Мрачно-солнечные будни

Машину тряхануло на очередном лежачем полицейском, и Юнги случайно долбанул себе по скуле кулаком, которым подпирал щеку, оперевшись локтем о дверцу. Прикусил язык, сморщился и зашипел, запивая боль холодной водой из бутылки. Намджун, сидящий рядом, покосился на водителя в зеркало заднего вида. Бедный парень побледнел, поймав взгляд босса. Юнги закатил глаза: Намджун был очень справедлив, но не когда дело касалось самого Юнги, он был уверен, что с парнем предстоит серьезный разговор на тему вождения и поведения водителей на дорогах в целом. Юнги это раздражало. Юнги не сахарный, и никакой трагедии, в общем-то, не произошло, просто внимание Намджуна — вещь для него на самом деле лишняя. — Не могу понять, почему ты постоянно отшиваешь Намджуна, — фыркнул Чимин. Юнги любил такие тихие и уютные вечера: только он, вкусная еда и друг Чимин, и то по видеосвязи. Технологии, мать их, сколько времени освобождается, которое теперь не нужно тратить на дорогу, чтобы кого-то увидеть. «Технологии», — восхищенно вздыхал Юнги. «Лень твоя», — шипя, отзывался Чимин. Но против видеозвонков не имел ничего. Юнги на высказывание Чимина о Намджуне пожал плечами, а тот продолжил. — Бедняга бегает за тобой уже полгода. И снова фыркнул, так демонстративно, что на секунду Юнги подумал, что тот и сам был бы не против такого ухажера. Нет, на самом деле, если подумать объективно, Чимин в чем-то был прав: Ким Намджун — прекрасный человек. Он умный, иначе не стоял бы во главе целой компании. Он красивый, с этим бы только дурак поспорил. Юнги дураком не был, поэтому и спорить с этим он тоже не стал бы. — Только скажи, — соловьем заливался Чимин с каким-то блеском в глазах, — весь мир к твоим ногам положит! — Да чего вы все пристали ко мне с этим Намджуном?! — Ну, — Чимин пожал плечами, — он умный и богатый. — Из его уст это звучало так просто и обыденно, что даже вызывало улыбку вместе с каким-то раздражением. — Из спортзала, кажется, не вылезает. Да он же вообще идеальный, Юнги! Юнги потер глаза. Телефон завибрировал, и он оторвался от ноутбука — Чимин как раз отошел сделать кофе — и смахнул уведомление: «Хен, прости, я только вернулся домой. Мама передавала привет, созвонимся завтра, ладно?» И, как бы это ни выглядело раздражающе, далее следовала череда разноцветных смайликов. У Юнги разом ухнуло сердце куда-то в пятки и тут же подскочило к горлу. — Конечно, Хоба, — пробурчал себе под нос, дублируя это текстом на экране, — отдохни. — Ты тут? — уточнил Чимин, грузно осев перед экраном, и Юнги стер с лица улыбку. — Вау, улыбаешься, — он тут же прищурился. — Намджун? — А, да не, — отмахнулся Юнги. — Так, на чем мы там остановились? Точно, Намджун. Он не в моем вкусе. — И кто же тогда в твоем вкусе? — Чимин насмешливо скривился. — Э-э-э-э, ну… Хосок отреагировал каким-то стикером с обнимашками, и Юнги заулыбался одними глазами, глядя на экран. Мимолетно бросив взгляд на свое изображение на ноутбуке, он попытался было состроить серьезную мину, но… — Да ты уже влюблен! — ахнул Чимин. — да ла-а-а-адно, и я снова узнаю последним, — он цокнул языком и обиженно надулся. — Я… Да, думаю, да. Никогда еще Юнги не был настолько решителен и тверд в своих словах. За исключением того раза, когда пообещал Хосоку, что его отъезд ничего не поменяет в их отношениях. Поменял, вообще-то: Юнги убедился в том, что до чертиков сильно скучал по парню из соседнего с его бабулей дома. Хосок был солнцем, которого и без того хватало летом, но даже сутки, проведенные в деревне без него, казались более хмурыми, чем самый дождливый и затянутый тучами день. Ох, — вздохнул Юнги про себя, — какие ж розовые сопли, однако. И тем не менее, продолжил смотреть на последнее сообщение в чате, словно ожидая дальнейшего разговора. Хосок за сегодня и правда вымотался, это чувствовалось даже на расстоянии. Юнги слышал это в его голосе, несмотря на то, как тот бодрился. Хосок — чудесный человек, опора семьи и воистину тот, на кого можно было положиться. Немного шебутной, слишком громкий, веселый и отзывчивый парень. Чуть помладше самого Юнги, но рядом с ним хотелось об этом забыть полностью. — Ого, я тебя не знаю, — было первой фразой, которую Юнги от него услышал, и даже не понял сначала, откуда вообще прозвучал чужой голос — высокий забор скрывал его почти с головой, пока сам Хосок за оградой собирал клубнику. — Я Хосок! Юнги кивнул, рассматривая макушку в панаме. Макушка была рыжей и улыбалась одними глазами, а Юнги был уверен, что и его губы были растянуты в широкой улыбке, как-то неосознанно. — Юнги, — он легко кивнул в ответ и перестал качаться на дворовых качелях-лавочке. Оперся на сиденье обеими руками и замер. — Приятно познакомиться, Юнги. Я бы пожал тебе руку, но я весь в клубнике и вообще… Кстати, у нас вкусная клубника, хочешь попробовать? — Ты всегда такой болтун? — перебил его Юнги. Хосок замолчал и удивленно округлил глаза. Юнги подошел к забору ближе, и с этого расстояния через широкие щели Хосока было видно гораздо лучше. Тот тем временем оперся плечом о забор и заметно расслабился. — Нет, — уверенно выдал и даже выдохнул. — Просто… Тут скучно пиздец, — признался он. — А ты выглядишь как мой ровесник, и вот я… Прости, короче, не хочу навязываться, ладно? Забудь, не буду отвлекать. Ну, бывай, может, увидимся еще. Все это он вывалил на него так быстро, что Юнги немного опешил. Ему, так-то к слову, тоже предстояло не самое веселое время в ссылке на несколько недель в помощь бабуле, и он не то чтобы был против — дел на участке на самом деле было навалом, но не до глубокой же ночи! Чем заниматься в свободное время он понятия не имел. А тут такая возможность не чахнуть одному — как не воспользоваться? Он не планировал привязываться, но Хосок кормил его вкуснейшей и самой сладкой в его жизни клубникой. Будил вкуснейшей выпечкой и устраивал экскурсии по самым красивым местам в немаленькой, если уж по-честному, деревне. Он сам тут жил чуть меньше года — они с сестрой и матерью переехали в пока пустующий участок каких-то дальних родственников, и пока сам Хосок строил планы на переезд в столицу, доучивался дистанционно и подрабатывал онлайн, попутно помогал отстраивать дом своим родителям. Хосок, может, казался в чем-то простым, но игнорировать его открытую по отношению к Юнги душу сам Юнги никак не мог. Он не планировал привязываться, но искал чужого внимания, когда Хосок казался чем-то загруженным. Через пару недель понял, что за открытостью скрывается откровенный интерес, а клубника, оказывается, вкуснее, если откусывать ее с чужих губ. — Эй, тут последняя, — позвал его Хосок. И тут же стащил ягоду, обхватил губами и скорчил что-то дразнящее на лице. Юнги прищурился. Сморщил нос, рыкнул что-то обиженно и потянул на себя Хосока за ворот футболки. — Ты чего? — запыхтел Хосок, не разжимая губ с зажатой между ними клубничиной до конца. Юнги не ответил: замер в паре сантиметров от его лица и, неприятно стукнувшись с ним носом, фыркнул, но откусил половину ягоды. Прижал языком к небу. А потом они оба подались навстречу друг к другу. Поцелуй вышел липким, сладким, с ягодным вкусом и вообще не слишком-то и эстетичным — вовсе не то, что показывали в красивых фильмах. Они, собственно, в фильме и не были. Они торчали в обычной деревне, привязанные к своим домам силой обстоятельств, но Юнги чертовски порадовался тому, что застряли они там оба. И, совершенно наплевав на то, что ему давно не шестнадцать, он чувствовал себя подростком, прокрадываясь ночами мимо спальни бабули, чтобы не разбудить ту скрипом половиц, которые абсолютно точно нужно менять — ведь волновалась бы, несмотря на то, что Юнги уже, вообще-то, даже обеспечивал себя сам. — Приезжай, — пробормотал Юнги, перебирая волосы раскрасневшегося и разнеженного Хосока, пока тот жевал какую-то травинку, лежа у Юнги на груди. — Еще пару месяцев — и приеду. Подождешь? — он поднялся на локте и заглянул Юнги в глаза, загораживая от солнца. — Подожду, — на полном серьезе ответил Юнги. — Только ты совсем приезжай. С концами. — Прям к тебе? Полностью? — нет, он точно издевался. Но Юнги уезжал через пару часов, и ту улыбку, с которой реагировал на него Хосок, ему хотелось оставить на чужих губах как можно дольше. — Прям ко мне. Полностью. Совсем. Ладно? — Ох, блять, — пробормотал Чимин, зачесав пальцами волосы назад. — Так, значит, Намджун… — Тебе номер его дать или что? — прищурился Юнги. — Не нужен мне его номер, — отмахнулся Чимин. И вдруг перестал улыбаться. Юнги даже через экран видел, как тот поник. — Хочу, чтобы он сам мне его дал. — Не паникуй, я познакомлю, если хочешь. Этого было достаточно, чтобы вновь вернуть улыбку глазам Чимина.