Полупустой

(четвертый курс) -И чемпионом Хогвартса становится Седрик Диггори! Зал взорвался бурными аплодисментами, тут и там посыпались поздравления. Гарри посмотрел на Седрика, которого уже окружили друзья и приятели. Тот улыбался немного смущенно, но радостно. И губы Гарри сами собой тоже растянулись в улыбке. Он был рад за него – это был хороший, талантливый ученик, к тому же очень приятный дружелюбный парень и отличный капитан команды и ловец Пуффендуя. Он действительно может принести победу их школе. Седрик поймал его взгляд, и Гарри с улыбкой кивнул ему. После чего кубок вдруг ярко вспыхнул. *** Воспоминания о Чжоу на четвертом курсе у Гарри сохранились не слишком четкие – она была красавицей, и он хотел пригласить ее на Святочный бал. Однако, Седрик им тогда помешал, пригласив ее первым. И через год это повторится вновь – на пятом курсе уже не сам Диггори, а лишь его образ встанет между ними и помешает первой подростковой близости, еще очень робкой и несмелой, и оттого не менее пылкой и несдержанной. Но это все будет потом, а сейчас… Гарри был крайне недоволен прошедшим Святочным балом. Седрик и Чжоу были просто отвратительно хорошей парой – красивой, милой, блестящей, - в общем, да, отвратительной. И Гарри, к сожалению, прекрасно понимал, что хорошего парень и девушка нашли друг в друге. Пары в самых разноцветных одеждах кружились вокруг, а у Гарри от ревности кружилась голова, и хотелось присесть. Но даже когда он присел, все равно со своего места прекрасно видел, как веселятся другие. Когда Гарри, измаявшийся и опустошенный, вернулся в спальню, он еще долго разглядывал свое отражение в зеркало у кровати, пока оно не стало плыть перед его глазами от накатившей усталости. Он смотрел в него и видел пока еще неясное, словно вылепленное из сырой глины, лицо подростка. Слишком много там еще было детских, наивных черт. Но в это же время Гарри с удовольствием замечал, как у него стала отчетливо выделяться линия челюсти, брови стали гуще, плечи шире. Снимая перед сном футболку, он мельком, так, чтобы не заметили другие мальчишки, взглянул на свое тело, сформированное квиддичными тренировками, и остался вполне доволен тем, что увидел. На ночь перед святками Гарри загадал, чтобы Седрик и Чжоу расстались. *** И после второго испытания те, на удивление, действительно стали реже общаться, пускай и не расстались. Ходило много сплетен, почему же это случилось, ведь Седрик спас Чжоу, согласно заданию, и все в целом было более чем прекрасно. И Гарри тоже не мог понять, хоть они и стали общаться с Седриком все чаще, особенно после того, как тот дал ему подсказку к заданию. Общались они обо всем подряд – о Турнире, о квиддиче, об учебе, о надоевших до зеленых чертиков статьях Скиттер. Седрик даже предлагал Гарри подтянуть его знания по заклинаниям, однако, тот отказался, потому что они все-таки до сих пор были соперниками в Турнире, и Гарри не хотел бы быть обязанным своими успехами Диггори. Хотя, по правде говоря, тот действительно был очень умелым и сильным волшебником. У Седрика вообще было множество достоинств, и Гарри думал о них очень часто, когда сравнивал их силы как соперников в Турнире. Он был на два курса старше, а значит опытнее, он был сильнее в заклинаниях, он был умнее, спокойнее и увереннее, наконец, он был обаятельнее и привлекательнее Гарри. Последнее, конечно, к Турниру не относилось, однако, все равно не давало Поттеру покоя. Гарри немного злился на Чжоу из-за того, что та предпочла Седрика, пусть тот и первый пригласил ее. И теперь Поттера раздражало, когда она навязчиво бегала за Диггори. Парень очень вежливо с ней общался, но, казалось, больше не смотрел на нее так, как когда кружил в танце на Святочном балу. Седрик в своем общении с Гарри совсем не был навязчив, однако, они стали проводить время вместе все чаще и чаще. Гарри вообще удивляло то, что тот ищет общения с ним то после их совместных тренировок по квиддичу, то в библиотеке, где они занимались особенно усердно в связи, опять же, с Турниром, будь он неладен, а также парень всегда здоровался с ним, если они сталкивались в коридорах замка. Да, конечно, они теперь делили общие сложности и испытания, но, к примеру, Гарри совсем не хотелось обсуждать это с Крамом или той же Флер. А вот с Седриком общаться было приятно. Седрик вообще был довольно приятным молодым человеком, об этом говорили все, да и вообще пророчили ему прекрасное будущее. Когда Гарри спросил у него одним вечером в библиотеке, что же тот хочет делать в следующем году, когда закончит школу, тот ответил, что пока что совершенно точно не решил, но определенно пойдет работать на Министерство, как и его отец. Амос Диггори наверняка безумно гордился своим сыном. -Ну а ты, Гарри? – спросил Седрик. Теплое освещение библиотеки красиво играло в его медового цвета волосах, свободно падающих на высокий лоб, а на его губах играла мягкая улыбка. -А что я? Мне, наверно, еще рано думать об этом, - почему-то смутился Гарри. Рядом с Седриком он постоянно чувствовал себя… как будто ему чего-то недоставало. Возраста, знаний, жизненного опыта, легкости в общении… И чем больше он об этом думал, тем больше восхищался этим парнем с Пуффендуя. -Да брось, - рассмеялся Диггори, - Ни за что не поверю, что всем известный Гарри Поттер может хоть как-то сомневаться в себе, - И он положил руку на плечо парню с такой естественной легкостью, словно делал это уже тысячи раз, - С тем, что о тебе говорят в школе, что ты успел пережить и сделать к своим годам, я бы ни на секунду не усомнился, что ты станешь выдающимся волшебником, - И Седрик ободряюще улыбнулся Гарри, который уже не знал, куда себя деть от смущения, - И это, наверно, не важно, что ты выберешь и чем захочешь заниматься, потому что, я уверен, у тебя получится все, что ты задумаешь. И Гарри не мог понять, как тот мог говорить это так легко, словно действительно был уверен в своих словах. Как тот может так светло улыбаться ему, словно верит в свои слова. -Тогда можно я пожелаю больше не быть «всем известным Гарри Поттером»? – буркнул он, а все его мысли были заняты теплом руки на его плече. -Боюсь, что уже поздно, - расхохотался Седрик, - Ты уж прости, что напоминаю тебе об этом, но, к сожалению, это так и есть. И, думаю, многие считают, что ты этим безумно гордишься. Но, Гарри, ты, наверно, самый добрый и открытый человек, которого я когда-либо встречал, - он сжал ободряюще его плечо и опустил руку. А у Гарри от этого словно уехала из-под ног опора. Зачем он это говорит? И почему, черт возьми, так стыдно и одновременно хорошо от этих его слов? -Спасибо, - снова всего лишь буркнул он и тут же сменил тему. Но продолжил думать обо всем сказанном, даже когда Седрик ушел из библиотеки. И даже когда снова смотрел на себя в зеркало перед сном, и не мог понять, как в этом парне, которым был он, можно было все это увидеть, разглядеть? И даже когда проваливался в сон, он продолжал об этом думать. *** Гарри до сих пор, он мог в этом поклясться, помнил, как пахло в кладовке для старых метел – пылью, отсыревшим деревом и почему-то розовым маслом, - где Седрик, позвавший его поговорить после одной из самых обыкновенных тренировок, вдруг внезапно поцеловал его. И в тот момент у Гарри все замерло в груди и затрепетало, а из головы исчезли все мысли, словно его внезапно ударили по ней чем-то тяжелым. «Так вот, значит, как это чувствуется – первый поцелуй», - проносилась раз за разом у него единственная мысль. Его первый поцелуй действительно «украл» парень, и в этом как будто было что-то не так. С другой стороны, с Гарри всегда было что-то не так, и этот случай лишь влился в свою закономерную канву жизни Мальчика-с-которым-что-то-не-так. Но Гарри нравилось, что всё именно… так. Седрик отстранился и внимательно посмотрел на него. В полумраке небольшой кладовки его глаза казались темно-серыми. -Гарри, я сделал что-то не то? – спросил он, отступая на шаг назад, потому что Гарри находился в ступоре и смотрел на него во все глаза. Гарри ничего не ответил. Потому что когда целуешь человека, который тебе безумно нравится, оказывается, сложно говорить. *** В ту ночь в тишине мая разразилась сумасшедшая гроза. И Гарри не спалось. Пять минут тому назад он отследил по карте Мародеров то, что Седрик направился в ванную старост. И теперь Поттер лежал в своей кровати, наглухо задернутой пологом, и гипнотизировал точку с внушающим какой-то щемящий трепет в груди одним лишь именем, чернеющим в свете Люмоса. Наконец, он вздохнул и поднялся, надел ботинки, и как был, в пижаме, на ходу завернулся в мантию-невидимку. Сонный Рон приоткрыл один глаз и неодобрительно посмотрел на закрывающуюся саму по себе дверь спальни. Тихо ступая по ночным коридорам, Гарри, наконец, остановился перед желанной дверью, снял мантию и, глубоко вздохнув в попытке унять бешено колотящееся сердце, проскользнул внутрь. Сначала он увидел, как русалка на витраже приветственно плеснула хвостом, ныряя в синее море, а уже потом – его. Седрик сидел в ванной, но быстро и насторожено обернулся, услышав, как кто-то вошел. -Гарри? – удивленно спросил парень, и тут же широко улыбнулся. -А что, ждал кого-то другого? – шутливо спросил Поттер. -Нет, нет, - улыбался он, - Просто подумал, вдруг Филч решил вломиться проверять дисциплину, а я тут, как раз, ее нарушаю. А что ты здесь делаешь? -А я… я тут как раз тебя искал. Где-то вдали прогремел гром, и Седрик изумленно уставился на него: -Не понимаю…как… искал? -Ну, если ты умеешь хранить секреты, могу и рассказать, как, - сказал Гарри, подходя ближе, - И, кстати, ты, похоже, кое-что забыл, - сказал он и кинул в дверь запирающее заклятие. -И правда, - посмеялся над собой Седрик, - Стресс, видимо, сказывается. Ну, или то, что участника турнира за такую ерунду из школы не исключат, - подмигнул он Поттеру. Гарри опустился на колени на край ванны, попутно вытаскивая из кармана карту: -И часто ты здесь злоупотребляешь своею безнаказанностью? -Примерно раз в месяц, - пожал плечами Седрик, - Помогает, знаешь ли, расслабиться, отвлечься от стресса и ненужных мыслей. Мало того, что Турнир, так еще и ежегодные экзамены на носу. А что это у тебя? – спросил он, кивая на карту. -Обещаешь держать в тайне? – серьезно спросил Гарри, - Об этом знают только я и еще четыре человека в этой школе, три из которых Уизли. Седрик закивал, и стал с интересом слушать. -Вот это да, это же самое настоящее сокровище, Гарри! – сказал он, выслушав про карту, а потом внезапно прищурился, - Так значит, ты следил за мной? -Что?.. Да я вовсе не… -Следил-следил! – весело засмеялся Седрик, тыкая Гарри мокрыми пальцами в бока, - Давай, признавайся! -Седрик…ха-ха…прекрати, щекотно… Да я случайно увидел! Иначе давно бы уже знал, что ты тут ошиваешься, - Гарри отбивался, а Седрик продолжал щипать его и тыкать под ребра. -Значит, не признаешься? Ну, ничего, сейчас ты расколешься, шпион! – и с этими словами Диггори резко схватил и потянул ничего не успевшего сообразить Гарри, и в следующую секунду тот уже прямо в одежде и в обуви барахтался в ванне, при этом без остановки хохоча в перерывах между тем, как Седрик пытался его утопить. Когда они устали от этой возни, и снова подплыли к борту ванной, не переставая смеяться, Седрик коснулся волос Гарри, убирая мокрую прядь с его лба, и сказал: -Может, все же снимешь одежду и обувь? Без них все-таки купаться лучше. -Что? Да я и не планировал купаться! Ты чуть очки мои не утопил! – Гарри тыкнул Седрика под ребра, чтобы отомстить ему. Тот захохотал и сказал: -Ну, может ты уже вошел во вкус, и теперь твои планы изменились? -А знаешь, пожалуй, да, я не против теплой ванны, - и Гарри посмотрел на него с такой шальной смелостью в глазах, что на губах Седрика отразилась восхищенная улыбка. Гарри не стал медлить, положил на бортик очки, и вылез из ванной, расстегивая пижамную рубашку. Поймав на себе изучающий взгляд, он, смутившись, сказал: -Отвернись! - и добавил, - Пожалуйста. Седрик фыркнул, но отвернулся. -А в душевой после квиддича ты тоже так всем говоришь? – поддел его парень. -В душевых меня так пристально не изучают, - проворчал Гарри, попутно избавляясь от ботинок и пижамных брюк. -Ты так в этом уверен? – по тону Диггори было слышно, что ему сейчас очень весело, - А то я был бы готов с этим поспорить. -Ой, иди к черту, Седрик, - продолжил ворчать Гарри, накладывая сушащие заклинания на всю свою многострадальную одежду и обувь. В следующее мгновение он осторожно опустился в ванную и нерешительно подвинулся ближе к Седрику. -Всё, теперь можешь смотреть, - сказал он парню. Тот обернулся и стал смотреть. -Ну не так же пристально! – наполовину возмущенно, наполовину смущенно сказал Гарри. Седрик снова фыркнул и плеснул в него водой. -Ах, ты! – воскликнул Гарри и тоже начал бить ладонями по воде. Парни брызгались и снова смеялись, пока Седрик не нырнул и не начал тащить Гарри вниз. Поттер, который не успел набрать воздуха в грудь перед этим, начал дергаться, изо всех сил пытаясь высвободить ногу, однако, Диггори схватил его крепко. Когда воздух стал заканчиваться, Гарри лихорадочно стал хвататься за его руку и пытаться ее отцепить, оттолкнуть его от себя. Он внезапно почувствовал рукой, что толкнулся в живот Седрика, и почему-то сильно от этого смутился. Смущение внезапно придало ему сил и он, наконец, смог вырваться и вынырнул на поверхность. Пока Седрик смеялся над тем, как Гарри судорожно вдыхает воздух и откашливается, Поттер пытался отмахнуться от него брызгами и отталкивал его от себя, на что Седрик в отместку, наоборот, стал подплывать все ближе и ближе с каждым разом, когда Гарри его отталкивал. Когда, наконец, он перестал кашлять и восстановил дыхание, Гарри обнаружил, что теперь они снова подплыли к борту и были теперь так близко, что касались плечами. Седрик весело улыбался, как идиот, и поэтому Гарри сказал ему: -Идиот. Улыбка стала только шире. -Да ладно тебе, - сказал тот и легко хлопнул его по плечу. Гарри снова отпихнул его, уже не в полную силу, но Седрик снова подплыл к нему плечом к плечу, продолжая старательно демонстрировать ровные белые зубы и ямочки на щеках. В его глазах были то ли чертики, то ли отблески от витражей. Гарри засмотрелся на них. Глаза были серо-голубые, как майское небо перед грозой. И они тоже внимательно изучали его лицо. Поняв, что он уже пялится слишком долго, Гарри смущенно отвернулся и уставился на покрытую клубами пены поверхность воды. Но уже в следующую секунду рука мягко развернула его за подбородок обратно. Огромные зеленые глаза, распахнутые от удивления, посмотрели на Седрика, и вдруг увидели в отражении других глаз бесконечную нежность. Седрик убрал руку, потом приоткрыл губы, словно пытаясь что-то сказать, после чего закусил губу, не отрываясь, смотря в наполненные трепетом и смутным страхом от ожидания неизвестно чего глаза напротив. -Гарри? – наконец, осторожно, вполголоса спросил он. -Да? – послышалось в ответ еще тише. -Можно я тебя снова поцелую? И Гарри еле заметно кивнул, словно боясь лишним движением нарушить этот момент, закрывая глаза. И в следующую секунду почувствовал, как мокрые мягкие губы прижались к его губам, а руки крепко прижали за плечи. Гарри сильно вдохнул воздух носом, потому что его вдруг стало катастрофически не хватать от сжимающих грудь чувств. Но вместе с воздухом он вдохнул сладковатый запах шампуня Седрика, и тут у него совершенно закружилась голова. Чтобы не соскользнуть с борта ванной и не утонуть, он схватил парня за плечо. В ответ его еще сильнее сжали в объятиях. Гарри стал отвечать на поцелуй. Еще не умело, как мог, сам этого смущаясь, но Седрик целовался просто восхитительно приятно, и вскоре все посторонние мысли просто испарились у него из головы. Оторвавшись от губ, Седрик ласково посмотрел на него и прижался к его лбу своим мокрым лбом, прикрыв глаза от нахлынувших чувств. Гарри ощущал себя словно не в воде, а как будто в очень густом тумане, и сейчас он качался где-то в небе на потоках воздуха. Он осторожно коснулся губами щеки Седрика, и увидел в ответ на это блаженную улыбку. Парень, наконец, открыл глаза и, осторожно обхватив его лицо руками, снова впился в губы. Гарри продолжал обнимать его за плечи и с упоением отвечать на поцелуй, когда Седрик, огладив его плечи, скользнул руками на его талию. И только сейчас Гарри почувствовал, насколько близко теперь они находятся в объятиях друг друга. И он почувствовал, как все его тело подхватывает невидимая волна и заставляет прижимать парня к себе еще крепче, быть еще ближе. И он так и сделал, в ответ на что из губ Седрика внезапно вырвался приглушенный то ли всхлип, то ли вздох. -Гарри… - сказал он, нахмурив брови и сделав попытку отстраниться. -Всё хорошо, - горячо заверил его тот, чувствуя кожей своего бедра что-то твердое, и одновременно прижимаясь к парню сам, продолжая его целовать. Больше Седрик не делал попытки отстраниться. Их объятия стали все крепче, а поцелуи – жарче. Седрик опустил руку еще ниже, и Гарри громко всхлипнул и зажмурил глаза. Оправившись от первых очень острых ощущений, он сделал то же самое для него, не разрывая поцелуя. За окном то и дело грохотал гром, проглатывая все звуки и словно отделяя их от всего остального мира. Сверкающие молнии отражались в стеклах витражей, русалки на которых благоразумно предпочли раствориться в синего цвета стеклах, изображавших морские волны. Парни исступленно целовались и жались друг к другу, ласки становились все быстрее и ощущались все более и более остро, пока по всему телу Гарри не прошла теплая, всепоглощающая волна дрожи и удовольствия, отчего все его мышцы судорожно напряглись, тело выгнулось, а из губ вырвался такой громкий стон, что ему тут же стало стыдно, и он даже умудрился тут же покраснеть. Однако движения рукой он продолжил, и уже вскоре Седрик последовал за ним, уткнувшись ему в плечо. Пока парень пытался отдышаться, Гарри гладил его по мокрым прядям, утыкаясь в них носом и пряча в них до невозможности счастливую улыбку. Наконец, Седрик зашевелился и поднял на него полный нежности взгляд. -Ты как? – спросил он, притягивая его к себе за плечи, кажется, тоже чуть-чуть смущенно, отчего его брови были слегка нахмурены, но одновременно с этим на лице сияла улыбка. Гарри смог только кивнуть и продолжил глупо и безудержно улыбаться. Когда парни, наконец, выбрались из ванны и оделись, Седрик на прощание вновь обхватил его лицо руками, долго и бережно поцеловав, и направился в сторону выхода. Поттер повернулся к нему спиной, пытаясь скрыть вновь появившуюся глупую улыбку счастья на его лице. -Гарри? – вдруг окликнул он его. -Да? – парень развернулся и вопросительно посмотрел. -А ты знаешь, я не против, если ты иногда будешь за мной шпионить, - весело сказал Седрик и, подмигнув ему, исчез за дверью. И еще пару минут Гарри стоял один посреди ванной старост и снова, снова улыбался, как дурак, то и дело крепко зажмуривая глаза. И он действительно еще не раз пустил в ход карту, встречаясь с Седриком то в той же ванной, то в пустых ночных коридорах замка, когда у них было время между подготовкой к экзаменам и подготовкой к Турниру. У них оставался еще долгий, прекрасный месяц. Один месяц до смерти Седрика. …Было ли это самым счастливым временем для Гарри? Возможно. Иначе, почему он вновь и вновь возвращался к этим воспоминаниям?