Потерянный в молоке

– Что ты готовишь? Вопрос, зазвучавший из собственных уст, казался Дазаю нелепым. Он прекрасно видел, что Ацуши рассеянно катает из риса шарики онигири, наполняя их начинкой из овощей, соуса и морепродуктов. Но начать разговор надо было хоть с чего-нибудь. Дазаю хотелось заговорить с мальчиком – и толкала его на это вовсе не раздражающая обязанность. Ацуши поднял на него взгляд, словно звук чужого голоса заставил его очнуться от тяжелых раздумий. В его потухших глазах промелькнуло что-то, похожее на легкое удивление – он и правда удивился тому, что Дазай заговорил с ним. – А... Онигири, – ответил Ацуши и снова опустил глаза. Его голос звучал очень тихо, даже слабо, он казался голосом глубоко больного человека, стремительно теряющего крупицы сил. Ацуши вздохнул, наполняя легкие воздухом, словно бы данный им короткий ответ на самом деле высосал из него силы. Дазай помолчал, наблюдая за тем, как его тонкие пальчики придают форму очередному рисовому шарику. Пальцы Ацуши слегка дрожали. – Тебе нравится готовить? – снова спросил Дазай. И этот вопрос тоже показался ему глупым – он не раз замечал мальчика у плиты, когда возвращался с работы и, прежде, чем закрыться в своем кабинете, бросал в сторону кухни быстрые равнодушные взгляды. Впервые в жизни Дазай чувствовал себя... неуверенно. Дрожащие пальчики перестали мять рис. Ацуши коротко взглянул на Дазая и тут же отвел взгляд. – Да, – тихо ответил мальчик, кивнув. Присутствие Дазая напрягало его – Дазай никогда раньше не разговаривал с ним в подобной манере и не задавал таких вопросов, и Ацуши не знал, как ему нужно реагировать на них. Накаджима привык быть пустым местом в чужом доме, привык к безразличию со стороны Осаму и свободе, которую он ему предоставлял. А теперь... Неужели Дазай и правда хочет поговорить с ним о повседневных пустяках? Ацуши не мог в это поверить. Но Дазай и в самом деле хотел всего лишь поговорить о пустяках. Он видел, как Ацуши напрягся, понимал, что мальчик чувствовал себя неуютно в его обществе, и не мог винить его за это. В конце концов, в этот тупик Дазай загнал себя сам. "Нам с тобой придется пройти очень долгий путь...", – тяжело вздохнув, подумал он. Стараясь вести себя естественно и дружелюбно, Дазай сел за стол напротив Ацуши. Ацуши настороженно стиснул пальцы на недоделанном шарике, упорно глядя в стол. – А что ты собираешься готовить сегодня на ужин? – спросил Дазай. Ацуши немного подумал. – Короккэ, – ответил он после недолгих размышлений. – С мясом. – Нравится лепить из еды? – Дазай почти невидимо улыбнулся одними уголками губ и подцепил из тарелки с начинкой кусочек кальмара. Ацуши опасливо проследил за его движением, все еще не доверяя его искренности. – Может, подарить тебе набор пластилина? – Дазай вопросительно наклонил голову, жуя кальмара. Ацуши энергично замотал головой в знак отказа. – Нет, не нужно, спасибо большое. – Тогда, может, кулинарную книгу? Ты ведь любишь читать. – Дазай вспомнил о давней просьбе Ацуши купить ему книгу и о стопке легких произведений на его прикроватной тумбочке. Что это были за произведения, он посмотреть не удосужился. – Какие книги тебе нравятся? Ацуши снова потупил взгляд, перебирая комочек остывшего риса в руках. Его пальцы больше не дрожали и не сжимались, а напряженные плечи расслабленно опустились. – Про... В основном, про животных, – неуверенно ответил он. – Начинку для онигири ты, можно сказать, тоже сделал из животных. Шучу, шучу, – Дазай не смог сдержать легкой полуулыбки, наблюдая за вспыхнувшими щеками Ацуши. – Какое у тебя любимое животное? – М-мне нравятся панды... И домашние кошки, – ответил Ацуши. Дружелюбный настрой Дазая почти полностью успокоил его. – И еще... тигры. Дазай замер. При слове "тигр" в его памяти вновь всплыл образ огромного магического зверя, которого он встретил в ночь после посещения могилы Оды. Тигр, который жил внутри Ацуши. Потусторонний Тигр, который разговаривал голосом Одасаку... – Да... Тигры и впрямь удивительные животные, – проговорил он, рассеянно уставившись в миску с рисом. В голове мелькали смешанные образы Оды и способности Ацуши. – Ладно, – Дазай вздохнул и поднялся из-за стола, – мне пора. Твои карманные на неделю лежат в коридоре на тумбочке. Остальные правила этого дома тебе известны. Он уже собрался уходить, но в дверях внезапно остановился, словно вдруг вспомнив о чем-то. Помолчав, Дазай добавил: – И... Звони мне, если что-нибудь случится.

***

"Тигры, тигры, панды...", – вторил про себя Дазай, задумчиво разглядывая очередную чистенькую книжечку с полки книжного магазина. Он уже минут пятнадцать бродил между стеллажами, останавливаясь возле каждого раздела с животными и внимательным взглядом изучая содержимое полок. "Истории Бенгальских Тигров" – резковатыми иероглифами гласило название на обложке. Цветная иллюстрация, подперченная неестественным блеском и красками, ясно указывала на то, что к миру научной литературы произведение не имело никакого отношения. "И кто вообще положил этот сборник сказок на полку с животными?", – недовольно подумал Дазай, ставя книгу на место. – "А вообще, что Ацуши имел в виду под "книгами про животных"?.. Входят ли туда фантастические рассказы, или только научные?.." Дазай тяжело вздохнул, понимая, что снова просчитался. Он слыл гениальным стратегом в кругах Портовой Мафии, но, видимо, заботиться о подростке было немного сложнее, чем создавать хитроумные планы по улучшению процесса процветания серьезной организации. Слишком многому еще ему стоило научиться и слишком многое понять, и начать Дазай решил с самого простого – подарить Накаджиме вещь, которая смогла бы его порадовать. И раз уж Ацуши так очевидно нравились книги, то почему бы не подарить именно ее?.. Хотя, может, он просто не знал, как еще можно себя развлечь? "Может, мне стоит купить ему какую-нибудь настольную игру? Или диски с аниме? Вряд ли в приюте ему разрешали смотреть мультики... Может, лучше взять не книгу, а мангу? Он ведь все-таки еще ребенок, картинки детям всегда нравятся больше, чем сплошной текст..." Дазай закрыл глаза и потер пальцами виски. Впервые в жизни голова у него болела не от удара в бою, а от нагнетающих, безостановочно копошащихся в мозгу мыслей. Было уже довольно поздно, так как в магазин он зашел, когда возвращался с работы, и определиться со своим выбором ему стоило как можно скорее – до закрытия оставалось не больше получаса. "Как же... Сложно", – подумал Дазай.

***

Ацуши чуть вздрогнул у плиты, когда из прихожей послышался звук открывающейся двери. Он не ждал Дазая так рано – обычно тот приходил едва ли не глубокой ночью. Сейчас же часы показывали всего лишь половину одиннадцатого. В коридоре послышались шаги – Дазай зашел в ванную, потом появился на кухне. Ацуши снова почувствовал себя неуютно – еще никогда они с Дазаем не пересекались за день так часто, а столько слов, сколько Дазай сказал ему сегодня мальчик, кажется, не слышал от него и за месяц. Поэтому Накаджима совершенно не знал, как ему стоит себя вести. Он опустил взгляд, молча встал у плиты, сложив руки за спиной, и приготовился плыть по течению. Дазай первым нарушил тишину: – А у тебя и правда хорошо получается готовить. Ацуши коротко переступил с ноги на ногу. – Спасибо, – ответил он. – Эти картофельные котлеты выглядят замечательно. – Дазай бросил взгляд на сковороду. – Уже закончил? Мальчик кивнул. – Угу. – Поделишься? – Дазай лукаво улыбнулся, прищурившись. – Конечно!.. – Ацуши вскинул голову и тут же покраснел. – В смысле... Это же ваши продукты, как я могу с вами не поделиться?.. В смысле... Я... Это... Это все для вас! Выпалив последние слова, мальчик смущенно вжал голову в плечи и поспешил поскорее исчезнуть с кухни – Дазай смутил его слишком сильно. Осаму не выдержал и от души засмеялся. – Эй, Ацуши, – окликнул он мальчика. – Я пошутил. – Ацуши остановился в дверях и неуверенно повернулся к нему. Дазай продолжил: – Может быть, продукты куплены и на мои деньги, но приготовил их ты. Так что, можно сказать, этот ужин – наша общая заслуга. Согласен? Ацуши смотрел на него, не отводя взгляд. Дазай... Дазай умеет смеяться. Надо же, а он уже и забыл об этом. Последний раз улыбку Дазая Ацуши видел в небольшой комнате на втором этаже кафе, где беззаботно и счастливо они с ребятами жили под надежным и теплым крылом Оды... Руки сами собой крепко сжали подол мягкой домашней кофты. – Согласен... – тихо ответил Ацуши.

***

Темнота комнаты кутала в невидимую шаль из паутины искристой, черной ночной пыли. Дазай не мог заснуть – ночью, околдованное уединенной тишиной, сознание открывалось потоку мыслей из самых глубоких подвалов своей бездны. То, что таилось по норам при свете дня – хищные охотники разума, – по ночам с коварным блеском в глазах ловило обнаженными когтями беззащитное в своем одиночестве сознание. Разливалась через берега река мыслей, и на этот раз Дазай послушно позволил мерцающей воде унести себя по течению... Он думал об Ацуши. Спокойным и сонным истоком лились в его мыслях размышления о худом светлом мальчике, тихим ручейком журчал в голове его голос. Именно этот тихий голос Дазай так стремился услышать в себе, услышать его в своем сознании и с уверенностью сказать Тигру, Оде, самому себе: "Помню! Я помню, как звучит его голос!" Дазай и правда очень старался. Дазай хотел стараться. Может быть, слишком внезапно даже для самого себя. Он пошарил рукой рядом с подушкой и нащупал книгу. Это был его подарок для Ацуши, который сегодня за ужином он так и не успел ему подарить. На обложке была изображена панда в зарослях бамбука. Дазай все-таки решил остановиться на научной литературе и выбрал для Накаджимы познавательный сборник о животных Азии. "Или, может, все же лучше было бы купить аниме?...", – подумал Осаму. Скорее всего, Ацуши все еще не очень хорошо умел читать, а в подобного рода энциклопедиях всегда встречаются сложные для понимания слова. Дазай запеспокоился, что мальчику будет трудно усваивать заумно написанный текст. Он перевернулся на живот и плотно накрыл голову подушкой, словно струсив и теперь пытаясь спрятаться от одолевающих его размышлений. "Заботиться – это так сложно... Одасаку, скажи, что мне делать, если я не справлюсь?", – мысленно просторал Дазай. Как же сейчас не хватало магического Тигра, который наверняка ответил бы ему голосом Оды, неимоверно облегчив тяжесть в груди. Вытащив голову из-под подушки, Осаму вздохнул и улегся, уставившись в стену. Тигр... "Стоит ли мне рассказать Ацуши о том, кем он является на самом деле?", – подумал Дазай. Ведь жить в неведении это, пожалуй, одна из самых горьких участей на свете... Пока Ацуши не научится контролировать Тигра, рано или поздно от него будут отворачиваться все, с кем он сблизится, потому что неконтролируемая мощь подобной способности может быть слишком опасна. Тигр живет сам по себе, и если пока он настроен вполне миролюбиво, то кто знает, что взбредет в его разум потом. "Но если я расскажу ему... Если Ацуши узнает, то что станет с Тигром?" Дазай лег на спину, заложил руки за голову и устремил взгляд в потолок. "Если я расскажу ему... Если Ацуши научится контролировать свою способность... Услышу ли я голос Одасаку еще когда-нибудь?" Дазай закрыл глаза. "Нет, я ничего не расскажу ему. И я никогда не отвернусь от него"