Перед рассветом

сейчас - Ощущение, что вы прыгали с крыши, мистер Уйэн! – злюсь я, ощупывая его колено. Колено опухло и покраснело, а на голени – синяки и ссадины. - Я всего лишь выполнял комплекс прописанных мне упражнений, - нарочито вежливо отвечает мужчина. - Прыжков там не было! – отрезаю я. Поднимаюсь и тяжело вздыхаю, продолжаю сверлить недовольным взглядом мужчину, что безмятежно мне улыбается. - А, кстати, почему? – интересуется Уэйн. - Не переводите тему! – резко бросаю я и отхожу к огромному столу. В этом доме вообще все огромное. Да и сам дом – тоже. Мистер Пенниуорт привез меня сюда вечером со словами о том, что его подопечному нужна помощь. И как бы я ни устала, как бы ни злилась, отказать дворецкому Уэйна я не могла. По многим причинам. И да, финансовая сторона вопроса играла не последнюю роль. В конце концов, Уэйн платит больнице, а больница платит мне. Страшно подумать, какие нудные нравоучения я выслушала бы от главврача, если бы отказалась поехать в особняк Уэйна. Вопрос только, почему он сам не приехал в больницу. - Ну…- протянул мистер Пенниуорт, когда я задала этот вопрос, - ваш рабочий день ведь уже закончился. А мистер Уэйн хочет иметь дело только с вами. Я лишь приподняла бровь в ответ на это заявление, но ничего не сказала. Он мог бы позвонить, я бы задержалась ради такого пациента. Но у богатых свои причуды. Нога Уэйна беспокоила меня, кажется, больше, чем его самого. Мужчина вообще казался расслабленным и безмятежным, словно это не он может остаться инвалидом. - Мистер Уэйн, так не пойдет, - потираю переносицу, - если вы не будете следовать предписаниям, то мы дойдем до операции по замене сустава. Послушайте, - я пристально смотрю ему в глаза, - мы можем сохранить ваш сустав, он будет практически таким же, как до болезни. Но только вместе. Понимаете, мистер Уэйн, вы и я. Мои слова, - я неопределенно машу рукой, - мои слова ничего не значат, если вы не будете прилагать усилий. Ограничения, щадящий режим, мистер Уэйн, важны так же, как и упражнения. В конце концов, если вы захотите прыгать, то сможете прыгать. Со временем. Но не сейчас. Он внимательно меня слушает, не могу сказать, что мои слова уходят в пустоту, но ощущение, что этот человек не привык беречь себя, что он упрям и всегда поступает по-своему. Да что же это такое! На мгновение я теряюсь и чтобы скрыть свое смятение, мстительно добавляю: - Реабилитационный период после операции по замене сустава гораздо дольше! Там вы точно прыгать не сможете ближайшие полгода. Или год! Запугивать пациентов – последнее дело. Но что еще сделать, если мужчина, сидящий передо мной, не хочет слушать и слушаться! - Мне очень жаль, если я вас расстроил, мисс Фостер, - вдруг мягко произносит Уэйн. И вся моя злость куда-то испаряется. - Вы меня не расстроили! – бросаю раздраженно. По губам его скользит легкая улыбка. И я сдаюсь окончательно. - Вы не сможете мне пообещать больше так не делать, верно? – вздыхаю я. - Верно, - в ответ вздыхает он. Я нервно барабаню пальцами по столу. Тому самому, огромному. И, кажется, из красного дерева. - Надевайте тогда во время ваших, - я запинаюсь, пытаясь подобрать слово, - приключений ортез. А лучше не ввязывайтесь в приключения. - А он не может без приключений! – на пороге появляется мистер Пенниуорт, - без приключений жизнь скучна, не так ли, мистер Уэйн? Уэйн фыркает, но ничего не отвечает. В руках у дворецкого поднос, на котором стоит потрясающей красоты фарфоровый сервиз, тарелка с сэндвичами и вазочка с печеньем. - Чаю, мисс Фостер? - Нет, что вы! – почти пугаюсь я, - спасибо, но…уже поздно, и мне пора домой. Мистер Пенниуорт словно не слышит меня. Он ставит поднос на стол, наливает чай в чашку и протягивает мне. - Чаю, мисс Фостер, а потом я отвезу вас домой. Теплу и искренней заботе в его голосе невозможно сопротивляться. Я принимаю чашку с ароматным напитком. тогда Стук моих каблуков эхом отражается от стен домов. Ночная улица пустынна, я слегка пьяна, но уже не настолько, чтобы не бояться. Вообще не надо было быть такой дурой, надо было принять приглашение Гвен переночевать у нее. В конце концов, ее квартирка была гораздо ближе к тому бару, где мы пили, чем мой дом. Но я потащилась домой. Одна. Ночью. По улицам Готэма. Вот дура-то! Город наш и днем-то нельзя назвать безопасным, а уж ночью из всех возможных щелей и закоулков выползает такая разношерстная публика, что только держись. А я иду домой ночью одна. Дура в квадрате. Ледяной порыв ветра со стороны залива заставляет меня поежиться, чуть слышно скрипят ветки деревьев над головой, и от этого становится окончательно не по себе. Телефон в кармане молчит. Очень хочется вытащить его и позвонить Гвен, просто чтобы развеять эту тишину, не вздрагивать от каждого шороха, перестать трястись, как осиновый лист, от каждого звука. Но это тоже не лучшая затея – светить своим мобильником на нашей не очень-то безопасной окраине. Я сворачиваю с широкой аллеи на узкую улочку, молясь всем богам, чтобы мне удалось проскочить ее – так я быстрее окажусь дома. Но то ли боги были заняты, то ли не услышали, то ли решили наказать самонадеянную идиотку, но впереди появляется фигура. Фигура чуть покачивается, но уверенно движется в мою сторону. Я резко останавливаюсь, оборачиваюсь, делаю шаг назад и снова замираю, потому что позади – еще один человек. В узком переулке так мало света, окна домов уже давно темны, орать и звать на помощь бесполезно, никто не то, что не высунется помочь, но даже и полицию не вызовет. Впрочем, пока полиция приедет, меня или убьют и ограбят, или изнасилуют и ограбят, могут просто избить и ограбить. Вариантов масса. Тусклый свет единственного фонаря – остальные давно разбиты – выхватывает из темноты отвратительную рожу, до меня доносится запах перегара, дешевых сигарет и давно не мытого тела. - И что такая красотка делает одна в такой час в таком месте? – рожа ухмыляется, обнажая гнилые зубы. Меня тошнит, остатки алкоголя разом выветриваются из головы. Я запихиваю руку в карман куртки, где обычно ношу шокер и…пальцы скребут в пустоте, выхватывая дырку в подкладке, которую давно пора зашить, какие-то крошки, мятный леденец. Шокера нет. Обливаясь потом, понимаю, что забыла его дома. Дура в кубе! Невероятная идиотка! - Слушайте, ребят, - я, выставляя руки ладонями вперед, говорю максимально спокойно и убедительно, - я все вам отдам. Без проблем, только… Что только я и сама не знаю. Рожа смеется, обдавая меня смрадным духом, хватает за руку подтаскивая к себе. - Все-все отдашь, - дружный смех бьет по ушам. И я все-таки кричу, и отбиваюсь, и царапаюсь, кусаюсь, визжу не переставая, слышу треск собственной одежды, но не прекращаю борьбу. А потом вдруг все прекращается. Как во сне вижу огромную темную фигуру, что заслоняет свет единственного фонаря, огромные крылья летучей мыши, которым тесно в узком переулке. Мои обидчики летят в разные стороны, сама я шарахаюсь к стене, больно ударяюсь лопатками о шершавый и холодный кирпич. Я дышу тяжело, воздух с трудом входит в легкие, выходит со свистом, по вискам стекает пот. - Неразумно одной гулять в столь поздний час, - глубокий голос и знакомая легкая улыбка. Я не знаю, что сказать. Стою, как дура, и пялюсь на Бэтмена. Медленно осознаю, что моя любимая куртка порвана, что телефон валяется у ног, разбитый вдребезги, что растрепавшиеся волосы лезут в лицо. И не могу вымолвить ни слова. Наверное, это шок. Меня начинает мелко трясти. - Идем! – он протягивает мне руку, - я провожу тебя домой. Тупо смотрю на руку в черной перчатке, зажмуриваюсь, открываю глаза. Нет, не сон. - Патриция, - он вздыхает, - тебе нужно домой. Я смотрю на него удивленно. - Откуда…- голос хриплый. То ли сорвала своим криком, то ли результат пережитого, - откуда ты…знаешь мое имя? Он передергивает плечами. Я вкладываю свою руку в его. С сожалением прохожу мимо разбитого телефона – он ведь был совсем новенький. Кутаюсь в обрывки куртки. Рука Бэтмена сильная, поступь уверенная. И все это вновь кажется мне сном. Главный защитник Готэма ведет меня за ручку домой. Нервно начинаю хихикать, краем сознания понимая, что это уже точно результат пережитого стресса. - Как твоя рана? – интересуюсь, чтобы отвлечься. С нашей последней встречи прошла едва ли неделя, а он уже прыгает по крышам, спасая незадачливых девиц. - Все в порядке, спасибо, ты настоящий профессионал, - отвечает мужчина. Я киваю. Можно было бы гордиться собой, но явно не сейчас. Страшно было бы подумать, что было бы со мной, если бы не Бэтмен. Впрочем, что было бы. Сценарий по итогу один. И он незавидный. В молчании мы доходим до моего дома, стоим перед тем самым крыльцом, на которое Бэтмен свалился. - Зайдешь? – зачем-то спрашиваю я, наверное, чтобы скрыть неловкость. Мне хочется, чтобы он остался. Мне страшно быть даже дома сегодня одной. Но это так глупо! Краска стыда заливает щеки. Боже! Что я несу! - В другой раз, - по его губам скользит улыбка, в глазах прыгают искорки. Я осознаю, что изо всех сил вцепилась в его руку, не желая отпускать. Быстро разжимаю пальцы. - Спасибо, - робко произношу я. - Не гуляй больше ночью одна, - отвечает он. И растворяется в темноте ночи.