Глава 12.
14 ноября 2019 г., 12:45
Джуно провела в особняке совсем немного времени — каких-то полдня. Потом ее выкинуло обратно с магическим истощением и диким ощущением голода посередине ночи. Пришлось вставать с кровати и опустошать стратегические запасы драконьего печенья. Получается, на поддержание Марволо ушла вся накопленная магия?.. Задумчиво хрустя печеньем, Джуно впервые за полтора месяца углядела плюс в своем новом состоянии: нашелся простой и надежный, как палка, способ возвращать Марволо во внутренний мир в случае необходимости. Первые полчаса она вяло трепыхалась на кровати без сна. Дар охотно рассказывал о событиях, что произошли без ее непосредственного участия. Марволо даже не успел ничего натворить: посрывал немного злость на Флинте (тот заслужил), отправил квиддичского капитана в Больничное Крыло и сделал за нее парочку эссе. Потом отправился в комнату и сделал вид, что спит.
Еще рядом на тумбочке обнаружилось письмо под мощными чарами Сокрытия. Девочка слабо улыбнулась. Инструкции от Марволо были написаны идеальным размашистым почерком через равные промежутки пространства. Джуно хмыкнула. Позер. Понаписано было на пять листов, хотя спокойно бы вместилось в один, если бы накарябал более убористо. Жаль, сразу после истощения Марволо не был доступен, пока что придется обходиться таким способом общения, если магия будет на дне.
«Укрепить отношения с Теодором Ноттом…»
«Доложить Джемме Фарли о поведении Флинта…»
«Больше не ходить на тренировки по квиддичу…»
«Переговорить со слизеринцем Дерреком…»
Джуно замерла в нерешительности. Конечно, Флинта она не простит после такой подлянки, но Марволо хотел развернуть против него самую настоящую партизанскую войну, сыграв на штампе слабой и невинно пострадавшей жертвы. Ей, как части Клана, претило такое отношение. В конце концов, парень уже получил свое и прекращения общения должно быть более чем достаточно. А в случае обострения конфликта неизвестно, на чью сторону встанут вышеупомянутые слизеринцы. Впрочем, можно начать выполнение плана, но не доводить до состояния войны.
Джуно тяжело вздохнула. А ведь в тот момент, когда Флинт прижал ее к стенке, она на полном серьезе жаждала его смерти. И это с учетом того, что Дар и способности к Целительству должны были заметно смягчить ее нрав. Переходный возраст?..
Не откладывая в дальний ящик, Джуно написала длинное письмо Наставнику и отправила с Фамосом на следующий день. Кабби находился на его попечении, так что некоторые ингредиенты прибудут с ответной посылкой, а некоторые предстоит заготовить самостоятельно. Надо же произвести впечатление на Нотта. Флинт застрял в Больничном Крыле на пару-тройку дней точно, разозленный Алекс раздробил тому несколько костей, так что немного времени было обеспечено.
На улице было очень холодно и дождливо, а новый плащ прекрасно защищал от непогоды, так что Джуно вознесла молитвы Мерлину и артефакторам Конфедерации, что его создали. Потому что бежать за Норбертой, утопая по колено в грязи и ничего не видя из-за проливного дождя, было, мягко говоря, затруднительно. Драконица не сильно выросла в размерах — ее Джейк специально поил специфичными зельями, но и не была особо разумна. Установить связь хозяин-фамильяр не получилось, и Джуно не рисковала пытаться снова. Самке захотелось поиграть, вот она и гоняла троих магов по Запретному Лесу. Они забрались довольно далеко, где-то в этой области гнездились акромантулы, так что пришлось сдаться и возвращаться в замок. Зато по пути наткнулись на фестралов и за мясо, предназначенное для Норберты, удалось раздобыть волоски из их хвостов и гривы. Джейк долго пялился в пустое пространство и, кажется, испытывал дикую смесь из восторга и ужаса. Джуно забавлялась, наблюдая за ним: она и забыла, насколько друг Алекса любит магических животных. Правда, он и в зельях их части охотно использует… Возможно, личность Джейка Фостера несколько таинственнее и опаснее, чем думала девочка.
Несмотря на удачу с фестралами, они подходили к замку в мрачном настроении. Выбраться так далеко в Запретный Лес было очень рискованно, не говоря об усилившейся охране и дементорах. Кроме того, в этом году Джейк и Алекс стали шестикурсниками, так что их программа сильно усложнилась и времени на ее затеи оставалось все меньше. А ей совсем не хотелось лишать парней права на образование только из-за ее или Марволо прихотей. В конце концов, ей же потом и будет от этого плохо.
Вообще, Марволо не очень был доволен ситуацией с Алексом. Изначально планировалось, что он отучится пять курсов и пойдет к Мастеру Боевой Магии на обучение, но Алекс самостоятельно во время ее комы решил закончить семь курсов, таким образом оставаясь с ней как можно дольше. Мракс считал это пустой тратой времени, а Джуно упорно не соглашалась. У Алекса, даже связанного довольно жесткими нитями магического подчинения, был выбор. Живут-то они в конце двадцатого веке, чай, не в Средневековье очутились. А когда Марволо напомнил ей об различиях маггловского и магического миров, девочка сначала не поняла сути претензий. Ну и что, что она волшебница и собралась покорить магический мир? Это не значит, что следует бездумно отбрасывать маггловские корни и уподобляться чистокровным.
Джуно горько усмехнулась, сидя в кабинете Трансфигурации и ожидая начала урока. Глядя на Золотое Трио, она понимала ясно, как день, что при всем желании не сможет подражать чистокровным волшебникам. У нее не было накопленного за столетия могущества в крови, не было защищенного сверх меры родового особняка, не было россыпей золота в гоблинском банке… Зато были куда более важные вещи, которые позволяли смотреть на некоторых «благородных» с неприкрытой жалостью. Большинство из них, запертые в своем тесном мирке, могли никогда даже не видеть настоящих волшебных чудес. Принимать удивительный дар, как нечто обыденное. Ставить себя выше остальных только по праву рождения.
Девочка вздохнула и принялась по кругу крутить одни и те же мысли. Магов бросало в острые крайности. Это отражалось буквально во всем: если Гриффиндор, то отвага и равноправие, доходящие до безрассудности и насильному уравнению всех, кто под руку подвернется. Если Слизерин, то скользкие, подлые твари, неспособные на светлые чувства. Естественно, как студентка Слизерина, Джуно относилась негативно к большинству «львов».
Та же Грейнджер при всем своем уме за два года умудрилась насобирать проступков на исключение из школы. Кража ингредиентов, нападение на преподавателя, насилие по отношению к студентам противоположного факультета… И самое ироничное, что она сама не замечала разницы. Поучала других, яростно спорила о моральных аспектах, не замечая бревна в своем глазу. Активно поносила чистокровных, поступая не лучше. Разве что у нее власти было поменьше, соответственно, и ее действия были ограничены.
Поттер… Джуно Поттер не нравился как личность, хотя лично против него ничего не имела. Как выяснил старший брат, Гарри Поттер жил у своей тети-магглы, которые полностью его обеспечивали. Девочка не знала, насколько были правдивы его рассказы о том, что его запирали в чулане и избивали, но это оставляло после себя многие вопросы. Поттер совершенно не выглядел зашуганным, не испытывал проблем в социальном общении. Может, его и недолюбливают родственники, но Поттер наверняка не остается в долгу. Для своего возраста он удивительно нелюбопытен и распущен. Ладно, учеба, но за два года не интересоваться родителями?.. А как спокойно нарушает все писаные и неписаные правила, а директор спускает все на тормозах?..
Джуно фыркнула и перевела взгляд на Малфоя. Еще один «прекрасный» экземпляр. Злопамятный, разбалованный домашний мальчик, получающий все, что хочет, по первому щелчку пальцев. Почти не умеет держать язык за зубами. К тому же, умудрился остаться наивным и одновременно высокомерным. Гремучая смесь.
Впрочем, Малфой нравился ей все же больше Поттера, как ни крути. Может, потому что он единолично считал себя ее другом, может, сказывалось более близкое знакомство…
Девочка тряхнула головой, прогоняя меланхольные мысли и сосредоточилась на уроке. После занятий предстояло выловить Нотта и поговорить наедине, что было затруднительно. Снейп, похоже, стал ее в чем-то подозревать и после травмы Флинта не спускал с нее глаз и не особо поверил в историю, что тот неудачно упал с лестницы. Им вчера с Алексом и Джейком чудом получилось улизнуть из замка, так что не стоило держать опасные улики у себя, которых набралось немало: с фестралов, с Кабби, остатки роскоши с Норберты, перья и когти с гиппогрифов, чешуя Ахи и паутина Арахона.
Вдобавок ко всему приближался поход в Хогсмид, а значит — встреча с Тонкс. Джуно возлагала на нее большие надежды — последняя ниточка, связывающая Сириуса Блэка с домом Гриммо. С его побегом ничего особо не поменялось — вряд ли преступник, которому хватило мозгов сбежать из Азкабана, сунется в Хогвартс за Золотым Мальчиком. Хотел бы убить — сбежал бы еще раньше. Как минимум к первому году обучения Поттера. Портреты, кстати, ничего не знали об побеге потомка. Или отказывались признаваться, что тоже нельзя исключать.
Упаковав небольшую сумку, специально предназначенную для ингредиентов, Джуно прихватила подаренные Ноттом же шахматы — нужен был повод, чтобы остаться с ним наедине. Джуно застала его в полупустой гостиной — он готовился к урокам в углу гостиной. Джуно честно предложила сыграть в шахматы, и мальчик, смерив ее долгим взглядом, жестом пригласил сесть. Нотт краешком рта ухмыльнулся, накладывая Заглушающие Чары. Наверняка заметил, каким обиженным взглядом смотрит Малфой с противоположного конца гостиной. Ему было скучно, и он доставал окружающих нытьем о Хогсмиде, погоде и дементорах.
Девочка, совершенно не скрываясь, передала Нотту собранные ингредиенты, сообщив примерную сумму. Мальчик присвистнул, наблюдая, как шахматы расползаются по своим местам, и обещал внимательно изучить качество предоставленных товаров и в ближайшее время расплатиться с Джуно. Немного помолчали.
Мальчик задумчиво коснулся коня:
— Джуно, можно ли через тебя получить некоторые зелья?.. До меня дошли слухи, что Фостер с Пуффендуя поставляет нам Укрепляющее в больших количествах…
Девочка хмыкнула, начиная партию. Пешка охотно прыгнула вперед на две клетки, размахивая крохотным мечом. У нее были довольно воинственные фигуры.
— Довольно прямолинейно для тебя, Теодор. Но да, можно.
Дебют разыгрывали в молчании. Джуно собиралась с мыслями. Она обратилась первой к Нотту, так что и ей продолжать разговор. Девочка по подсказкам Марволо подбирала слова очень тщательно. Теодор — не часть ее Клана, как Алекс, и его нельзя так легко обмануть, как Малфоя. Вероятно, Нотт был одним из самых проницательных студентов Слизерина: открывал рот только по делу, умел отделять важную информацию от сплетен, обладал редкостной наблюдательностью.
Джуно, нацелясь на ладью противника, медленно протянула:
— Как-то у нас был интересный разговор, Теодор… Ты говорил что-то об объединении сил и кооперации… Но есть люди, которым чревато доверять свою спину. Как считаешь, насколько ситуация опасна?
Теодор ответил ей тонкой улыбкой, поняв намек.
— Вокруг Поттера явно что-то назревает… И мне это, как студенту факультета, определенного во враги, не очень нравится. В данный момент ум и осторожность более предпочтительны, нежели боевые качества, — встретившись глазами с Джуно, он хмыкнул, — по крайней мере, для меня.
Джуно, предупрежденная Марволо, немного расслабилась. Похоже, Нотт будет на ее стороне в случае конфликта. Как минимум ему выгодны установившиеся деловые отношения. Может, поставляемые товары — мелочь по сравнению с размахом их семейного бизнеса, но руку набивать на чем-то же надо. Партию доиграли в молчании. Излишне кровожадные фигуры Джуно рвались в битву с неуместным пылом, иногда не слушая команды девочки, и оставшиеся в конце слон и ладья с легкостью попали в ловушку Нотта. Джуно признала поражение и поднялась в комнату. Первый пункт выполнен успешно.
До посещения Хогсмида, назначенного на Хэллоуин, Джуно успела кое-что сделать.
Переговорить с Джеммой, которая, похоже, все же имела некое влияние на Флинта, потому что в ее глазах зажегся нехороший огонек после краткого и немного искаженного пересказа про события после вызова к директору.
Провести тяжелую и длинную беседу с Невиллом, расставив наконец все точки над и. Друг на протяжении разговора бледнел, краснел, заикался и мялся, но твердо заявил, что очень жалеет о том, как все вышло. Раскрылась тайна его боггарта — оказывается, Невилл за время ссоры-не-ссоры пережил немало душевных терзаний и долго винил себя за то, что поддался ненависти. И его страх, беспомощность и колебания вылились в его боггарта — «темную» копию мальчика. Джуно даже дрожь пробрала: характер Невилла был куда сильнее, чем она думала. Возможно, парень и сам этого не знал, но провести больше года в борьбе с самим собой… А учитывая, что становление злым — его самый большой боггарт, то он не просто не сломался, а еще больше закалился. Джуно, собственно, и вывалила все свои выводы на Лонгботтома, которому заметно полегчало после откровенной беседы. Девочка с легкой печалью вспоминала трудный во всех отношениях разговор. Она знала, как себя чувствовал Невилл, в конце концов, она чувствует себя похоже, обдумывая ситуацию с ритуалом мамы и странностью гобеленов. Если бы она поговорила с другом раньше, возможно, ему бы не пришлось так долго мучиться. Если бы она была внимательней к друзьям… Джуно привыкла, что Алекс ничего не скрывает и сразу докладывает, если у него появляются проблемы. Видимо, — тут девочка горько хохотнула, — она не совсем умеет дружить… Ну, с таким «уличным» детством немудрено.
Еще ей удалось перекинуться несколькими словами с Дерреком. Тот с первого курса неплохо к ней относился, да и давно хотел уйти из команды по квиддичу, даже думал Крей подготовить на свое место, как замену. Парню не очень понравилась жестокость Флинта, о которой рассказала девочка, немного преувеличивая, и он согласился в случае чего встать на ее сторону. Но предупредил, что это произойдет только в том случае, если ее история – правда, и намерения Флинта были недобрыми. Все же Маркус заботился о факультете и у него был немалый авторитет.
Девочка вообще сомневалась, что эта история получит продолжение, но Марволо настоял на превентивных мерах. Нет, так нет. Но если Флинт выйдет на тропу войны… Не поздоровится уже всем. Даже с леди Урсулой, дальней родственницей Маркуса, поговорила и была сильно удивлена ее спокойствием. Мол, Дар боевого мага совсем голову мальчишке задурил, вот и бросает из крайности в крайность. И что своеобразное наказание должно пойти ему на пользу, поставив мозги на место. Леди совсем не обиделась на Алексиса за то, что тот немного потрепал ее потомка. Что-то вроде того, что сам виноват, раз до сих пор не сопоставил факты и не доверяет суждению предков о Джуно Крей и, более того, проиграл в схватке магглорожденному небоевику, который младше его на несколько лет. Кажется, именно последний факт и лишил Маркуса поддержки покойных Блэков. Типа, сам не продумал, нарвался и огреб справедливое возмездие. Блэки только уточнили для приличия, что Джуно не собралась ему мстить или как-то вредить чести Рода, жизни и магии Флинта, и остались на ее стороне. Джуно в очередной раз почесала затылок. Она даже спустя два года плодотворного общения с портретами совсем не понимала их образа мышления. Впрочем, для нее так было намного лучше — если бы Урсула Флинт, в девичестве Блэк, встала бы на сторону потомка, то все бы резко усложнилось.
Утром в Хэллоуин Джуно чувствовала себя опустошенной, словно несколько дней горбатилась без передышки. Можно сказать, так и было. Да и Флинта должны были очень скоро выпустить из Больничного Крыла — волшебники вообще на редкость живучи. Удачно, что весь день она будет в Хогсмиде. Марволо сказал, что стоит понаблюдать и действовать, исходя из реакции Флинта. Джуно с остервенением вгрызлась в пресное печенье, намереваясь пополнить магические силы до краев. Мало ли, как повернется встреча с Тонкс. Да и вообще, не нравилась ей сама ситуация. Не то чтобы она не умела плести интриги… Просто не любила. В Клане все было куда проще. Чего, конечно, не скажешь про остальные мафиозные семьи, но отец прекрасно понимал, что после его смерти может разгореться настоящая битва за место Главы, поэтому каждый из детей отвечал за строго определенную область. Конечно, это не гарантировало, что кому-то из ее братьев захочется большего, но гарантировало выживание семьи. Их Клан вообще специализировался на разделении ролей. Определенное количество людей готовились, как телохранители, другие выбирали вполне мирные профессии, третьи получали специфическую подготовку охотников за головами. В этом была и их сила, и их слабость.
Джуно мотнула головой, отгоняя глухую тоску в сердце. Мысли о Креях заставляли вспоминать и Рея, и маму, и отца, по которому она успела соскучиться. Она уже не маленькая, чтобы совершать опрометчивые поступки. Пора брать себя в руки. На кону, возможно, жизни нескольких человек. Дать им умереть, когда на нее рассчитывают… Не в правилах Дома Крей.
***
Нимфадора Тонкс была очень удивлена, когда с ней связалась Мораг МакДугал, дальняя родственница по линии Блэков. Она не особо любила скрытную донельзя девочку и никогда не интересовалась степенью их родства. Да и встречались они нечасто: пожилая пара сквибов, которая как бы «удочерила» ее, иногда оставляла Мораг на попечение мамы да по большим праздникам ненадолго заходили в гости. К становлению подругами ничего не располагало: ни происхождение, ни возраст, ни замкнутый характер девочки. А уж после ее поступления на Слизерин и вовсе перестали разговаривать. И было непохоже, что это как-то задело или расстроило необщительную МакДугал. О кровных узах, связывающих их, Нимфадора знала до неприличия мало и со слов мамы: один из многих Блэков подгулял не то с магглорожденной, не то с магглой и быстренько забыл об этом случае. А мать Мораг долго не протянула, каким-то образом прознав о изгнанной из Рода Андромеде и пришла за помощью, умерев буквально у той на руках. А мама нашла ее далеких родственников, оказавшихся сквибами, и рассказала правду. Те оказались порядочными людьми и забрали бастарда на воспитание. Впрочем, Тонкс и этого было достаточно: Мораг не стремилась к общению с самого детства и манерой держать себя неприятно напоминала мамину родню. И вот она впервые за два года после выпуска из школы получает письмо от МакДугал, которая просит о встрече с ее однокурсницей по поводу «секретного, но невероятно важного дела». Девушка была слишком любопытна и самоуверенна, чтобы отказать. Она показывала неплохие результаты в своей группе, да еще и недавно стала ученицей легендарного Моуди! Если это приглашение было бы ловушкой, то две третьекурсницы все равно ничего ей не смогли бы противопоставить. Условились встретиться в час дня около «Дэрвиш и Бэнгз», где было поменьше народу. У нее как раз был обеденный перерыв, так что минут сорок она могла посвятить Мораг и ее подружке. Признаться, она и представить не могла, какое у слизеринок может быть к ней «дело». Как к будущему аврору? Метаморфу? Родственнице темных Блэков? Тонкс обладала живым умом и после недолгих размышлений пришла к выводу, что «дело» с высокой вероятностью связано с беглым Сириусом Блэком. Иначе слишком много совпадений получается. В таком случае ее заинтересованность возрастала. Вдруг они смогут сообщить какие-нибудь подробности о Сириусе и смогут помочь найти его?.. Тонкс скрывала это сама от себя, но ей хотелось найти Блэка вперед авроров: посмотреть в глаза и спросить, что сподвигло его на предательство. Она смутно помнила веселого, легкого на подъем дядюшку, который нередко играл с маленькой Нимфадорой. Трудно было поверить, что тот улыбчивый «дядя Сири», обожавший домашнюю выпечку мамы и развлекающий ее всякими мелкими иллюзиями в детстве, и есть хладнокровный убийца, правая рука Волан-де-Морта, который выдал тайну Поттеров, что привело их к гибели. Встречу возле магазина писчих принадлежностей она назначила не случайно: подходы отлично просматривались, люди не создавали толпу, устремляясь дальше по улице, напротив было непопулярное кафе «Чайный пакетик Розы Ли». Тонкс издалека заметила приближение двух третьекурсниц и слегка поджала губы. Спутница Мораг была ниже нее, но одета в добротную богатую мантию, двигалась плавно, тщательно обходя лужи и грязь. Как будто снизошла до простых смертных. Тонкс успела пожалеть, что согласилась на встречу. Действительно, чего ожидать от Слизерина. Мораг тоже заметила ее и коротко поздоровалась. Представила коротышку, как Джуно Крей. Тонкс слегка удивилась: среди известных ей чистокровных такой фамилии не было. Но потом в памяти всплыла недавняя скандальная статья: дочь Эмилии Прюэтт, таинственно исчезнувшей из магического мира после обращенного на нее внимания Того-Кого-Нельзя-Называть. — А это моя знакомая, о которой я говорила, Нимфа… — Называй меня Тонкс, — перебила девушка, меняя цвет шевелюры с черного на фиолетовый. Крей кивнула, наблюдая за трансформацией с вежливым интересом. Вообще-то, такое безразличие даже немного обидело Нимфадору. Обычно люди удивлялись и охали при первом знакомстве, а не смотрели как будто сквозь нее. Последовала неловкая пауза. Тонкс пригласила всех переместиться в кафе, чтобы поговорить внутри. На улице было прохладно, хотя и безветренно. Заняли угловой столик. Заказали чай и десерт. Помолчали, отогреваясь. — Ну… И что вам надо от меня? Первой не выдержала Нимфадора и перелиняла цветом волос в ярко-красный. Мораг как-то странно фыркнула и покосилась на Крей. Та только сейчас откинула капюшон и слегка насмешливо улыбнулась. Может, так совпало, но девочка была отдаленно на нее похожа. И, ошарашенно приглядевшись, Тонкс поняла, что дело не в цвете волос. До того, как способности метаморфа у нее проявились особенно ярко, в детстве у нее была такая же неуправляемая, густая грива, которая и сейчас непокорно топорщилась во все стороны, до боли знакомый высокий лоб, пушистые, длинные ресницы… Девочка заговорила, и наваждение пропало. Наверняка из-за того, что их цвет волос случайно совпал. Тонкс отвлеклась и сосредоточилась на сути встречи. — В общем-то, просьба довольно странная. Я пойму, если ты окажешься, но на кону судьба, возможно, невиновного человека, — Крей грела руки об кружку чая и упорно высматривала плавающие там чаинки. — Меня… Попросили узнать о Сириусе Блэке и его брате побольше. К сожалению, в Хогвартсе я исчерпала все возможные источники. Но я узнала, что у Блэка, кроме их основного особняка, есть завещанный его дядей домик. Возможно, он или оставил там какие-нибудь следы, или скрывается там. И… я подумала, что ты сможешь помочь мне туда проникнуть. Ну, если туда еще не добрались авроры, конечно. Тонкс глубоко задумалась. На Гриммо слишком хорошая защита, ни один аврор так и не смог туда проникнуть. Если Сириус направился туда… То никто до скончания веков оттуда его не выковыряет. А насчет какого-то наследства от дяди она сама первый раз слышала. Похоже, эта девочка была неплохо осведомлена о Блэках, но почему именно ее попросили… Она же ребенок, школьница. Что она может сделать? Тонкс приняла решение, недолго колеблясь. — Да, Крей, я помогу тебе, чем смогу. Но только с одним условием: ты мне расскажешь всю правду. Кто тебя попросил заняться этим, почему и откуда ты знаешь такие подробности. Девочка выдохнула с облегчением. Торжественный момент нарушила сама Тонкс. Она неловко повернулась и локтем задела свою чашку, которая полетела на пол и разбилась. Нимфадора покраснела до кончиков ушей лицом, позеленела волосами и достала палочку, пробормотав несколько бытовых заклинаний. После небольшой суматохи Крей немного расслабилась, покосилась на Мораг, которая и не собиралась уходить, и начала рассказ, тщательно отмеряя интонации. Тонкс… впечатлило. Под конец встречи она, сама того не замечая, захлюпала носом, разрешила Джуно называть себя Дора и вообще прониклась к несчастной девочке самыми искренними чувствами. В ее истории она словно бы видела свою. В ее отчаянной матери, скрывающейся в маггловском мире от Пожирателей и деспота-отца, видела Андромеду Блэк, выжженную с гобелена лишь за то, что выбрала любовь вместо глупой традиции сохранения чистой крови. А под конец еще и оказалось, что они почти родственники. Джуно начертила примерную схему и выделила жирную ломаную линию, тянущуюся от нее до Эмилии Прюэтт через несколько поколений Блэков и Лукрецию Прюэтт, которая приходилась Джуно двоюродной бабушкой со стороны Прюэттов, а Тонкс — то ли трехюродной, то ли четырехюродной со стороны Блэков. Нимфадору не очень интересовали все эти чистокровные заморочки, но Джуно была «своей», воспитанной у магглов. А такую одежду выбрала, как она со вздохом пояснила, чтобы не выделяться на Слизерине. Раз отправили туда, значит, остается вертеться. — Получается, то, что у Сириуса и твоей мамы была помолвка, правда, и перед своей смертью она поручила тебе очистить его и имя?.. Как и Регулуса Блэка?.. Что же, Джуно… Я… Я спрошу у мамы про особняк Сириуса, но сильно не надейся… Хотя мы тоже не верим, что он виноват… Ладно, — прервала сама себя Тонкс, — я пришлю тебе сову, как что-нибудь узнаю. Вы… тоже присылайте, Мораг, Джуно. Если у нас будут доказательства, то Визенгамот обязательно пересмотрит дело Сириуса! Нимфадора пребывала в приподнятом расположении духа, даже перевернутая тарелка с печеньем не сильно ее расстроила. Да, если им повезет, то они смогут помочь Сириусу, если тот действительно не виноват! Или, как минимум, найти его. Попрощавшись с девочками, Тонкс неожиданно заметила долговязого симпатичного старшекурсника, в упор ее рассматривающего. Покраснев еще больше, она споткнулась, растянувшись за порогом кафе. Парень, на которого на засмотрелась, хмыкнул и подошел, чтобы помочь ей подняться. Волосы предательски начали сменять все цвета радуги, она смутилась еще больше, скованно поблагодарила и аппарировала прочь. Уже поздно вечером, после занятий, сидя на кухне с мамой и обсуждая Сириуса и Джуно, она вспомнила высокого голубоглазого блондина, смотрящего на нее пронизывающим взглядом. Кляня про себя способности метаморфа, которые выдавали ее с головой маме, знающей дочь, как облупленную. Полночи она ворочалась, не в силах заснуть, а на следующее утро прилетела сова от Джуно с ошеломляющими новостями. Якобы Сириус Блэк пробрался в Хогвартс, устроив неудавшееся нападение на портрет Полной Дамы. Но доказательств, кроме сомнительных слов перепуганной нарисованной женщины, не было. Джуно вообще думала, что это был не Блэк, но на всякий случай просила поразмышлять, не является ли дата Хэллоуина особой для Сириуса. После разговора с мамой ничего не прояснилось, только еще больше запуталось: оказалось, в компании Блэка и Поттера, кроме них двух, были еще некие Питер Пэттигрю и Римус Люпин. Пэттигрю, которого по официальному обвинению убил Сириус, и Люпин, который заступил на должность ЗОТИ в этом году. В свете побега Блэка слишком подозрительные совпадения.
