Импульс

— Этот фильм — полное дерьмо, — Рейвен повторяла эту фразу каждый раз одинаково последние несколько часов: кивала головой на экран, указывала ложкой мороженного и качала головой. — Потому что ты любишь смотреть всякие документальные и странные научно-фантастические фильмы, — отмахнулся от нее Джон, словно говоря, что она безнадежна. Рейвен снова набрала полную ложку ванильного мороженного. Казалось, будто только это и спасает от возможности уснуть прямо на диване. — Они интересные, — закатила глаза и снова попыталась найти какой-то смысл в фильме, что шел по телевизору. В этот раз была очередь Джона выбирать фильм, а он, не изменяя себе, выбрал жутко сопливый. — Когда она уже умрет, — проворчала Рейвен, поднимая с пола баночку пепси. Наигранно ахнув, Джон перевел на нее возмущенный взгляд: — Я думаю она выживет. — Точно умрет. — Почему? — нахмурившись, снова обратил свое внимание на героиню, которая в данный момент ела на кухне уже вторую минуту. Серьезно, было показано каждое действие от начала и до конца. Джон видел в этом еще большее раскрытие персонажа через детали, а Рейвен считала это ненужным и абсолютно бессмысленным. Столько экранного времени в глубокую задницу запихнули сценаристы. — Для большей драматичности. Они никогда не могли молча смотреть фильмы. Рейвен возмущалась из-за глупости сюжетов, а Джон постоянно задавал вопросы, потому что боялся уснуть во время просмотра. И зачем тогда они делали это, если вкусы абсолютно разные? Кто бы знал ответ на этот вопрос. Может они оба просто мазохисты, раз любят жертвовать своим временем на не интересные вещи, а возможно намного важнее компания в которой проходил просмотр. На часах уже было далеко за полночь и никто не собирался расходиться. Девушка на экране собирала чемоданы, было четко показано как она складывает вещи и ни музыки на заденем фоне, никакого-то разговора или озвучки мыслей персонажа. Невероятно. Скучный. Фильм. — Ладно, соглашусь, — вздохнул Джон и нажал на пульте красную кнопку выключения. — Правда? — вопрос сочиться чистым сарказмом. В сотый раз за этот вечер закатил глаза и забрал из рук Рейвен коробку мороженого, разочаровано набирая ложкой сладость и отправляя в рот. Совсем не хотелось признавать свое поражение, но фильм — полный провал. — Ты с кем-то встречаешься сейчас? — довольно удивительно, однако его потянуло на разговоры. Они уже давно не говорили о личной жизни, все время разговоры заходили про Джона и только, из-за чего тот чувствовал себя эгоистом, а ему никогда не нравилось это ощущение. Рейвен резко повернулась к нему с вскинутыми бровями. Явно не ожидала сейчас таких разговоров. Джон только пожал плечами, ни капли, не смущаясь продолжил наслаждаться вкусом ванили. — Нет, — опустила глаза к полу, как маленькая провинившаяся девочка, что разбила вазу. — Да, — нахмурилась. — Не знаю в общем. У нее никогда не получалось строить отношения, только все приближалось к этому — давала заднюю либо она, либо ее партнеры. Рейвен часто задумывалась почему так происходит и в итоге пришла к выводу, что такова судьба. — А у тебя? — Джон наградил ее взглядом ты-серьезно. — А, точно. Их разговоры об отношениях всегда не доходили до конца. Они только узнавали, как обстоят дела на этом горизонте и все. У обоих все было запутано. — Как давно у тебя был секс? Ну и вопросы. Рейвен подумала было, уйти от ответа, отшутиться и вернуться на более безопасную тему для разговора, но все же решила ответить. И когда она уже начала, раздался звонок в дверь. В тишине комнаты он прозвучал так громко, что девушка едва заметно вздрогнула, удивляясь, как легко ее было напугать, когда она уязвима. Джон встал с дивана и неспешным шагом направился к двери. — Вот и пицца, — он захватил кошелек с полки около двери и открыл дверь. В тайне Рейвен радовалась, что ей не пришлось отвечать. Она никогда не любила этот вопрос, хотя всегда считала себя довольно открытой. Дверь открылась, судя по характерному звуку. Рейвен не могла ничего слышать, в принципе ей было все равно, как Джон оплачивает пиццу и любезничает с доставщиком. Она поднялась с дивана, захватила уже пустую коробку мороженого, и разочаровано покачала головой, смотря на жалки остатки любимой сладости. Этот гад за пять минут доел большую часть. Нужно заставить его выплатить штраф дополнительным кусочком пиццы. — Стой, — Джон повысил голос, быстрыми шагами возвращаясь в комнату. Ожидая увидеть его, Рейвен чуть не споткнулась, когда Кларк торопливыми шагами влетела в гостиную. — Нет, Джон, ты не можешь… — Кларк остановилась прямо перед Рейвен. Она смотрела в пол, но тут же вскинула голову, когда заметила присутствие кого-то еще. Ее глаза, обычно такие яркие, сейчас были окутаны мелкой красной сеточкой от безуспешно сдержанных слез. Волосы, что всегда идеальными волнами откидывала за спину, спадали на лицо, скрывая контуры лица. Как только Кларк увидела перед собой Рейвен ее рассеянный взгляд стал совсем потерянным. На несколько долгих секунд она тупо пялилась на бывшую подругу, а затем развернулась к Джону, что стоял за спиной. Ее рот открылся, наверняка в желании что-то сказать, но ни одна мысль не приходила на ум. Как такое возможно? Кларк отвернулась от Рейвен, словно ее здесь нет и это просто галлюцинация. Худшая из всех возможных. Ее растерянность стала такой видимой, когда она то открывала рот, то снова его закрывала, не зная, что сказать. — Ты не можешь так врываться ко мне домой, — Джон первым подал голос. Его слова как отрезвляющее ведро льда, Кларк резко посмотрела на него, поджимая губы. — С каких пор? — она собралась так быстро, как только могла. Как давно Джон против, когда она к нему приходит? Давно ли не ждет ее звонка или сообщения? С каких пор она не желанный гость в его доме? Рейвен чувствовала себя неловко, будто подслушивала чужой разговор. И пусть она хотела поговорить с Кларк, но черт, не так. Наверняка эта встреча, тем более в доме ее лучшего друга и бывшего любовника, показалась Кларк совсем двусмысленной. Рейвен понимала это, но также знала, что вставь свое слово — Кларк откусит язык. Ее растрепанный вид, был подтверждением каких-то событий, что вынудили прийти сюда. — Просто нужно было меня послушаться, Кларк, — устало выдохнул Джон, осознавая, что ничем хорошим этот вечер не закончится. Пожалуй, самое любопытное, что ему нужно встать на чью-то сторону. Прямо сейчас. По глазам Кларк без проблем можно было увидеть, как она ждет его оправданий или действий, хоть чего-то. А он просто хотел посмотреть ужасный фильм с сопливой концовкой, доказывая Рейвен, будто это точно лауреат Оскара. Что ж, наверное, именно в этом разница между двумя девушками. Кларк всегда чего-то ждет от него. Преданности. Действий. Дружбы. Любви. Прощения. А он дает это все, отдавая вместе с этим все эмоции без остатка. И Кларк точно не замечает, как многого требует от него, словно тот должен ей что-то, будто это нормально. Она даже не просит, а просто ждет, что он, как преданный пес, прибежит к ней, виляя хвостиком, сядет у ног с высунутым языком. В то время как Рейвен, просто приходит и наливает в пустую чашу сладкий кофе в наборе с яркими чувствами. Она…просто рядом. Когда это нужно, Джон восстанавливает ее, а бывает — она его. И это нормально. Дружба должна быть такой. Можно неделями не общаться, но, когда придет время, встреча вернет к точке, где остановились и даст направление. — Что она здесь делает? — Кларк неопределенно махнула рукой за спину, точно за ее спиной затаилась большая надоедливая муха. Рейвен пришлось сдержаться, понимая, что недолжна вмешиваться в разговор, но все же, казалось странным просто наблюдать за всем со стороны, будто ее присутствие такое же не значительное, как звуки сверчков в летние вечера. — Это тебя не касается, — резко ответил Джон, отталкиваясь от стены, о которую секундой ранее опирался плечом, его руки так и остались сложенными на груди, а взгляд был непривычно серьезным. Кинув взгляд на Рейвен, снова вернул внимание Кларк, что едва сдерживалась от чувства будто ее…предали? Снова. И с кем? — Ты с ней… — губы девушки скривились, взгляд потупился куда-то в пол. Эти слова, одна лишь мысль об этом, вызывали тошноту. — Вы… — Кларк даже не знала, как вообще понимать их общение или что бы то ни было. Тяжело выдохнув она сдалась: — Я не понимаю. Что все это значит? Джону хотелось обнять ее и в то же время объяснить, что так вести себя не следует. Все это можно обсудить позже. Он не боялся присутствия Рейвен, но вот как раз Кларк, явно была против этого. Хотя сложно понять, ведь та делала вид, будто в комнате только они двое. Как же ей все объяснить? Нужно сделать это максимально сжато и понятно, ведь ясно видно, что девушка на данный момент дала полный контроль эмоциям, а это ничем хорошим не светит. — Мы друзья, Кларк, — ну и зачем ты открыла рот, Рейвен? Главное не пожалей об этом. — Ни больше, ни меньше. Голос звучал уверено, как всегда. Она думала, что сейчас Кларк развернется к ней лицом и выплюнет прямо в него все дерьмо, которое годами копило ненависть. Но, к сожалению, та решила проигнорировать ее. — Я хочу услышать ответ, Джон, — ее руки уперлись в бока, а глаза неотрывно впились в его. — Рейвен сказала уже. Возведя глаза к потолку, Кларк сосчитала до трех, прежде чем успокоиться. Безуспешно. — Ах, точно, — развернулась к девушке сзади, наигранно улыбаясь. — Я просто забыла с какого момента снова слушаю людей, на мнение которых мне глубоко плевать. Да и вообще, с каких пор, ты разрешаешь своим подстилкам говорить за себя? — Кларк вскинула брови, вновь возвращая взгляд Джону. Рейвен же жутко хотелось начать оправдываться. Зачем? Если бы она знала. Просто это выглядело правильным. Она понимала свою вину за прошлое, но сейчас ничего подобного не должно было быть, и все же… было. — Не перегибай, — Джон покачал головой. Он никогда не слышал подобного от Кларк. С каждым словом она падала все ниже, ему не хотелось видеть каким крутым будет спуск вниз. Девушка громко усмехнулась: — Я перегибаю? — она немного наклонилась корпусом в его сторону и указательным пальцем показала на себя, удивленно вскидывая брови. — Мой лучший друг, оказывается, неизвестно насколько близок с бывшей подругой, которая трахалась с моим бывшим парнем, — на последних словах ее голос стал громче, а дальше немного сорвался: — Пока мы были в отношениях. Глаза Кларк стали больше в несколько раз, а в легкие словно вернули воздух от чего она наконец смогла заговорить. Да так, что весь шок вываливался словами безостановочно. — И это я перегибаю?! — она уже кричала, что в тишине помещения было вовсе странно. Джону не понравилось это, она будто мамочка, которая ругала своих детей или девушка, словившая на измене парня. Но ничего из этого не было правдой, тогда почему Кларк заставляет их чувствовать себя виновными за непонятно что. Они уже взрослые люди, имеют право на это. Кларк можно понять, но нельзя так просто появляться из ниоткуда, врываться и рассказывать, что ей не нравится и как должно быть. — Ты перебарщиваешь, Кларк, — ему уже надоедал этот разговор. Подлетев к нему ближе, она всматривалась в глаза парня. За сосредоточенным взглядом глубоко таился страх, такой невидимый, но ощутимый. Девушка бы сказала намного больше, не будь здесь посторонних. Оставалось только приблизиться к его лицу ближе, чтобы шепот услышал только он: — Эндрю знает о том, что было между нами недавно, — подбородок немного дрогнул, на имени, судя по всему, уже бывшего жениха. И это все? Джон хотел рассмеяться. Нет, правда. Животный страх вызван изменой? Ох, дорогая. На свои же грабли, только уже в другой роли. Жизнь несправедливая сучка, что ж поделать. Рейвен вообще не поняла, что это было. Казалось, это какой-то неловкий сон. Пока Джон и Кларк выясняли отношения на другом, даже им неизвестном уровне, не оставалось ничего другого, кроме как мысленно сжаться до размера атома и стать невидимой. Лучше быть правда невидимой, чем наблюдать затем, как тебя просто не хотят замечать. Что может быть ужаснее. — И? — одно лишь слово прозвучало удивительно резко и холодно, мол, это не стоит его времени. Никогда в таком тоне, будто свысока, Джон не разговаривал с Кларк. Всегда на равных, а тут, словно хотел показать насколько глупыми есть ее проблемы. Просто идиот, он не понимает, что это означает. — Господи, я доверяла тебе, пока ты за моей спиной был с этой шлюхой? — такой тихий голос и столь громкие заявления. Рейвен поежилась от подобных слов, но предпочла промолчать, не желая влезать. А вот Джон молчать не стал. Его выводила из себя эта сучья натура Кларк. Ее уверенность в собственной значимости мирового масштаба. Розовые очки или что это было, в любом случае, хотелось показать, что никто не будет стоять на месте и ждать ее приказов. Хотя гораздо больше ему не понравилось хамское отношение именно к Рейвен. Рейвен, которая боролась с наркотической зависимостью, пока Кларк забывала обо всем и бегала каждую минуту к Беллами четыре года назад. Не замечала отстраненности подруги или просто делала вид, что проблема где-то на поверхности и не стоит ее внимания? Так или иначе Кларк была ужасной подругой и точно не правильно понимала значение слова «дружба». — Если это все зачем ты пришла, то можешь идти. Джон не стал дожидаться реакции и вернулся в коридор, чтобы открыть входную дверь, оставив Кларк наедине с ее негодованием и Рейвен. Руки от разочарования опускались у всех в этом помещении. Желание защитить и спасти то, что тонуло слишком стремительно растворялось от. Ладно. Пусть будет так. Не спеша подойдя к двери, Кларк оставила последнее слово за собой: — Надеюсь твои окна пуленепробиваемые. Дверь захлопнулась, оставляя после себя шлейф ее духов. Быстрый взгляд на окно во всю стену получился каким-то рефлекторным. Помотав головой, Джон словно хотел струсить с себя весь сказанный ею бред. Как же она любит утрировать.

***

Прохладный летний воздух постепенно освежал, а приведенный в порядок внешний вид в ближайшем туалете ресторана внушал уверенность, что все будет хорошо. Пусть это и была некая иллюзия. Уже в сотый раз Кларк проверяла время на телефоне, переживая что тот разрядится раньше времени. Совсем пустые улицы и лишь звук шевелившихся листьев на тонких ветках деревьев составляли компанию. Она прошла на несколько кварталов дальше от дома Джона, чтобы не выглядеть настолько жалкой, стоя там в ожидании машины. Пусть было не так уж и холодно, скорее свежо, кончики пальцев совсем не чувствовались от чего приходилось растирать ладони. Кларк завязала волосы и холодной водой умылась несколько раз в надежде избавиться от чрезмерной бледности даже для нее, однако это не очень помогло и никакой румянец на разлился по щекам. На часах все еще было два часа ночи, а значит с предыдущей проверки времени не прошло и минуты. Ей казалось, что время тянется слишком долго. Здравый рассудок все же смог взять вверх, поэтому она откинула тревогу, собрала себя в кулак и смогла правильно просчитать возможные ошибки, чтобы не сделать их. Первый, самый очевидный, нельзя возвращаться обратно домой к Эндрю. Не потому что она боялась его, он никогда не сможет физически обидеть ее, а вот смотреть в глаза, слышать его спокойную речь, следить за сдержанными действиями. И самое важное, было банально стыдно. Очень. Ибо Эндрю хороший, он достойный человек. Если и поступает грязно, то не с близкими и точно не своими руками. Еще один плюс иметь деньги. Можно играть, а проигравшими будут мелкие миньоны. Возможно он и не показал свою обиду несколькими часами ранее так, как умеет, но он мог просто не успеть, потому что Кларк трусливо сбежала. Вторая возможная ошибка — ни в коем случае не ехать к родителям. Опять же, было стыдно. А какую причину назвать ночного приезда с просьбой несколько дней пожить? Зная отца, она могла точно сказать, что тот не оставит в покое, пока не будет знать причины. А если узнает — сложно представить его реакцию. Реакцию матери вообще невозможно предугадать. Как женщине Кларк рассказала бы именно ей всю ситуацию, но непонятно поймет ли та ее. В последнюю их встречу, Эбби была подозрительно хорошей, в сравнении с ее обычными замашками. Скорее всего так на нее могла повлиять длинная разлука. Больше четырех лет ни одной встречи. Материнское чувство включилось что-ли? И третья заранее исправленная ошибка — нельзя говорить настоящую причину ночных приключений. А именно, почему она ушла от Эндрю и теперь ждет пока ее заберут. На быстрой скорости, в сопровождении звучного мотора, по середине, между двумя рядами фонарей вдоль дороги, гнался черный джип. И даже свет падавший на машину не показывал водителя из-за полностью тонированных окон. Машина была будто просто черной коробкой с движущимися колесами и двумя передними фарами, что освещали дорогу и отбрасывали блики на лобовое стекло. Кларк знала что это за машина, поэтому была абсолютно спокойна, когда та остановилась прямо перед ней. Она открыла дверь и, не успев еще нормально сесть, захлопнула ее. — Едь. Девушка чувствовала этот контраст теплого воздуха машины и влажной улицы. Прекрастное ощущение. — Куда? — Беллами прочистил горло прежде чем задать вопрос и вернул взгляд на дорогу, не выпуская из рук руля. Его брови были сосредоточенно сведены на переносице, а губы немного поджаты. — Не знаю, — честный ответ. Кларк правда не имела понятия куда ехать, поэтому скидывала ответственность на него. Беллами еще раз взглянул на девушку, ее расслабленные мышцы лица и сцепленные в замок руки. Внешний вид не вызывал подозрений и казалось, словно так и должно быть. — Пристегни ремень, — без вопросов он выехал на дорогу. И вот как ее понимать? Едь туда, не знаю куда. Хотя в больше степени Беллами было плевать по какой причине и зачем она позвонила ему так поздно, потому что он готов был ждать ее звонок каждую ночь, если это хоть не миллиметр сблизило бы их. Выполнить любые просьбы без вопрос. Она хочет ехать в тишине? Хорошо. Не знает куда отвезти? Отлично. Некий шанс, который она и сама понимала, что дает. Бесценное время наедине, которое так редко появлялось. Беллами был рад этой возможности. И слава Богу, что ему удавалось не так сильно это показывать, Кларк бы попросту испугалась такого напора. А разве ее еще можно чем-то удивить? Вряд-ли. Они ехали в тишине как негласно и просила Кларк. Беллами не пытался завязать разговор, ему и так было ясно, что сейчас это лишнее. Пустые улицы и свободная дорога дали возможность доехать быстро и без проблем. Как-то даже подозрительно быстро. — Нет, точно не сюда, — указав рукой на дом перед машиной девушка замотала головой из стороны в сторону, категорически отказываясь. — Почему? — Беллами правда не понимал что происходит. Любому терпению приходит конец, даже его. Ладно, если бы она просто скрыла причину позднего звонка, но хотя-бы сказать куда ехать можно. Такое ощущение, будто он каким-то образом должен догадаться чего она хочет. — Это же твой дом. — Если бы мне нужно было домой, то не просила бы тебя о помощи, — не сдержавшись, закатила глаза и цокнула языком. — Тогда куда? Кларк тяжело вдохнула, невидящим взглядом рассматривая улицу, а затем на выдохе прошептала: — Не знаю. Просто вынос мозга. В ту же секунду Беллами принял решение, пожалуй, самое лучшее в этой ситуации. — Ладно, выходи. — Что? Нет, ты куда? — но ответа она так и не услышала. Парень вышел из машины, быстрее, чем Кларк смогла задать вопрос. Отлично. Очень хорошая идея была звонить именно Беллами. Молодец. Выскочив из машины в сопровождении громко захлопнувшейся двери с пассажирского места, подлетела к нему. Ох, ее убийственный взгляд так заводит. А эти искры, черт, они летят прямо в член. Господи, ты полный идиот, о чем думаешь. — Отвези меня к родителям, раз на тебя нельзя положиться. Да, это была крайняя мера, но все же, лучше, чем возвращаться в логово Эндрю. Придется придумать достойное оправдание, по-лучше версии «Затопили соседи сверху». В любом случае, врать все же научиться несложно, а она это умела, Слава Небесам. — На меня можно положиться, детка, — ехидная усмешка украсила лицо Беллами, он взял руку Кларк в свою и направился к дому. — У меня есть идея. Пытаться вырваться казалось бессмысленной идеей, но поливать его всеми возможными грязными словами — в самый раз. Даже сложно поверить, что девушка из такой хорошей семьи, с идеальным воспитанием и прелестными манерами знает такое. Хотя это же Кларк, она может все. — Успокойся, — спокойно, тихо сказал он и открыл дверь в подъезд ключом. — Откуда у тебя ключ? — Ты думаешь как я каждый раз попадал к тебе? — подмигнул Беллами проходя мимо консьержа, который кивнул ему в знак приветствия, увидев Кларк, тот слегка нахмурился, но вежливо промолчал. Беллами даже не понимает какой опасности подвергает себя, появляясь здесь с Кларк за ручку. А разве этого его вина? Она ведь не предупредила. Черт. Кларк знала, что мистер Браун не станет ничего докладывать Эндрю. Он не питал особой симпатии к нему, а вот Кларк считал некой отдушиной в монотонной работе. Поэтому всегда с радостью рассказывал новейшие сплетни и любимые истории. Так что за это точно можно было не беспокоиться. Оставалось только надеяться, что они с Эндрю не пересекутся. — У тебя тут квартира, да? — посмотрев на какой этаж нажимает Беллами, спросила Кларк. — Да, этажом ниже твоей. Отлично. Они и не заметили как лифт уже остановился и открыл двери, так же быстро Беллами открыл квартиру и пропустил Кларк. — А откуда у тебя она? — девушка прошла вглубь помещения. Кухня соединенная с гостиницей, судя по всему это был лофт. Очень уютный, хоть практически и не обжитый. В самом интерьере было множество деталей. А в остальном, все было довольно просто. Две двери, судя по всему в ванную. Кровать и диван. Еще немного мелочей и все. Ничего примечательного. Типичное жилье мужчины. — Купил, — Беллами выключил сигнализацию и прошел на кухню. Компактность позволяла в пять шагов дойти до кухни от входной двери и в десять от кухни до спальни. Так непривычно видеть его в такой квартире. — Давно? Разочарованно покачав головой в холодильнике, Беллами налил два стакана воды. — Слушай, это имеет значение? — в два глотка он опустошил стакан и прошел в комнату. Его вид был довольно расслабленным, а едкие усмешки до этого, успокаивали и саму Кларк. Вот бы всегда хватало одного вида человека, чтобы чувствовать себя в безопасности. Она села рядом с ним, не зная что сказать. Странно, одновременно с ним хорошо и в то же время неловко молчать, создается ощущение, будто в такие моменты все тайны и недосказанности просят высказаться, что допускать категорически нельзя. — Ты не расскажешь что случилось? Наивный вопрос. — Не сейчас, — вот так обычно и стоит врать. Даешь надежду, мол, скажу позже, а по итогу, это никогда не наступит, потому что другие проблемы выйдут на первый план. В ее же случае просто «не будет времени». — Ладно. Бинго. Беллами откинулся на спинку дивана, закидывая руку куда-то за спину Кларк, пока девушка словно застыла, не зная что сказать или сделать. Почему ты не подумала об этом раньше? Это же самое очевидное. — Ты была у Джона, верно? — тихо спросил парень, настолько тихо, что выглядело это как его мысли в слух. — Да, — шепотом. Мир застыл и в нем остались только они, все звуки прекратились, а жизнь остановилась. У них никогда не было таких интимных разговоров. Всегда по делу или просто о жизни, как это было во время учебы. Кларк так и не закончила ее, взяла академический отпуск и в итоге не вернулась больше. А зачем? Все возможности и так открыты перед ней, лишь ждут своего часа, вот другим это нужнее. — Есть где зарядить телефон? — опомнилась она, на автомате проверяя процент заряда, который все еще держался на последних каплях. Беллами кивнул в сторону одной из дверей, которая находилась ближе: — Там зарядка, можешь и поставить или здесь. — Спасибо. Кларк молилась чтобы за дверью оказалась ванная и она смогла умыться. Ее желания были услышаны и исполнены, чему безумно обрадовалась девушка, ставя телефон на зарядку. Руки немного дрожали и она вцепилась ими в раковину. Смотрела на себя в отражении зеркала и всей душой желала увидеть там другие глаза. Вернуть время, накричать на себя и предупредить о неизбежных ошибках. Неотрывно глядя в свои зрачки, на миг показалось — она теряется и боится заблудиться в этом. Пальцы сжались на ни в чем не повинной, белоснежной до блеска, раковине, распухшие от собственных укусов губы пропускали тяжелый воздух через себя жадными глотками. Господи, что она сделала со своей жизнью? Уже не может видеть то, что важно ей, а что — кому-то другому. Умывшись несколько раз холодной водой, чтобы привести себя в чувство, Кларк вытерла лицо полотенцами и снова вернула взор на свое отражение. Правда теперь в зеркале была не только она, за ее спиной довольно близко подкрался Беллами. Его грудь касалась спины девушки, а, особенно темные в тусклом освещении, глаза буквально впились в нее, не давая сдвинуться с места. Да она и не хотела в принципе. Откинувшись на сильное плечо, девушка устало посмотрела на него. — Что мы натворили, — покачала головой, прикрывая глаза. — Еще есть много времени, чтобы все исправить. Вот бы ей его уверенность. Хотя бы капельку. Кларк думала, что прошло не четыре года, а двадцать. Ощущение, словно она уже прожила всю жизнь, а завтрашний день лишь вопрос случая. Но нет. Это только начало. Ладонь Беллами с талии спустилась к животу, нежно выводя пальцами узоры через ткань футболки. Губы оставили влажным поцелуй на шее, а вторая рука притянула ее ближе. — Все будет хорошо, — обжигающий шепот у самого уха. Кларк неотрывно наблюдала за лицом Беллами, он наслаждался каждым поцелуем, оставленным на лице. Рука, как-то естественно гладила живот. Неопределенное желание растекалось по венам, но все же, маленькие крупицы сомнений, непонятная тревожность не отпускали, крепко удерживая на коротком поводке. Она попыталась оттолкнуть его, но тот лишь еще ближе прижал, практически не давая возможности вдохнуть. Боялся отпустить и потерять навсегда. Потому что это выглядело как последняя возможность доказать свои чувства. Ему так казалось и он не готов был потерять это. Медленно посасывая мочку уха Кларк, он прошептал только одно слово, но оно смогло расслабить ее, навеять воспоминания и сильным магнитом притянуть ее к нему. — Малыш… Так, как он называл ее раньше. Прошли годы, а это все еще имеет на нее такой сильный эффект. Телефонный звонок раздался так не вовремя, Кларк уже поддалась его ласкам и склонив голову влево открыла больший доступ к нежной коже. Разочарованно простонав Беллами прошептал: — Не бери, — его рука нагло пробралась под футболку и без препятствий нашла округлую грудь под чашечками нижнего белья. Кларк выгнулась на встречу его руке и едва слышно простонала, что эхом прошлось по пустым стенам ванной комнаты. Его язык вернулся к шее, пока пальцы игрались с твердыми сосками. Он сжал один из них и Кларк, даже не пытаясь сдерживаться, тяжело выдохнула вместе со стоном. От простой прелюдии ей было лучше, чем во время самого секса с другими. Потому что во время их близость они будто правда соединялись, переходили на одну волну и тонули в ней. Но звук телефонного звонка не прекращался и словно вспомнив о нем, отойдя от тумана, Кларк взяла рядом лежавший смартфон, на экране которого высветилось имя Джона. Слегка нахмурившись она все же отошла от поцелуев Беллами, пока губы того не покидали ее тело ни на секунду. — Да? — удивленно ответила Кларк, чувствуя как медленно тошнота подступает к горлу от страха услышать что-то плохое. Может они и поссорились, возможно он выставил ее за дверь, но все же, ясно чья это вина, поэтому на него она зла не держала. Сама виновата. Просто на тот момент, в его квартире, Кларк не могла себя контролировать, а сейчас понимала, что это было глупо. — Эм… Кларк? — женский неуверенный, чем-то знакомый, голос еще больше насторожил. С каждой секундой, чувствуя как все внутри холодеет, Кларк отошла от Беллами и мелкими шагами начала ходить по комнате под непонимающим взглядом. — Да, да. Что случилось? Боже, да просто ответь уже. Зачем так тянуть, но девушка на линии будто бы специально молчала целую вечность. — В общем, это Рейвен, — ее голос звучал так потерянно и отрешенно, что сейчас вся ненависть отходила на второй план. — Это важно? — панические слезы подступали к глазам, она и сама не понимала откуда и почему вообще. — Д-да, — секундный всхлип, а следующее предложение было сказано вместе с судорожным вздохом: — В Джона стреляли.

***

Рейвен ходила из угла в угол уже которую минут, сама не понимая от чего так сильно переживает теперь. Только Джону, видимо, было все равно. Она расслабленно сидел в кресле наблюдая за движущейся фигурой. — Да хватит уже, я предупреждал, что она не станет слушать тебя. — Конечно, теперь она не будет слушать меня, — закатила глаза и подошла к окну, нервно рассматривая темные окна соседнего дома. Больше часа Рейвен выносила ему мозги, жалуясь, что из-за него она потеряла возможность цивилизованно поговорить. Но ведь разве его вина, что кто-то любит приходить в гости без предупреждения? Джон подошел к Рейвен сзади и положил руки на плечи девушки, сжимая в знак поддержки. — Да ладно, все хорошо. — Конечно, тебе легко сказать, — проворчала она. Ох, как же сложно с девушками. Они все такие. Джон мимоходом кинул взгляд на улицу снизу и не на шутку удивился, заметив единственного человека на всей улице. В такое время в этом районе все уже давно спять. Внимание привлекал простой черный капюшон и перчатки на руках. Кто носит летом перчатки? Джон хмыкнул, забавляясь. И вдруг, неизвестный достает что-то из кармана, не отрывая взгляда от его окна. Реакция Джона была быстрой. Он сразу вспомнил слова Кларк, но вместо того, чтобы упасть на пол, пытался сохранять спокойствие: — Рейвен, ложись на пол, — процедил он, чувствуя как сердце ускоренно забилось, а руки от желания сделать все как можно быстрее задрожали. — Что? — она повернулась к нему слегка хмурясь. — Сумасшедший. Еще раз взглянув на него Рейвен намеревалась вернуться и утонуть в любимом диване, но все произошло так быстро, что она не могла вспомнить что было первым. Окно громко разлетелось на осколки, а сама она упала на пол, придавленная сверху телом Джона, что болезненно простонал, скатываясь с нее. А после ничего. Одни лишь вспышки происходящего.