Маль4ики

Как определить, что ты влюблён? Ты смотришь на человека. Человек смотрит на тебя. Вы давно знакомы и сделали пару тысяч намёков, провели так много времени вместе… И оба понимаете, что жизнь без другого — не жизнь. Но что делать, если ты влюблён в человека, которого видел издалека, а вблизи… ну, пару раз. Да, он дотронулся до тебя. Отдал свю куртку, пахнущую травой, одеколоном и дымом сигарет. Но… Трэвис ненавидел это самое «но». Весь оставшийся день он думал о Филлипе. Парень не хотел расставаться с курткой, поэтому провёл много времени на улице, периодически зарываясь носом в твёрдый воротник. На следующий день Фелпс всё же встретил Филлипа. Тот сидел на подоконнике и курил. Вот прямо так: вдыхал дым, зажав тонкую трубочку грубыми пальцами. Не обращая внимания на проходящих учеников и открытое окно, из которого уже давно мог вывалиться. Трэв замер, разглядывая парня. Тот устало привалился к стене, апатично выдыхая клубы дыма, и смотрел в никуда. Синие волосы растрёпаны, под глазами тени, руки устало лежат на коленях. Блондин кашлянул и сел рядом. Филлип даже голову не повернул. — Привет, — начал Трэвис. — И тебе не хворать. Очередная затяжка. — Что-то случилось? — обеспокоенно спросил Фелпс. Колдер хмыкнул. — У меня всегда что-то случается. Жизнь слишком богата на события. Трэву стало его жаль. Он шевельнулся, чтобы снять куртку, но крепкая, огрубевшая от неизвестно какой работы легла на его плечо. — Не при всех, — едва разжимая губы, ответил Фил. Парень кивнул. Мимо прошёл учитель. Покосился в их сторону, но промолчал. Филлип, оказывается, спрятал сигарету в руке. Когда он разжал кулак, Трэв увидел тёмное пятнышко ожога. — Ты зачем? — он осторожно взял его ладонь. — Больно? Но Филлип отдёрнул руку. От прежнего дружелюбия не осталось и следа, парень отвёл взгляд и сдвинул брови с порезом на левой. Трэвис не расстроился. Он понял, что на публике лучше не взаимодействовать. Филу, может, и пофиг, а вот на него столько всего может обрушиться… Колдер в последний раз затянулся. Обернулся и выкинул сигарету в окно. На Фелпса он не смотрел, всё время избегал. Но ему было достаточно и того, что тот сидит рядом. Филлип потёр свежий ожог, даже не морщась, и цокнул. Закатил глаза и сказал: — Ой, бля, ты только не смотри… Но Трэвис уже проследил за его взглядом. И тут же пожалел. В коридоре стояли Сал и Ларри. Джонсон нежно держал того за руку и что-то рассказывал, прикрывая рот рукой. Судя по реакции Фишера — что-то смешное и бесстыжее, потому что парень постоянно тряс хвостиками от смеха. — Сопли. Фил плюнул прямо на пол. Трэвис прокашлялся и отвернулся к окну. — Забей на них, солнце. Лучше расскажи, как твои дела. Как он его назвал?! Фелпс сглотнул, чувствуя, как теплеют щёки. Естественно, нужно вести себя незаметно. — Я… Мой отец завёл собаку. Филлип вскинул брови. — Это плохо, да? — Я не люблю собак, — Трэв комкал край куртки. — А он завёл огромную псину. Добермана. Я теперь постоянно сижу у себя. Он подзавис, вспоминая, как собака кинулась на него в первый раз. После этого Трэвис долго трясся в своей комнате, а его отец даже не спросил его ни о чём. Да это и ничего не изменит. — Он называет его Догги и возится больше, чем со мной. Ну, хотя бы не порет пока что… Колдер отвернулся, закусив губу. — Не бьёт, значит… Что ж, уже хорошо. Тишина, насколько она возможна между двумя влюблёнными в шумном школьном коридоре. Трэвис снова раскашлялся, закрывая рот рукой. Салли с Джонсоном прошли мимо, спеша на урок. Фил мягко спрыгнул с подоконника, запихнул руки в карманы. — После шестого урока в туалете. Парень подмигнул ему, едва улыбнувшись. Совсем слегка, кончиком бледных губ. И Трэв понял, что совсем скоро сможет их поцеловать. А ещё он увидел веснушки. Да, маленькие, едва различимые тёмно-синие точки. На щеках, носу и скулах. — Да. Филлип ушёл, а Фелпс долго, до самого звонка, сидел в счастливом тумане, залипая в стену.