Ва-банк

Шоичи глубоко вдохнул, рассматривая знакомые стены института, в котором он учится словно второй раз. Странное чувство дежавю теперь его преследует на каждом шагу. Все-таки у воспоминаний о несостоявшемся будущем есть и свои минусы. К тому же, Ирие уже столько времени проучился здесь, но еще ни разу не столкнулся хотя бы с призрачным присутствием того, кому удалось поработить множество миров. Сколько бы парень ни гулял по территории учебного заведения, все никак не мог встретиться с ним. Но, кажется, все это время он сильно накручивал себе: — Давно не виделись, Шо-тян! — Мы даже еще не знакомы… Парню даже оборачиваться не пришлось, потому что его сразу же приобнял за плечи высокий блондин с приветливой улыбкой. — Бьякуран. — Рад, что ты меня помнишь, Шо-тян. Как насчет того, чтобы вновь подружиться? Улыбнулся босс Мильфиоре. Эта улыбка напомнила Ирие о том, что должно было произойти в будущем, которое они так нагло и небрежно изменили. Эта улыбка внезапно напомнила ему о том, как мрачно улыбался Тсунаеши, говоря о себе в третьем лице, пытаясь вспомнить прошлое. — Бьякуран… если ты так беззаботно улыбаешься, то могу ли я считать, что ты не знаешь, что происходит сейчас в мире? — неожиданно серьезно спросил Шоичи, из-за чего Джессо даже перестал улыбаться: — Ты о том, что все ваши труды были напрасны, и Саваду все равно убили? На лице Бьякурана отпечаталось странное выражение, которое сложно было понять. — Вы столько сил потратили, чтобы остановить меня, и вот результат. Нашелся кто-то другой. — Ты говоришь так, словно уверен в его смерти… — осторожно поинтересовался парень, разглядывая задумчивые фиалковые глаза. — Весь мир уверен в его смерти! Но ты как-то странно говоришь об этом, — Бьякуран тут же наклонился к Ирие, чтобы внимательно рассмотреть. — Он… жив? — Как сказать, — вздохнул Шоичи, понимая, что слишком долго знаком с этим человеком, и что-либо от него скрыть — невыполнимое задание. — Говорить загадками тебе совершенно не идет, Шо-тян, — Бьякуран вцепился в плечи парня, внимательно смотря на него. Парень был необычно серьезен. — Он определенно мертв, но с пламенем мрака внутри он считает это лишь маленьким неудобством, — попытался объяснить очень доходчиво Шоичи, почувствовав, как хватка ослабла, а после чужие руки совсем отстранились. — То есть, он теперь ходячий труп, словно… — Бьякуран был поражен живучестью этого человека. Определенно, только такой человек, как Савада, имел полное право победить его. — Виндиче. Да, — печально вздохнул Ирие. — Очень необычное зрелище. Я с ним случайно столкнулся в кафе. Он так изменился, что я его не смог узнать, пока не услышал имя. — Даже так? А разве пламя мрака не основано на ненависти? Почему я все еще не вижу, что он мстит этой треклятой Вонголе? — глаза Бьякурана загорелись, теперь Шоичи узнавал в своем собеседнике того, с кем многие годы дружил и сражался. — У него что-то типа посттравматического шока. Его же буквально убили, поэтому он ничего толком не помнит, — ответил парень. — Но почему тебе так интересно? — Мне всегда интересно, — размыто ответил Джессо. — Интересно, кто еще знает о том, что происходит? — Не думаю, что таких очень много, — неуверенно ответил Ирие. — Интересно-интересно. Савада, ты не перестаешь меня удивлять!

***

— Ну, что там? — Хибари, с плохо скрытым интересом смотрел на Занзаса, желая поскорее узнать, что за отчет предоставил Реборн и как на это отреагировала верхушка Вонголы. Теперь как-то сложно ассоциировать себя с последними. Особенно, когда к тебе относятся с осторожностью и скрывают большую часть важной информации. — А ты подойди и узнай, — хмыкнул Занзас, обмахиваясь важными документами. Кея нахмурился, но даже не раздумывая сократил дистанцию, чтобы выхватить бумаги из чужих рук, но не тут-то было. Рефлексы босса Варии ничуть не хуже, чем у хранителя облака Вонголы, поэтому бумаги буквально исчезли из-под носа Кеи. И вот оба парня оказались непростительно близко друг к другу, нос к носу. Серые глаза внимательно рассматривали привлекательное лицо напротив. Никаких насмешек или презрения, только одно желание. Получить свою награду за проделанную работу. Всего одно неловкое касание губ — Хибари до сих пор не мог поверить, что такое действительно может происходить — и рот парня тут же захватили, терзая и лаская языком. Кея вцепился руками в чужие плечи, изредка проводя ладонями по широкой груди мужчины, тем временем Занзас самозабвенно целовал парня, словно оголодавший зверь. В какой-то момент облаку даже показалось, что его съедят. — Черт, — прошипел босс Варии, разглядывая осевшего на его колени от минутной слабости Хибари. Он понимал, что одних поцелуев теперь недостаточно. Хочется еще и еще. Полностью расфокусированные серые глаза посмотрели на Занзаса из-под челки. Мужчина готов поклясться, что ничего прекраснее не видел. Рука парня потянулась к бумагам. — Скажи… в двух словах, что там, — вновь поинтересовался Хибари. — Пустышка, ничего особенного. Вонголе пришлось смириться с правдой. Хибари глубоко вздохнул и выкинул через плечо ненужные документы, после чего собравшись с силами, оседлал босса Варии: — Отлично. Продолжим. Глаза Занзаса загорелись, и в тот же момент парни снова слились в поцелуе. В мире мафии на каждом шагу разборки и заговоры, поэтому не стоит слишком сильно во все это погружаться, а то на себя времени не останется. Именно поэтому они не собираются упускать шанс побыть наедине. К тому же, сейчас очень неоднозначная ситуация, при которой остается только ждать определенного момента.

***

Тсунаеши отдыхал. В клубе. Под сильные басы и алкоголь. Всего несколько дней в компании Реборна вымотали его настолько, что хотелось искромсать всех и каждого. Но он прекрасно понимал, что этому желанию не стоит поддаваться. Во-первых, Намимори — маленький городок, где слухи и новости распространяются так же быстро, как чума. Так что на следующий день новость о кровавой бойне можно будет лицезреть на обложках всех газет и в местных новостях. Во-вторых, если он сделает нечто-подобное мама будет расстроена, а клан Токаге-Ноохи перестанет существовать (в неясном порыве он и близких не пожалеет). И наконец, в такое спокойное и мирное время Савада знал прекрасный способ, как перевести всю эту энергию в другое русло. Более приятное и менее кровавое. — О чем думаешь? — Михо обняла его за шею, прижавшись бедрами плотнее. Тсунаеши с того момента, как оказался в новом теле, всегда предпочитал партнеров старше себя. Наверное, он подсознательно искал кого-то своего настоящего возраста, поэтому Михо не стала исключением (девушка на пять лет старше него). Вся толпа веселилась. Каждый двигался, полностью отдаваясь танцу. Раскрепощенные, пьяные, веселые и энергичные. Со стороны это могло даже казаться неприлично. — Тебе лучше об этом не знать, — хмыкнул парень, скользнув рукой по женской талии вниз к ягодицам. На Михо был весьма откровенный наряд, который дразнил, но не более того. Назвать ее дешевой шлюхой просто язык не повернулся бы. Она знает как двигаться, чтобы привлечь внимание, она прекрасно понимает, что красива, поэтому многие бы не устояли от такого. Но девушка бесстыдно прижималась только к Саваде, она делала все это только ради него, и он это прекрасно понимал. — Поцелуй меня, — щеки девушки приобрели легкий розоватый оттенок, показывая степень ее опьянения. Пухлые губы призывно приоткрылись. Девушка была ниже Тсунаеши на голову, поэтому парню пришлось подхватить ее рукой и приподнять. Для него она казалась легкой, теплой и мягкой. Поэтому вместо того, чтобы издеваться над своей спиной, согнувшись в три погибели, он предпочел такой вариант. Михо лишь удивленно вздохнула, покорно позволяя терзать свои губы. Парень резко оторвался от ее губ и поставил обратно на землю, устремив свой пристальный взгляд в сторону. — Что такое? — удивилась девушка, посмотрев в ту же сторону и заметив, как какой-то подозрительный незнакомец натянул на лицо капюшон, скрываясь в толпе. — Кто это? — Не знаю, — нахмурился Тсунаеши. — Иди домой и лучше закажи такси. Михо даже сказать ничего не успела, как парень исчез в толпе вслед за незнакомцем. Савада стремительно шел по дороге, не выпуская цель из виду. И вот, в какой-то момент, незнакомец юркнул в парк, останавливаясь на освещенной безлюдной дороге. — Кто ты такой? — требовательно спросил Тсунаеши. — Ха-хоу, меня зовут Кике, и мы уже несколько раз встречались раньше, — незнакомец обернулся, снимая капюшон. — Так значит, у вас действительно амнезия. И надо признать, вы действительно очень сильно изменились, что почти не узнать. — Зачем за мной следишь? — Савада не дурак, сразу понял, что этот человек знаком с ним из прошлого. Интуиция пока молчала, а уважительное обращение немного располагает к себе. По крайней мере сейчас этот человек здесь не за тем, чтобы убивать. — Бьякуран хотел убедиться в вашей невероятной способности к выживанию. Хмыкнул Кике, но тут же подрастерял свою самоуверенность, почувствовав холодящий душу страх и сильное давление. В подсознании сразу вспыхнула битва Представителей, где многие чуть не погибли. Наглая улыбка стерлась с его лица, оставляя место для болезненной гримасы. Тело облака содрогнулось в приступе паники, он согнулся в попытках унять дрожь. Но его голову резко подняли за подбородок. — Бьякуран, значит, — хмыкнул Савада. — У меня плохо с памятью, так что не мог бы ты уточнить. Это тот блонди, что из будущего? — Д-да… — И зачем ему надо убеждаться в том, что я еще жив? — П-просто… хотел дать понять, что в-вы… всегда можете подойти к нему с просьбой, — произнес Кике, чувствуя головокружение. Скорее всего, именно по этой причине Джессо не решился лично появляться перед Савадой. У Тсунаеши явное преимущество перед теми, кто серьезно пострадал напрямую от рук обладателей пламени мрака. Страх. Боль. Эти чувства сразу же вырываются, сковывая и тело, и душу, не позволяя даже шанса защититься. — Мне помощь не нужна, тем более непонятно от кого, — фыркнул Тсунаеши. — Вот только… скольким уже успел растрепать эту невероятную новость твой босс? — Только своим хранителям! — тут же содрогнулся Кике. — Сейчас Бьякуран находится в Америке, поэтому он ни с кем особо не контактирует. — Не совсем правда, но я верю, — легко отозвался Савада, скрыв свое пламя, чтобы собеседник не потерял сознание. По словам Шоичи Джессо тесно дружит с боссами семьи Джиглио Неро, Юни и Арией*, так что есть большая вероятность, что и они уже в курсе. Что ж, если кто-то узнал тайну, то это уже не тайна. Можно уже считать, что об этом знают все. Уже чудо, что информацию о его недо-смерти удалось так долго скрывать. Но даже так, неприятный осадок все равно остался. Хотелось здесь и сейчас убить Кике, чтобы другим неповадно было лезть к нему. — Мы понимаем всю серьезность происходящего, поэтому… — Да-да-да, — небрежно хмыкнул Тсунаеши, отойдя от парня, поэтому тот стал заметно легче дышать. — Думаю, ты можешь сказать за свою целостность и сохранность спасибо Шоичи. Больше я ему ничего не должен… Савада пристально посмотрел на собеседника, говоря тем самым, что тот может проваливать из этого города на все четыре стороны. — Х-хорошо.