Симпатия по сценарию

Дженсен не проявлял любви к 14 февраля. Он не считал этот праздник праздником. У него была девушка, Даниэль, невеста, почти жена, и Дженс считал ее уже своей семьей. Он повстречал ее на съемках в другом фильме, и он решил, что он ее достоин. И она его достойна. Даниэль Харрис была ладной, красивой, имела прекрасный характер, всегда принимала серьезные решения и вела светскую жизнь, после того, как стала знаменитой. Но чего-то в ней все равно не доставало. И Дженсен не знал чего именно. Не было той задоринки, той искры, что обычно бывает в человеке, который тебе нравится. Поэтому, чем больше проходило времени, тем больше Эклз начал приравнивать ее к своей сестре, который можно доверить свои секреты. Но, если Даниэль в разговоре упоминал кто-то другой, не считая Джареда, Дженсен приходил в бешенство. И первое правило, которое поставил Дженсен перед сценаристами: ни слова о Даниэль в сериале. Так и было сделано. Он не хотел думать о ней, ее хватало дома. - 14 серия выйдет в срок. 14 февраля, - Сингер стоял перед актерами, объясняя общую мысль “Кровавого Валентина”. – Серия очень добрая… Да… За исключением поедания чужих кишок, - Роб улыбнулся, вызывая улыбку у всех остальных. - Уклон будет сделан на любовь, - теперь Роб смотрел на Дженсена. - Я даже могу угадать с кем, - произнес Миша, жуя жвачку. – В сериале только одна настоящая пара. - Замолчи уже, - Дженсен пытался разглядеть говорившего, наклоняясь чуть вперед. Эклз сложил руки на груди, показывая, что желает закончить разговор. - Да, Миша прав. Не буду раскрывать всех карт, но пара Дина и Каса тоже появится. В основном, только она и будет, - Роберт как-то недовольно дернул губой, словно выражая какую-то личную неприязнь. - Дженсен, опять целоваться будем. Давным-давно этим не занимались, - Миша никак не унимался, лучезарно улыбаясь, не прекращая смотреть на Эклза свысока, но и не переставая втайне восхищаться этим человеком. - Потом об этом поговорим, - с намеком пробурчал Дженсен, все же отводя взгляд. Любил он словесно Коллинза заводить; знал, какое слово можно подобрать для того, чтобы заткнуть его, а потом притворяться, что “я не это имел в виду” и “ты не так понял”. *** - Мне нравится, когда ты так делаешь, - Коллинз присел рядом, чиркая зажигалкой. - Как? Так, стоп, ты куришь? – чересчур удивленно произнес Дженс. Но это удивление было реальным, он торопливо обернулся, когда почуял запах дыма. - Чисто для расслабления, - Миша откинул руки в оправдывающимся жесте, зажимая сигарету в зубах. – Хочешь? - Нет, - уже спокойней прошептал Эклз. – Это вредно. - Нашел, кого учить, - Миша сделал затяг, выдыхая дым прямо в лицо другу. – Стоит попробовать. Эта вещь делает из буки нормального человека, - Коллинз идеологически посмотрел на сигаретину. - Ты намекаешь, что я ненормальный? – отчаянно заявил Дженсен, отмахиваясь от дыма. В душе он понимал, что бывает слишком вспыльчивым. - Смотрел мультики когда-нибудь? – Коллинз, в своей манере, продолжал вести разговор, не обращая внимания на вопрос. - Ты только об этом и думаешь. Нет бы, быть серьезным, - возразил Эклз. – А ты про мультики… - В каждом ведь есть смысл. Даже больше, чем в широкомасштабном арт-хаузе. На то они и предназначены для детей, что бы они с детства представляли этот мир, полный недоверия, жалости и агрессии. Мультики воспринимаются легче. - Что ты под этим подразумеваешь? – ход разговора все больше и больше нравился Эклзу. Миша вел к чему-то важному. - Я недавно посмотрел “Лило и Стич”… - Началось, - протянул Дженсен, собираясь вставать, но рука Миши опустилась ему на плечо. - А ты никогда меня не слушаешь! Так что сиди и мучайся, - насмешливо буркнул Коллинз. – Я хотел сказать, что ты похож на Стича. Дженсен мотнул головой. От важности и следа не осталось. Оставалось сидеть и слушать весь этот Мишин бред. - Пф, Миш, надо завязывать тебе курить, - Дженс старался всеми способами прервать собеседника. - Когда Лило и Нани взяли его к себе… он был диким и очень злым, он не принимал реальности. У него лишь была миссия на Земле. Он являлся монстром, являлся, - Миша сделал всего лишь затяг и потушил сигарету, бросив ее на асфальт и придавив ногой, так отчаянно, словно пытался задушить эту вредную привычку. – Являлся экспериментом. И был предоставлен сам себе, - Миша очень часто делал паузы, будто давая Дженсу возможность обдумать услышанное, и выдыхал из легких ядовитый дым. В свою очередь, Эклз молчал, стараясь уловить суть, и с каждым Мишиным словом наклонялся к нему все больше и больше. - Он был таким мстительным гаденышем: портил все, рушил, ломал, дрался, устраивал проблемы… и однажды Лило, девочка, сказала ему очень важные слова… Важные слова о семье. Должен признать, даже у меня проснулись трепетные чувства, - Миша еле заметно улыбнулся. – Да. Она сказала, что он часть их семьи, что он должен их слушаться, должен подчиняться. И они старались перевоспитать его. А в этом зверьке жил самый настоящий человек. Он делал все, чтобы его заметили. И, ближе к середине, Стич осознал… осознал, что его, на самом деле, любят и ценят. И перестал делать все эти вещи. Он просто перестал делать те вещи, что делал ранее. Перестал рушить. Не только что-то материальное, но и моральное. Ту связь, что образовалась у него с Лило, понимаешь? Они стали хорошими друзьями. А я намекаю на то, чтобы и ты перестал все рушить. Ты такой же ершистый, постоянно чем-то недовольный, - Миша говорил очень медленно, почти переходя на шепот, будто это было чем-то сокровенным, то, чем нельзя было делиться. Ты должен понять, что тебя любят. Я уверен, что ты перестанешь строить передо мной стены, крепости, преграды, перестанешь отдаляться, и я отвечу тем же… - Миша последний раз поглядел на Дженса, понимая, что ввел парня в состояние раздумий. В принципе, этого Коллинз и добивался. - Спокойной ночи, Дженсен, - Миша встал и резко прислонился губами к макушке Эклза. – Ты все равно не отучишь меня курить. *** - Дин, ты же знаешь, какой сегодня день? – Джаред вошел в воображаемый номер мотеля, кидая очередной пакет с бургерами на стол. - Даже не догадываюсь, - Дженсен закинул ноги на край стола, просматривая информацию по делу в интернете. – Да, слишком уж все странно. Влюбленная парочка решила полакомиться друг другом. Черт, ты бы видел их животы, словно индейка на День Благодарения, - Дженсен отвернулся от ноутбука. – Еще канун Святого Валентина… - Так ты знал! – Джаред, подделав радостный возглас Сэмми, присел на противоположный конец стола. – Давай-ка сюда комп и иди развлекайся. Я посижу, покумекаю… - Чего? – Дженсен подошел к кухонной стойке. – С чего бы это? - Дин, я все понимаю. Можешь погулять, сходить в бар, подцепить какую-нибудь особу, попытать счастье… - услужливо протараторил Джаред, сжимая губы в одну тонкую линию. – Не стесняйся. Можешь спустить пар. - Спасибо, конечно, но как-то не хочется, - открыв бутылку пива, Дженс сделал несколько глотков. - О, как. Дин, если собака отказывается от пищи, это говорит о ее плохом состоянии, - Джаред улыбнулся, смешно вскинув брови. - О, я учту этот услужливый наезд, - Эклзу не нравилась вся эта сцена. Уж больно открыто он заявляет, что у него кто-то есть. Еще Дженсену не нравилось, что Дин слишком сильно сжимается, при разговоре с Сэмом, видно, что тот что-то скрывает, причем очень усердно. Настолько, что Сэмми замечает некоторый факт, который меняет жизнь старшего Винчестера. - Появился кто? – Джаред сощурился. Сейчас события сериала переходили на реальную жизнь, словно отпечаток, который останется на всю жизнь. И опять Дженсен не думает о невесте, будто ее нет. В голове Эклз уже не раз прокручивал слова, которые он скажет на случай расставания. Ну не говорить же девушке, что внезапно он нашел в себе немного нестандартные замашки, допустим, очень быстрое становление геем, по непонятной причине, Дженсен и собирался это сказать. А дальше как сложится… - Надо позвать Каса. Он поможет, - Дженсен как всегда закрыл глаза. Доля секунды, смена кадра, и рядом стоит “ангел”. - Тебя бы стоило назвать чертенком, - подметил Дженс, смотря на взъерошенные волосы и коварно улыбающегося Мишу. - Не понял, - Миша склонил голову, подобию Каса. Джаред прервал идиллию легким откашливанием. - Кас, что ты знаешь про этот случай? – начал Джаред. *** - Херувимы обычно появляются в местах скопления мужчин и женщин, - глубоким голосом Кастиэля заговорил Миша. Джареда и Дженсена всегда это смешило: для этого Мише приходилось сильно напрягать связки и стараться не сорваться на менее слабый голос, который он имел на самом деле. -…это ангелы низшего класса. На сердцах пар они оставляют некую метку, обозначая, что эти пары состоят в союзе, – продолжил пояснять Миша. - А на сердца ангелов это действует? – Дженсен принялся добавлять “отсебятину”, на что Миша не переставал сдерживать улыбку. Не положено ангелам понимать людей, смеяться над их шутками, вообще проявлять чувства к людям. За это строго наказывали. А так… Миша с радостью отдался бы в объятья юмора, как Дина, так и Дженсена. Вежливая официантка подала ранее заказанные блюда: жареный картофель по-деревенски с соусом - Дженсену и маленькую тарелочку с запеченными овощами – Джареду. Дженс неодобрительно посмотрел на тарелку Джареда. - Как ты это ешь? Ни углеводов, ни жиров. Мы с Касом за нормальную пищу, верно? Будешь, кстати? – Дженсен протянул ломтик картошки “ангелу”, предварительно макнув его в соус. Миша потянулся за картошкой рукой, как вдруг Дженсен ткнул этой несчастной картошкой Коллинзу в нос. По всей площадке раздался дикий смех, и съемка была приостановлена. Дженсен долго не мог остановиться смеяться, видя Мишу с измазанным красным носом, до которого он пытался дотянуться языком. - Подай салфетку, - сквозь смешки, попросил Миша. - Зачем? – Дженсен наклонился к лицу Коллинза, пытаясь дотянуться и облизать нос. – Так вкуснее. Черт, слишком пересолили. Миша зажмурился, впечатываясь в кожаный диван, пытаясь скрыться от настойчивого взгляда слишком зеленых глаз. В тот день все начали говорить, что к Мише и Дженсену на золотой коляске подкатил особенный купидон. Не ирония ли?...