Одним зимним вечером.

***

      Утро. Точно такое же как вчера. Без Тима, все стало однообразным, скучным.. Мир будто потерял свои былые краски. Или может просто Маски был лучиком света, освещавший его? Тоби сидел на кухне, смотря в окно равнодушным взглядом. Мыслей не было. Не было ничего. Парень был пуст. Он как будто разучился чувствовать. В нем не было не одной эмоции. Хоть на голове стой и жонглируй ногами. Ему было все равно. Шатен отвёл взгляд в сторону, а из глаз потекли слёзы. Он не понимал, откуда они взялись. В Тоби теперь будто жило два человека. Один - потерял интерес к жизни, стал холодным и не чувствительным. А второй - забился в самый темный уголок души. Он рвал себе глотку от истошного крика. Умирал от собственной беспомощности. Рвал на голове волосы, выдирая их с корнями, царапал пол, срывая ногти, выл и скулил от моральной боли. Но эту вторую личность, настоящую, парень надежно спрятал внутри себя, надевая маску равнодушия. Он смирился. Ему хотелось рыдать. Он решил жить дальше. Ему хотелось вскрыть себе вены. Он забыл его. Ему хотелось снова слышать его смех. Он вставал по утрам от будильника, а не от голоса Тима и запаха кофе, который он мастерски готовил. Ему хотелось вышвырнуть эту чёртову хрень в окно, а потом спрыгнуть следом. Он снова набрался сил. Он устал. Он не мог ничем помочь, и не виноват в этом. Он не спас его. Из-за него он умер.

***

      Шатен закрывается в ванной и достаёт лезвие. Он смотрит на себя в зеркало. Ужасно. Он - ужасен. Огромные черно-фиолетовые мешки под глазами, растрёпанные волосы, худоба и отстранённый, измученный взгляд. Мощная струя воды заглушает громкий, внутренний вопль. Первый надрез. Маленький, нерешительный, осторожный. Второй надрез. Уже глубже и шире. Из раны потекли тонкие струйки, окрашивая воду в алый цвет и тут же пропадая. Третий надрез. Большой. Все ближе к венам. Он глубокий. Парень больше не чувствует боли. Он снова и снова проводит лезвием по свежей ране. Становится видна кость. Парень продолжает резать свою руку, стеклянными глазами смотря на кровь, которая уже во всю лилась из глубоких ран, пачкая раковину. Четвёртый надрез. Шатен буквально вонзил нож в руку. Кружится голова. Темнеет в глазах. Это не останавливает его. Пятый надрез. Почти задел вену. Ещё немного, и кровотечение не остановить. Он слышит его смех. Видит его. Тим сидит в лесу, улыбаясь и доставая из кармана сигарету, делая первую затяжку и о чем-то задумываясь, смотря вдаль, но продолжая тепло улыбаться. Он снимал маску, когда рядом был Тоби. Почти всегда снимал. Исключения тоже были.. например, когда у него было плохое настроение. Или во время поиска жертвы. Но под конец, он все равно показывал лицо, чтобы этот человек знал своего мучителя. Маски всегда был красивым. Голубые глаза завораживали.. хрипловатый, почти всегда серьёзный голос можно было слушать вечность. Роджерс всегда удивлялся, как можно быть таким идеальным. Шатен сначала не верит в происходящее. Но потом, чувствует лёгкость. Парень подходит ближе, садясь рядом. Тим поворачивает голову и смотрит на него. — пришёл все таки.? Тоби молчит. Он просто смотрит.. хочет запомнить каждую черту. Хотя, он и не забывал. Шатен просто закрывает глаза, наконец расслабляясь. Он чувствует нежные, крепкие руки на своей талии, которые прижимают к себе. — я так скучал... Тихо ответит Роджерс, услышав в ответ тёплое «я тоже». Двое парней не спеша идут по лесу, рассказывая друг другу глупые истории. А Тоби снова следит за тем, как бы Тим не курил слишком много.

***

Его найдут валяющимся на полу. Ледяным. Мертвым. А повсюду красные лужи. В руке лезвие. Но взгляд спокойный, равнодушный. Он сделал свой выбор. Он не смог жить без него. Не смог смириться. Он хотел видеть его улыбку. Тонуть в его глазах, цвета морской волны. Слышать звонкий смех. Гулять по лесу, разговаривая о разной чепухе. Он не смог. Не сумел. Жди меня. Я скоро буду рядом.