Симпатия по сценарию

Остальная неделя, после декабря, была не то, чтобы неинтересной, не было той динамики, которая приносила огромное количество адреналина. Долговременные хиатусы дают о себе знать: это отличный повод расслабиться и выбиться из колеи, и потом совсем не до работы, когда перед тобой шныряют люди, мельтешат, приказывают и дергают в разные стороны. - Может я смогу сам одеться, ладно? – Дженсен сердито вскрикнул на девушку, которая стояла над душой, держа в руках грубую спецовку. Гримерша выпучила глаза, в уголках показались слезы и, от незнания что делать, выбежала из трейлера. - Зря ты так с ней. Она всегда была к нам добра, - Джаред завязывал шнурки на тяжелых ботинках. - Джаред, мне постоянно приходят сообщения… разного характера. Он никак не может успокоиться, - Дженсен развел руками, поворачиваясь к Падалеки лицом. - Ты мне можешь сказать, что у вас происходит? – Джаред пододвинул стул ближе к другу. - Да ничего существенного. Всего лишь кто-то захотел поиграть в любовь, - Эклз пришел в ужас, когда произнес эти слова. Ранее он так не думал, но в этот момент, в порыве ярости, правда вылезла наружу. Удивление скрыть все-таки удалось. - Миша? – в находчивости Джареду не занимать. Догадливый, что уж тут сказать. – Может он реально играется? Ты же знаешь его… - В том то и дело, что не знаю совсем. День он адекватный, а потом – пуф! – тащите огнетушитель, - Дженс оперся локтями об колени. – Я не хочу, чтобы было все, как он хочет. Я тоже умею капризничать. Но! Раз он решил меня доставать, я сделаю то же самое: поведусь на его гляделки, отвечу взаимностью, а потом жестоко кину. Достаточно подло, но овчинка стоит выделки, верно? Падалеки скривил нос, подозрительно поглядывая на друга: похоже от Коллинза у Дженсена реально поехала крыша. *** Вообще, Джаред был против, но говорить что-то Эклзу – себе дороже. Какими бы друзьями они ни были, но если Дженс попрет, то пиши - пропало. С этого начался день. Коллинз просто проходил мимо трейлера Дженсена. Все в тех же темных очках, в протертых джинсах, просто с убитым настроением. Трудно было не заметить какую-то тоску в той же самой походке. - Друг, у меня есть шанс! – взгляд Дженсена стал хитрым и коварным. – Он мне поверит. Я сделаю так, чтобы он мне поверил. Если это все правда, то он сразу же поймет, что я решил поиграться. А если нет, он будет подыгрывать, - Джаред мотнул головой, ход мыслей Эклза было трудно уловить, но уже через минуту он видел в окне мило улыбающегося Дженсена, который заламывал пальцы на руках и что-то стесненно бормотал. - Сними очки, - попросил Дженсен Мишу, исподлобья стараясь разглядеть глаза Коллинза сквозь темные линзы. - Зачем? – Коллинз хотел идти дальше, но Дженсен протянул руку к груди, останавливая и немножко надавливая, применяя силу. – Пропустишь, может быть? - Стой, - Дженсен коснулся свободной рукой до солнцезащитных очков, стягивая их, пытаясь ничего не задеть. Когда он увидел уже светлеющие желтые синяки, невольно вдохнул. Даже не хватало слов, чтобы описать свою реакцию. Дженсен сделал вид, что испугался, но потом сменился в лице, изображая сочувствие. Нет, не Сочувствие Дьяволу. Сочувствие Дьявола. Именно. - Дженсен, не время для разглядываний. Нужно… идти, - парень стал махать руками, стараясь как-то отвлечь Эклза. Дженсен сам того не понял, как дотронулся ладонью до распухшей щеки, проводя пальцами, от чего Миши издал какой-то странный звук, похожий на шипение. Было непонятно, но Миша даже успокоился, смотря куда-то в сторону, лишь бы не натыкаться на пристальный взор Дженсена. Он еще несколько раз провел по ушибленному месту, иногда поглаживая переносицу большим пальцем. Левая рука так и продолжала придерживать Мишу, чтобы тот не ушел. - Прекрати, - на этот раз Коллинз даже не назвал парня по имени. – Ты делаешь еще больнее. - Не думаю, - Эклз переступил с ноги на ногу, подхватывая Мишу за рубашку. – Ты сейчас готов кричать от восторга. Дженсен приблизился настолько близко, что не оставалось пространства между ними. Делить дыхание на двоих не входило в их планы, поэтому Дженсен оттолкнул Мишу, понимая, что еще чуть-чуть и произойдет что-то неминуемое, последствия, которые потом сложновато будет предотвратить. - Играешься, значит? – Миша поджал губы. В груди больно защемило, а Дженсен еще больше усмехался, потом перешел на откровенный смех, смотря в сторону уходящего Коллинза. Но только осознав, что Миша понял всю эту задумку, Дженсен перестал ухмыляться, поняв, что Миша не шутит. Стремление Коллинза быть с ним было слишком очевидно, и заигрываться никто не собирался. *** Сцена с Джимми Новаком казалась интересной. И вообще вся 20 серия должна была быть увлекательна для зрителя. Ведь именно в ней раскрывается реальная сущность Кастиэля, вернее, его оболочки. И раскрытие новых секретов… Дженсен с восхищением смотрел на Мишу, который уплетал четвертый бургер. - Это просто восхитительно, - причмокивая, Коллинз запивал все это коктейлем, стараясь долго не смотреть на “коварного искусителя”, которому сейчас почему-то хотелось ударить в то место, где сейчас ныло у него самого. Ударить и сказать что-то наподобие этого: “Мне тоже больно. Чувствуешь? Это доказывает, что ты еще не потерян”. Но это не являлось возможным. Миша потянул трубочку, отчего жидкость издала неприятный звук. - Ты помнишь, что случилось? Кас хотел нам что-то сказать, - подал голос Джаред, обращаясь к Мише. - Извини, но нет. Я словно весь год был привязан к комете, - Миша так быстро перевоплощался из строгого и неуклюжего Каса в обычного “бухгалтера” Джимми Новака. Да и сам Миша немного сжался от такого пристального внимания со стороны Джареда и Дженса. - А что ты вообще помнишь? – Дженсен вложил всю свою язвительность и сарказм в несколько слов. Коллинз старался отключить его голос, отстраниться, но нельзя было портить эпизод, поэтому Миша собрался с мыслями и пересилил себя, пытаясь смотреть Эклзу прямо в глаза. - Хм… помню, что меня зовут Джимми Новак. Я из Понтиака. У меня есть семья, - Миша сощурился… *** - Чувак, на пару слов, - Дженсен никогда так не говорил, но ломаный язык Дина, рот которого нужно было с мылом промывать, знал такие слова. Сейчас предстояла сцена с маленьким таким признанием. – Джимми? Тут такой вопрос… Нам, во что бы то ни стало, нужно отыскать Кастиэля. Он нам нужен. Он нужен мне, - Дженсен слегка откашлялся на этих словах. По сценарию, перед ним стоял совершенно другой человек, но в реальности… перед ним стоял Миша, над которым он решил пошутить, и Миша не хотел оставаться в долгу. Он планировал уже к вечеру взять Дженсена за волосы и заставить вымаливать, а потом также, грязными действиями и словами, выкинуть из трейлера. - Зачем он тебе? Вы только используете его в своих целях! Вы думаете, если я сейчас здесь, значит, я ничего не помню? Как вы заставляли его доставать то, что вам было необходимо? – Миша приближался к Дженсену, указывая на него пальцем. – Особенно я помню твое отношение к нему! “Пернатая задница”, да? Все слова были не по тексту, поэтому Дженсен решил это использовать во благо себе. Несколько камер были направлены на них. - Джимми, ты переходишь на личности, не находишь? Мы сражаемся во имя мира, а Кас… я его не использую, мы его не используем. Я нуждаюсь в нем, - голос обрел удивительное умиротворение, будто все, что было сказано выше лишь ничего не значащая перепалка двух друзей. В глазах плескалась ярость, Дженсен сжал челюсти, чтобы не сорваться и не начать кричать еще громче. - Роб, это не то, что нужно, - Мэннерс указывал на лист 20 серии. – Мне кажется, они правда решили разобраться прямо на площадке. - Я их уже вообще не понимаю, - отозвался Сингер, привставая, что бы выкрикнуть команду об окончании съемки этой сцены. – Пожалуй, мы это оставим. Дженсен толкнул Мишу в плечо, на пути снимая куртку и кидая ее в сторону гримера.