Нам нет места в сказках

Джебом, стоя с пистолетом у затылка, не может удержаться от воспоминаний; некоторые из них не имеют смысла, и он действительно не может их различить, однако некоторые из них теперь настолько ясные: его сон о том, как Джинен душит его в Шилле, Марк спрашивает, можно ли доверять Джинену, Джинен не смеется, когда БэмБэм говорит о змеях; и Джебому хочется самому смеяться сейчас. Странно. Джинен действительно подходит на роль плохого парня, учитывая его выходки. Но похоже, что Марк все-таки не доверял не тому человеку, и Джебом тоже доверял не тому. -Ты все еще не научился правильно держать оружие, - спокойно говорит он, глядя прямо перед собой в темную пустоту коридора. Холодный металл давит на его голову еще сильнее. -Возможно, если бы ты провел все это время, играя в видеоигры на тренировках по стрельбе, ты был бы немного менее неловким для NIS, Югем. Джебом храбрится - его слова безрассудны и храбры, пытаясь скрыть его зашедшее в быстром ритме сердце, которое снова разбивается вдребезги. Ощущение предательства заполняет все его тело, каждая клеточка горит от боли; кажется, что его мозг замкнулся бы от всех вопросов, которые переполняют его до такой степени, что он даже не может открыть рот, чтобы сказать их вслух – как, почему, зачем, с каких пор. Да и откуда ему знать? Зачем ему это? Голос Югема полон презрения, когда он открывает рот, и Джебом не уверен, действительно ли человек, стоящий за ним, является тем человеком, которого он знал в течение последних трех лет. -Ты все такой же, даже с пистолетом, направленным на тебя. Все прямо и следуешь правилам, даже когда ты говоришь, что тебе на них наплевать. Разве ты не боишься, что я могу убить тебя прямо здесь, хен? -Если бы ты действительно хотел моей смерти прямо сейчас, я бы уже лежал здесь с пулей в голове, - Джебом выдыхает, но даже он слышит, как предательски дрожит его голос. -И все же мы ведем этот разговор. Джебом хорошо знает, что Югем может на самом деле выстрелить из пистолета в любую секунду, у него может быть мужество, чтобы действительно сделать это – видимо, Джебому в чтении людей нужно быть лучше. Или, возможно, они продолжили бы этот разговор еще немного, обсуждая, кто умрет здесь, но происходит нечто неожиданное, как для Джебома, так и, кажется, для самого Югема. Еще одна пушка стреляет где-то в здании; судя по приглушенному звуку, где-то совсем далеко от них. Джебом вздрагивает, и Югем в отчаянии озирается, на этот раз обхватив левой рукой шею Джебома, просто на случай если тот что-то придумает. Но в конце концов, Югем устанавливает связь между звуками. Джебом понятия не имеет, о чем он говорит, когда его хватка вокруг шеи сжимается, а Югем бормочет: -Я же сказал ему подождать. Пойдем, - добавляет он, на этот раз чуть громче, обращаясь непосредственно к Джебому. -Я не собираюсь торчать здесь весь день. Позже департамент информационных технологий проводит совещание в штаб-квартире, - он хихикает прямо в ухо Джебому, подталкивая его идти. И Джебом подчиняется – он не знает, куда они идут, он даже не утруждается спросить; даже если Югем убрал руки, у него все еще есть пистолет, на этот раз направленный прямо ему в спину – и это лучший проводник на данный момент. Похоже, что Югем хорошо знаком с этим лабиринтом пустых офисов и складских помещений, хотя Джебом ясно помнит, что парень не был частью расследования на этом складе, принадлежащего Вану. На самом деле, Югем так хорошо знаком с ним, что ему не требуется много времени, чтобы притащить Джебома на первый этаж, который последний так отчаянно искал, прежде чем появился Югем. Для Югема также не занимает много времени, чтобы пройти сквозь пустую комнату для хранения и привести их обоих к почти противоположной стороне здания, где есть только одна огромная офисная комната. Джебом многое повидал за годы своей военной службы, подготовки к NIS и, наконец, будучи частью организации, однако то, что он видит там, вызывает у него тошноту; ему так плохо впервые в своей жизни. Первое, что он замечает после того, как Югем говорит ему заходить в офис со странной ухмылкой на лице, — это запах крови. Тошнотворный запах влажного металла, который душит его с первой же секунды, как он ступает туда – это, вероятно, даже хуже, чем зрелище, которое Джебом мог бы видеть, закрывая глаза. Офис более-менее пуст – всего лишь несколько столов и штабель тяжелых пластиковых коробок кое-где; на одной из этих коробок сидит Чхве Ёнджэ, ухмыляясь как сумасшедший после того, как увидел Джебома, наконец присутствующего в кошмарном сне, который вот-вот наступит, и машет ему, словно давно потерянному другу. А еще есть Джексон. Или, возможно, точнее было бы сказать, что никакого Джексона больше нет, просто тело на полу с огнестрельной раной чуть ниже шеи, в луже того, что кажется его собственной кровью. Тело Джебома автоматически реагирует, и он делает то, что его всегда учили делать – несмотря на то, что он чувствует головокружение и тошноту от запаха крови, он игнорирует все вокруг и опрометчиво бросается к Джексону, полный нелепых надежд, что человек все еще жив, потому что прошло всего несколько минут после звука выстрела. Тело все еще теплое, но пальцы Джебома быстро краснеют; слишком быстро, чтобы не признать тот факт, что Джексон мертв – если не от самой пули, то от этого огромного количества крови, которую он потерял. Ни Югем, ни Ёнджэ не вмешиваются в это, просто глядя на сцену, как будто бы она слишком скучная для них. Только после того, как Джебом поднимает глаза на Ёнджэ, безмолвно спрашивая о причине, тот встает и спокойно улыбается. -Он думал, что это умно - пытаться сбежать, пока я не вижу. Большие сердца, похоже, сильно кровоточат. В любом случае, это не такая уж большая потеря. -Не такая уж большая потеря? - медленно повторяет Джебом. Его голос дрожит, и ничто, абсолютно ничто здесь не имеет смысла. -Так это и было твоим намерением все это время, Чхве? Свергнуть Джексона? Именно Югем начинает смеяться первым, смех холодный и посылающий дрожь вниз по позвоночнику Джебома. -Ты серьезно все еще думаешь, что Ван был здесь самым главным? Это смешно, и, честно говоря, очень грустно, для лучшего агента NIS. Это тупо. Даже, нахуй, не смей, - его пистолет быстро направляется обратно на Джебома, когда Югем замечает, что Джебом смотрит на пистолет, небрежно брошенный рядом с мертвым телом. -Никаких фокусов, Джебом, только мы, мальчики. Разве ты не хочешь услышать всю историю целиком? - Чем больше ты услышишь, тем дольше проживешь, - соглашается Чхве. - Было бы жаль умереть во время самой лучшей части истории, не так ли? Возможность вон там, - он показывает на стул в глубине комнаты, самый дальний от входа. -Сейчас ты встанешь, медленно пройдешь туда и сядешь. Одно подозрительное движение и ты пойдешь следом за Ваном. Понял? Джебом делает глубокий вдох. Он знает, почему они хотят, чтобы он услышал всю историю – никто никогда не расскажет ничего человеку, который выйдет из похожей ситуации живым. Слова ранили, и двое парней, теперь наблюдающих, как Джебом медленно встает, несомненно, готовы убить его в любой момент. Джебом не думает, что его жизнь, это большая цена, которую нужно заплатить за то, чтобы понять, что произошло и почему – потеряв близкого друга и будучи преданным другим, получить ответы прямо перед своей смертью кажется намного лучше, чем вообще ничего не знать. Однако, встав на ноги, Джебом не двигается. Бунтовать всегда было у него в крови, даже в самых опасных ситуациях – и это, пожалуй, одна из самых больших ошибок, которую он постоянно повторяет на протяжении всей своей жизни. -Ты не можешь меня заставить. Мы все знаем, каким будет финал, так почему я должен тебя слушать? - Мы в курсе, что ты знаешь свой конец, - почти любовно воркует Ёнджэ, - но знает ли Марк свой? - Не смей к нему прикасаться, мать твою, - Джебом сплевывает почти автоматически, но его слова встречают лишь довольный смех. -Милашка, - говорит Югем, качая головой, будто бы он разговаривает с тупым малышом. - Если подумать, то это даже романтично. Разве это не то, что происходит в глупых любовных историях? Когда ты понимаешь, что любишь кого-то прямо перед смертью и уже слишком поздно? А теперь будь хорошим мальчиком и двигайся. Рядом с упомянутым стулом аккуратно выстроились стол и еще два стула, как будто это все уже было установлено для этой странной и причудливой пьесы, управляемой Ёнджэ и Югемом. Молодой Чхве садится прямо перед Джебомом, положив перед собой пистолет, который он быстро схватил с пола в качестве предупреждения, чтобы Им не делал глупостей. Джебом думает, как это странно и смешно, Ёнджэ уже не напоминал того энергичного и радостного человека, которого он впервые увидел во время своей первой встречи с Джексоном. Конечно, Джебом знал, что молодой Чхве может быть холодным и ожесточенным, но теперь, когда все маски сняты и видно его истинное лицо, Чхве Ёнджэ стал еще более холодным и насмешливым. -Я думал, ты любишь Вана, - отмечает Джебом, пытаясь скрыть дрожь и тот факт, что, если бы не стул, на котором он сидит, его колени давно бы ослабли. -А разве это не препятствие, когда тебе нужны деньги? Молодой Чхве снова начинает смеяться — это холодный звук, громкий и страшный, инструмент, чтобы издеваться над ним еще больше. - Любить его? Какого хрена я буду даже смотреть на него второй раз, если ничего полезного для меня из этого не выйдет? О, наш дорогой Джебом, ты когда-нибудь вынимал свою голову из своей жалкой задницы, чтобы осмотреться вокруг? - улыбка молодого Чхве быстро исчезла. - Все всегда было наоборот. Ван всегда любил людей, которые оказывали ему хотя бы немного внимания, и я был таким: безобидный пятнадцатилетний подросток, который стал его лучшим другом, а позже и правой рукой в бизнесе. Я возненавидел его с первого дня знакомства – он был такой же, как и все остальные придурки в спорте, – презирал бедных людей и обращался с ними, как со слугами. Но мне нравятся деньги, и я люблю заводить связи – получается довольно полезно. А ты как думаешь? - он поворачивается к Югему, который на протяжении всего этого разговора не сводит глаз с Джебома. - Было приятно видеть, как все встает на свои места, когда мы нуждались в этом больше всего. -Но когда мы встретились в кафе, когда Джексон опаздывал... ты так горько говорил о том, что Джексон спит со всеми… -Это называется актерством, Им, - молодой Чхве закатывает глаза. -Ты должен был выучить это слово довольно давно. Джексон всегда был так крепко обмотан вокруг моего пальца, что только за несколько дней до того, как вы оба приземлились в Бангкоке, он понял, что происходит. По-настоящему храбрый человек, если подумать, даже пытался спасти тебя – но мы быстрее. Джексон пытался спасти его в Таиланде? От чего же? Почему? Ничто больше не имеет смысла в голове Джебома – смысла не было и раньше, но теперь даже больше; это похоже на то, что кто-то будет держать мысли отдельно друг от друга силой, не позволяя собрать больше двух кусочков головоломки вместе, чтобы увидеть всю картину. -Ты никогда не задумывался, как NIS принимает дела? - с ухмылкой спрашивает Югем, в то время как Джебом пытается понять, как это связано со всем остальным. -Ты никогда не задумывался, через какие отделы дела проходят в первую очередь? Кто рассматривает их, прежде чем они будут доставлены агентам? У кого есть доступ к ним, как только они попадают в систему? Джебом знает. Он никогда много не думал об этом, но он знает, что дела проходят через IТ-отдел в первую очередь. Это логично, учитывая, что весь отдел отвечает за все цифровые файлы, в зависимости от подразделений. Одно подразделение отвечает за ввод данных и обновление файлов обращений из отчетов агентов, другое подразделение, где работает Югем, работает с профилями агентов. Но это не ответ. -Я вижу, как твой мозг движется в правильном направлении, - Югем добродушно улыбается, как будто они находятся в детском саду, и он хвалит Джебома за аккуратное написание своих первых слогов. -IT-отдел. Мы действительно работаем в разных подразделениях, но все мы можем получить доступ к общим базам данных в любой момент, и это не так сложно – получить информацию для входа от других. Они все немного тупы в этом, не думаешь? Наивно надеясь, что все в NIS не увидят лазейку, если у них есть... желание. Пять секунд, - он поднимает правую ладонь, чтобы проиллюстрировать свои слова. -Этого достаточно, чтобы войти в подразделение, которое загружает новые дела для отправки агентам. Даже если дело является поддельными – никто не будет искать его происхождение, если он загружен правильным источником. - Подделка? - беспомощно повторяет Джебом. Эта часть речи Югема имеет за собой самое большое значение; и ни одно из этих значений не является тем, что хочет или готов услышать Джебом. Ответ Югема резок, он прорезает Джебома насквозь и снова разбивает его на куски. -Вся эта миссия была фальшивой. Ван никогда не подозревался ни в торговле людьми, ни в торговле наркотиками. Начнем с того, что у него не было никакого наркобизнеса. Его профиль был поддельным. У Джебома перехватывает дыхание. Осознание того, что все его страдания, когда он разбивал себя на части каждый раз, как ему нужно было поцеловать или переспать с Джексоном, что он едет в Таиланд и заново переживает все, что он пытался похоронить в своей голове, все было бессмысленным, обжигает – сжигает внутренности Джебома так сильно, что не требуется много времени, чтобы почувствовать знакомую боль где-то в глазах. Он не может плакать, только не сейчас. - В этом нет никакого смысла, - говорит Джебом после паузы. -ЦРУ послало своих агентов, и у них нет доступа к нашим базам данных, поэтому они даже не знали о деле, независимо подделка или нет. Они не могут решить просто поехать на миссию в чужую страну, даже не имея в ней миссии. - Они не могут, - соглашается Югем. - Но это было гораздо более убедительно. Я бросил несколько подсказок кое-где о прошлом Джексона в Лос-Анджелесе. Ёнджэ так охотно поделился, некоторые поддельные сообщения о торговле людьми, которые пересекают границы штатов – бум! ЦРУ заинтересовано в этом странном спортсмене, проживающем в Корее. Они требовали сотрудничества от NIS, и они с радостью приняли его, как трусы, которыми они являются – они даже не проверили дело, они доверились ЦРУ. Мой план работал, и я быстро распространял информацию, чтобы вы поймали приманку нового проекта. Это смешно, как далеко может зайти информация в NIS, как только ты попросишь не распространять ее. Джебом помнит то время – он умирал в офисе Джинена, работая над различными документами и полицейскими отчетами о незначительном вандализме, куда он был приставлен после отстранения. Новости, которые он услышал о предстоящей миссии нового ранга S, действовали на него как лекарство – слушая, как его коллеги разглагольствуют об этом во время обеденных перерывов, он был заворожен; лишенный реальной работы и возможности отвлечься от самых темных мыслей, Джебом не колебался ни секунды. Однажды во время обеденного перерыва он просто пошел к единственному человеку, который мог бы помочь ему снова попасть в список агентов… Югему. Теперь все имеет смысл, почему Югем, даже делая вид, что ему совсем не нравится эта идея – подделка медицинских записей и возвращение их в базу данных, автоматически делая Джебома подходящим для рассмотрения в любой предстоящей миссии – согласился довольно быстро. Эти три или четыре дня дозаправки, как бы Джебом ни умолял и даже угрожал ему, были всего лишь шоу, чтобы Джебом ничего не заподозрил. -Откуда ты знаешь Ёнджэ? - спрашивает Джебом. Молодой Чхве сам отвечает на этот вопрос, как будто он ждал своей очереди, чтобы появиться в этом разговоре. -Это действительно совпадение. Однажды Ван отправил меня из офиса со своими нелепыми документами, и это заняло больше времени, чем я ожидал, поэтому я позвонил ему и сказал, что поеду домой. Однако вместо этого я решил, что мне лень готовить самому, поэтому я пошел в одно японское место, где я встретил Югема. Я думал, что он работает в полиции или что-то вроде того, потому что у него был пистолет с собой, но он был чертовски пьян. Неужели в прошлом году, 19 апреля ты что-то натворил, Джебом? Да. Это была первая годовщина смерти БэмБэма, и в этот день Джинен и Югем взяли отпуск. Сам Джебом решил работать сверхурочно – странно, но удивительно увлекательно, как по-разному люди справляются с подобными ситуациями. Это также говорит о том, что Югем и Ёнджэ встретились в прошлом году, это показывает, сколько времени они потратили на совершенствование этого плана, хотя Джебом еще не знает, почему. - Людей с разбитым сердцем очень легко понять, - заключает Ёнджэ, глядя на Югема. Его взгляд не мягок и не дружелюбен, Джебом не сомневается, что он предаст любого, если ему придется, но это ближе всего к тому, что он может назвать жалостливым взглядом. -Я поговорил с ним, привел его домой, прежде чем он застрелил кого-то из этого пистолета. Он сказал мне, что ходил в тот ресторан со своим другом, который умер год назад. Он даже сказал, что любит его. -Ты... любил БэмБэма? – спрашивает Джебом. Он никогда не замечал, что происходит – конечно, Югем и БэмБэм всегда были близки, возможно, с самого первого раза, когда тайский ребенок пришел, чтобы подписать документы о переводе, но опять же... Джебом всегда был погружен глубоко в работу, а позже, в горе, он не отличил бы романтику и дружбу. - А теперь это имеет значение? – бормочет Югем, избегая его взгляда. -Он мертв. И он мертв из-за тебя и Джинена. Наконец-то до Джебома доходит, почему он здесь, почему Югем зашел так далеко, что даже трахнул ЦРУ, чтобы получить то, что он хочет. Джинен однажды по пьяни сказал, что нет другого опасного человека, кроме влюбленного – вероятно, это строчка, которую он прочитал в одной из книг, которые он постоянно носит с собой даже в офисе; но в конце концов она имеет смысл. Югем думает, что он виновен в смерти БэмБэма – и в общем-то не похоже, что Джебом не обвинял себя в том же. Вот почему его слова не защищают его, только Джинена. -Джинен не виноват. -Он не имеет никакого отношения к делу, верно, - фыркает Югем. -Если бы он придерживался первоначального плана, если бы ты не подписал эти гребаные бумаги, БэмБэм был бы здесь. Мне все равно, если бы тебя или Джинена не было бы здесь, но БэмБэм был бы. Но вы не можете придерживаться плана миссии, и говорите мне перестать разочаровываться в NIS? - его речь становится более горячей и быстрой, чем обычно, чего Джебом уже давно не слышал. - БэмБэм сам попросил, чтобы его отправили на задание… -И ты не должен был ему этого позволять! Ты должен был умереть сам, но ты не должен был позволить ему умереть! - Югем вскакивает со своего места, как загнанный в угол зверь, глаза смотрят на Джебома, но не видят его из-за ярости. Нужно, чтобы молодой Чхве твердо сказал ему сесть, потому что они еще не закончили, и ему нужно прийти в чувство. У Югема перехватывает дыхание, когда он снова начинает говорить: -Ты хоть представляешь, что значит проснуться в больнице после того, как в тебя трижды выстрелили, и узнать, что человек, которого ты любишь, мертв? По иронии судьбы, Джебом представляет. Возможно, не так, как Югем, потому что он никогда не чувствовал ничего романтичного к тайскому ребенку, но он чувствовал то же самое, если бы произошел уход члена семьи. -Ты же знаешь, что могу. Я был там, и он умер у меня на глазах. И все из-за людей Джексона. Как ты думаешь, что я чувствовала все это время? - шипит Джебом. -Не говори так, будто люди Джексона несут ответственность за Шиллу – это не сюрприз для меня, - говорит Югем, удобно игнорируя часть о собственных чувствах Джебома. -Я знаю, кто несет ответственность за этот взрыв. Вот почему встреча с Ёнджэ в том ресторане была лучшим подарком, который я когда-либо мог получить. И вот почему Джексон был так идеален, чтобы воплотить наш план. Наказание обоих виновников кажется почти справедливым. -Конечно, никаких наркотиков у него не было, - говорит Ёнджэ, видя замешательство во взгляде Джебома. - Но Джексон вовсе не святой. Ты действительно думаешь, что он выжил бы в шоу-бизнесе, если бы не поддерживал всякие подпольные дела? Может, он и не притрагивался к этому дерьму, но все же позволял мне продавать его, используя свои связи. Но сам он никогда ничем не занимался. Это все был я. Сделки с наркотиками по-идиотски открыто совершаются в его доме? Я. Подкуп чиновников фехтования? Я. Это все я. - Ладно, вернемся к нашей теме, - говорит Югем, и теперь Джебом знает, зачем он вообще ему это рассказывает, зачем он вообще беспокоится. Втирание в лицо о том, как один из его лучших друзей предал его — это просто еще одна, дополнительная форма мести. И это работает, это работает даже слишком хорошо, судя по острой боли, которую Джебом чувствует в своем сердце, как будто у него скоро случится сердечный приступ. -ЦРУ послало своих агентов, они были в пути, в основном прилетели в свою собственную ловушку – все было хорошо. Пока Туан тоже не оказался одним из агентов. Ёнджэ рассказал о Марке Югему – он рассказал историю о Джексоне, ставшем свидетелем смерти человека во время своего пребывания в Лос–Анджелесе, пока они планировали всю эту схему; в отличие от Джексона тогда, Югем и Ёнджэ знали, что Марк теперь агент ЦРУ, следовательно, обладающий опасной информацией – если бы хоть слово было бы произнесено, Джексон пошел бы в полицию, а не в NIS, препятствуя их планам. -Вот почему мы делали все, чтобы вы ненавидели друг друга, чтобы вы не говорили о всякой ерунде, - говорит Югем. - Хорошо, что в первый же день ты уже разозлился из-за стрельбы, так что это было проще простого. Я рассказал ему о БэмБэме, пока ты лежал на полу тренировочной комнаты без сознания после того, как Питерс чуть не сломала тебе нос, зная очень хорошо, что он спросит тебя об этом. Я попросил молодого Чхве послать людей Вана, чтобы предупредить его о необходимости держать рот на замке. В конце концов, я явно потерпел неудачу, потому что кажется, что двое тупиц притягивают друг друга, но это не было большой потерей – он рассказал тебе все только в Таиланде, когда было слишком поздно. Джебом с трудом свыкся с мыслью о том, что все прошедшие месяцы были фальшивыми – миссия, дело, даже его отношения с людьми были предопределены заранее. Но то, что даже его ненависть к Марку поначалу была инсценирована… Ведь если и было что-то, что Джебом ненавидит больше всего в жизни, то это когда у него отнимают право решать самому. -Это сработало идеально, понимаешь? Ёнджэ так ненавидел Джексона, что практически бросил его мне в руки, фальшивое дело было сделано так хорошо, что никто ничего не заподозрил, - Югем улыбается. -Тебе никогда не казалось странным, что я был везде несмотря на то, что работал в офисе? Джебом никогда не задумывался над этим, но теперь, когда он знает предысторию, это так до смешного ясно, что ему хочется смеяться. Именно Югем дал ему поддельный паспорт и поддельные документы компании; Югем был его "личным помощником"; Югем был тем, кто постоянно посылал ему графики после того, как он был отправлен на встречу с Ваном. Югем был даже тем, кто отвечал за переговоры, когда Ёнджэ был арестован, и тот, кто впервые позвонил ему, когда он и Марк попали в ловушку в Таиланде. - Марк думал, что Джинен – это тот, кому мы не должны доверять... - бормочет Джебом скорее себе, но парни перед ним с радостью подхватывают это. -Джинен, - Югем снова улыбается, но его улыбка полна горечи. -Просто его так легко сделать плохим парнем. Язвительный, думает, что он выше всех остальных, просто потому что он в профильном отделе, следовательно, должен знать, как читать людей... к сожалению, он дерьмо в этом. Он и мухи не обидит, даже если ему неприятно показывать, какой он охуенно мягкий. А ты не знаешь, куда уходили все его выходные и отпуска? - после того, как Джебом качает головой, Югем говорит: -Он всегда ездил в Тайланд, даже если это было всего на несколько часов. Он всегда готов потратить кучу денег только для того, чтобы провести несколько минут рядом с БэмБэмом. Вот почему он немного лучше, чем ты когда-либо будешь, Им. У него, по крайней мере, хватило мужества посетить могилу не только тогда, когда обстоятельства вынуждали. Джебом вздыхает, опустив голову. Югем на самом деле прав – он ничего не знает о том, что происходило вокруг него все это время; он ничего не знает о том, как сам Югем и Джинен справились со смертью своего друга, он понятия не имел, где постоянно исчезает Джинен, даже дошел до того, чтобы открыто обвинить его в использовании смерти БэмБэма для получения повышения. Вот почему он действительно заслуживает быть здесь, он действительно заслуживает всего того, что с ним делают. -Джинен был фактически единственным, кто почти понял, что происходит, - говорит молодой Чхве. -Не без помощи Джексона, конечно, но он был единственным подозревающим, особенно после того, как тайно залез в мой журнал телефонных звонков во время допроса и нашел кучу звонков от Югема. - Помощь... Джексона? - Джебом хмурится. -Значит, Джексон знал об этом? Ёнджэ пожимает плечами. -И да, и нет. Он действительно знал, что ты агент NIS, потому что ты дерьмово притворяешься, кроме того, он знал, что Марк тоже агент – это одна из причин, по которой он так быстро сбежал из Лос-Анджелеса – так что, увидев вас вместе, было не сложно сложить два и два. Поэтому после того, как он понял, что его любимый лучший друг, которого он любил с тех пор, как ему было около девятнадцати, на самом деле не был его другом, он обратился к Джинену, прося о помощи. Я думаю, это было как раз перед тем, как вы с Джексоном отправились в Тайланд, Тогда Джексон впервые позвонил ему и убедил, что он не местный наркобарон и что он везет тебя в Тайланд, чтобы спасти твою гребаную жизнь. Вот почему Марк никогда не доверял Джинену, потому что, хотя он и не понимал, что именно он услышал, он слышал, как Джинен разговаривал с Джексоном после своего возвращения из Штатов. Джебом чувствует, что онемел. Все эти люди, на которых он злился, которых ненавидел и откровенно презирал – они всегда пытались спасти его, даже Джексон. И все потому, что два человека перед ним пытались играть в богов, ища свое собственное извращенное определение справедливости. - Марк слышал, как Джинен сказал, что, если Джексон потерпит неудачу в Тайланде, он попытается разобраться с этим в Сеуле, и он ошибочно принял это за убийство тебя. Вы оба чертовски драматичны, - Югем качает головой. -Я последовал за Туаном, когда он приземлился в Сеуле после того, как сказал мне, что собирается нанести визит Джинену, чтобы спросить о некоторых вещах, но, к счастью, Джинен тоже не доверял Туану, поэтому он сыграл для него эту маленькую пьесу, которая заставила его поверить, что Джинен с плохими парнями. -Но почему Джексон вообще взял меня в Тайланд? Он всегда говорил об этой поездке, как будто планировал что-то большое, но все, что он сделал – это убежал... когда тебя арестовали, - говорит Джебом. - Налоговый скандал был частью плана, как и все остальное. Приговор за уклонение от уплаты налогов легче, чем приговор за долбаную работу с национальной разведкой двух стран и убийство более четырех человек. Оказывается, они планировали налоговый скандал, если произойдет что-то неожиданное – и Джексон, обратившийся к Джинену за помощью, был той самой неожиданностью. Узнав об этом, молодой Чхве с помощью Югема анонимно оповестил местную полицию о документах с налогами, которые он намеренно подделывал в течение прошлого года, поэтому арест на следующее утро не был для него большим сюрпризом. Югем должен был вытащить его через несколько дней – и именно это он и сделал; они оба были бы вне списка подозреваемых, если бы не вся эта путаница – пока Ёнджэ был задержан все это время, Югем работал над его допросами. - И причина, по которой Джексон так сильно хотел, чтобы ты уехал из страны... у него было предчувствие, что мы планируем что-то грандиозное. Он наивно думал, что удержание тебя в Тайланде как можно дольше поможет, потому что он знал, что мы не сможем приехать в Тайланд сами, ведь Югем всегда хотел закончить все своими руками, - говорит молодой Чхве. -Он умолял меня прекратить то, что я делаю, в конце концов он даже решил, что оставить тебя там и приехать в Сеул в одиночку изменит мое мнение – это было немного душераздирающе видеть, как умоляет Джексон, когда был вынужден позвонить тебе и позвать сюда. Он неплохой человек, этот Ван. Печально, что я был сыт по горло его дерьмом на протяжении многих лет. Еще один вопрос всплывает в голове Джебома, но он чувствует, что уже знает ответ. -Мои медицинские заключения… -Куплены, - Югем сразу откликается. -Я подкупил доктора Ву, чтобы он пропустил тебя, потому что мне было бы значительно труднее осуществить свой план, если бы ты покинул NIS. Иначе ты бы ни хрена не сдал, Им. Ты просто бы облажался. -Человек, который следовал за мной в Ансан в самом начале миссии? -Это был я, - отвечает молодой Чхве. Югем не мог сам следить за тобой, чтобы увидеть, куда ты так внезапно едешь, поэтому я сделал это сам. Вот как Джексон узнал, что ты там был, я случайно упомянул об этом, чтобы он не слишком тебе доверял. Разговор подходит к концу. Здесь не осталось вопросов, на которые можно было бы ответить, а если и есть, то ответ на них более или менее ясен. Джебом полностью осознает, что роковой момент вот-вот настигнет его – и только теперь он чувствует укол страха. Он еще так много всего не сделал – не извинился перед Джиненом, не рассказал Марку о своих чувствах... даже не навестил своих родителей, он не делал этого так давно, иногда их лица в его памяти кажутся размытыми, будто у него были проблемы с памятью. И это пугает его больше всего. -Есть что-нибудь еще, что ты хотел бы узнать, пока мы еще здесь? - насмешливо спрашивает Югем. И даже тогда Джебом больше озабочен другими, чем самим собой. -Что будет с Джиненом и Марком? Югем смотрит на часы на своем левом запястье и говорит: -Сейчас они должны отправиться на экстренную миссию в пригород. Тебя там видели в последний раз, и есть анонимный звонок о подозрительных людях с оружием, болтающихся вокруг. -И там нет людей с оружием, - медленно произносит Джебом, и молодой Чхве кивает. - Только взрывчатка. -Довольно однообразно, тебе не кажется? - Джебом сплевывает, но боль в груди распространяется только дальше. - Мы уже проходили через взрывчатку. Югем выглядит так, будто он с радостью врежет ему по лицу, но держится. -И Туан храбро погибнет, сражаясь с людьми, которых Ван послал за ним. В это нетрудно поверить после того, как в последний раз Ёнджэ и я послали людей Вана разобраться с ним. Сам Ван будет объявлен пропавшим без вести, молодой Чхве будет скорбеть в течение нескольких месяцев, прежде чем взять на себя его бизнес, а я брошу свои обязанности в NIS, чтобы жить где-то еще. Все это было спланировано так давно, что даже не надо ругать себя за то, что ничего не можешь с этим поделать – никто не смог бы. -Но ты, Им, - вдруг говорит молодой Чхве. -Почему тебя не интересует, что с тобой будет дальше? Вместо него отвечает Югем. -Он всегда был таким, думал о других больше, чем о себе. Но в тот единственный раз, когда это было важнее всего, когда жизнь БэмБэма была поставлена на карту, он сделал самую глупую вещь, позволив агенту-новичку отправиться на задание, когда он не должен был этого делать. Предположительно небольшая протокольная ошибка, но теперь эта ошибка будет стоить ему жизни. -Сколько сейчас времени? - спрашивает Джебом, стиснув зубы. Югем только улыбается. -Подкрепление не прибудет. А знаешь почему? Только тогда Джебом наконец понимает, до него доходит, что это за ошибка и на сколько он только что сделал все еще проще для Ёнджэ и Югема. У Марка был только первый адрес, тот, который Джексон дал Джебому, когда он позвонил в первый раз; а тот, который пришел с текстовым сообщением, был известен только Джебому – у него не было времени, чтобы переслать его кому-либо еще. Так что действительно не будет никакого подкрепления, и никто никогда не узнает, что здесь произошло. -Это будет хороший заголовок, не так ли? - Югем поворачивается к Ёнджэ. -Агент NIS сходит с ума после смерти своего коллеги и погибает, пытаясь напасть на своего друга и коллегу в приступе истерики. Отстой, что из-за политики конфиденциальности NIS он, вероятно, даже не будет упомянут нигде. -Вот тебе и недостатки работы в таком дерьмовом месте, чувак, - небрежно говорит молодой Чхве, вставая. -Итак, теперь, когда он знает всю историю, я полагаю, мы продолжим? Дыхание Джебома прерывается, хотя он не уверен, о чем именно говорит Ёнджэ, однако в широком смысле это может означать только одно – скоро его здесь больше не будет. Он видит, как Югем кивает головой и тянется за пистолетом; и тогда все происходит слишком быстро, почти слишком быстро, чтобы все могли понять. Как только Югем поднимает свой пистолет, в то время как Ёнджэ безмолвно наблюдает за сценой, стараясь не вовлекать себя туда, где это не нужно, инстинкты выживания Джебома срабатывают – он прыгает со своего места, что затрудняет Югему прицел; почти в то же время кто-то выбивает дверь офисной комнаты, где все они находятся, и все, что может понять Джебом в данный момент – это агенты NIS, кричащие Югему и Ёнджэ бросить свои пистолеты, в то время как сам он отчаянно пытается бежать вперед, потому что он видит Марка в первых рядах с одним лишь пистолетом… Но все происходит слишком быстро. Раздаются выстрелы, и Джебом улыбается, чувствуя боль и огонь, распространяющийся сначала в его правой ноге, а затем в плече, прежде чем третья пуля, наконец, достигает его спины. Ему вдруг становится трудно дышать, огонь обжигает легкие, заставляя Джебома остановиться. Он видит две вещи: все вокруг медленно окрашивается в темно-красный цвет, и испуганное лицо Марка в нескольких метрах от него. Джебом падает, раздается еще один выстрел, но он улыбается. Он помнит тот день, когда умер БэмБэм, он ясно видит это перед собой – как все стало красным перед его глазами тогда, как все стало черным потом, полностью поглотив его. Это напоминает ему о том дне, потому что этот проходит в той же манере, если бы не одна деталь - все становится одинаково красно-черным. Однако тишина так же поглощает Джебома.