Глава 10. Йоргенсоны снова на коне
3 ноября 2019 г., 01:46
— Ну как и вчера всё прошло? — подтолкнула локтем Астрид Зефир.
— Ты это о чём? — невинно захлопав ресницами и покрывшись румянцем, ответила вопрос на вопрос девушка.
Домой Зефир вернулась так поздно, что все уже давно спали, хотя праздник в Большом Зале длился чуть ли не половину ночи. Впрочем, пиршество будет повторяться и следующие дни, так что викинги старались не особенно задерживаться — немногим хотелось проспать второй тур Игр. Зефир неслышно проскользнула в дом Хофферсонов и юркнула в постель, не разбудив Астрид.
— Ой, да не прикидывайся! — продолжала допытываться Астрид. — Ладно, можешь не отвечать, вижу, как у тебя глаза сияют. А щёки цветом, как Кривоклык.
— Что? — возмутилась, улыбаясь Зефир. — Перестань, Астрид! Посмотрю я на тебя через пару дней.
Светловолосая девушка нервно провела рукой по волосам, отворачиваясь. Да, она обещала, что поговорит с Иккингом. Но кто сказал, что решиться на это будет просто?
Девушки с утра пораньше уже были на Арене. Астрид готовилась к сегодняшнему туру Игр в честь Дня Весения. У неё было твёрдое намерение выступить достойно. Она не сомневалась, что лучше подготовлена, чем близнецы и Рыбьеног и даже, прости Тор, Иккинг. А вот со своим «парнем» Сморкалой ей придётся побороться. Зефир пришла на Арену, скорее, для поддержки. Несмотря на то, что легла она очень поздно, вскочила она ни свет ни заря, ведь влюблённые не склонны к долгому сну. Зефи лениво покручивала в руке одну из боевых секир. Не собираясь, впрочем, пускать её в ход. Воспоминания о вчерашнем вечере были слишком… неправдоподобными и прекрасными, и ей не хотелось ни с кем ими делиться. Она заранее представляла, как покраснеет, когда увидит сегодня Бьёрна. И заранее злилась и на него за приобретённую над ней власть, и на себя — за то, что ей это нравится. Эх, а мама во всём была права.
— О-о, моя принцесса, уже во всеоружии, — расплылся в улыбке вошедший на Арену Сморкала.
— Отбрось свои фальшивые улыбки, Йоргенсон, — остудила его пыл Астрид. — И готовься к проигрышу.
Мельком девушка видела, что на Арену заходит Иккинг вместе с Рыбьеногом. Астрид с Зефир переглянулись. Неустрашимая Хофферсон искала поддержки у подруги, потому что сейчас она собиралась покончить с одним из недоразумений.
— Я никогда не проиграю девчонке! — возмутился Сморкала.
— Ах так! Тогда… тогда, — Астрид смотрела на Иккинга, который подходил всё ближе, — между нами всё кончено!
— Что? Детка, но…
Астрид схватила Сморкалу за жилет и притянула к себе, тихо протараторив:
— Спасибо за помощь, Сморкала, но на этом наш спектакль заканчивается, — она резко оттолкнула от себя парня.
— Ох, — выдохнул Сморкала от неожиданности, но потом быстро сообразил что к чему: зря его в недалёкости обвиняют, соображает он, когда надо, весьма неплохо. — Ну и ладно! Найду себе кого получше.
Иккинг и Рыбьеног поравнялись с ребятами.
— Забирай её себе, Карасик, — бросил Сморкала удивлённо вскинувшему брови Иккингу.
Йоргенсон отошёл от ребят несколько обескураженный. Астрид могла хотя бы предупредить, что она задумала. Но тут он увидел близнецов, и его грусть смыло волной радости — вот уж с кем ему удастся в волю повеселиться сегодня днём да и после на пиру.
***
Игры должны были вот-вот начаться. Трибуны вокруг Арены уже заполнились викингами. Стоял прекрасный солнечный день, народ был воодушевлён и предвкушал зрелище. На трибунах шли споры о том, кто победит в этих Играх. Выбор был небольшой — всего шестеро всадников. Многие болели за потомственного победителя Игр Дня Весения — Сморкалу. Так уж вышло, что семейство Йоргенсонов ни разу не проигрывало в соревнованиях. К немалому неудовольствию Стоика. Ребята уже подготовились к выходу и ждали, когда вождь произнесёт приветственную речь, чтобы выйти в центр Арены. — Эй, Иккинг! — окликнул Сморкала друга. Он уже вошёл в раж, предчувствуя громкие овации в свою честь. — Угадай, кто сегодня будет победителем? — И кто же, Сморкала? — закатив глаза, произнёс глава наездников. — Ты не только хилый, но и глупый? — захохотал Сморкала. — Я, конечно! Иккинг отвернулся, сжимая кулаки. Он предчувствовал, что сегодняшний день не принесёт ему ничего хорошего. Единственная надежда на завтрашний день и соревнования на драконах. — Не переживай, милый, — Забияка обвила плечи парня рукой. — Всё равно ты остаёшься нашим главным и, — она театрально воздела свободную руку к небу, — великим покорителем драконов! — торжественно закончила близняшка. — Да-да, — Иккинг снял с плеч её руку и пошёл от девушки прочь. А Забияке невольно вспомнились слова Зефир о Сморкале, и она повернулась к брюнету, поставив руки на пояс. Ей, конечно, нравилось быть девушкой покорителя драконов, но ещё ей и правда хотелось бы чувствовать силу парня, когда она прикасается к нему. Иккинг, мягко говоря, был худоват. То ли дело Сморкала. Да и, положа руку на сердце, с ним ей было намного интереснее, чем с Иккингом. Сын вождя был тем ещё занудой. Кому интересны книги и бесконечные разговоры о драконах? Разве что Рыбьеногу? Намного веселее летать на этом самом драконе и поджигать легковоспламенимые предметы. Как, например, они вчера ночью и сделали с братом. — Славные викинги! Племя Хулиганов и гости нашего острова, приветствую вас на втором дне Игр в честь начала весны! Вчера у нас был очень зрелищный день, но, думаю, и сегодняшний вас не разочарует. Сегодня выступают драконьи наездники! — трибуны взорвались приветственными криками, под которые юные викинги вышли в центр Арены. — Мы начинаем!***
Зефир сидела на трибунах и смотрела, точнее изо всех сил старалась не смотреть, как позорится её отец. «Боги, боги, что же это? И это мой папа? Мудрый, сильный, такой умный и добрый, справедливый и всеми уважаемый вождь? Этого не может быть! Ой!» В этот момент Иккинг растянулся под самой тощей из всех возможных овец, споткнувшись о какой-то камень. Шло второе состязание, в котором юным всадникам надо было перетащить как можно больше овец из одного конца Арены в другой. Побеждал, разумеется, тот, у кого напуганных странными конкурсами викингов животных было больше. Зефир закрыла лицо ладонями и выглядывала одним глазом сквозь пальцы. Она вся покрылась краской, ей не хотелось верить в то, что она видит. Она знала своего папу совсем другим. — Привет, Зеф, — рядом с девушкой на скамью опустился Бьёрн. — Как дела у наших родичей. Зефир мрачно глянула на парня и буркнула: — Сам посмотри. Иккинг в этот момент пытался выбраться из-под овцы, в то время как остальные участники с азартом бегали по Арене туда-сюда. Из загона Сморкалы овцы уже вываливались, засовывать их было уже решительно некуда, но Йоргенсон был очень упёртым. В первую секунду Бьёрн едва не прыснул со смеху, но посмотрев на Зефир, которая, к счастью, не заметила промелькнувшей на губах друга улыбки, он сдержался. — Да-а, — протянул он, — беда… — Катастрофа! И зачем я хотела увидеть своего папу в юности? Чего ради? Чтобы потом не суметь смотреть ему в глаза? — сокрушалась Зефир. Бьёрн молчал, не зная, что сказать. Первые недели он стеснялся своих родителей, теперь настала очередь Зефир. Он понимал её. Когда они вернутся домой, им непросто будет снова увидеть в тех взрослых и мудрых людей. В эту минуту где-то позади раздался насмешливый голос. — Стоик! Может, перестанешь позориться и вручишь медаль сразу моему сыну? — это от души хохотал Слюнявый. Вождь племени Хулиганов отмахнулся от боевого товарища и отвернулся от него, потирая лицо рукой. — Не обращай на него внимания, — поддержал друга Плевака. — Ты же знаешь, он всегда был выскочкой и хвастуном. — Как и все Йоргенсоны! Вот бы хоть раз утереть ему нос! — У тебя был шанс в юности, но ты его упустил, — пошутил Плевака. Но увидев, как покраснел и раздулся от гнева Стоик, тут же примирительно добавил: — Зато ты — Вождь! — Вот именно, не забывай об этом! Стоик надеялся, что хотя бы в этом году его сыну удастся проявить себя. У него же Ночная Фурия, в конце-то концов! Его сынишка был не такой, как остальные дети племени. Худенький такой, что Стоик иногда боялся, как бы его не переломило от дуновения ветра. С другой стороны, силы духа в нём было не занимать. Он умел отстаивать свои позиции. И хотя, как вождя, который требует подчинения приказам, Стоика это раздражало, но, как отца, это не могло не радовать. — Не могу на это смотреть! — воскликнула Зефир, когда Иккинг сошёл с дистанции в следующем состязании — беге на бревне. Она повернулась к Бьёрну и спрятала лицо у него на плече. Юноша неловко приобнял подругу, не зная, как она отнесётся к этому жесту. Вчерашний вечер был незабываемым, но сегодня новый день. Вдруг она передумала? Но Зефир только ещё больше зарылась в ткань рубахи Бьёрна, закрывая пылающие щёки ладонями. «Нет, это ужасно! Просто ужасно!» — думала она о происходящем. Зато, к чести Астрид, надо сказать, что она шла по очкам вслед за Сморкалой, почти не отставая. Она была ловкая и сильная, смелая и бесстрашная. И пока Зефир пряталась, слишком зациклившись на том, какой неловкий и, прямо скажем, хилый, её отец, Бьёрн ей на ухо комментировал все действия Астрид, желая немного подбодрить девушку. И та потихоньку начинала выглядывать из своего укрытия и посматривать на Арену. Ну, хотя бы мамой можно гордиться не без оснований. Соревнования в общих дисциплинах были завершены. Лидерами вышли Сморкала и Астрид, которой не хватало всего пары очков, дальше шёл Рыбьеног, замыкали группу близнецы и Иккинг. Стоик, хоть и был в ужасном настроении из-за подколок Слюнявого, всё же произнёс весьма благодушную речь в заключение и снова напомнил о шумном пиршестве в Большом Зале. — Слава Тору, этот ужасный день завершается! — выдохнула Зефир. — Мы всё ещё можем его заметно улучшить, — с лукавой улыбкой сказал Бьёрн, заправляя за ухо девушки выбившуюся из косы прядь. Зефир шутливо оттолкнула парня. — Нет, ты всё-таки копия своего отца! — засмеялась она, и они вместе пошли на Арену к своим родителям-друзьям. А там в это время участники соревнования бурно обсуждали прошедшие состязания. Близнецы чуть не подрались из-за того, по чьей вине в их тандеме они оказались чуть ли не последними. Рыбьеног поспешил к своей любимой Сардельке. Кривоклык и Беззубик добродушно подтрунивали друг над другом. Барс и Вепрь нависли над своими шумными наездниками, переглядываясь и ожидая, когда им можно будет вмешаться. — Ты сегодня хорошо выступала, — смущаясь и заикаясь сказал Иккинг, обращаясь к Астрид. — Ты тоже молодец, — подбодрила девушка. Иккинг покачал головой, хорошо понимая, что до «молодца» ему очень далеко. Тут же влез Сморкала, подливая масла в огонь. — Молодец? Он? Астрид, да у тебя со зрением проблемы! Иккинг, может, сдашься и не будешь позорить свой клан? — Завтра всё будет по- другому! — возразил Иккинг. — Это ещё почему? — не унимался Сморкала. — Потому что завтра вы будете выступать на драконах. А нет никого быстрее Ночной Фурии, — неожиданно для всех произнёс Бьёрн. — А Иккинг — самый лучший наездник, — добавила Зефир, чувствуя благодарность за то, что её друг занял позицию не своего отца. А она знала, как он бесконечно любил его и восхищался им там, у них дома. Девушка понимала, что этим он бережёт и её чувства, и хочет несколько сгладить хамоватость собственного родителя. «И откуда он такой умный взялся? Не похож ни на мать, ни на отца», — размышляла Зефир. Три пары глаз удивлённо уставились на подошедших молодых людей. Они встали рядом с Иккингом и Астрид. Те с благодарностью приняли поддержку Зефи и Бьёрна. — Что? Глупости? — отмахнулся Сморкала. — То, что он первый сел на дракона, ещё не делает его лучшим наездником. Так что завтра Сморкоклык задаст тебе и твоему дракону жару. Так ведь, Кривик? Ужасное Чудовище согласно выпустило столп пламени, едва не подпалив макушку хозяина, и вернулось к препирательству с Беззубиком. — Так-то! — довольно сказал Сморкала. — Йоргенсоны снова на коне! — и он ушёл разнимать близнецов, потому что наступила пора идти на пир в Большой Зал. — Знаешь, Иккинг, — обратилась к сыну вождя Астрид, — было бы здорово, если бы кто-нибудь утёр нос этому зазнайке. Ставлю на тебя. Молодые люди большой и шумной компанией, споря о том, кто из них лучший наездник и кому улыбнётся удача завтра, направились в Большой Зал.
