You are grounded, miss Johnson

— Ты была права, — произнес он. — Я не имел права указывать, что тебе делать, я не твой родитель. И не твой бойфрэнд. Я всего лишь твой учитель математики. Я хочу сказать… — Он запнулся и, зажмурившись, потер переносицу. — Я хочу сказать, что вся эта история. В общем, все, что произошло между нами… Но она не дала ему договорить, кинувшись на шею и впиваясь в его губы своими. Рей настырно лизнула его нижнюю губу и больно дернула его за волосы. Миг — и он схватил её за плечи, притягивая ближе, безжалостно вторгаясь в её рот. От такого напора её трусики тут же стали мокрыми. Мистер Соло яростно целовал её, кусая губы, и беспорядочно шарил руками по телу. Его большая кисть легла на её затылок, чтобы с силой вцепиться в волосы, отчего она зашипела, и оттянуть, заставляя опрокинуть голову и посмотреть на него. — Ну что, повеселилась на вечеринке, ты, маленькая мерзавка? — горячо прошептал он. — Понравилось? — Не очень, — призналась она, глядя на свое отражение в его черных от возбуждения глазах. — У вас там что-то с ним было? — Другая его рука уже шарила у неё под водолазкой, обжигая кожу прикосновениями. Рей отрицательно покачала головой, приглашающе приоткрыв рот. Он понял намек и вновь поцеловал её. Хватка на затылке ослабла; теперь он просто зарылся рукой в волосы, фиксируя. Другая его рука дразняще поглаживала её соски свозь лифчик. Руки Рей были свободны для действий. Она накрыла своей ладонью его пах, чувствуя внушительную выпуклость. А вторую положила ему на ремень. Перемена скоро закончится, у них мало времени. Он перехватил её руку, что гладила его член через ткань джинсов, и больно сжал запястье, разрывая поцелуй. — Ты не заслужила, — строго произнес он. — Вы наказаны, мисс Джонсон. Никакого секса, пока я не решу. — Он ехидно ухмыльнулся. — И как же мне заслужить ваше снисхождение? — Рей наигранно прикусила нижнюю губу, решив принять его игру; по выпуклости она чувствовала, что он тоже хотел её. — Хм… — Он взял её за подбородок и принялся поглаживать уголок губ большим пальцем. Он отпустил её запястье и завозился с молнией джинсов, неотрывно глядя ей в глаза. Освободив наружу член, он взял её руку в свою и обхватил его её ладонью. В тот же момент большой палец, ласкающий уголок её губ, чуть сдвинулся, и Рей послушно отрыла рот, впуская его, чем вызвала его довольную улыбку, но его взгляд все равно выдавал его трепет. Решив на этом не останавливаться, она принялась ласкать подушечку пальца языком и начала двигать рукой, приятно отмечая, как сбилось его дыхание. Он убрал свою руку, давая ей свободу действий, и запустил её ей в волосы, неотрывно глядя в лицо. Рей вовсю уже сосала палец, издавая непристойные звуки. — Вы так отвратительно себя вели, — выдавил он, — писали мне такие вещи, чтобы специально побесить. Язвили на всех моих уроках, выводя из себя. Давайте найдем более достойное применение вашему языку и пальцам, которыми вы так быстро набираете сообщения. Его рука легла ей на плечо и надавила, побуждая опуститься, и мокрый палец выскользнул из её рта с неприличным причмокивающим звуком. Он сел на стол и раздвинул ноги. Его огромный член был прямо перед её глазами. Рей поняла, что максимум сможет взять в рот головку. Что она и поспешила ему сказать. — Плевать. Как получится, — был ответ. — Будешь стараться — оттрахаю тебя прямо на столе. — А если не буду? — Она просто не могла промолчать. — Ты будешь, — уверенно произнес он, спустя мгновение. Рей хмыкнула и провела рукой вверх-вниз, а затем, глядя ему прямо в глаза, дотронулась губами до головки, отчего мужчина сдавленно замычал. Она покрыла поцелуями его ствол, слушая его стоны, которые он безуспешно пытался скрыть, чувствуя, как между ног всё горит. Рей провела языком по всей длине от основания, а после вобрала в рот головку и принялась посасывать её и облизывать, будто это был «Чупа-Чупс XXL». Не отрываясь от своего занятия, она посмотрела на его лицо, которое было искажено удовольствием. Он закрыл глаза, и его нижняя челюсть дергалась каждый раз, когда она вбирала головку в рот; обеими руками он держался за край стола, так крепко, что его костяшки побелели. Она принялась водить рукой, в такт своим движениям, чтобы приблизить его к разрядке. Она не знала, сколько прошло времени, но, по её подсчетам, звонок уже должен был прозвенеть, а его всё не было. Внезапно она почувствовала его руку у себя в волосах. Он отстранил её, а затем поднял на ноги, только для того, чтобы толкнуть к столу. Он надавил её на спину, вынуждая нагнуться. Через пару мгновений её джинсы уже были спущены к лодыжкам. Большим пальцем он подцепил насквозь мокрую полоску стрингов, сдивигая в бок, а затем, направив член, резко вошел на всю длину, вышибая из неё громкий стон, такой, что её, наверное, слышала Холдо в своём кабинете. Он принялся грубо вбиваться в неё, так что стол, на котором она распласталась, заходил ходуном, и с него стали падать листы и тетрадки. Рей стонала от каждого толчка, вцепившись в край стола; ей хотелось еще, чтобы он брал её еще быстрее, еще жестче. Хотелось, чтобы он показал, как она ему на самом деле небезразлична. — Пожалуйста, быстрее, — взмолилась она. Но вместо ответа получила шлепок. — Чтобы я больше не видел тебя с Вашингтоном, — произнес он, закрепляя каждое слово толчком. — И вообще ни с кем. Ты только моя. — Да! Твоя! Твоя! Рей распахнула глаза. Она сонно заморгала, оглядываясь, и обнаружила себя в своей комнате, заставленной коробками. «Всего лишь сон», — грустно подумала она. Между ног было невероятно мокро. Она боролась с тем, чтобы доставить себе удовольствие и вновь уснуть, чтобы увидеть продолжение. В итоге жажда плоти победила, и Рей опустила руку за пояс пижамных штанов и принялась лениво растирать клитор. Но, доведя себя до разрядки, она расплакалась, так хотелось вновь почувствовать жар его кожи, силу его рук. Поплакав в подушку, она нехотя поднялась с кровати, чтобы умыться. С рождества прошло пять дней, тетя Филис уехала вчера вечером вместе с семьёй. Все это время она помогала Рей и своей сестре упаковывать вещи, которые они не могут взять с собой в дорогу. Второго января должен был прибыть грузовик компании, что занимается пересылкой. А двадцать второго января они сами должны будут уехать, так как новый семестр начинается двадцать восьмого. Чистя зубы, Рей все думала об этом эротическом сне и о том, что надо было все-таки заткнуть рот поцелуем. Он бы точно не сдержался и ответил бы, и ничего бы этого не было. Ей страшно хотелось вновь ощутить вкус его губ и тепло его рук на её талии. Но она была чертовски зла на него. Обида то накатывала, то отливала горячими удушающими волнами. Рей понимала, что так просто она это не оставит, она ему еще отомстит за своё разбитое сердце.

***

— Бенни, какой сюрприз! — воскликнула Фазма на том конце провода. — Чем обязана такой чести? Расстался со своей очередной пассией? — С чего ты взяла, что у меня вообще кто-то есть? — Ну, ты перестал отвечать на мои звонки и сообщения, и я подумала, что ты, скорее всего, кого-то встретил. — Просто было много работы, — соврал Бен, скривив лицо, и радуясь, что Фазма не может этого видеть. — Ну-ну. — Ты свободна сегодня вечером? Может, поужинаем сегодня? — Я в Майами, дорогой, — был ответ. — Вернусь только завтра вечером, но и после я не очень свободна для наших с тобой встреч. — Почему? — Бен выгнул бровь. — Не поверишь, встретила кое-кого, — игриво произнесла Фазма. — У меня с ним романтический ужин в канун Нового Года. — Раньше тебя это не смущало. — Уууу, как все запущенно. Что, совсем все плохо с той девушкой? Обычно ты так себя не ведешь. — Нет. — Бен растерялся. — Просто я подумал… — Вынуждена огорчить, думаю, в этот раз все серьёзно. Сама от себя в шоке. Но знай, если с ним ничего не выйдет, я тебе тут же позвоню. Надеюсь, ты будешь еще свободен. — Женщина засмеялась на том конце провода. Бен прикрыл глаза, пытаясь побороть приступ отвращения к самому себе. Зачем он позвонил вообще? Зачем продолжил разговор? Надо было распрощаться сразу же, как она сказала, что у неё кто-то появился. — Бен? — насторожено спросила Фазма. — Ты еще здесь? — Да-да, извини, я задумался. — Он устало потер переносицу. — Прости, что отвлек тебя от твоего отпуска. — Подожди, дорогой, — перебила его собеседница. — Как насчет двойного свидания? У меня на работе есть одна особа, как раз в твоем вкусе. — Нет, спасибо. Извини, что побеспокоил. С наступающим. — Он не дал ей сказать что-то еще и положил трубку. Как раз в этот момент в дверь позвонили. Он тяжело вздохнул, чувствуя, как горят от стыда уши, и пошел открывать, ругая себя всякими словами. Когда он подошел к лестнице, он услышал, как Маз открыла дверь, и заспешил вниз. Все-таки, это не входило в её обязанности. Он замер посередине, широко распахнув глаза. На пороге стояла Рей Джонсон. Она тоже увидела его. Маз проследила за её взглядом и обратилась непосредственно к нему: — Это к вам, мистер Бен, ваша ученица. Оставшиеся ступеньки он преодолел прыжком и быстро подошел к двери, не замечая удивленных глаз удаляющейся Маз. — Мисс Джонсон, — выдавил он. — Как неожиданно. — Разве, мистер Соло? — громко сказала девушка, неотрывно глядя ему в глаза. — Мне казалось, мы договорились насчет частного урока. Вы не помните? Его глаза страшно сверкнули. Рей крепко вцепилась одной рукой в другую. Отступать было некуда, раз уж она решилась позвонить в дверь. — Да, припоминаю, — произнес он после короткой паузы. — Но, боюсь, вы ошиблись днем. Мы договаривались на завтра. — Он повернул голову, провожая поднимающуюся по лестнице Маз, а затем вновь повернулся к Рей, сверля её злым взглядом. — Входи, — буркнул он. — Быстро. Рей подчинилась. Она вся дрожала, не только от холода, но и от страха. Её мужество таяло с каждой секундой. Он закрыл дверь и буквально прорычал: — Что ты здесь делаешь? Разве я неясно выразился? Все кончено. — Ты сам-то веришь в это? — прошептала она, облокотившись на дверь. Под давлением его взгляда она ослабла. — Да, — выдохнул он, чувствуя, как краска заливает лицо. — А теперь иди домой. — Тебе просто хотелось меня выебать? — перебила его Рей; её глаза были полны разочарования и боли, еще чуть-чуть, и она заплачет. — Хотелось просто оттрахать ученицу, чтобы потом хвастаться перед друзьями? — Что? — шокировано вымолвил он. Глаза мужчины округлились, и его подбородок дрогнул. — Иначе как можно объяснить твоё поведение? Оттрахал и бросил? Все вы, мужики, одинаковые, вне зависимости от возраста! — Она повысила голос, и из её глаз брызнули слезы. — Тшшшш! — прошипел он, закрывая ей рот ладонью, дурея от мягкости её губ. Но он не мог долго на этом зацикливаться. Глаза Рей были затуманены слезами, поэтому она не видела, как в его взгляде промелькнул неподдельный страх. Кровь отхлынула от его лица. Не дай Бог Маз услышала хоть слово из того, что она сказала. Надо было выйти с ней на улицу. Бен поспешил исправить свою ошибку и, убрав руку с губ девушки, взял её за локоть и открыл дверь. Стараясь не причинить боли, он вывел глотающую слезы Рей на улицу и вышел сам в чем был, не обращая внимания на мороз. Вид скатывающихся по её щекам слез больно резал по его сердцу. Хотелось обнять её и утешить, сказать, что он эгоистичный, ревнивый идиот с невероятным чувством собственничества. Сказать ей правду, что, узнав, что она не планирует расставаться с Вашингтоном, он взбесился. Сказать, что он не сможет видеть её улыбку с фото, где она будет в обнимку стоять с другим парнем, которого наверняка встретит на новом месте. Что он хотел облегчить расставание, которое и без того неизбежно, в первую очередь, для себя самого. Что он хотел встречаться, как все, не боясь показаться на публике, а не прятаться по мотелям. Что хотел бы познакомить её с матерью, когда-нибудь. Сказать, что он не хочет, чтобы она уезжала. Но он не мог. Все имеет свою цену, и это цена искушения, которому он поддался, ответив на её поцелуй. — Я сказал правду, Рей, — произнес он твердо, чтобы скрыть дрожь в голосе. — Я твой учитель, мы не можем быть вместе. Господи, даже беседуя с тобой сейчас, я думаю о том, чтобы никто из других учеников нас не увидел! — Он тяжело выдохнул, выпуская струю пара. — Так не может продолжаться. Ты еще совсем юная, ты встретишь в своей жизни еще много мужчин… — Что за хрень ты несешь? — перебила его девушка, утирая слезы красной ладошкой. — Просто признайся, что хотел трахнуть меня, и всё. Как ты сам сказал, «совсем юную». Чутье подсказывало: скажи он ей то, что она хотела от него слышать, и она отстанет. Конечно, будет ненавидеть его до конца своих дней, а может, и вовсе разочаруется в мужчинах, но оставит его в покое. Но он не мог ей соврать. Он не конченый ублюдок. — Нет, Рей, это не только секс, — ответил он. — То есть, поначалу, да, ты вызывала во мне лишь плотские желания, но потом, узнав тебя получше, я понял, что ты мне нравишься. По-настоящему. Я поддался искушению. Это было неправильно, я должен был сдержаться, как более взрослый из нас и понимающий последствия такого поступка. Но ничего не изменишь… — Бен прервался, обратив внимание, как зачарованно она его слушает. — Я вижу, что сделал тебе больно. Прости меня за это. Ты скоро уедешь, и там… — Тем более, что я скоро уеду. — Девушка положила руки ему на плечи. — Почему бы нам тогда не провести оставшееся время как можно приятней. Ведь ты мне тоже нравишься. — Последнюю фразу она прошептала еле слышно. Бен отпрянул от нее, отрицательно покачав головой. — Прости. Так будет лучше для нас обоих. — Он тяжело сглотнул. — Иди домой. С этими словами он зашел обратно в дом. Рей еще несколько минут стояла и смотрела исподлобья на венок омелы, а затем, шмыгнув носом, развернулась и быстро зашагала прочь. Её раздирали разочарование и злость. Вот зачем она позвонила в дверь? Ну какой черт её дернул уйти со своего пункта наблюдения и пойти к дому? Чем плохо было просто сталкерить? Она все шла и шла, не обращая внимания на холод, успокаиваясь. Волна злости прошла, и теперь она могла мыслить ясно. Он сказал, что «мы договаривались встретиться завтра», чтобы выкрутиться перед домработницей, и это надо использовать. Она ему покажет, какой он идиот, что бросил её. Поддался искушению. Ну что ж, она устроит ему повторное искушение, только теперь она не даст ему, а заставит страдать. Пусть мучается. Ведь он сам её бросил.

***

— Алло, Фазма, это снова я. — Да, дорогой? Передумал насчет двойного свидания? Черт побери, как она поняла? Эта женщина что, умеет мысли читать? — Ээм… — Бен растерялся. Хотелось сказать «нет», но придумать подходящий предлог, зачем он звонит еще раз, его обескураженный мозг в данную секунду не мог. — Да. Передумал. — Мужчина зажмурился. Хотелось биться головой об стену и провалиться сквозь пол одновременно. Он уже сто раз пожалел о том, что позвонил ей в первый раз, а теперь жалел о том, что вообще появился на свет. На том конце провода послышался женский смех.

***

Рей протяжно выдохнула, как её учили в свое время на классах йоги, чтобы успокоить учащенное сердцебиение. Отступать нельзя. Она нажала на кнопку звонка и поежилась, все-таки, в юбке было чертовски холодно, даже в зимних колготках. Через некоторое время дверь открылась. В этот раз он сам открыл ей. Увидев Рей вновь на пороге своего дома, Бен замер и ошарашенно вытаращился на неё. — Добрый день, мистер Соло! — бодро воскликнула Рей, делая шаг вперед, побуждая его пропустить её в дом. — Зачем ты пришла? — устало спросил он, чувствуя свое бессилие. — Ну как же? — Голос Рей был полон театрального драматизма. — Вы же сами мне вчера напомнили, что наш урок сегодня. Мужчина грозно сдвинул брови. «Маленькая бестия, воспользовалась тем, что он сказал, чтоб вновь явиться сюда!» — Да, конечно, — процедил он сквозь зубы. — Проходите. Можете повесить сюда куртку. — С этими словами он удалился наверх. Рей сделала, как он велел. Она повесила куртку на старомодную вешалку, и прошла вглубь гостиной, разглядывая предметы интерьера. Было видно, что у семейки мистера Соло водятся деньги. Вряд ли можно заработать и обставить такой дом на зарплату учителя. Гостиная была просто шикарная. В центре комнаты был большой пушистый ковер, на котором стояло старое кожаное кресло с пуфом и небольшой диван напротив выложенной камнем ниши с камином. Над камином висела деревянная полка с не то вазой, не то кувшином, фотографиями в рамках и… камерой? Между камином и мебелью стоял низкий деревянный столик, а в самом углу стояла нарядно украшенная ёлка средних размеров. Рей села на диван и продолжила обзор. За каменной стеной-нишей был вход в столовую, где стоял длинный стол, в центре которого, на причудливой вязаной салфетке, стояла большая ваза. Спустя десять минут спустился мистер Соло. Он переоделся из просторной домашней одежды в более официальную, в одной руке у него были учебники и листы формата А4 в клетку. Рей поднялась ему навстречу. Увидев, во что она была одета, мужчина замер на последних ступеньках. На ней была та же одежда, что и во время их встречи в мотеле. В памяти Бена тут же вспыхнул флешбек, как он стягивает с её маленьких стройных ножек эту мини-юбку. Под светло-голубой блузкой отчетливо проступал красный бюстгальтер. Выражение лица мужчины выдавало его мысли с головой, и Рей не сдержала ехидную улыбку. Она попала прямо в цель. Увидев её ухмылку, он тут же отвел взгляд; нахмурившись и прочистив горло, он произнес: — Пойдемте в столовую. Рей шла за ним, довольно улыбаясь. Она перешагнула порог гостиной и с удивлением обратила внимание, что столовую и гостиную разделяет не такой уж и узкий коридор. С её предыдущей точки обзора она этого не заметила. Наверное, из-за однотипного дубового паркета по всему первому этажу и из-за симметричных арок, что вели из гостиной сюда, создавая оптическую иллюзию. Рей посмотрела налево и обнаружила вход в кухню, что была в два раза больше их кухни, а за ним красивую дверь, что была закрыта. Он указал на стол. — Присаживайтесь, где вам больше всего нравится. Рей прошла в самый дальний конец стола и села на первый стул рядом с местом, где обычно сидит глава семейства. Она положила свою сумку на колени и принялась вытаскивать тетрадки, ручки и учебник матанализа. Мистер Соло обошел стол, отодвинул стул напротив неё и опустился на него, аккуратно положив учебники. Рей глянула на их содержание: те же, что он таскает на допзанятия. — Вы пропустили последнее допзанятие, мисс Джонсон, — холодно произнес Бен, глядя на стол. — Думаю, с этого нам и стоит начать. — Как скажете, мистер Соло, — проворковала девушка, садясь боком и закидывая ногу на ногу. Глаза мужчины мигом впились в её ноги, стянутые плотными колготками, что совершенно не портили вида. Он мигом вспомнил, как эти ноги выглядят обнаженными, особенно бедра, что расположились по бокам от его, когда он ритмично входил в её тело, сходя с ума от шикарного вида её маленькой попки. Так, стоп! Бен тряхнул головой, прогоняя видение. Ощущая тяжесть в паху, он стиснул челюсти, так, что голова заболела, и придвинулся ближе к столу, надеясь спрятать свой стояк. Маленькая сучка, ведь знала, как заставить его рот наполниться слюной. Но нет, он не поддастся. Сейчас он ей покажет, она еще пожалеет, что пришла сюда «учиться» в каникулы. Сейчас он ей задаст такое, что у нее голова закипит от решений. — На последнем уроке мы проходили лимит один в степени бесконечность, тем самым завершая тему лимитов, но я сказал, что в контрольной за семестр у вас будет лишь одно задание по этой теме. Так вот, на прошлом допзанятии мы более глубоко разбирали этот лимит, решая примеры. Я показывал различные способы решения таких заданий, а также начал объяснять тему производных. Скажем так, я немного забежал вперед со своими учениками. Это будет первая тема после возвращения с каникул. Напомните, когда вы уезжаете? — Двадцать второго, — вымолвила Рей, спустя короткую паузу. Ну вот зачем он напомнил ей об отъезде? Козел. — То есть, вы успеете написать контрольную, — кивнул он сам себе. — Давайте начнем. И он ушел с головой в учение, расписывая на листках примеры и способы их решения. Рей тяжело вздохнула. Что ж, придется пустить в ход тяжелую артиллерию. Она пододвинула учебник к себе поближе, чтобы списать пример, что он задал ей решить самой, а затем непроизвольно потянулась к пуговицам на своей блузке, расстегивая. Затем она наклонилась, так, чтобы ему был виден вырез, и принялась списывать пример к себе в тетрадь. Увидев кромку красного кружева, он тут же поднялся с места, уже не боясь обнаружить стояк. К счастью, Рей не подняла головы. Он быстро развернулся и подошел к окну, выдыхая. «Возьми себя в руки. Возьми себя в руки, кретин! — думал он, скрестив руки на груди и больно стиснув предплечья. — Она ведь этого и добивается. Неужели ты пойдешь на поводу у этой соплюхи?!» Спустя какое-то время она робко произнесла: — Готово. Бен посмотрел на ширинку, с радостью отмечая, что стояк спал, и развернулся к ней лицом, встречаясь с ней взглядом. — Дайте посмотреть. — Он подошел к столу, протягивая руку. Рей покорно вложила в его огромную ладонь свою тетрадь со стразами. Эта покорность вновь заставила его извращенный мозг фантазировать. И Бен внутренне застонал. — Отлично, — вымолвил он, пробежав глазами по решению. — Идем дальше. Некоторое время так и продолжалось: он показывал пример и задавал решение и, когда она начинала решать, он принимался расхаживать по столовой, стараясь не глядеть на нее. Воздух в помещении словно наэлектризовался. С каждой минутой ему все тяжелее было выносить эту близость. Вот ведь она, совсем близко. Протяни руку и возьми то, что тебе нужно. У Маз сегодня был выходной, и она с утра куда-то ушла. Мать наверху, прежде чем вновь спуститься к Рей, он проверил: она дремала в библиотеке. Он сможет с легкостью утянуть Рей в мастерскую отца, на старую кушетку, и там трахнуть, перекинув через спинку, предварительно заперев дверь. Заманчиво. Но нет. Он выше этого. Он посмотрел на неё. Рей склонилась над решением. Волосы падали ей на глаза, мешая, поэтому она заправила их за уши, открывая ему свой профиль. «Что в тебе такого? — думал он. — Да, красивая, сексуальная девушка. Но ведь в мире полно таких. Почему я зациклен лишь на тебе? Почему только при одном взгляде моя кровь кипит?» Рей неосознанно облизнула пересохшие губы и сглотнула, не обращая внимания, что он разглядывает её; она полностью ушла с головой в решение. «Наверняка хочет пить. Идиот, ведь ты ничего ей не предложил!» — Может, вы хотите пить? — произнес он. Вышло слишком сердечно, за что он мысленно дал себе леща. — Я совсем забыл что-нибудь вам предложить. Простите меня. Рей подняла голову и вскинула брови. — Есть кофе, горячий шоколад, даже цейлонский чай. Может, соку или воды? — продолжал он. «Боже, пусть она что-то захочет! Хоть на пять минут отойти от неё и от этого невыносимого вожделения.» Рей забавно поджала губы и нахмурилась, решая. — Воды, — произнесла она после короткой паузы. — И, если можно, горячий шоколад. — Можно, — выдавил он с облегчением. Ведь шоколад надо еще приготовить. — Когда закончите этот пример, попробуйте двести восемьдесят пятый, тот, что со звездочкой. С этими словами он вышел в арку и повернул налево, в сторону кухни. Его движения были лихорадочными. Наливая ей воду из фильтра, он пролил немного на кафель. Быстро вытерев лужу тряпкой, он вышел обратно, неся стакан чуть дрожащей рукой. — Вот, пожалуйста. — Он поставил стакан дальше от неё насколько мог, забыв, что надо было принести подстаканник, чтобы не испортить дубовый стол. — Пойду сварю вам шоколада, да и себе кофе. — Он быстро развернулся и буквально выбежал из столовой. Рей проводила его ехидной улыбкой. «Да что со мной такое? Что на меня нашло?» Он склонился над кафелем, закрыв глаза, выдыхая. «Надо спровадить её, — понял Бен. — Пока опять не натворил чего.» Желание затащить её в соседнюю комнату было слишком сильным. «Выпьет свой шоколад, а потом пусть идет», — решил он для себя, а затем включил индукцию и поставил на нее небольшую кастрюльку для молока. Спустя десять минут, он вошел обратно в столовую, неся в одной руке кружку горячего шоколада, а в другой тарелку с печеньем, что испекла Маз, и обмер на месте. Рей сидела на ближайшем краю стола, с полностью расстегнутой блузкой, заведя ногу на ногу. Она успела накрасить губы бесстыже красным цветом в тон к своему лифчику. — Я все решила, мистер Соло, — проговорила она томным голосом. — Можно мне получить мой шоколад? Бен тяжело сглотнул, но не сдвинулся с места. Она рассмеялась и чуть откинулась на столе на вытянутых руках. Твою мать, он был готов трахнуть её прямо здесь. — Слезь со стола, — выдавил он не своим голосом. — А то что? Оставите меня после уроков? — спросила она, игриво приподняв бровь. — Или, может, что пострашнее? Бен взял себя в руки и поставил тарелку с кружкой подальше от нее. И произнес уже строго: — Я сказал, быстро слезла. — Тебе придется заставить меня. — Она наклонилась, давая ему лучший обзор на её грудь. В один шаг он сократил расстояние между ними, вцепившись рукой в край стола. — Прекрати, Рей, — полузадушено вымолвил он. — Я знаю, чего ты добиваешься. Но она лишь приоткрыла рот. И он потерял контроль. И приблизил лицо, прикрывая глаза. Её голова кружилась от пьянящего аромата его одеколона. Разум твердил ей отстраниться, непринужденно спрыгнуть со стола, взяв кружку с шоколадом и пойти к своему месту. Но сейчас она была готова сдаться и отдасться этой близости. Ведь её тело и сердце так хотели этого. Их носы соприкоснулись, и она уже почувствовала его горячее дыхание на своих губах, как вдруг раздался женский голос: — Кто вы такие? Рей вздрогнула от неожиданности и широко раскрыла глаза. Мистер Соло отпрянул от неё, делая шаг назад. В его глазах читался неподдельный страх застигнутого на месте преступления школьника. Выглядело забавно, но Рей было не смешно. Она мгновенно перевела взгляд на говорившую, сводя края блузки, прикрываясь. В проеме арки стояла пожилая женщина с высокой прической, в дорогом темно-сером пончо. Женщина чем-то была похожа на мистера Соло. «Его мама», — догадалась она, чувствуя, как краска стыда заливает щеки и шею. Она принялась застегивать блузку, не глядя. Женщина в шоке смотрела то на неё, то на Бена. — Как вы попали в мой дом? — спросила она, опасливо делая шаг назад. — Уходите отсюда! Хан! — Мама, это я, Бен, — успокаивающе произнес мистер Соло, протягивая к ней руки. — Твой сын. Пожалуйста, ус… — Мой сын еще учится в школе! — выкрикнула женщина, пятясь. — Помогите! — Она развернулась и побежала к выходу. В два шага мистер Соло догнал её и схватил за предплечья. Женщина принялась отбрыкиваться, не переставая кричать. Рей застыла на месте, не зная, что делать. — Помогите! Кто-нибудь! — Она отпихивалась от него неженской силой. Бен не переставал твердить ей, чтобы она успокоилась, с болью глядя в безумные злые глаза матери, что не узнавала его. Внезапно входная дверь открылась, и на пороге появилась вчерашняя темнокожая домработница, что открыла ей. Она побросала на пол пакеты и подбежала к мистеру Соло. Рей тут же пришла в себя и спрыгнула со стола. Домработница кинулась на кухню и выбежала оттуда с какой-то сумочкой. Мистер Соло тем временем усадил бьющую его женщину на диван, удерживая. Рей увидела, как темнокожая маленькая женщина вытащила из сумочки шприц и ампулу. Девушка отвернулась и шмыгнула в угол, откуда её не было видно, поборов сильное желание закрыть уши, чтобы не слышать душераздирающих криков и рычания. Она быстро поправила все пуговицы на своей блузке дрожащими руками. Сердце бешено билось, ей было трудно дышать, и от увиденной сцены хотелось плакать. Спустя минуту крики и рычание прекратились. Рей догадалась, что той вкололи успокоительное. Мистер Соло что-то говорил домработнице; его голос сбивался из-за учащенного дыхания. Послышались его тяжелые шаги, Рей повернулась как раз в тот миг, как он переступил порог столовой. У него в руках была её куртка. Его лицо было красным, на скуле виднелись глубокие царапины, он тяжело дышал, глаза бегали. — Простите за это, — вымолвил он. — Моя мать нездорова. Боюсь, вам нужно уйти. Через задний вход. Я провожу. — С этими словами он положил куртку на спинку стула и пошел обратно в гостиную. Рей кинулась к своим вещам, закидывая их в сумку, старательно не глядя на то, что происходило в гостиной. Она взяла свою куртку. Как раз в этот момент, вновь подошел Бен и приказал ей следовать за ней. Он успел надеть свитер. Рей пошла за ним, надевая на ходу куртку, глядя лишь в мужскую спину. Они зашли на кухню, и Рей увидела там дверь, выходящую на задний двор. Они вышли на улицу. Заднее крыльцо было своего рода верандой, на которой приятно собраться всей семьей в летний день. Ей открылся вид на двор, сплошь укрытый снегом, так что она не знала, есть ли у него бассейн. С крыльца вела расчищенная дорожка, что шла в обход дома к главному входу. — Мне жаль, что ты это увидела, — произнес мужчина, закрыв дверь. — Я должен был предвидеть. — Что с ней? — участливо спросила Рей, застегивая куртку. Страшно хотелось курить. Особенно после такого зрелища, но вряд ли Бен одобрит. — Болезнь Альцгеймера, — ответил Бен. — С каждым днем все хуже, но у неё бывают светлые дни. — Мне очень жаль. — Рей дотронулась до его расцарапанной скулы. Бен не зашипел и не отстранился, лишь прикрыл глаза. Спустя миг он взял её за запястье и убрал руку. — Тебе нужно идти, — тяжело вымолвил он, глядя в пол. Рей кивнула, спрятала руку в карман, подтянув другой рукой сумку, и спустилась с крыльца. Покинув дом мистера Соло, она стремительно направилась прочь, не оглядываясь, думая о том, что только что видела, и о том, что чуть не произошло.