Нападение домового эльфа — это вам не шутки!

На завтраке тётушка вдруг сказала, что не пойдёт на слушание. — Не спорю, что там наверняка будет интересно, но у меня есть дела. — Какие дела? — нахмурился Гарри, оглядывая леди Блэк. Ему вдруг бросился в глаза землистый цвет кожи, многочисленные морщины, испещрившие её лицо, дрожащие руки, еда, к которой леди почти не притронулась... — Наследник Блэк, — вдруг воскликнула Кассиопея. — Не смотрите на меня так, словно я собираюсь умирать. — А не собираетесь? — Вот нахал! — возмутилась тётушка. — Нет, конечно. Ладно, обними свою тётушку и иди собираться. Мне надо написать письма. Раньше Гарри не обнимал тётушку, но объятие не показалось ему неловким. Ему было… тепло и уютно? Надёжно? С появлением тётушки в его жизни всё перевернулось. — Всё, иди, нечего наследнику нюни разводить, — проворчала Кассиопея и отправилась в кабинет. На слушание его сопровождали Тонкс и Честер. Тонкс накинула балахон отдела тайн, а там его ждали Кингсли, Малфой-старший и Амос Диггори. Перед ними стояла большая клетка высотой в половину человеческого роста, накрытая покрывалом. — Здравствуйте, мистер Поттер, — вежливо поприветствовал его Амос Диггори. — Как только я узнал про это нелепое недоразумение, я попросил, чтобы меня поставили на это дело. Не переживайте, мы сейчас во всём разберёмся. Седрик о вас очень хорошо отзывался. — Спасибо, — смущённо произнёс Гарри. Что повлияло на участие мистера Диггори: личное знакомство с Седриком или слава Гарри? Гарри хотелось верить, что первое. Пухлощёкий волшебник выглядел компетентным и обаятельным, и Гарри не хотелось думать, что его привлекли сюда слухи. Мистер Малфой тоже поздоровался со всеми. Он выглядел так, словно был в кругу близких друзей: был вежливым, дружелюбным, расслабленным и даже чуть-чуть весёлым. Гарри очень интересовало, что именно его развеселило, но он не осмеливался обратиться к нему напрямую. — Итак, все в сборе… Мистер Честер, могу я вас попросить? Ох, спасибо, — Честер сел за стол и достал артефактное перо. — Проводится дисциплинарное слушание по делу 31/07/1992 — №14, — спокойно произнёс он. — Обвиняемый — существо вида домовой эльф по имени Добби, предположительно принадлежит семье Малфой. Мистер Малфой присутствует в качестве свидетеля и возможного подозреваемого. Пострадавший — Гарри Джеймс Поттер. Руководитель комиссии: Амос Диггори, сотрудник Отдела регулирования магических популяций и контроля над ними. Участники комиссии: Честер Дэвис, представитель сектора с неправомерным использованием магии и представитель Отдела Тайн. Мистер Диггори сбросил с клетки покрывало. В клетке сидел грязный домовой эльф Добби, который, увидев их, завыл и стал биться о прутья клетки. — Мистер Малфой, это ваш домовой эльф? — Да, это… Добби, — посмотрел на эльфа Малфой, как сейчас Гарри понимал, с ужасом и омерзением. — Тогда прочтите, пожалуйста, вслух эту фразу, — Диггори дал Малфою пергамент, который тот быстро пробежал глазами и кивнул — Приказываю присутствующему тут эльфу по имени Добби до окончания рассматриваемого дисциплинарного слушания не двигаться и соблюдать тишину, кроме случаев, когда ему задают вопросы. На озвученные вопросы отвечать правдиво, чётко и полно, не пытаясь ввести в заблуждение. Сей приказ является основным и отменяет все полученные ранее приказы, конфликтующие с ним. Выполнять. Добби застыл изваянием. На лбу была ссадина, из которой струилась кровь, заливая эльфу левый глаз. Но эльф не двигался и не пытался вытереть кровь, которая очевидно ему мешала. — Не сильно мудрёная фраза для домового эльфа? — шепнул Гарри Тонкс, но ответил ему неизвестно как услышавший его Добби. — Нет, мастер Гарри. Даже если я не всё пойму, магия будет подталкивать меня к правильному поведению и делать мне больно, если я сопротивляюсь или нарушаю запрет. Единственный способ избавиться от этого — это причинение себе иной физической боли, но это мне сейчас запрещено. — Мастер Гарри? — удивился Диггори. — Почему ты назвал его мастером Гарри? — Потому что я чувствую его хозяином и опекаемым. — Кто твой хозяин, эльф? — Хозяин Малфой, сэр. — Ничего не понимаю… Назови все связи, которые у тебя есть. — Род Поттер — основная, неактивная. Гарри Поттер — хозяин, неактивная, опекаемый, активная. Род Малфоев — вторичная, активный. Хозяин Малфой — хозяин, активная. Хозяйка Нарцисса Малфой — опекаемая, активная. Мастер Драко Малфой — опекаемый, активный. — Какая связь была первой? — Род Поттер. — Как она стала неактивной? — Род Поттер прервался. После взлома защитных чар дома Поттеров в Годриковой Долине я потерял сознание. Когда очнулся, не смог найти последнего опекаемого. Связь была перекрыта и стала неактивной. Ходил возле дома. Меня отловили авроры и отправили в бюро по распределению домовых эльфов. Оттуда передали семейству Малфоев. — Кто передал? — Мисс Долорес Амбридж. — Лорд Малфой, прокомментируете? Это правда? — Да, я приобрёл эльфа через Бюро распределения домовых эльфов. Долорес Амбридж в тот момент замещала сотрудника Бюро и любезно согласилась подыскать мне домового эльфа. Странно, что это не указано в документах. Запрос от меня был официальным, вы можете найти. Диггори побледнел, потом покраснел, потом взял алый листок бумаги, написал на нём что-то, сложил самолётиком, и, наложив мудрёные чары, отправил в полёт. Люциус Малфой стоял хоть и спокойный, но бледный. Гарри его понимал: не каждый день тебе подсовывают чужого домовика… Что сам Гарри думал по этому поводу, он ещё не решил. С одной стороны, это нападение вызывало ещё больше вопросов. С другой, у него есть свой домовик! А с третьей… У него мог быть свой домовик, пока он жил у тёти Петунии, и с ним наверняка было бы проще жить его родственникам… И ему. — Эльф, тебе задавали вопросы в бюро? — тем временем продолжал допрос Диггори. — Нет, сэр. — Над тобой проводили ритуалы? — Нет, сэр. — Лорд Малфой , — вздохнул Амос. — Приношу свои извинения за этот инцидент с чужим эльфом. Наши работники обязаны были проверить наличие связей или хотя бы спросить самого эльфа. — Я надеюсь, что виновные получат по заслугам. Рад, что всё выяснилось. Полагаю, слушание закончено? Амос нахмурился. — Конечно! То есть конечно нет! То, что у вашего эльфа были все причины свихнуться, недостаточно для прояснения инцидента. Эльф, расскажи, почему связь с Гарри Поттером стала активной? — Ему стала угрожать опасность. Малфой напрягся. — Какая опасность? — От тёмного артефакта. — Что это за артефакт? — Хранится в семье лорда Малфой всё время, пока я живу там. Выглядит как чёрная тетрадь, на обложке написано Т.М.Риддл. — В чём его опасность? — Там хранится кусок тёмной души, который может подчинить себе другого человека и воплотиться в нём. — Это тянет на девять баллов по моему личному дерьмометру, — пробормотал Честер, но тут же смутился, взглянув на Тонкс в одеянии отдела Тайн и Амоса Диггори. Амос махнул рукой. Люциус стоял белый как снег. — Он хранился и раньше. Почему опасность возникла только сейчас? — Ранее он лежал в экранированной шкатулке. Во время визитов Авроры нашли шкатулку и взяли на изучение. Тетрадь оставили. Тетрадь стала плохо влиять на самочувствие леди Нарциссы. У неё начались кошмары. Хозяин Люциус решил отправить тетрадь в Хогвартс с одним из друзей Гарри. — Хозяин Люциус... я имею в виду, мистер Малфой знал, что там есть тёмная душа? — Не знаю, сэр. Наверное, нет. — Люциус, прокомментируете? — Я не знал, — покачал белый Люциус головой. Кажется, его кожа сравнялась цветом с волосами. — Я думал, это просто… памятная вещица. И если бы она была бы опасной, авроры её бы конфисковали? А если нет, значит, это просто вещица для розыгрышей… В конце концов, где Гарри Поттер — там Дамблдор. Я не думал, что герою угрожало хоть что-то более серьёзное, чем пара кошмаров. — Резонно, — вздохнул Диггори. — Эльф, что ты можешь сказать? Почему ты посчитал, что Гарри Поттеру что-то угрожает? — Потому что в шраме у Мастера Гарри есть спящий кусок той же души.