Детка никотин

«Где-то в сознании Скай. Я отчаянно пыталась бороться. Только с чем? С неизвестностью? Я не понимала где я, что со мной и почему я постоянно словно пересматриваю фильм. Картинки так бешено проносились в моих глазах, что я едва ли улавливала суть. С каждым разом, когда, казалось бы, я дошла до конца, оно перематывалось на начало и я снова наблюдала одно и то же. И в каждой картинке присутствовал Джастин, словно он был ключом от замка, который я не могла найти. Белые вспышки выедали мой разум. В глазах поселился ядовитый белый цвет, который с каждым разом раздражал всё больше. Я бежала, изнурительно открывая каждую дверь, что попадалась у меня на пути. От страха мое сердце сжималось, и казалось, что оно вот-вот выпрыгнет из груди. Мама с папой в кабинете у какого-то врача. Мама плачет, папа с грустью её успокаивает. В углу стоит Джастин, наблюдая за всем этим. Я выбежала из комнаты. Темное помещение с ультрафиолетовыми лучами. Очень много пробирок с эмбрионами. Джастин смешивает несколько пробирок и оборачивается в мою сторону. Я выбежала из второй комнаты. Снова мама с папой. У мамы большой живот, даже слишком огромный, как для маленького ребёнка. Они у доктора, снова плачут. Но на этот раз от счастья, так ощущаю я. Джастин стоит около меня. Я выбегаю из третьей комнаты. Дом. Моя комната. Всё в светлых оттенках. Две детские кроватки. Детские крики на первом этаже. И снова Джастин. Выбегаю из четвёртой комнаты. Тишина. В доме темно. В маленькой комнате едва ли горит светильник. Возле детской кроватки стоит Джастин, низко наклонившись. Через мгновение он подхватывает ребёнка и на руках выносит из дома. На этом заканчивается пятая комната. Я с ужасом выбегаю, закрыв за собой дверь. Снова мчусь вперёд, но как будто стою на одном месте. А эти бесконечно белые двери лишь меняют порядок чисел, но не их содержание. Если бы только я могла уловить этот тонкий смысл. Если бы я смогла разобрать, чего от меня хотят. Возможно тогда я была бы в другом месте. Надежнее, чем это. Чем больше я старалась, тем дальше от меня отдалялась огромная красная дверь. Я брала всю свою волю в кулак, исчерпывала все силы до нуля, но всё никак не могла добраться до этой двери. Я видела, как Джастин протягивает мне руку в надежде, что я её схвачу, но я не могла приблизиться даже на метр. Я всегда бежала, и конечно это заканчивалось тем, что я возвращалась на начало. Мне казалось, что с каждым разом я просто сдавалась. Теряла свои силы и весь этот смысл, что прокручивался у меня в голове. Но я боролась. В конце концов поражение — это только слово, которое будет иметь смысл лишь тогда, когда ты признаешь это в своем сознании. Поэтому я все ещё бежала, поэтому я все ещё пересматривала историю своей жизни, поэтому я просто не решалась сдаваться. — Скай, — Джастин произносит мое имя, а значит сейчас меня снова должно перекинуть на начало. Мама с папой в кабинете у какого-то врача. Мама плачет, папа с грустью её успокаивает. В углу стоит Джастин, наблюдая за всем этим. Я выбежала из комнаты. Темное помещение с ультрафиолетовыми лучами. Очень много пробирок с эмбрионами. Джастин смешивает несколько пробирок и оборачивается в мою сторону. Я выбежала из второй комнаты. Снова мама с папой. У мамы большой живот, даже слишком огромный, как для маленького ребёнка. Они у доктора, снова плачут. Но на этот раз от счастья. Джастин стоит около меня, хватает за руку и тянет к столу врача. Я немного пячусь назад, давая понять, что не готова видеть то, что он хочет мне показать. Но его действия очень настырные, и я в мгновение оказываюсь с другой стороны. Наблюдаю за счастливыми лицами родителей, за тем, как папа держит свою руку у мамы на животе, а доктор показывает им снимок УЗИ. Два эмбриона. Я оборачиваюсь назад, в надежде, что Джастин объяснит, но он растворяется в воздухе, и я вижу лишь нечёткое очертание разлетающейся пыли. Выбегаю из третьей комнаты. Дом. Моя комната. Все в светлых оттенках. Две детские кроватки, два белых кролика. На стенах висят детские фотографии. На них две меня. Словно это всё было под копирку. Детские крики доносятся с первого этажа. И снова Джастин. — Ты объяснишь? — спрашиваю я его, но в ответ получаю лишь улыбку. Он подносит руку к виску и несколько раз постукивает. — Всё в моей голове? — снова переспрашиваю я. Он молчит. — Но я не понимаю. Выбегаю из четвёртой комнаты. Тишина. В доме темно. В маленькой комнатке едва ли горит светильник. Две малышки лежат в своих кроватках, сладко посапывая. Возле детской кроватки стоит Джастин, низко наклонившись, он с трепетом поглаживает мягкую детскую головку и что-то бурчит себе под нос. Через мгновение он подхватывает девочку и на руках выносит из дома. Я выбегаю за ним. — Стой, — я хватаю его за плечо, — куда ты её уносишь? Джастин оборачивается и смотрит на меня. — Это моя сестра? Я не успеваю моргнуть, как силуэт с Джастином и малышкой развеивается в пыль и исчезает. Меня выбрасывает из комнаты и я снова попадаю в белый коридор. Я снова вижу красную дверь, но теперь она кажется намного ближе, чем была до этого. Мне удаётся сделать пару шагов, и это впервые, когда я не бегу. От каждого следующего шага я кажусь ближе к своей цели. Я вижу Джастина, который улыбается мне и всё так же протягивает руку. Когда я протягиваю в ответ, наши пальцы сплетаются, и он помогает мне подняться по ступеням. Мне тепло. Не страшно. Я чувствую себя облегченно. Его глаза сияют от радости, что я наконец преодолела этот бесконечный коридор. Сейчас мне хочется плакать от радости и знать, что он всегда будет рядом. — Ты смогла, — отвечает Джастин, а затем обхватывает обеими руками мою голову и мягко целует в лоб. — Ты справилась. — Что будет дальше? — Вероятно, всё изменится, — говорит он и дотрагивается до ручки от красной двери. — Вместе? Я киваю в знак согласия, кладу свою руку поверх его и мы вместе открываем эту дверь. А дальше… дальше снова белый свет, и я расплываюсь у себя в мыслях». Я зашёл посмотреть на неё в очередной раз, пока мы не уехали. Мне не очень хотелось её оставлять. Сейчас я уеду, и она снова останется одна в этом мире. — Как бы мне хотелось оказаться рядом, когда ты проснёшься, — шепчу я и нежно поглаживаю по волосам. Но сейчас у меня перед глазами была лишь одна картина: как я разбиваю лицо Хьюстона за то, что он украл Дасти, и теперь её жизнь и жизнь Скай находятся под угрозой. Я представлял, как выбиваю из него всё то дерьмо, что хранилось в нем столько лет. За каждое обидное слово, за каждую плохую мысль, за родных, по которым он даже не тосковал, за всю боль, что причинял Скай будучи малолетним придурком. Нет, я не плохой человек, я просто ищу справедливость. — Джастин, — меня окликнул Эрл и я обернулся, — пора, брат. Я кивнул в знак согласия, поцеловал на прощание Скай и двинулся к выходу. Могу ли я себе позволить думать, что сейчас мне куда страшнее, чем было до этого? Будто я сейчас уйду, а потом никогда не вернусь. Словно это какая-то ловушка. Проклятье. Я был готов поспорить на это. — Джастин? — я смотрю в сторону взгляда Эрла, который указывает мне обернуться. Я оборачиваюсь. Мониторы, которые столько времени показывали полную стабильность состояния Скай, начали скакать в бешеном ритме. Пульс опускался до сорока шести и в секунду взлетал до восьмидесяти и так несколько раз. Дыхание было учащенное, будто она сдавала нормативы по бегу. Я стоял и ничего не мог сделать, как просто наблюдать за происходящим. Это был единственный раз, когда я не знал, что происходит, когда не мог помочь и, вероятно, наблюдал, как умирает любимый мною человек. Скай вертела головой по своей подушке в разные стороны, её тело выгибалось кверху, а затем быстро падало на кровать. Я словно наблюдал картину, как человек постепенно сходит с ума. Она то бледнела, то снова покрывалась румянцем, то выгибала спину, то снова выпрямляла, то тянула руку в мою сторону, то снова опускала. Она балансировала на грани жизни и смерти. А я стоял и ничего не мог сделать. Эрл что-то в спешке искал возле её кровати, пытался удержать её тело, чтобы оно не упало, а я продолжал смотреть. Я не скрывал своих эмоций, ведь я впервые был так напуган. У меня не было уверенности, что я успею что-то предпринять. И я не нашел ничего лучше, как схватиться за дверной косяк, чтобы не свалиться. Но даже это не помогло, и я бессильно грохнулся на колени, в бешенстве стуча кулаками по полу и проклиная весь этот мир. — Джастин, — позвал меня Эрл, но я абсолютно не реагировал. Это была паническая атака, с которой я не мог совладать. — Джастин, мать твою, ты не очень вовремя, — он подбегает ко мне. — Соберись, дружище. Ты мне нужен, ты нужен Скай, — я посмотрел на него. Я отчаянно хотел бороться за её жизнь, но всё навалилось не в самый подходящий момент. Я был растоптан, сердит и ненавистен ко всему, что касалось меня. — Считай со мной, — он хватает меня за плечи и трясет, чтобы привести в чувства. — Один… вдох, Джастин, — злобно говорит он, — два. Выдох. Джастин, выдох, — он бьет меня по лицу. Потом я словно на автомате начал считать вместе с ним, и меня понемногу начало отпускать. Злость к себе самому уходила, а на смену пришла тревога за Скай, и когда я поднял на неё глаза, то увидел, как с её глаз пробивается жуткий белый свет. Эрл прикрепил её тело ремнями, что позволяло какое-то время её удерживать. — Я в норме, — сбрасывая его руку со своих плеч, я быстро встаю и подбегаю к Скай. — Адреналин? Эрл одобрительно кивает и потом в мгновение достает тюбик и шприц. — Нужно точно в сердце, — он протягивает мне шприц. Тяжело вздохнув, я взял шприц, отодвинул белую рубашку и, рассчитав четкую траекторию, вонзил острую иглу в тело Скай. Следующие несколько минут проходят за мозговым штурмом на тему, помогло ли это Скай. Я так долго думал о ней и о том, в каком она состоянии, что заработал себе вечную головную боль и бессонницу. Это безумно действует на нервы, потому что я не хочу, чтобы с ней что-то случилось. Она — лучшее, что было у меня за всю мою жизнь, и я буду проклинать себя каждый день, если с ней что-то случится. Я смотрю на экран пульсометра, мои брови поднимаются, я в замешательстве. Почему, черт возьми, ничего не происходит? Я готов сейчас же разбиться об стену. — Это бесполезно, — говорю я. Прикрыв глаза рукой, чтобы Эрл не увидел слёз, которые беспощадно подступали, я развернулся к выходу. — Джастин, — меня останавливает мягкий голос и рука, которая слегка придерживала мою. Я разворачиваюсь к ней и смотрю на неё. Она улыбается мне и на её щеках появляются две ямочки. Её глаза мерцают, и я теряюсь в этой бездонной глубине синих глаз. Я наклоняюсь вперед, накрывая своими губами её, и мы сливаемся неожиданном поцелуе.