Лига Несправедливости

Иногда в жизни происходят вещи, которые трудно объяснить. Их никогда не ждут, поэтому внезапность происходящего всегда выбивает тебя из колеи. Обычно это все необъяснимо лишь на первый взгляд, а затем люди раскрывают секреты неизвестного, ведь есть законы физики, химии, биологии. И если хорошо подумать, вникнуть в мысль, разглядеть поближе и понять, то ответы непременно найдутся. Всему в мире есть логическое объяснение. Так уговаривал себя Билл, напряжённо следя за летающим самолетиком из-под нахмуренных бровей. Бумажные самолётики летают, потому что законы физики. Они в любом случае со временем оседают на землю, потому что законы физики. В комнате Билла бумажный самолётик успеет продержаться в воздухе максимум две секунды, потому что законы физики. Прошло десять минут. Билл с радостью посмеялся бы вместе с ликующим Джорджи, который пускал в полет самолётик за самолетиком, сложенные неумелой детской рукой, помятые, но крепкие. Только Билл не смеётся. Билл думает, что в их доме завелись демоны. Он переводит взгляд на восхищенно вздыхающего Джорджи, в руках которого раскрывается, будто расцветает, бумажный цветок. Точно демоны. Понаблюдав с утра пораньше за подобной картиной ещё с полчаса, он пришёл к выводу, что демон в доме один. Ему девять лет, и он любит оригами. Все бумажные фигурки, которых касался его младший брат, начинали жить своей жизнью — ползать, плавать, летать. Джорджи в восторге. Билл — в ужасе. Он размышляет над тем, как ему поступить, все оставшееся утро. Думает долго, напряжённо, кусая губы и практически не замечая, как руки сами готовят завтрак. И первым делом решает поговорить с Джорджи. Над этим он размышляет ещё дольше, подбирая нужные слова и успокаивая эмоции. Бурная мозговая деятельность продолжается все утро. Ровно до того момента, пока он не ломает пополам стол. Поставив на него локоть. Тяжелый стол из крепкого дерева жалобно трещит в месте разрыва и сыплет опилками на пол, а Билл не менее жалобно смотрит в ответ. Ему искренне жаль. Себя и свою задницу, которую ему надерут родители за то, что он каким-то чудесным образом сломал стол, служивший им верой и правдой больше десяти лет. Ему очень не хочется переходить из стадии жалости к себе в ту самую шоковую стадию, где он ошалевшим взглядом пытается осмотреть свой локоть. К сожалению, он в неё переходит. И случайно таранит ногой шкафчик под раковиной, попытавшись сделать широкий шаг назад. Будто бы это могло помочь посмотреть на локоть подальше. Серьезно, о чем он думал? Билл искренне не хотел видеть последствия своего внезапного буйства, но всё же пришлось — нога там застряла. Ладно. Нужно всего лишь аккуратно достать её оттуда. Это не сложно. Билл тянет ногу на себя и слышит режущий уши скрежет — нога остаётся в дверце. Но уже не в шкафчике. Освободив, наконец, ногу, он опасливо сглатывает, наклоняясь к тому месту, где раньше была дверца. Петли вырваны с корнем, а он даже не напрягался. И Билли сглатывает ещё раз, переводя растерянный взгляд на дверной проём, где стоит не менее озадаченный Джорджи. Прижав к груди трепыхающийся бумажный самолетик, он смотрит на сломанный стол почти укоризненно, будто бы это он виноват во всем, что здесь произошло. Биллу очень не хочется объяснять что-либо родителям. Хотя бы потому что объяснений у него нет. Судя по всему, у Джорджи тоже. Не сговариваясь, они вместе идут к выходу. Потому что для получения люлей любое время будет лучше, чем утро воскресенья.

***

Со времен младшей школы неизменным оставалось лишь одно — каждое воскресенье все члены клуба Неудачников собирались вместе. Они всегда встречаются в центральном парке ровно в полдень. Билл, попрощавшись с Джорджи у дома его одноклассника, добрался до парка первым. Он хотел было присесть на старенькую покоцанную скамейку, облюбованную друзьями ещё в той же младшей школе, но понял, что слишком нервничает, чтобы оставаться на одном месте более, чем на минуту. Подняв взгляд на оживлённую площадь, Билл наконец увидел знакомый силуэт и, прищурившись, с удивлением узнал в нем Ричи. Тозиер не отличался пунктуальностью и уважением к личному времени его друзей, поэтому являлся на встречу если не последним, то уж точно не одним из первых. Он глухо и неумело насвистывал какую-то популярную песню, название которой Билл не помнил. Ричи направлялся к нему пружинистой походкой, закинув на плечо пустой рюкзак.  — П-привет, — первым поздоровался Билл, нервно вытирая вспотевшие ладони о штаны, — Хорошее наст-т-троение?  — Привет, Билли, — Ричи бросил на скамейку свой «груз» и приземлился рядом, — Просто отличное, чувак, сегодня мой день! Билл завистливо вздохнул, оглядев друга с головы до ног. У кого-то вот было прекрасное утро, а у него сразу проблемы космического масштаба с утра пораньше. Он успел остудить голову, но всё ещё судорожно соображал, что скажет родителям вечером и как рассказать обо всем, что произошло, друзьям. И желательно так, чтобы его не посчитали поехавшим. — Мать сегодня мало того, что встала раньше, так ещё и приготовила нам завтрак. А я! Я! — он ткнул пальцем себя в грудь, — Я не только выспался сегодня, но и успел к горячему завтраку! И за этим же завтраком отец сказал, что они сваливают на неделю! Сегодня, мать твою, лучший день в моей жизни! Билл хмыкнул, удивленно приподнимая брови, и ещё раз осмотрел друга с головы до ног, который действительно выглядел свежо и чертовски довольно.  — Как мало тебе надо для счастья. Денбро обернулся к тому, кто озвучил его мысли за него. Эдди стоял чуть поодаль, сложив руки на груди и иронично надломив брови.  — Завидуешь, Эдди-Спагетти? — расслабленно развалившись на лавочке, тут же отозвался Ричи, — Твоя мамаша вряд ли оставит своего ненаглядного хотя бы на день.  — Привет, Билл, — бросил Эдди и хлопнул друга по плечу, направляясь к их скамейке.  — П-привет, Эдди.  — А мне не привет? — фыркнул Ричи, зачем-то отодвигаясь и освобождая место на и без того просторной лавочке.  — Тебе не привет, — отвечает Каспбрак, приземляясь именно на это место между Ричи и его рюкзаком.  — Как невежливо, Эдс.  — Не зови меня Эдс, — грозно отозвался Эдди, — Ты не достоин моей вежливости, говнюк. Билл благодарит богов за то, что ему не нужно снова в это вмешиваться, потому что на горизонте виднеются еще два знакомых силуэта. Но Бен и Стэн явно не торопятся прервать своим появлением перепалку этих двоих, что-то тихо обсуждая между собой. Билл решает не трепать себе нервы в ожидании.  — Ребят! — зовёт он их, вскинув руку, — Привет. Стэн нехотя отрывается от разговора, сдержано кивая. Бен негромко здоровается, и Билл замечает. Они выглядят напряжёнными и растерянными. Только успокоившаяся нервозность снова накрыла его с головой. Он нахмурился. — Что-то случилось? Они переглянулись. Зачем нервировать его ещё больше этими переглядками? Почему нельзя просто сказать прямо, конспираторы хреновы? Разумеется, он ничего из этого не говорит и только многозначительно смотрит на этих двоих. — Мы видели что-то странное, — выдавливает Стэн, и Билл нутром чует, что это что-то из того же разряда жести, что была в его доме этим утром, — В библиотеке. Только в библиотеке. Разве что-то может быть лучше, чем жесть, которая происходит в библиотеке.  — Перед каким-то парнем книга просто воспламенилась сама собой, — обеспокоено начал Бен, сжав края подпаленной футболки. Билл не успел этого прокомментировать, так как Стэн перебил всех, кто порывался спросить Бена об этом.  — Бен хотел помочь затушить её, но даже не успел подойти. Парень просто посмотрел на него и… — он кивнул на футболку в руках самого Бена, — Вот.  — С каких пор я пропускаю все самое интересное, потому что просто не хожу в библиотеку? Что за херня? — возмутился Ричи, но тут же был перебит Капсбраком. — Вы уверены, что Бен не контактировал с пламенем? Парни покачали головой, Эдди нахмурился. — Может, это просто… Что «просто» — договорить он не успел, они услышали скрип колёс и сбитое громкое дыхание. — Р-ребят, — еле-еле выдохнул Майк, держась за ворот промокшей от пота футболки, — Это пиздец. — Тебя подожгли взглядом? — уныло отозвался Бен. Майк завис, задержав взгляд на друге. — Что сделали? — Так ч-что случилось? — обеспокоено спросил Билл, окидывая его взглядом с головы до ног.  — Я, блин, вообще не знаю, как вам об этом рассказать, — отчаянно промямлил Майк, слезая со старого скрипучего велосипеда, — Я… Эм. Он остановился и неуверенно, будто сам же не верил в свои слова, сказал:  — Я говорил с овцой. На некоторое время повисло молчание. Билл и Бен смотрели с жалостью, Ричи и Эдди непонимающе переглянулись, почти сочувствующие глаза Стэна говорили: «мне жаль, что ты тоже оказался поехавшим». Очевидно, они либо не восприняли его всерьёз, либо подумали, что у него поехала крыша. На самом деле он и сам склонялся ко второму варианту. Он набрал в легкие побольше воздуха, решительно намереваясь объяснить, что имел в виду, но низкий мужской голос, прозвучавший у него над ухом, был раньше. — Мальчики? Они обернулись. Перед ними стоял высокий мужчина средних лет. Его темные волосы уже давно тронуты сединой. Костлявыми пальцами мужчина нервно перебирал край старой рубашки. Робко приподняв плечи, он переминался с ноги на ногу и смотрел на ребят растерянными глазами. — Мы… можем чем-то вам помочь? — спросил Эдди, с подозрением оглядывая незнакомца. — Кому «нам»? Кто «мы» то? Я здесь одна! — почти истерично прикрикнул мужик, — Это я, ребят! Беверли! — Эм, — многозначительно протянул Ричи. Он поднялся со своего места, Эдди вскочил следом, настороженно глядя на мужчину. Остальные тоже напряглись.  — Окей, мы поняли, Беверли, — уточнил Тозиер и повернулся к друзьям, — ну нахер, ребят, он — псих. Сваливаем, теперь это его лавочка.  — Я не псих! — разозлился псих и вдруг решительно двинулся к Биллу, — Смотрите. Тот дёрнулся, но не успел и шага сделать, как мужчина оказался рядом, хватая его за локоть. — Да что это за хрень?! — крикнул кто-то, но Билл не смог определить хозяина голоса. Он ошарашено смотрел на мужчину перед собой, который в считанные секунды уменьшился визуально. Телосложение, овал лица, форма носа, губ, глаз — все поменялось настолько быстро, что он не сразу понял, что вообще произошло и на кого он теперь смотрит. На себя. Билл Денбро стоял перед своей точной копией и поражённо хлопал глазами. Облачить свои обрывочные бушующие мысли в слова было невозможно, будто заикание вдруг усилилось. Молчали все, не знали, как реагировать и как это комментировать. Но все мы знаем, что среди них был человек, который всегда знал, что сказать.  — Охренеть, — медленно протянул Ричи, неотрывно глядя на двух Биллов.  — Хорошо, что он подошёл не к Ричи, да? — вдруг выпалил Стэн. Самый стрессоустойчивый видимо — он первый вышел из оцепенения. — Два Билла лучше, чем один, — глубокомысленно изрёк Майк, подтверждая слова Стэна.  — Один Ричи хорошо, а ноль ещё лучше, — продолжил Эдди это собрание пословиц и поговорок и, кажется, окончательно пришёл в себя. — Эй! — возмущённо отозвался предмет обсуждения. Второй Билл тем временем устало вздохнул. — Беверли. Я Беверли, говорю же. Я просто уже не знаю, как доказать, — он обессилено опустился на лавочку, — Я не могу вернуться в обратное состояние. — Бев? — наконец отозвался Билл, медленно приходя в себя, — И ка-ак ты док-к-кажешь, что это ты? Именно Беверли. Билл номер два вскинул голову, с надеждой глядя на парня. — Спросите что-нибудь. — Как н-назывался тот спектакль? Тот самый, в котором… — предложил Билл, но его перебили. — Слишком просто, — цокнул Ричи, — нужно что-то, что знаем только мы. Или по крайней мере некоторые из нас. Бен смущенно откашлялся, привлекая к себе внимание. Второй Билл… Точнее Беверли вдруг улыбнулась. — Жар твоих волос — угли в январским костре, — тихо проговорил Бен, не поднимая взгляда на друзей. — Я в нём сгораю, — закончила Беверли. Бен улыбнулся девушке, которая подмигнула ему после своих слов. Где-то в этот момент ребята заметили, что теперь перед ними сидела их подруга. Это была Беверли. Теперь уже такая, какой она и была ещё вчера. — Охренеть, — подвёл итог увиденному Ричи и плюхнулся рядом с девушкой. Эдди и Бен тоже приземлились рядом. — Что это вообще? Как? — растерянно сказал Эдди и посмотрел на друзей в надежде, что кто-нибудь что-нибудь знает. Но ни у кого не было ответов. — У меня так с самого утра. Сначала папа, потом какой-то незнакомый мужик, которого я случайно задела по дороге, пока неслась к вам, — медленно начала Беверли, — Я касаюсь людей и становлюсь похожей на них. Даже одежда. Я не понимаю, что это и как работает, но вы сами всё видели. — Значит, не у меня одного было ужасное утро. Все обернулись на Билла. Он хмурился, задумчиво рассматривая фонарный столб рядом с ними — высокий и толстый. Из чего, интересно, их делают? Железобетон? Наверняка. — Что на этот раз? — настороженно спросил Стэн, поджав губы. Весело конечно, да, но это действительно уже пугает.  — Смотрите, — Билл повторил недавние слова Беверли и в два шага оказался у того же столба. Он обхватил его руками, прижав холодный бетон к груди, и потянул вверх. Краем уха он услышал пораженное «да ладно?!» голосом Ричи, прежде чем выдрать гребаный фонарный столб из земли и осознать, какой же он легкий. Билл едва сдержал собственный вопль от внезапного прилива адреналина. Он действительно так может? Ему это не снится? Он действительно сначала думал, что у него ничего не получится, но никак не ожидал такого результата. Вместе со своей ношей он повернулся к растерянным друзьям, во все глаза наблюдавшим за ним. — Охренеть, — вновь изрёк Ричи. Ребята заторможенно кивнули, полностью соглашаясь с его мыслями по этому поводу. Билл осторожно поставил фонарь обратно, но, заметив, что тот начал крениться в сторону, поднял снова и с силой всадил его в землю. Теперь он был чуточку ниже, чем был до этого. — Я же говорил, — тихо произнёс Майк после минуты тишины, — Происходит какая-то херня. — После всего, что было, твои беседы с овцами кажутся вполне нормальным явлением, — заметил Эдди, — Ты что, просто почувствовал потребность с ней поговорить? — Если тебе одиноко, ты всегда можешь побеседовать с нами, дружище, — продолжил Ричи, — Не нужно делать трагедию из того, что ты уже от скуки с овцами разговариваешь. — Да нет же! — воскликнул Майк, — Это они со мной говорили! Но встретившись с насмешливым взглядом Тозиера, он нахмурился и стал озираться по сторонам в поисках чего-то (или скорее кого-то), что могло бы подтвердить его слова. Это было не так-то просто, нежели в случае Билла и Беверли. Наконец взгляд наткнулся на небольшую стайку голубей, окруживших небольшую лужицу у фонтана. — Эй! — позвал их Майк, чувствуя себя нереально глупо. Но он уже настроился, нет пути назад, — Эм… Летите сюда! В следующий момент он правда подумал, что он поехал крышей. Уже точно и бесповоротно. Потому что птицы повернулись в его сторону и, заинтересованно хлопая крыльями, двинулись к ним. Справившись с внутренней истерикой, он обернулся на друзей, торжествующе смотря на перекошенные от удивления лица. Первый отмер Тозиер — он начал сдавленно хрюкать, крючась от приступа смеха. — Чел, — выдавил Бен, — Ты сейчас что… курлыкал? Стоило кому-то произнести это вслух, как дамбу прорвало. Ричи заржал в голос, запрокинув голову, и забарабанил ладонями по всему, что было под рукой — собственные колени, лавочка, Эдди. Тот недоуменно наблюдал за приближающимися голубями, не обращая внимания на буйство Тозиера. Беверли улыбалась, изо всех сил стараясь не сорваться вслед за Ричи. Они с Биллом правда хотели его поддержать, но развернувшаяся сцена действительно была уморительная, и они то и дело срывались на смешки. В глазах Стэна по прежнему читалась искренняя скорбь по потерянной адекватности Майка. Тем временем толстые птицы уже облепили Майка со всех сторон, интересуясь, что же случилось. Интересуясь. Он уже даже проигнорировал новость о том, что он курлыкает. Потому что это край. Потому что это:  — Хочу есть!  — У тебя есть?  — Еда!  — Жрать!  — Как же хочу есть!  — Дай мне! Дай! Голоса слышались будто бы отовсюду, они кричали наперебой. Голова уже начинала болеть от этого цирка, Майк сморщился и топнул ногой, чтобы прогнать их. — Да отвалите вы, нет ничего у меня. Краем уха он услышал как взревел Ричи, гогоча так, что аж слезы собрались в уголках глаз. Он отчаянно хотел прокомментировать курлыканье Майка, но не мог выдавить ни слова. Эдди поморщился и больно ущипнул парня, от чего тот подпрыгнул и немного присмирел, но все ещё истерично посмеиваясь. — Охренеть! — воскликнул он и получил тычок острым локтем под рёбра.  — Да хватит уже это говорить, придурочный! — рявкнул Эдди. А наглые птицы все не унимались, требуя от Майка еды. Голоса со всех сторон, его окружают птицы, и он судорожно пытается придумать, где уже достать им эту чёртову еду. — Твою мать, у кого-нибудь есть хлеб? Мне срочно нужен хлеб! Волна смешков вновь прошлась по группе ребят, и Ричи посмеивался даже сквозь боль в руке, плечо которой предупреждающее сжимал Каспбрак. В какой-то момент Бен начал хрипеть. И это было бы естественно, если бы он смеялся. Если бы это был хрип от смеха. Но его лицо выражало только панику. Он прикрыл рот руками, зажмурившись, и явно переживал рвотные позывы. — Бен? — обеспокоенно позвал его Стэн, — Всё в поря… Бен быстро убрал руки от лица и напрягся, открывая рот. Он вдруг содрогнулся и с отвратительным скрипящим звуком отрыгнул нечто большое и твёрдое. Это что-то отскочило и с хрустом ударилось о землю. Ребята замерли, изумлённо таращась на загадочный предмет. Но всё же долго гадать здесь было не нужно. Это был хлеб. Ни капли слюны или чего-то лишнего. Сухой, светлый, хрустящий белый хлеб. Целая буханка. — Охренеть, — сдавленно прошептал Эдди. Майк тоже замер, отвлекшись от надоедливых птиц, которые поспешили напасть на богатый пир в виде свежего куска хлеба. Бен тяжело дышал, как после марафона километров на тридцать, ошарашено смотря куда-то сквозь злополучный батон. На висках проступили капельки пота, и на какое-то время даже показалось, что они все перенеслись на пару лет назад, когда он был толще, когда точно так же загнанно дышал после их побегов от банды Бауэрса. Бен сглотнул, смачивая пересохшее горло, и просипел: — Какого черта?! — Однако же здоровый у тебя аппетит, — Пробормотал Ричи, вытянув шею, чтобы поближе разглядеть батон, — Ты что сожрал целую буханку? — Я вообще мучное не ем, — полуистерично прошептал Бен, игнорируя скептические взгляды, — И я бы просто не смог проглотить такой огромный кусок, это невозможно! — Надеюсь, это не из-за меня, — сказал Майк и тут же исправился, — То есть, из-за моих слов. Раз уж сегодня такой дикий день, я уже во всё могу поверить. — Ты приказал Бену блевануть хлебом? — хмыкнул Ричи и тут же просветлел, — Скажи Бену блевануть чипсами! Жесть как хочу читосов! — Ричи, — предупреждающе протянул Стэн, — это уже не шутки. — А я и не шучу, — продолжал веселиться Тозиер, — Мне срочно нужны чипсы. Надо ли говорить о том, что того, что произошло в следующий момент, не ожидал никто? Впрочем, как и в прошлый раз, никто не ожидал, что Бен вдруг начнёт хрипеть и издавать те же противные звуки. Он сгорбился, положив руки на живот, и забулькал. Напрягшись всем телом, он содрогнулся. Из его рта, будто по узкой трубке, вывалилась новенькая сверкающая пачка чипсов. Бен вновь тяжело задышал, вытирая пот со лба рукавом рубашки. — Твою мать, Ричи! — засипел он, — Ты хочешь меня убить?! Окей, это уже не смешно. Это странно. Ладно хлеб — может, он просто был очень голодный? Но вряд ли он бы съел целую пачку чипсов, даже не открыв ее. Глотать пакет — такое себе удовольствие. — Откуда я мог знать? Охренеть! — Ричи выглядел не столько ошарашенным увиденным, сколько взбудораженным и даже немного довольным, — Спасибо, дружище. Он пододвинулся и поднял пачку, чтобы посмотреть, какой у чипсов вкус. Удовлетворенно кивнув, он принялся её открывать. Эдди посмотрел на друга с нескрываемым ужасом и вцепился ему в руку. — Ты больной?! Ты что делаешь? — закричал он. — Открываю чипсы? — ответил Ричи, не отвлекаясь от своего занятия, — Ребят, я все понимаю. Да, это сейчас было охренеть как странно. Я просто в шоке и вообще не знаю, как на это реагировать, поэтому я просто буду жрать эти чипсы, окей? Жрать и успокаиваться. Некоторые опустили глаза, соглашаясь. Да, осознать сложновато. Все ещё кажется, что это коллективная галлюцинация или всеобщее безумие. Повисло молчание, нарушаемое лишь шуршанием блестящей пачки в руках Ричи. Каждый тяжело задумался, заставляя себя смириться и понять, что делать с этим дальше. Это было странно, никак не вписывалось в обычные скучные дни в Дерри, в котором никогда ничего не происходило. И было ли это в каком-то смысле полезно или же все-таки опасно? Одно дело читать об этом в комиксах, смотреть в фильмах, но не ощущать на собственной шкуре. В какой-то момент Эдди не выдержал и ударил Тозиера по рукам. От неожиданности тот выронил пачку. — Господи, нет, все равно нет! Ты не можешь это есть! — Почему?! — недоуменно вскрикнул Ричи, поднимая чипсы. — Она была в чужом рту! — Эдди скривился, — Отвратительно, на ней полно микробов. — Ну так пачка же закрыта, — пожал плечами Ричи, — Чипсы сами не тронуты. — Ты вообще не подумал о том, откуда они взялись? Это все ещё ужасно, выкинь их. — Не-а, — Он наконец справился с пачкой и открыл их, вдыхая островатый запах, — Я собираюсь их съесть. — Фу, я сам сейчас блевану, — Эдди решительно вцепился ему в руку, — Выкинь это нахрен. Вопреки всему Ричи остановился, замерев. Помолчал немного, посмотрел на пачку, на Эдди, зачем-то на его ноги и вновь поднял на него взгляд, вдруг становясь серьезным. — Слушай, я тут подумал… — Неужели? — иронично хмыкнул Стэн. — Я тут подумал, — настойчиво повторил Ричи, даже не посмотрев на Стэна, — Сейчас задался вопросом. Хотя даже не сейчас, а вообще. Я давно об этом думаю, на самом деле каждый раз об этом думаю, если честно. Эдди нахмурился, заранее ожидая какую-то подставу. Он так привык к этой болтовне, что давно уже научился фильтровать всю ненужную информацию в речи Балабола, поэтому терпеливо ждал, пока тот дойдёт до сути. — Короче вот я сейчас смотрю и думаю: какого хрена, Эдс? Тебе шестнадцать лет, шестнадцать! Ты все ещё носишь короткие шорты. Эдс. — он максимально серьезно посмотрел в глаза изумленному другу, — Они буквально преступно короткие. Зачем ты это делаешь? Ты кого-то провоцируешь? Беверли? Билла, Стэна? Может, меня? Ты провоцируешь, Спагетти? — Чего? — ошарашено прошептал Эдди, — Ты чего несёшь, Балабол? Я всегда шорты надеваю, когда жарко. Ты тоже в шортах ходишь. — Они не настолько выше колена, — упорствовал Ричи, — Они… Эдди отодвинулся, наконец расцепляя пальцы, которыми он вцепился в руку Тозиера, и уставился на него. Тот вдруг замолчал. Моргнул. Моргнул ещё раз и растерянно нахмурился. — Они… Они тебя молодят просто. Не пойми неправильно, тебя молодит… — он оглядел парня с головы до ног, — Весь ты в общем-то. Мда. Забудь. — В смысле забудь?! Это что было вообще? — разозлился Каспбрак, — Это новый повод для унижений? Что за хрень, Балабол? — Я сказал, что ты в них выглядишь как ребёнок. Но потом посмотрел и понял, что ты и без них выглядишь как ребёнок. Вот сними шорты, увидишь. Эдди раздраженно закатил глаза, да так сильно, что аж наблюдающим больно стало. — Так вот к чему это было, — он несильно пихнул его в плечо, — Придурок. Ричи усмехнулся, но было в этой усмешке что-то напряженное, что не скрылось от взгляда самых зорких — Стэна и Беверли, но те решили промолчать. Все-таки это реально странная ситуация, и очередная чепуха Тозиера была ещё самым адекватным из всего, что сегодня произошло. Билл тяжело опустился на лавочку рядом с хрустящим чипсами Ричи, и остальные последовали его примеру. Им предстояло это обсудить.

***

В школу они шли все вместе. По понедельникам у многих совпадают уроки, поэтому утром этого дня они встречались у дома Билла и шли до школы всей компанией. Не хватало только Майка, который все ещё был на домашнем обучении. Им всем его не хватало в школе, но он сам принял это решение. На ферме сейчас тяжело, Майк все чаще стал работать один. Они старались помогать ему по возможности, но он все равно решил перейти на домашнее. Они все были расстроены, но поддержали друга. Впереди рядом со Стэнли и Биллом шёл Эдди, немного обгоняя их, когда особо сильно уходил в себя, задумываясь. Чуть сзади держался Бен. Замыкали процессию Ричи и Беверли, которых всегда прогоняли назад, когда они начинали дымить сигаретами. Они шли в тишине, когда Эдди вдруг замедлился, поравнявшись с друзьями. Он задумчиво кусал губы, сжимая в пальцах лямки рюкзака. — Как думаете, эти… способности есть у всех? Стэн с Биллом переглянулись. Причина, по которой Эдди был так задумчив и молчалив все утро, была ясна как день. Они все знали друг друга, как облупленных, и переживания друга чувствовали сразу. Столько всего произошло вчера, они столько в себе открыли, и Эдди боится снова остаться не у дел. Боится, что не откроет в себе ничего и останется обычным, пока все его друзья будут разбираться с новыми силами, наслаждаться чем-то новым в своей жизни. Он слишком часто оставался в стороне. — Наверное, нет, — сказал Стэн, — у наших родителей же все по-прежнему. И у нас с тобой. И Ричи. — Может, есть какой-то отбор? — предположил Бен. Эдди задумался, украдкой оглядывая друзей с головы до ног. Вполне возможно, что эти способности просто появились у самых сильных из них. Не только физически, но и духом. Высокий Билл со своими лидерскими качествами, крупный Бен с исключительными умственными способностями, Беверли — волевая и храбрая девушка, а ещё Майк, который ещё в детстве был шире их всех в плечах и с большими кулаками, но его сердце было не менее большое и доброе. А что он, Эдди? Даже сравнивать не будет, только настроение себе испортит. — Может, — уныло отозвался он. — Эй, — позвал его Стэн, — Я тоже вроде как без этих странных способностей. Ты вообще-то не один такой особенный. Не очень успокаивает, но он пытался его приободрить. По-своему. Эдди послал ему благодарную улыбку. — У меня вот тоже ничего нет, — громко сказал Ричи откуда-то сзади и, выбросив дымящийся окурок, нагнал их, — И знаете что? Я просто счастлив, что не могу разрушить весь дом, случайно ударившись локтем. Да и блевать рандомными вещами тоже такое себе удовольствие. У меня вообще всё прекрасно! — Его злобная бабуся-соседка впервые не заметила его окурки на своей клумбе, — хмыкнула Беверли. — И я успел их убрать, — кивнул Ричи, — Что за прекрасное время, на меня уже как дня два никто не орёт. — Удивительно, — протянул Стэн. — Возможно это и к лучшему, — вздохнул Эдди, — то, что у нас ничего нет. Но я был бы рад иметь способности, которые могли бы успокоить наконец мою маму. Что вчера, что сегодня — будто с цепи сорвалась. — Скучает по мне, — Ричи покачал головой, — Давно я не заходил к миссис Кей. Эдди закатил глаза и попытался обогнать его, чтобы обрубить любимую тему Тозиера на корню, но тот в силу своих более длинных ног с лёгкостью поравнялся с ним. — Заткнись, Балабол, — раздраженно сказал Эдди, — Отвали уже от моей мамы. — Ревнуешь меня к своей мамке? — весело хмыкнул Ричи. — И от меня тоже отвали, — исправился Каспбрак. Кажется, Ричи хотел сказать что-то ещё и возможно даже сказал, но абсолютно весь посторонний шум был перебит оглушительным визгом колёс. Машина ехала с такой скоростью, что ребята невольно остановились. Ричи сделал ещё шаг и вопросительно посмотрел на друзей. Все случилось за доли секунд. Машина, проезжавшая рядом на огромной скорости, плюс грязная лужа — и вот они все поголовно в грязи. Ах нет, Ричи стоит рядом абсолютно чистенький и ухмыляется так, будто сегодня гребаное Рождество, а лица друзей в этот прекрасный момент — лучший подарок на свете. Хотя, признаться, было бы не так весело, если бы Эдди не выглядел так, будто у него сейчас лопнет глаз. — Т-т-т-твою мать! — выплюнул Билл, оглядывая себя. — Черт, — прошептал Эдди, и такой паники в его глазах не видели давно. — О нет, микробы! — пропищал Ричи, очевидно, пародируя голос Каспбрака, и позже добавил, — Это всего лишь вода и песок, Эдс, смотри не обоссысь. Эдди с ненавистью глянул на него, но ответил Стэн, пока остальные приходили в себя, громко ругаясь на водителя давно уехавшей машины. — А ты тут самый подходящий человек на роль того, кто должен успокаивать, да? На тебя и капли не попало. — Этот день слишком хорош, — довольно отозвался Ричи, — Я чертов везунчик. Стэн смерил его нечитаемым взглядом и подошёл к Эдди с Бев, которые раздавали влажные салфетки.

***

— Сначала я п-п-подумал, что завелись д-демоны, клянусь! — шептал Билл, низко склонившись к тетради. На уроке этого учителя понижать голос было необязательно, но прослыть сумасшедшим в случае, если кто-то их услышит, все равно не хотелось. Стэн рядом прекрасно его слышал и так, но самому заинтересованному Ричи и Эдди «отсядь отсюда, ты мне мешаешь» пришлось повернуться, чтобы слышать весь эмоциональный диалог Билла. — Как на это отреагировал сам Джорджи? — поинтересовался Стэн. — Будто был готов к этому лет с трёх, — вздохнул Билл, но, заметив направленный на них взгляд учителя, выпрямился. — Что такое, Каспкраб? Увидел там что-то интересное? Ричи не смог подавить смешок и тут же перевёл предвкушающий взгляд на учителя. Реакция Эдди на это всегда одна — он замер и скривился. Медленно повернувшись обратно к доске, он сел ровно. В глазах читался упрёк, он смотрел учителю в глаза. Не то чтобы это когда-нибудь срабатывало, у мистера Дика не было совести и не будет уже никогда. Его постоянные тупые шуточки и коверкание имён и фамилий учеников уже приелись, но всё ещё невероятно бесили. Вряд ли он когда-нибудь поймёт, что подобный вид юмора был смешным разве что для младшей школы. Но никак не для старшеклассников и сорокалетнего учителя биологии, коим он являлся. Этот идиотизм оценит разве что придурок Бауэрс. Или их одноклассники, которые видимо не далеко ушли от младшей школы. — Простите, — процедил Эдди, чувствуя, как от негодования горят уши, — Я просто спрашивал тему. Не услышал. — Никак спрашивал у моего любимого ученика! Стэн сделал глубокий вдох. — Стэн Урина! Стэн сделал ещё один глубокий вдох. К сожалению, умереть от переизбытка кислорода не получилось, поэтому он сквозь внутреннюю боль и усталость поднял взгляд на учителя. Повсюду послышались смешки. — Знал, что тебе понравится эта тема. Выйдешь сюда и расскажешь, что знаешь, Урина? Эдди устало прикрыл глаза, чувствуя, как Ричи предвкушающе завертелся. О нет. Он не хотел подставлять своего друга, и Каспбраку было искренне стыдно, но в глубине души он все равно был рад, что от него сейчас отстанут. Ричи бы тоже не помешало немного сочувствия, но тот был слишком очарован несравненным профессионализмом учителя в сфере дебильных шуток. Иногда Эдди не знал, кому бы он хотел врезать больше — мистеру Дику или Ричи. В данный момент выбор был очевиден, поэтому он тут же пихнул Тозиера в плечо, призывая того успокоиться. — Это не моя фамилия, — спокойно, словно тибетский монах, ответил Стэн, — Нет, не хотел бы. Эдди обернулся, потому что не мог не увидеть воочию великомученика, которого сам же и подставил. Не мог он и не смотреть на него, как на гребаное чудо, потому что столько терпения не было ни у кого из всех знакомых Эдди, и он искренне восхищался своим другом. Во взгляде Стэна однако он увидел только «как же я заебался» и ещё немного «убейте меня, пожалуйста». — Чего так? — весело отозвался учитель, и всем в этом классе стало ясно — он уже не отстанет. — Он сп-п-прашивал м-меня, — вступился Билл, и Эдди мог поклясться, что никогда не видел на лице Стэна такое облегчение. — Тогда может ты хочешь выйти к доске, Б-б-билл? Гадкое хихиканье Ричи, утонувшее во всеобщем смехе, уже бесило настолько, что Эдди на секунду пожалел, что не попросил у Бена отрыгнуть ему пару беруш. Ну или целого клоуна — вдруг тогда бы он наконец заткнулся? — Я н-не очень хорошо з-знаю эту тем-му, — выстоял удар Билл. — Вот и заткнитесь тогда, — легко отозвался мистер Дик и отвернулся к доске. Эдди выдохнул и услышал, как ему вторит Билл и шепчет: — Х-х-х-х… — Хуила, — раздраженно бросил Стэн, закончив за него мысль. Эдди склонился над тетрадью, записывая тему. Урок проходил спокойно, но нехорошее предчувствие не покидало его ещё с утра, поэтому он и не думал расслабляться. И не зря. Подняв сосредоточенный взгляд на доску, он зацепился взглядом за небольшое бледное пятно, которого в этом конкретном месте быть не должно. Но оно там было. Оно было в воздухе. И это было не «оно», это был чертов карандаш. И он не лежал и даже не стоял, он парил над одной из парт и сводил Эдди с ума одним своим существованием. Каспбрак проморгался, тряхнул головой и даже сделал массаж головы, но карандаш не пропал, он все ещё был там и кажется куда-то летел. Эдди оглянулся, окидывая взглядом класс, и наткнулся взглядом на их одноклассницу, которая так же, как и он пару секунд назад, сверлила взглядом проклятый карандаш. — Ты это видишь? — шепнул ей Эдди. Девушка вздрогнула и посмотрела на него. — Что? Карандаш с громким стуком упал на пол, привлекая внимание одноклассников. Те, кто был ближе всех к месту происшествия, завертелись по сторонам, с подозрением оглядывая задние парты. Мистер Дик даже не обернулся. Эдди пораженно вздохнул, неожиданно поняв, в чем тут дело. — Это была ты! — свистяще зашипел он, — У тебя тоже есть способности! Девушка кивнула и кажется хотела что-то сказать, но Эдди быстро вернули в окружающую реальность, резко дёрнув за локоть. Это был взбудораженный Ричи. — Ты только послушай его! Эдди недовольно глянул на повернувшегося к ним одноклассника. Он широко ухмылялся и лучился такой уверенностью, что Эдди аж к стулу пригвоздило. У этого парня явно хорошие новости, иначе взгляд а-ля «я — король мира» не объяснить. Их одноклассника звали Стив, и он был противным мальчишкой с ещё более противным характером. Собственно, поэтому он хорошо и общался с Ричи. — Я могу видеть сквозь предметы, чел, — обратился он к Эдди и, будто под припадком, задергал бровями, — Сквозь одежду тоже. — А чем докажешь? — недоверчиво обратился к нему Каспбрак. — А вы знали, что Бетти Рипсом плоская как доска? — тут же начал Стив, — У неё лифчик с этими… подкладками! — Да ну?! — отозвался Ричи Стив наклонился поближе, и они невольно подались вперёд. — Виктор не носит трусы. — О боже, — сморщился Эдди и отодвинулся — Я не хотел этого знать. — Черт, вот это крутая способность, — завистливо протянул Ричи. Он повернулся к Стэну и Биллу и начал оживленно рассказывать о чем-то, скорее всего про силу Стива. Эдди не слушал, он чувствовал на себе чужой взгляд очень явственно, и это выбивало из колеи и вызывало позывы сжаться и прижаться спиной к стулу, но он усилием воли остался в том же положении. Причину этого чувства он увидел сразу же, как поднял взгляд. Стив смотрел на него. Даже не так. Стив его оглядывал и оценивал, и Эдди не знал, какое чувство пришло первым — смущение или раздражение. — Не пялься на меня, обмудок, — нахмурился Каспбрак, — Если тебе так интересно ношу я трусы или нет, мог бы просто спросить. Стив хмыкнул, но взгляда не отвёл, теперь разглядывая его с показательной усмешкой. Честно говоря, Эдди был в шаге от того, чтобы кинуть что-нибудь в его наглую рожу, но Ричи наконец повернулся обратно, тем самым закрывая его от пронизывающего взгляда. И Эдди почувствовал облегчение и благодарность. — Эй! — наигранно возмущённо воскликнул Ричи, — Какого черта, Стив? Эдс — моя сучка, не пялься на него. Чувство благодарности к Балаболу пропало так же внезапно, как и появилось. Эдди хотел бы быть язычником, чтобы помолиться какому-нибудь богу терпения и спокойствия, потому что своих ему уже не хватало. Он больно двинул по рёбрам Ричи острым локтем и с удовлетворением вслушался в болезненный стон. Эдди вдруг заметил мельтешение с их стороны и недовольно повернулся, лицезрев чересчур наигранное удивление Стива, взгляд которого был направлен на ширинку Ричи. «Нет», — подумал Эдди. «Только не начинайте», — подумал Эдди. «Господи, нет», — подумал Эдди. — Охуеть, Эдди, — протянул Стив, и Эдди отчаянно хотел бы сейчас быть слепым и глухим, чтобы не участвовать в этом, — Ты знал об ЭТОМ? Он не врал насчёт размера. Стэн и Билл сзади тоже слушали это, и Каспбрак метнул взгляд на часы. До конца урока две минуты, он не хочет слушать это так долго. Две минуты. Ричи довольно растёкся по стулу, широко расставив ноги, а Стив выпучил глаза так, что не совсем верилось, возможно ли это чисто анатомически. Тозиер хмыкнул и положил руку на спинку стула Эдди. — Не знаю насчёт Эдса, но миссис Кей в восторге. Стив поражённо вздохнул и, набрав в легкие побольше воздуха, громко воскликнул: — Так это не нога?! Эдди закатил глаза так, что рисковал заработать себе косоглазие. К счастью, его спас звонок. Он вскочил и негодующе зашипел: — Лучше бы ты потратил деньги на что-то более полезное, чем дебильные шутки. — Не понимаю, о чем ты, — хмыкнул Ричи, и они со Стивом деловито пожали друг другу руки, — приятно иметь с вами дело. Эдди поджал губы, нахмурившись ещё сильнее, чем прежде, и решил для себя, что всё. Хватит с него этого дерьма. Больше он с Ричи на уроках не сидит. На этот раз точно. Однако они оба прекрасно знали одно — завтра они снова сядут вместе.