Импульс

Четыре года назад Беллами, едва касаясь нежной кожи, провел кончиками пальцем по щеке спящей Кларк. Темнота комнаты не давала возможности рассмотреть каждую родинку на ее лице, увидеть белоснежность кожи и четкие контуры лица. Лунный свет, пробивавшийся сквозь оконные стекла, осветлял ее лицо хоть немного от окружающей темноты. Парень внимательно следил за дыханием девушки, боясь быть пойманным. Большим пальцем он мягко очертил контур нижней губы, задерживая свои исследования, когда девушки сморщила нос и тяжело вздохнула. Перевел взгляд на глаза, не желая, чтобы он стал причиной ее пробуждения. Но Кларк все еще сладко спала. Беллами тихо вздохнул и вновь вернулся к ее губам. Сладкие на вкус, нежные в поцелуе и всегда покрытые прозрачным блеском, иногда нежно-розовым. — Беллами? — сонно прохрипела Кларк приоткрывая глаза. Уже зная, что она проснулась, было поздно делать вид, что он ничего не делал, поэтому парень провел ладонью по ее щеке и наклонился, чтобы оставить на ней медленный поцелуй. — Спи, — шепотом ответил Беллами и сам закрыл веки, чувствуя действительно усталость от длинного нагруженного дня. День и вправду был не простым. Сначала тест по истории, к которому он не подготовился от слова совсем. Затем, работа над совместным проектом по экономике. И в конце, подготовка к тестам весь вечер и начало полуночи. Именно такой была жизнь студента, не готовившегося во время. Он постоянно бегал по преподавателям и искал возможности получить оценки, которые нормальные ученики имели уже давно. Это конец семестра, именно таким он является. Просишь. Делаешь. Сдаешь. И так по кругу пока не сделаешь все, что нужно. Мозги буквально кипели в голове, оповещая о перегрузке информацией и напоминая о нежелание делать что-либо. Кларк, конечно, как и любая другая заботливая девушка заметила его усталость. И искренне желала забрать хоть какую-то часть, чтобы освободить Беллами от этого неприятного, ноющего чувства. Желание спать пропало так же быстро, как она снова открыла глаза и посмотрела на его расслабленное лицо в лунном свете, который словно в каком-то страшном фильме ужасов освещал именно их кровать холодными оттенками. Беллами перевернулся на спину, очевидно, пытаясь уснуть, что явно у него не получилось и лишь еще меньше оставляло времени к утреннему будильнику. Рука Беллами отыскала талию Кларк и он легко притянул к себе девушку, укладывая на его грудь. Так было всегда. Возможно, мягкость ее тела и нежность каждого движения, вызывали зависимость. Потому что Беллами не мог уснуть, если не чувствовал рядом Кларк. И рядом было недостаточно. Нужно чтобы она была с ним. Поэтому каждое утро они просыпались с спутанными ногами друг друга, а его руки крепко обвивали тело девушки не отпуская. В зеркале, стоявшем рядом с кроватью, на которое смотрела Кларк, поглаживая успокаивающими движениями грудь Беллами, они смотрелись идеально. Его бронзовая кожа и ее белоснежная. Его темные кудрявые волосы и ее белокурые, рассыпанные по плечам. Ее маленькое тело в его руках, выглядело так, будто создано для него. Каждый изгиб ее форм идеально вписывался в его. И это казалось таким правильным. Услышав как дыхание парня стало более ровным и тяжелым, Кларк плавно и тихо, спустилась вниз под одеяло с головой и потерялась в темноте, но она знала тело Беллами так же хорошо, как и он ее. Беллами всегда спал голым — он говорил, что не любит спать одежде и уговаривал ее тоже не надевать никаких теплых пижам и прочего для сна, но в итоге они сошлись на том, что Кларк будет спать в футболке, без нижнего белья. Хоть девушка не была закомплексованной, но все равно чувствовала себя не уютно полностью обнаженной во время сна. Устроившись между его ногами поудобнее, Кларк на ощупь нашла рукой член парня и немного сжала в кольце пальцев. Она чувствовала себя такой распутницей сейчас, когда Беллами пытался уснуть, а она соблазняла его, путала карты и вела себя совсем не так, как обычно поступала бы. Эта мысль заставила ее улыбнуться уголками губ и продолжить начатое. Потому что ей нравилось быть такой. Порочной. Но она редко давала своим демонам выйти за границы мыслей. Точнее сказать — никогда. Только сегодня. На одну ночь. Пускай они возьмут верх над разумом. Сначала нежно, но по мере того как плоть Беллами становилась все тверже, Кларк ускоряла свои движения, сильнее сжимая его. Она не могла видеть как сейчас выглядит его член, но в руках он становился все тяжелее, а хорошее воображение подкидывало картинки, и девушка сжала бедра, чувствуя собственное возбуждение. Кларк наклонилась и уже по полностью эрегированному члену провела языком от самого основания до нежной головки его плоти. Под одеялом становилось жарче и щеки девушки пылали, а дышать становилось все труднее. Она даже не знала от чего больше: то ли от температуры, то ли от возбуждения. Плевать. Кларк, словно играя, обвела языком головку и втянула в рот, сильно посасывая нежную кожу. С причмокивающим звуком выпустила его изо рта и продолжила движения рукой все быстрее двигая ею. Дышать и правда было трудно, а на коже появились небольшие бисеринки пота, только больше раскрепощая Кларк. Она легко перекинула волосы на одно плечо и уже увереннее вернулась к своему занятию. В этот раз она попыталась полностью взять его в свой рот, но не смогла. Одной рукой Кларк водила по члену Беллами, а другой держала волосы, чтобы те не падали на лицо, пока ее губы обхватывали его плоть, постанывая от ощущений. — Черт, — прошипел парень. — Что ты делаешь? — он не смог нормально закончить последнее слово, потому что Кларк ускорила свои движения рта и руки, создавая идеальный темп. Беллами скинул одеяло так сильно, что оно отлетело к двери, беззвучно приземляясь у порога. Парень пытался посмотреть на Кларк, но его глаза закатывались от того, как умело она справляется с ним. Он хотел что-то сказать, но каждый раз пытаясь первое же слово заканчивалось стоном и он сдавался. Покрасневшие щеки Кларк и то, как идеально смотрятся ее губы вокруг члена Беллами только лишь больше подводило к краю. — Малыш, — он гортанно простонал, запутывая пальцы в ее волосах. — Так хорошо. Кларк самодовольно усмехнулась, но Беллами этого не заметил снова закатывая глаза и едва не дрожа под ее настойчивыми прикосновениями. Девушка медленно провела кончиком языка по вздутым венам на его плоти, сбавляя темп движений пальцев. — Ох, черт, малышка, — он потянул ее за волосы на себя и Кларк последовала его едва заметному приказу. Губы парня накрыли ее так желанно и страстно, что Кларк и сама снова простонала, чувствуя как этим поцелуем он словно пытается съесть ее, жадно всасывая нижнюю губу. По комнате разносились лишь звуки их поцелуев и стоны обоих.

***

Наше время Раньше Кларк ненавидела все приемы в родительском доме. Ей не нравился шум и большие скопления людей, она предпочитала сидеть в своей комнате, но мать заставляла надевать платье и выходить к гостям, потому что так нужно. Кларк быстро приветствовала всех присутствующих, участвовала в беседах, не имевших смысла, кроме как сплетен и рассказов о жизни, а потом, спустя минут тридцать, так же быстро поднималась в свою комнату и с муками самостоятельно расстегивала платье, переодеваясь в домашнюю одежду. Было невыносимо улыбаться неприятным людям, которые даже не скрывали, что их улыбки — скорее даже ухмылки, говорящие: «Ну конечно» — фальшь. Сейчас же, она стала одной из них. Теперь она могла хотя-бы немного понять мать. Жизнь заставляет стать такой. Люди изменяют тебя, их поступки и лишь собственная выгода. Ты становишься частью этого и, по правде говоря, так легче. Конечно, Кларк все еще была другой, в сравнении с остальными, только уже не такой как раньше. Она могла наступить себе на горло, если в этом была польза. Но творческие люди редко ищут выгоды, они живут и дышат вдохновением. Кларк сочетала в себе и творчество, и трезвость рассудка, не позволяющего жить только в таких притягательных облаках желания творить. Алое платье обтягивало каждый изгиб, соблазнительно обнажая плечи и зону декольте девушки. Талия казалась еще уже, благодаря выгодному фасону и мастерству дизайнера. То есть ее самой. Это одна из идей Кларк для осенней коллекции платьев у довольно известного бренда. Ни с одним брендом она не сотрудничала. Были идеи — она обращалась к своему ассистенту, тот находил интересующиеся компании. Затем заключался договор в присутствии адвокатов, а со временем, ее работы становились материальны и доступны в магазинах каждому, кто пожелает. Сегодняшний прием был в честь годовщины свадьбы мистера и миссис Гриффин. Их брак был таким же счастливым, как и постоянный смех то одних, то других людей, разносившийся по всему дому, на фоне музыки. Люди вокруг оживленно разговаривали в маленьких группах, смеялись, пили и танцевали, наслаждаясь теплой атмосферой, созданной долгими трудами Эбби на протяжении месяца. — Мне нравится дом твоих родителей, — прошептал на ухо девушки Эндрю, игриво прикусывая мочку уха. Кларк ухмыльнулась и оставила легкий поцелуй на его губах. Хоть каблук и был довольно большим, но она едва доставала до его подбородка, поэтому, чтобы взглянуть на Эндрю, ей постоянно приходилось поднимать голову. — Ты еще не все видел, — улыбнулась она. — Не знаю хватит ли у нас времени, потому что я хочу домой, чтобы поскорее снять с тебя это дьявольское платье. — Придется подождать, — улыбка девушки стала еще шире и она снова нежно прикоснулась к пухлым губам Эндрю. В первую очередь, они пришли сюда, чтобы Эндрю наконец-то познакомился с ее отцом. Кларк обещала, а значит, сделает. Тем более это не нормально, если самый близкий для нее человек последним узнает кто же все-таки ее жених. Мистер Гриффин ждал их в кабинете, он не хотел знакомиться с будущим мужем дочери при всех, это было бы крайне не удобно, как минимум из-за шума вокруг. Кларк взяла правую руку Эндрю со своей талии и сцепила в замок их пальцы. Большой палец парня нежно прошелся по костяшкам ее кисти, словно успокаивая. — Пойдем. По мраморному полу зала, где проходило торжество, звук ее тонких шпилек едва был слышен, но она чувствовала каждый шаг, боясь поскользнуться на гладком полу. Да уж, это было бы весело, учитывая как гордо она шла, будто все вокруг — грязь, надоедливое жужжание мух, ничего не значащее и только мешавшее. Все взгляды следили за Эндрю и Кларк, пока они проходили к лестнице, которая находилась почти сразу возле входа в зал, буквально шагов пятнадцать. Эндрю было все равно на этих людей — он их попросту не знал. Основная часть его бизнеса находилась в Испании, сотрудничал он больше с европейскими компаниями. Конечно, были партнеры и в Америке, но фундамент его империи был построен и становился все выше именно в солнечной Испании. Как умная женщина, Кларк понимала, что Эндрю имеет что-то с сицилийской мафией, но так же понимала что на ее вопросы он не ответит даже если они будут заданы и, чтобы не наводить на себя лишние подозрения, девушка предпочитала делать вид, будто она ничего не знает и ни о чем не догадывается, стараясь узнавать какие-то крупицы информации самостоятельно. Просто наблюдая. В прошлый раз Кларк была в этом кабинете, чтобы рассказать отцу о возвращении, о свадьбе и о жизни за пределами штатов. Сейчас же, девушка снова здесь, но теперь, чтобы познакомить своего жениха с отцом. Теперь она была в этом кабинете для беседы уже четвертый раз. И с каждый разом было не так страшно, а в этот раз особенно, ведь теперь Кларк взрослая женщина, у которой скоро будет своя семья и человек, к которому она будет приходить в кабинет не потому что нужно поговорить о своих ошибках, а просто так. Без стука Кларк открыла дверь и вошла в кабинет отца, а Эндрю тихо закрыл за ними дверь Ему нужно отдать должное — он вовсе не переживал, такое ощущение, будто он знал, что точно понравится ее отцу. В принципе да, это сделать не сложно, потому что мистер Гриффин всегда принимает выбор дочери без возражений, но все же, это первое знакомство, во время которого людям свойственно переживать из-за незнания чего стоит ожидать. — Мистер Гриффин, — Эндрю расплылся в самой обольстительной улыбке на которую только способны испанцы. Кларк не смогла сдержать улыбку. Когда ее жених включает все свое обаяние — буквально никто не может не проникнуться к нему симпатией. — Эндрю Аурелио, — кивнул отец девушки и сам не смог не улыбнуться. Вот. Что и следовало ожидать. — Рад наконец-то познакомиться с вами. Они пожали друг другу руки с такими широкими улыбками, что на секунду Кларк подумала, будто они знакомы довольно давно и прямо сейчас начнут обнимать друг друга. — Это взаимно. Сложилось впечатление, что Кларк скрывает тебя от меня, — Джейк поцеловал дочь в обе щеки и нежно провел левой рукой по ее плечу не переставая улыбаться. — Ничего подобного, папа. Прошло всего несколько дней с приезда Эндрю. — Lo que tú quieras, cariño*, — заговорил на испанском Эндрю, подшучивая над девушкой. Кларк не знала его второй родной язык точно, но за время проживания в этой стране каждый запомнит хоть какие-то слова. Эндрю научил ее общим фразам для поддержания разговора, так что она понимала его язык. — Cierra la boca*, — кинула на него предупреждающий взгляд. На самом деле Эндрю приехал около недели назад, но все это время Кларк никак не могла решиться познакомить его с отцом. А вот прием стал толчком к этому. — Ладно, — подозрительно посмотрев сначала на Кларк, а затем на Эндрю, сказал мистер Гриффин, — Рад, что ты выучила испанский, но при мне прошу его не использовать, потому что я вообще не понимаю, что вы говорите, — он нахмурился и прошел к своему креслу. — Господи испанцы так быстро говорят. — Это правда, когда он говорит по телефону, — Кларк указала пальцем на Эндрю, садясь в кресло возле стола. — Понять вообще ничего не возможно, а если кричит, то начинает говорить еще в два раза быстрее. Когда она только приехала в Испанию, было так странно наблюдать за вечным шумом и непонятной, беспричинной суетой вокруг. Разговоры больших и маленьких компаний друзей в барах были такими громкими, что попытаться услышать хотя-бы рингтон своего телефоне являлось сложной задачей. Это раздражало поначалу, слишком большой шум для Кларк, привыкшей к спокойным беседам на фоне тихой музыки. Но со временем энергичность и страстность испанцев становилась такой нужной, она придавала колорит и краски в цикличные будни, делая их более яркими и насыщенными. Мистер Гриффин взглянул на безымянный палец левой руки Кларк, на котором красовалось платиновое кольцо с идеально овальным нежно-розовым бриллиантом усыпанным по бокам еще несколькими белыми бриллиантами кристальной чистоты в форме капелек. Кольцо было изысканным. Другое слово — оскорбление для него. Кузина одного друга Эндрю дизайнер потрясающих украшений, он обратился к ней в поиске самого эксклюзивного изделия. Девушке пришлось потрудиться, чтобы наконец угодить Эндрю. И ее старания стоили того. Потому что это настоящее произведение искусства. Когда пресса узнает о помолвке между мисс Гриффин и мистером Аурелио, наверняка стоимость кольца долго не будет сходить с газетных страниц. — Кларк рассказала наверное все о тебе, пока была здесь, — Джейк взял два стакана и наполнил их до половины янтарной жидкостью. — Но слышать и видеть — разные вещи. Вы должны понимать о чем я. Мужчина передал стакан Эндрю и взял в руки бутылку вина для Кларк. Девушка хотела сказать, что не отказалась бы от нескольких грамм виски, но рядом сидящий парень, будто читая ее мысли, взял руку девушки в свою, а взглядом сказал, что этого не стоит делать. И она послушалась. — Конечно, и я рад, что мы наконец-то знакомы не только условно, — кивнул Эндрю. Кларк предпочитала молчать сейчас, чтобы дать больше возможности им самим пообщаться и узнать друг друга не только с ее слов. Она сделала глоток вина из бокала, любезно предоставленного отцом, и продолжила наблюдать за мужчинами. — Я знаю твою семью, мы не виделись, но я наслышан, — сделал глоток, скорее всего скотча, мистер Гриффин. — Они имеют транснациональные банки по Европе, насколько я помню. — Это их компания всего на тридцать четыре процента. — Они имеют больше, чем остальные. — Потому что они создали это, — Эндрю отпил немного жидкости из своего стакана. — Да, это заслуживает уважения, — кивнул Джейк. — Вообще-то у Эндрю своя компания, — решила вставить свое слово Кларк. Тесное платье совсем не давало шанса закинуть одну ногу на вторую, хотя очень хотелось. Девушка поерзала на кожаной обивке кресла, пытаясь устроиться поудобнее. — Знаю, технологическая, да? — Именно. — Родители помогли начать, не так ли? — улыбнулся отец девушки. Обычно он всегда хорошо относился к пассиям дочери. Вообще, ему было все равно на них, пока те не сделают ничего во вред Кларк. Но тут он устроил какой-то допрос и девушка нахмурилась, не понимая чем это вызвано. — После окончания колледжа, несколько лет я работал на их компанию, там я познакомился с тремя хорошими ребятами, которые работали в отделе кибербезопасности, у них были довольно классные идеи для того, чтобы реализовать их. Эндрю допил напиток в стакане и тихо поставил его на стол. Кларк все это время, наблюдавшая за ним, удивилась его сдержанности. Обычно он ненавидит, когда его засыпают вопросами, а тем более о работе. — Мы с ними задерживались на работе, а когда все уходили, собирались в комнате для отдыха и создавали бизнес-план. Это длилось около месяца. Не зря я столько лет потратил на бизнес-школу, — ухмыльнулся он. — Когда все казалось готовым, я попросил денег у родителей, обещая, что верну все. И вот, вроде-бы все было хорошо, мы стартовали, сняли небольшой офис, решили обойтись без секретарш и прочего персонала. Первый раз Кларк слышала эту историю. Она знала чем Эндрю занимается, но он никогда не говорил о создании компании и девушка была уверена, что ему просто сделали все родители и посадили на место владельца. — Все шло довольно легко. Парни готовили свои проекты, но я ведь в этих деталях не разбирался. Бизнес-план и каждая идея хранились на компьютере, конечно, никто не скрывал ничего, потому что мы доверяли друг другу. В общем, если кратко, то один из этих парней украл все идеи, бизнес-план и создал свою компанию. — Боже, — прошептала Кларк, неверующим взглядом уставившись на Эндрю. Было видно, что ему не приятно вспоминать об этом. Понятно почему. Он доверился этим людям, на свой страх и риск решил реализовать общую идею, а в итоге потерял и время, и деньги. — Да, с тех пор я понял, что доверять нельзя даже тем, кто доверяет тебе, — тяжело вздохнул парень. — В итоге, родители долго отказывались снова дать деньги, но, с течением времени, согласились. В этот раз я нанял всех людей, вся информация о компании хранилась под высоким уровнем безопасности. Когда компания выросла достаточно, чтобы стоять ровно, я вернул деньги родителям. И первый кредит, и второй. Очевидно, рассказ удивил Кларк намного больше, чем ее отца. Она посмотрела на Эндрю, сжимая его руку в своей. Ее горло в миг пересохло от того каким серьезным он выглядел, а этот парень редко переставал улыбаться. — Где-то в твоем возрасте я тоже познал что такое предательство, — задумчиво начал Джейк, вновь наполняя стаканы напитком из графина. — Хуже всего, когда твое доверие не оправдывают самые близкие люди. И я надеюсь, что вам обоим, — он выразительно посмотрел обоим в глаза. — Не придется столкнуться с этим. Кларк тяжело вздохнула, разрывая зрительный контакт с отцом и посмотрела на картину, висевшую на стене. Это был тот самый мост, на котором Эндрю и Кларк познакомились. Вдоль набережной возвышались большие яркие фонари, здания, стоявшие за мостом, сияли, освещая картину, а по морской глади крошился свет, мерцал, словно сотни маленьких осколков стекла, чудным образом не утонувших на дне. — Это тот мост? — проследив за взглядом Кларк, спросил Эндрю. Девушка только кивнула, все так же не отрывая взгляда от картины. Джейк и Эндрю снова начали разговор, тему которого Кларк даже не пыталась уловить, будто завороженная рассматривая детали картины. Этот мост был настолько значимым для нее. Именно в их встречу она наконец-то смогла оставить прошлое позади и перейти на другой берег, где есть только будущее, где прошлому больше нет места. Счастье и радость, которое подарили ей эти шаги на пути к лучшему, становилось все менее насыщенным, бледнея туманом, что не смогут остановить никакие границы. Не время смогло вылечить ее, а люди, которые встречались Кларк на пути. Она сбежала как полная трусиха в тот день. Возможно, если бы в тот злополучный вечер Беллами и Кларк сразу поговорили, то они бы смогли все отпустить? А о чем говорить? Ему было стыдно смотреть ей в глаза, а ей не хотелось видеть последствия его падения. Поэтому Кларк сбежала, не оставляя никакой точки. Лучше бы оставила и смогла отпустить. Если бы было так легко смотреть ему в глаза, говорить с ним, чувствовать его присутствие без терзающего сердце чувств. Что происходило сейчас никто не понимал, но было точно ясно, что не нужно с ним видеться. Следует избегать эмоций, которые вызывает присутствие Беллами, а значит избегать и его самого. Хотя встречи парень больше не искал. Что и требовалось доказать: его пьяные рассказы и клятвы — были лишь словами, про которые он больше и не думал. — Кларк? — Эндрю с Джейком уже стояли около двери, когда заставили отвести взгляд от картины, с одинаково смешно нахмуренными бровями смотря на нее. Девушка нежно улыбнулась, вставая с кресла. Вот оно. Это ее настоящее. — Мы уже уходим? — Да, думаю твоего отца обыскались гости, — Эндрю притянул Кларк за талию к себе. — Конечно, я тут еще задержусь на несколько минут, а вы поздоровайтесь с гостями, — кивнул тот. — Ради Бога, Эндрю, не дай этим пираньям съесть мою девочку. — Обязательно, — кивнул он, улыбаясь. — Еще увидимся, — Кларк поцеловал отца в щеку и открыла дверь позади себя. Они вышли в длинный коридор, по которому разносились звуки музыки с нижнего этажа, и неспешным шагом направились к лестнице. — Как тебе знакомство с моим папой? Эндрю поцеловал ее в макушку, вдыхая любимый запах свежести. — Он хороший. — Да, знаю. Твой отец тоже, — кивнула Кларк. — А где миссис Гриффин? — осторожно спросил парень. Эндрю знал, что Кларк с матерью не в очень хороших отношениях. Ну как знал, он догадывался, судя по тому, как редко его невеста упоминала о ней, в то время как про отца, Кларк могла говорить часами. — С гостями, наверное, — девушка пожала плечами и перевела взгляд прямо перед собой. — Познакомишь? Но ответить ей не удалось, потому что им на встречу вышел высокий парень, которого Кларк узнала сразу. — Джон? Парень резко остановился в нескольких метрах от пары и будто окаменел, во все глаза смотря на Кларк. Помятая рубашка, пуговицы которой были застегнуты кое-как, галстук, висевший на шее и потрепанные волосы, сделали его моложе лет на пять. — Привет, Кларк, — облегченно вздохнул он и в два шага сократил расстояние между ними, поцеловав девушку в щеку максимально близко к уголку губ. Эндрю вскинул брови совсем не понимая кто это и какого черта он прикасается к его Кларк, но решил узнать ответ на этот вопрос позже. — Эм, — облизала губы и смущенно взглянув на Эндрю продолжила: — Это мой будущий муж. — она рукой указала на парня, державшего ее за талию. — А это мой друг, еще с колледжа. Джон с Эндрю подозрительно посмотрели друг на друга и снова вернули свой взор на Кларк. — Ты не говорила, что выходишь замуж, — озадаченно нахмурился Мерфи. — Ох, да ты в общем-то и не спрашивал, — нервно рассмеялась девушка, но, видимо, никто не заметил ее волнения. Выражение глаз Джона сменилось тенью ярости и искры, которые метали его глаза, направлялись непосредственно на напротив стоящую девушку. Но, спасибо Вселенной, он не успел ничего сказать, потому что женский голос позвал его откуда-то сзади. — Ладно, — Мерфи попытался улыбнуться, но вышло это у него не очень. — Рад за вас. Джон кивнул им обоим и обошел Кларк, бесшумно направляясь, судя по всему, в комнату, где его ждала девушка. Рука на талии Кларк сжала ткань и так тесного платья, заставив девушку втянуть воздух и задержать дыхание. Эндрю резко развернул девушку к себе и наклонился к ней так, что теперь их носы соприкасались, а его глаза горели не хуже ада. — Еще один друг из колледжа? — тихо прошипел, чтобы никто больше не смог услышать. Кларк вздохнула полной грудью, заставляя себя взять в руки, и ее глаза запылали не хуже его, отправляя ответные молнии. — Да. И что? Мне нельзя теперь общаться с ними? — дерзко вздернув подбородок кинула она. — Если все твои друзья, смотря вот так, — он кивнул себе за плечо, будто там все еще стоял Джон. — А те, кого я видел именно так и смотрят, тогда да, я против. Кларк возмущенно свела брови на переносице, не веря своим ушам. — Пускай они делают что хотят с тобой в своих мечтах, но ты моя и только моя, — он грубо поцеловал ее губы, сжимая тонкую шею в руке, притянул девушку ближе. Его язык буквально трахал ее рот, словно показывая, что только он имеет право делать это. Вспыльчивость и ревнивость — вот, в чем их самое большое сходство и, наверное, недостаток.

***

Вот уже который день Кларк была в поисках мастерской, желательно с небольшой галереей, куда она могла бы относить уже готовые работы. И вот который день, ее снова ожидал полный провал. Она хотела, чтобы это место само выбрало ее, чтобы что-то внутри замерло, когда она увидит его. Ей предлагали самые высококачественные и дорогие предложения всего города. Но все было не то. Она не хотела упустить свое, поэтому даже не смотрела на фотографии, а ехала прямо к месту, где находится та или иная галерея. И в этот раз ей снова пришлось направляться к своей машине с разочарованием, грызущим изнутри как надоедливое насекомое. Кларк ненавидела, когда что-то не получалось так, как она задумывала, а именно эта проблема тянулась уже слишком долго и с каждый разом руки опускались все сильнее. В Испании Эндрю купил ей идеальную галерею неподалеку от центра, в переулке с магазинами одежды и украшений, куда туристы обычно редко заходили. Там галерея была большой, а в соседней комнате находилась мастерская с большими окнами из которых она могла видеть все и всех, а ее никто. Это лишь еще больше вдохновляло на создание новых работ. Но тут… Будто в наказание ей не удавалось найти подходящее место. Кларк раздраженно вздохнула и посмотрела на парковку, где среди не такой уж и большой тучи машин стояла ее. Идеально чистый черный капот сверкал на солнечных лучах, привлекая к себе внимание. Тяжело вздохнув, проходя на парковку, Кларк уже было хотела достать ключи из сумочки, когда перед ней выросла тень и, с каждым ее шагом, человек, которому она принадлежала, оказывался все ближе. — Да ты издеваешься, — прошептала она, посмотрев на приближающегося парня. — Привет, Кларк, — улыбнулся Беллами, снимая очки. — Хорошая погода, правда? Последние несколько лет, где бы пресса не ловила его, он всегда был в костюме. Ну или хотя-бы в рубашке, но сегодня что-то явно пошло не так. Возможно, он обанкротился и ему пришлось заложить свои дорогущие запонки, так что теперь он не может носить рубашки. Нет, часы в тысячи долларов свидетельствовали об обратном. Что ж, значит сегодня он просто так решил надеть обычную черную футболку и брюки карго цвета хаки. Его наверное давно никто не видел в такой простой одежде. — Погода была очень хорошей, пока одна огромная черная туча не пришла, — Кларк мило улыбнулся и тут же свела улыбку с лица, направляясь к своей машине. Знала ли она, что Беллами пойдет за ней? Да. — Такое солнце обычная туча не сможет закрыть. — Да, потому что солнце не даст ей этого сделать. Знала ли она, что когда попытается сесть в машину Беллами захлопнет дверь перед ее носом? Да, черт возьми. — Хватит этих дурацких метафор, — уже серьезнее начал он. Кларк не хотела с ним разговаривать. Она вообще не понимала какого черта Беллами здесь забыл. Это не офисное здание, где он мог бы работать, здесь нет достойных кафе и ресторанов. По сути, это вообще другой конец города. — Я хотел поговорить о… — О том, когда ты в состоянии алкогольного опьянения приперся ко мне под квартиру и не контролировал то, что несет твой язык? Или ты о том, как преследуешь меня? — нагло перебила его Кларк, заводясь с полуоборота. — Никто тебя не преследует, — тут же возразил парень. — Да ладно? И что же ты тут забыл? Вообще Кларк достало все. Особенно невозможно было снова начинать поиски галереи, она устала от этого, но желание достичь цели было больше, поэтому изо всех сил девушка заставила себя продолжить поиски. — Возможно я немного проследил за тем, куда ты ходишь в последнее время. Поиски галереи, верно? — Это называется преследованием, Беллами! — воскликнула девушка, покачав головой слева направо. — Боже, Кларк. Просто не знаю как к тебе подобраться, понимаешь? — Беллами потер переносицу, будто он уже устал от всего этого. — То, что я сказал тогда… это правда. Все, что было сказано в тот вечер. Девушка просто уставилась на него. Ни единая эмоция не проскочила наружу, но внутри сердце билось с двойной силой. Беллами смотрел на реакцию, боясь сказать что-то не так, но ни одна мышца на ее лице не дрогнула, чтобы дать подсказку, как ему действовать. Он подошел ближе на несколько шагов так, чтобы она могла услышать его шепот. — Это всегда была ты, Кларк, — его глаза бегали по лицу девушки, желая доказать свою позицию. — Ни одна, ни вторая, ни десятая. Ты. Здесь, — Беллами взял ее руку в свою и прикоснулся к своей груди. Там, где билось сердце, — Здесь, — он закрыл глаза, прикладывая мягкую ладошку Кларк к виску. Зачем он так поступает с ней? Она похожа на куклу, которую можно отложить, когда захочется поиграть с другой? Она будет ждать на пыльной полке, пока он не вспомнит как весело было играть именно с ней? Возможно, кто-то так сможет, но не Кларк. Она не кукла. Ее нельзя заменить. И нельзя попросить подождать, пока он наиграется с другими. Ушедшее время не вернуть, залеченные шрамы, не стереть, а доверие не получить. Игра окончилась давным давно, а игроки пошли своими дорогами. Кларк улыбнулась и медленно провела ладонью от лица Беллами, по рельефной груди и прессу, спустилась к его члену и сжала, встав на носочки, Кларк прошептала ему в лицо: — Но здесь, — она сжала сильнее. — Не только я. Ему должно было быть больно, но он едва слышно простонал, прикрывая глаза. — Единственное, что ты мне сказала в последний день, когда я видел тебя, когда я все испортил, было самой чистой правдой. «Сколько бы девушек не пытались быть с тобой, — Кларк брезгливо ткнула пальцем в грудь Беллами, отодвигая от себя. — Ты не сможешь быть ни с одной из них полностью и всецело, — слезы смывали тушь с ее глаз, а пальцы размазывали по щекам темные разводы, но голос был тверд, ни разу не дрогнув. — В твоем сердце навсегда останусь я, никому не подвластно изменить это. И когда ты поймешь мои слова, будет поздно, потому что мое сердце будет принадлежать другому». — Как я и сказала тогда, ты понял слишком поздно. Беллами обхватил ее лицо руками, заставляя смотреть в глаза, чтобы она точно услышала, что он ей скажет. — Да, но время, которое я потратил, чтобы принять твои слова, меньше, чем у меня осталось, чтобы вернуть тебя. Неожиданно для обоих, Беллами притянул Кларк ближе к своему лицу и впился в губы, по которым скучал каждый день и которые каждую секунду вспоминал, боясь забыть вкус. Сложно было назвать это поцелуем, потому что он просто прикоснулся к ее губам и тут же отодвинулся на пару сантиметров, чтобы последние слова прошептать в ее уста. — И если ты думаешь, что я сдамся — мне придется тебя удивить. Кларк отпрянула от него словно от огня и на секунду в ее глазах Беллами увидел маленькую девочку, которую однажды предали. — Твоя жена ждет дома, — скривив лицо она откинула его руки со своего лица. — Ты снова готов изменить той, которую выбрал. Думаешь, это придает тебе очков? Отступив на шаг Беллами дал ей возможность наконец-то спокойно вдохнуть, собираясь с мыслями, после его абсолютно вызывающего поведения. Он не имел права прикасаться к ней. Не должен приходить сюда и бегать за другой, пока одна преданно ждет его дома. — Только скажи и я подам на развод. — Для того, чтобы развестись с ней не нужно мое разрешение. Не разрушай еще одну жизнь, только из собственных интересов. Что он мог сказать против ее слов? Она права, он поступает эгоистично к им обеим, но для того, чтобы вернуть Кларк ему нужно поступить эгоистично, снова разрушив ее мир, чтобы построить новый. Там, где ему будет место. И если ради этого придется пройти через весь земной ад — он без сомнений сможет сделать каждый шаг.