнги сверкнул глазами в сторону Тэхена, и тот закатил глаза, всем видом показывая: не за что, придурок. — Не ожидал тебя тут встретить. — Я вспомнил, что у меня не работает ключ-карта, — пробормотал Тэхен за его спиной, — пойду заменю. Хосок покачал головой, провожая его взглядом, и оставшись с Юнги наедине заметно расслабился. Юнги же наоборот напрягся, когда тот сел рядом на высокий стул. — Не видел тебя тут ни разу, — внезапно начал Хосок, и Юнги вскинулся, сжимая столешницу барной стойки обеими руками. И почему вдруг так занервничал? — Преследовал меня? — он неловко пошутил, и Хосок рассмеялся негромко, глядя на него. — Не сказать чтобы да, но высматривал — точно. Послушай, я понимаю, что много воды утекло, и, наверное, сейчас это уже не имеет смысла, но я не вижу у тебя обручального кольца, поэтому могу сделать вывод, что ты можешь быть свободен. И, да, если ты решишь, что это подкат, то это он и есть, поэтому не порти момент, и если ты не против, то просто позволь мне угостить тебя коктейлем. Юнги поджал губы, отставил от себя пустой бокал и поманил рукой бармена. — Мне повторить. За его счет, — он ткнул пальцем в Хосока, и тот с улыбкой кивнул бармену головой, соглашаясь с предложением Юнги. Коктейль — пряный, приятно грел губы. Юнги не знал, что именно пил Хосок, но в сочетании с послевкусием его напитка Юнги вело от его губ так, что он не помнил, как они добрались до лифта. Ладонь Хосока приятно тонула в его собственной руке, длинными пальцами другой обхватывая его запястье, Хосок жался грудью к предплечью Юнги, наваливаясь на него и вжимая в стену лифта. За окном приятным теплым светом разливался закат, и сидя на бедрах Хосока Юнги видел отражение лучей в его глазах: символично, Хосок грел как солнце, и эти блики только убеждали Юнги в том, что он не совершал ошибку, так слепо идя на поводу у внезапного порыва чувств. Хосок аккуратно прикусывал кожу на шее, следя за тем, чтобы не оставить следов, тянул с него рубашку, не заботясь даже о том, чтобы расстегнуть ее до конца, а Юнги таял под едва уловимыми прикосновениями кончиков пальцев на чувствительной коже на ребрах. Думал только о том, что нахуй осторожность, но в глубине души был благодарен Хосоку за такую заботу. Он почти забыл, что значит, когда о тебе заботятся. Пытаясь отдышаться, распластавшись на его груди, Юнги крупно вздрогнул, когда Хосок вплел пальцы в его волосы, откидывая назад взмокшие пряди челки. — Странно, да? Юнги распахнул глаза и подложил под подбородок ладонь, не сползая с нагретого места. — Что именно? — Ты получил диплом раньше меня на месяц и почти сразу уехал. Я был влюблен три года, ждал того момента, когда догоню тебя, чтобы признаться, но как раз накануне того дня, когда у меня на руках оказалась эта чертова бумажка, ты уехал, и я растерялся. У меня ведь даже номера твоего не было, — он хмыкнул, продолжая массировать кожу головы. Юнги внутренне ломался от подобного контраста: то, о чем говорил Хосок, его удивляло, он не припоминал ни одного случая, чтобы между ними тогда хоть на секунду промелькнуло что-то похожее. Ладонь же Хосока в волосах успокаивала, словно позволяла принять его слова мягче и подтолкнуть к какой-то реакции. — Тогда, — Юнги прочистил горло, — на что это похоже: простая тридцатишестичасовая интрижка на время конференции или что-то, над чем действительно надо подумать? — Чего ты хочешь? — А ты? — слишком быстро спросил Юнги. — Я не перестал это чувствовать спустя несколько лет, хотя не могу сказать, что страдал все это время. Может, остыл, бесспорно, но прямо сейчас я точно могу сказать, что еще никогда не влюблялся так быстро, всего за один вечер. Юнги задумчиво пожевал губу, глядя в блестящие от света луны глаза — в темноте они казались слишком яркими. — Я тоже, — выдохнул он и потянулся за поцелуем.