RIPPER

      Время бежало с неуловимой скоростью. Ден и оглянуться не успел, как отведённые для подготовки к переезду полгода канули в Лету. Оставалось малое: найти достойное жильё в Москве и дождаться конец месяца, чтобы съехать с нынешней съёмной квартиры.       Витя снова вызвал у Дена кратковременный сердечный приступ: он настаивал на снятии двушки. Ден как стоял, так и упал от этой просьбы. Витя поспешил его успокоить, объяснив, что вторая комната нужна не для разделения территории, а для съёмок. Мол, Вите не нравится, что Дену приходится тусоваться в кухне или на улице, пока великий ютубер обжимается с камерой и микрофоном. Ден уверял, что его всё устраивает — это, конечно, было неправдой, но он не хотел лишних денежных трат из-за себя. Хотя забота Вити очень радовала. Ден чувствовал себя котёнком, которому подарили долгожданную ласку.       В итоге они сошлись на том, чтобы взять однокомнатную квартиру и поставить диван в кухне, вторую комнату освободив под «офис». Теперь на их плечи легла непростая задача: найти хату с достаточным размером жилплощади по разумной цене. Занимался этим Витя, потому Ден старался лишний раз себя не волновать. Будущее расхождение по разным комнатам так или иначе напрягало его. Они станут ещё более далёкими друг для друга…       — Ты снова грустный, — вздохнул Витя, зашедший в комнату как раз в тот момент, когда Дена накрыло наиболее тяжёлой волной душевного страдания. — Ты вообще хочешь переехать?       — Будто бы от моего желания что-то изменится.       Витя только плечами пожал, отводя взгляд.       — Ну, я бы мог переехать первым, а ты бы потом…       — Нет! — чуть не вскрикнул Ден, вынуждая Витю вздрогнуть от неожиданности. — Нет, — добавил уже спокойнее. — Никуда ты от меня не денешься, понял?       Если бы в мире существовала награда за самый испепеляющий взгляд, она наверняка досталась бы Вите. Ден заживо сгорел под пламенем карих глаз.       — Я никуда от тебя деваться не собираюсь, хватит меня в чём-то упрекать, — произнёс Витя без тени улыбки. — Пожалуйста.       Дена будто пополам перерубило. Он отвернулся к компьютеру, чувствуя острое желание расплакаться от стыда.       — Извини, — выдавил он сквозь горький комок в горле. Сейчас бы встать, обнять и сказать, как сильно он его любит, но уверенности в себе не хватило. И его никто успокаивать не собирался. Когда Ден обернулся, оглядывая комнату, Вити в поле зрения уже не было.       Хотел бы он найти себе достойное оправдание, но в запасе имелось только несколько сомнительных причин, которые общими усилиями давили на грудь, оплетали рассудок и разбивали вдребезги кости.       Ден остро чувствовал свою ненужность. Лишний, мешающий, махающий перед лицом своими страданиями. Как же он заколебал Витю своим безмолвным нытьём…       А ему вернуться бы в прошлое, свободное от грязных мыслей, любить без страха и ощущать себя нужным. Слишком одиноко и холодно жить в неведении, не понимать, какое место ты занимаешь в жизни самого важного человека. Хотелось бы так же, как раньше, — первое. Но в загадочное «раньше» невозможно вернуться.       От отчаянного желания постучаться лбом о стену отвлёк звук входящего сообщения. Ден открыл вкладку с профилем «ВК».       Август Божий: Неделю рисовал       Под сообщением красовался привычно мрачный рисунок: чумной доктор на фоне кладбища, голых ветвистых деревьев и летающих воронов. Ден сдавленно ахнул. Смесь чёрно-фиолетовых красок, приправленных рваными молниями карандашных линий, отчётливо отражала его внутреннее состояние. Замечательный рисунок. В чём Август ни капли не гиперболизировал — так это в умении рисовать.       Денис Красильников: Вау, это очень круто!       Август Божий: Спасибо       Август Божий: Мне тоже нравится       Август Божий: Чем занимаешься?       Ден заинтересованно склонил голову вбок. Августа крайне редко волновали такие вещи, как настроение и физическая активность Дена. Значит, ему либо скучно, либо грустно. Может, общение с ним и на этот раз поможет отвлечься от суровой реальности?       Денис Красильников: Как раз думаю, чем заняться       Август Божий: Что у вас там с переездом?       Денис Красильников: Немного вздорим, но в целом нормально       Стоп.       Денис Красильников: Стоп       Денис Красильников: А ты откуда знаешь? Я же вроде не говорил       Август Божий: Риппер говорил на стриме       Денис Красильников: Омг, а ты теперь смотришь Риппера?       Август Божий: Когда очень скучно       Денис Красильников: Хм, значит ли это, что он больше тебя не бесит?       Август Божий: Бесит       Денис Красильников: Ахахаавх       Денис Красильников: Ну вот, какая жалость       Денис Красильников: Зачем тогда себя мучить, я не понимаю?       Август Божий: Ты так спрашиваешь, будто я его прям ненавижу и начинаю блевать от одного его вида))       Август Божий: Если человек мне не нравится, это не значит, что я не захочу узнать о нём больше       Денис Красильников: Пахнет железной аргументацией       Денис Красильников: У тебя странные принципы       Август Божий: Странный — не значит плохой       Денис Красильников: Верно…       Август такой мудрый и необычный человек. Не перестаёт удивлять. Вот только парень он или девушка, ёшкин дрын?!       — Денис.       Резкий разворот назад — и сердце на уровне глотки. Витя стоял в центре комнаты в коричневой парке и чёрных джинсах, окутывающих тонкие длинные ноги. За пять лет совместного проживания перенял от Дена умение хорошо одеваться, а то до этого ходил как районный гопник. Теперь, правда, у него появились деньги и на дорогую одежду.       — Что? — неуверенно спросил Ден, сжимая пальцами ручки компьютерного кресла.       — Хочешь прогуляться?       Сказать, что Ден оторопел, — ничего не сказать. Витя уже не злится? Он простил ему грубость?       — Конечно, хочу.       Витя улыбнулся. Не злится. «О Боги».       — Тогда собирайся.       «Ура, ура, ура, ура, ура!» — плескались робкими рыбками в голове радостные возгласы, пока Ден рылся в вещах, подбирая наряд. Он не мог поверить в свою удачу. Витя так редко предлагал ему провести время вместе, что Ден уже начал забывать, каково это. Сам он не раз и не два делал первые шаги, на которые Витя иногда отвечал взаимностью. Но Дену категорически не хватало редких моментов, что они наслаждались друг другом. Слишком много дней в разлуке, чтобы удовлетвориться часами уединения.       — Рассказывай, — потребовал Витя уже на улице. Они брели по чёрной дороге, разрезая обрывистыми выдохами сумрак. Холод стоял жуткий. Зима близко.       — Что рассказывать? — тихо уточнил Ден, не сводя с Вити остановившегося взгляда. В натянутом на голову капюшоне, с клубками белого пара, рвущегося изо рта, с точёным профилем и аккуратно торчащими чёрными волосами он походил на сошедшее с вершин «Инстаграма» произведение фотоискусства.       — Всё, что тебя тревожит.       Ден сглотнул подступивший к горлу комок. Он совершенно не ожидал, что Витя всерьёз поднимет эту тему. Ему ведь было всё равно… разве нет?       — Ден.       — Скажи, — резко вскинул голову Ден, — у тебя никаких плохих мыслей в последнее время не возникает?       — Это например?       — Ну, например, что лучше бы чего-то в жизни не происходило. Или лучше бы что-то произошло…       Витя остановился, вынудив Дена повторить это действие. Стрелы, пущенные карими глазами, насквозь пронзили сердце.       — Хватит говорить загадками. Если тебя во мне что-то не устраивает, говори прямо.       Ден холодно и шумно выдохнул, прикладывая пальцы к вискам. Кожа мгновенно начала коченеть. Какой лютый мороз.       — Кажется, было не самой лучшей идеей идти гулять, — уловил перемену в его лице Витя. — Давай зайдём за продуктами и пойдём обратно.       — Ага. Ладно.       Шатание по магазину избавило Дена от необходимости отвечать. Он наивно предположил, что на этом давление на него закончилось, но Витя не собирался забывать о нераскрытом деле, потому на обратном пути снова докопался до Дена, который нервно покусывал губы, думая над ответом.       — У меня просто очень много тупых мыслей в последнее время, — максимально честно и поверхностно сознался он.       — Из-за «Ютуба»?       — Ну, не без него…       Витя протянул ладонь и сунул ему в карман, переплетая пальцы. Ден вздрогнул не то от холода его кожи, не то от приятной неожиданности. Витя крайне редко трогал его на улице по понятным и логичным причинам.       Темнота — иногда хорошо. Если она не в душе, конечно.       — Расскажи мне, — попросил Витя, размахивая пакетом из «Пятёрочки». — Расскажи мне всё.       Ден тяжко вздохнул. И как прикажете подать всё дерьмо, что плескалось под черепушкой? На золотом блюдечке или с размаху в лицо?       — Мне неловко, — честно произнёс он, всё ещё надеясь избежать этого разговора. Но как бороться с желанием вывалить всё на человека, с которым привык делиться переживаниями? Просто Ден никогда не волновался из-за Вити. За него — да, но из-за него — впервые. И рассказывать об этом самому Вите… как-то неловко.       — Ден, пожалуйста, — тоном, которому невозможно было отказать, проговорил Витя. — Я хочу помочь.       В Дене несколько переломных мгновений боролись две противоположности: одна яростно хотела излить душу, другая била по морде и ворчала, что нельзя грузить человека ерундой. В итоге они пришли к сомнительному компромиссу, вылившемуся в пылкий и невероятно глупый вопрос:       — Скажи, ты не думал об изменах или расставании?       Если Витя когда-либо и бывал в тупике, то по сравнению с тем, как он выглядел сейчас, любая другая ситуация наверняка показалась бы нелепой. У него глаза такие огромные стали, что Ден задумался: лучше провалиться сквозь землю или иронично захихикать, делая вид, что это всё суровый розыгрыш?       — Очень… каверзный и двусторонний вопрос, Носочек.       — Какой есть.       — Ага. Но мне-то на это как реагировать?       Ден неопределённо пожал плечами. Он сам ничего не понимал.       — Как на вопрос.       — Ну нет. — Витя выдернул руку из его пальцев и спрятал в своём кармане. У Дена сердце подстреленной птицей упало в пятки. Вот надо было ему вслух такое произносить? Шёл бы себе дальше и наслаждался прикосновением. А теперь между ними очередная трещина, которую нужно суметь зашить. — В чём причина такого вопроса?       — Я… я не знаю.       — Говори и не беси меня.       Ден прерывисто выдохнул. Он так больше не мог.       — Я просто стал часто думать, что вынудил тебя быть со мной, что ты мог бы найти какую-нибудь классную девушку и жить себе спокойно… и…       Мощный фейспалм Вити эхом отгремел в ушах, а последовавший за ним откровенный мат вынудил эти самые уши свернуться в трубочки. Витя редко ругался.       — Носочек, ты угораешь? — грозно спросил он, поворачиваясь к Дену, вжавшему голову в плечи. — Какого чёрта вообще? Всё же было нормально.       — Я просто очень… очень боюсь, — последние слова Ден почти прошептал, больше всего на свете желая, чтобы его сейчас сбила машина.       Чёрный холодный взгляд Вити постепенно сменился на тёплый карий. Он тяжело вздохнул, в один шаг преодолел расстояние между ними и сжал напряжённого, как тетива лука, Дена в крепких объятиях.       — Нафиг мне кто-то, если есть ты?       Этой фразы было более чем достаточно.

* * *

      22:34 Август Божий: Слушай, у меня к тебе есть небольшое дело…       22:45 Денис Красильников: Что такое?       23:13 Денис Красильников: Август?       23:28 Денис Красильников: Я же вижу, что ты онлайн. Ответь, я волнуюсь       23:56 Денис Красильников: Надеюсь, у тебя всё нормально…       01:32 Денис Красильников: Ох…       12:40 Август Божий: Привет       13:34 Денис Красильников: О, привет, ты где пропадал?       16:07 Денис Красильников: Нет, ну это уже не смешно.       19:13 Денис Красильников: Пипец.       22:43 Август Божий: Привет       22:47 Денис Красильников: Привет…       22:50 Август Божий: Вчера я пытался покончить с собой       22:51 Денис Красильников: Ты чё, совсем сдурел?       22:51 Денис Красильников: Что случилось?!       22:52 Август Божий: Я в больнице       22:52 Август Божий: Наглотался таблеток, но не сдох       22:53 Денис Красильников: ...........................       22:53 Август Божий: Даже это не могу сделать нормально. Я просто ничтожество.       22:53 Денис Красильников: Ты идиот, а не ничтожество! За что ты так с собой?       22:54 Август Божий: Помнишь, ты рассказывал, что у тебя очень крутая мама, что она всегда тебя поддерживает и тд?       22:55 Денис Красильников: Ну…       22:55 Август Божий: Теперь представь себе полную противоположность       22:55 Август Божий: Ее мужик стал до меня домогаться       22:56 Август Божий: Говорил что я один фиг как тёлка выгляжу и поэтому мне тоже можно присунуть, типа решил по приколу себя проверить, понравится ли трахать пацана       22:56 Август Божий: Он всегда такое говорит когда пьяный в хлам. Но обычно только говорит. Я внимания не обращал, пока всё не зашло очень далеко       22:56 Август Божий: Позавчера       22:56 Август Божий: И я просто не знал, что делать       22:57 Август Божий: Он выгнал меня из дома и сказал мамке что я все выдумал       22:57 Август Божий: Я утро и день проторчал на улице, пока меня не вернули обратно       22:57 Август Божий: Тогда я решил что настало время сдохнуть.       22:58 Денис Красильников: Это… просто… ужасно…       22:58 Денис Красильников: Что он с тобой сделал?       22:59 Август Божий: Мне повезло, что я смог с ним справиться       23:00 Август Божий: Но он снял передо мной штаны и пытался тыкать мне своим причиндалом в лицо       23:00 Август Божий: Приказывал сосать, иначе он меня изобьёт       23:01 Август Божий: У него как бы даже не стоял и я такой)))       23:02 Денис Красильников: Я сейчас просто в таком шоке, что не знаю, что сказать       23:03 Денис Красильников: Сколько тебе лет?       23:04 Август Божий: 17       23:05 Денис Красильников: Ты можешь довести это дело до суда       23:05 Август Божий: Ага. Где ты видел парней, которые подают на мужиков за изнасилование? Это же позор на всю жизнь.       23:06 Денис Красильников: Ты угораешь?..       23:06 Август Божий: Я не буду доводить это до суда.Мне просто нужно придумать план, как от этого хрыча европейского избавиться. Но не волнуйся.       23:07 Денис Красильников: Август, до тебя домогался пьяный мужик, ты из-за этого чуть не покончил с собой, а теперь говоришь мне, что оставишь всё как есть, что мне не о чем волноваться? Ты серьёзно?       23:08 Август Божий: Мда       23:08 Август Божий: Не надо было это на тебя вываливать, ты все равно до конца не поймешь всю ситуацию.       23:09 Август Божий: Слушай. Когда я вчера пил таблетки, мне казалось, что моя жизнь в полной жопе. Сейчас я смотрю более оптимистично и понимаю, что проблему нужно решить. Просто ко вчерашнему дню слишком много навалилось, вот я и психанул.       23:10 Денис Красильников: Нифига себе психанул, чуть не помер       23:10 Денис Красильников: Придурок, блин       23:12 Август Божий: Все нормально, правда. Я не воспринимаю это всё близко к сердцу, типа моя психика не разрушена и все такое. Все норм. Просто я хочу убрать этого недотраханного дегенерата из своей жизни.       23:15 Денис Красильников: И что ты собрался делать?       23:26 Август Божий: Убивать)

* * *

      За последовавшие после жестокой переписки с Августом две недели Ден успел обдумать свою и чужую жизнь несколько сотен раз. И она его совершенно не устраивала — ни в одной интерпретации. Несправедливость, угнетение, боль и непонимание — четыре всадника, ставшие первоначалом нового мира, в который он, по несчастью, попал.       Непроглядное одиночество сковывало каждое его движение, будь то шаг, жест или проскользнувшая на лице эмоция — всё одно: мрачное и до стона костей осточертевшее.       «Депрессняк у тебя», — сказала бы мама, покажи он ей хоть раз себя настоящего. Но этой участи удостаивался только Витя — и то очень редко, только когда Ден позволял себе сдёргивать с лица маску. Хотел бы он поделиться с ним переживаниями по поводу Августа, да не мог: вряд ли друг по переписке обрадуется, если Ден выльет на чью-то голову столь личную проблему.       Он и не заметил, как переживания по поводу взаимоотношений с Витей отошли на второй план, выдвинув на царское место глубокое волнение за Августа, который практически не выходил на связь в последние дни. А ведь Витя пытался поддержать Дена в нелёгком периоде: стал проводить с ним больше времени, регулярно выгуливал и отвлекал от снедающих мыслей, не давая им растерзать душу. Но Ден его помощь будто не замечал, пропуская мимо себя: ему было как-то безразлично и порой даже неприятно внимание Вити. Почему? При всём желании объяснить бы не получилось. Он огрызался, отталкивал от себя, прятался в развалившуюся скорлупу невозмутимости и абстрагирования, не задумываясь о том, режет ли любимого человека своим поведением. А Витя молча переносил — более того, снова и снова цеплялся за Дена, пытаясь вытянуть из трясины, где тот барахтался, стремительно достигая дна.       Ден терялся и не мог найтись. В середине мрачной лесной чащи, такой же чёрной и резкой, как рисунки Августа, он бродил меж облезших голых стволов, устремляющихся верхушками в подёрнутое серыми облаками небо, и пытался отыскать ответы на волнующие вопросы. Стоило только ему шагнуть вперёд в своих размышлениях, миновав несколько холодных стволов без ветвей, и на него набрасывались новые беспристрастные деревья, такие же страшные и ровные, как предыдущие. Наиболее выгодные варианты ответа через минуту превращались в отстойные, и он продолжал метаться от одного дерева к другому в надежде наткнуться на выделяющееся из общей массы. Похоже на бессюжетный хоррор, в котором из-за очередного дерева на тебя рано или поздно выпрыгнет пробирающий до мурашек монстр.       И этим монстром был, наверное, Август. Ведь этот мрачный лес в голове Дена воздвигнут из-за него.       Кто он? Как мало правды и как много лжи получил от него Ден? Чему верить можно, а чему — никак нельзя?       Он столько успел обдумать, что мозг готов был взорваться от перенапряжения. За всё время общения с Августом он не мог не заметить излишнюю нервозность, истеричность, категоричность и токсичность с его стороны. Кроме того, Август никогда не скидывал голосовые сообщения, фотографии, о себе практически не рассказывал — следовательно, не хотел показывать себя настоящего. Он не воспринимал всё близко к сердцу, но порой заострял внимание на мелочах, на которые Ден не обратил бы внимания. Всё это в совокупности вынуждало сомневаться в принадлежности Августа к лицам мужского пола. Порой Ден был на сто процентов уверен, что у этого человека стереотипная женская логика, но куда чаще замечал, что во многих вопросах Август довольно прямолинеен и рационален, несмотря на непривлекательные для Дена личные приоритеты. Короче говоря, вёл он себя чаще всего как парень, но определённые мелочи, в том числе постоянные высказывания на тему пола, вставляемые Августом через раз, заставляли задумываться о возможном надувательстве. К настоящему моменту Ден был почти полностью убеждён, что общается с девушкой, а не с парнем. И это мнение плотно записалось на корочку мозга, не позволяя воспринимать Августа однозначно.       Если он — всё-таки не он, а она, то это вполне объясняет ситуацию с отчимом. Или маминым хахалем. Или выдуманной проблемой. Ден даже по этому поводу начинал сильно сомневаться. Неужели бывают такие ситуации? По крайней мере, поблизости с ним?       Если то, что написал Август, — правда, то ни одна сила в мире не вернёт Дену хорошее самочувствие. Домогательства и изнасилования — это так страшно, если всерьёз задуматься. Август — он или она — не виноват в том, что оказался рядом с озабоченным монстром в неподходящее время, но вынужден страдать по поводу случившегося, в то время как виновник события продолжит мирно существовать и, возможно, повторит свою попытку. Или сделает что-то похуже. Ден боялся даже представить, чем повышенный интерес извращенца к Августу может кончиться.       В глубине души он надеялся, что Август его по-крупному дурачил, что никакого «маминого мужика» не существовало. «Он бы не стал мне врать так сильно, не стал бы!» — отчаянно вбивал в голову Ден, но мутные сомнения не отпускали — больно кусали сердце. Август ведь не альбинос. Скорее всего, не амбидекстер. И не парень. Он слишком другой для мужского пола. Слишком женственный. Ден в своё время часто общался с девушками и прекрасно знал разницу. Август не может быть парнем.       С другой стороны, он, как и представлялся, художник и слэшер: от обилия артов с геями в личной переписке у Дена порой перед глазами плыло. Был ли Август бисексуалом? Да чёрт его знает. Если Ден даже не понимает, девушка это или парень, как он может решить, какая у друга — друга ли? — ориентация?       А ведь все проблемы решились бы, если бы Август хоть раз скинул ему голосовое сообщение, фотографию с лицом или телом. Но он не кидал, несмотря на просьбы. Не раз и не два Ден приглашал его созвониться во время совместной игры, но Август всегда находил отмазки. Стал бы он так делать, если бы у него не было тайн от Дена? Они общались достаточно долго для более близкого общения, чем переписки. Следовательно, Август что-то скрывал. Свой пол. Свой внешний вид. И кучу фактов о себе, в том числе личные проблемы масштабного характера.       Было ли домогательство?       И почему этот вопрос волновал Дена больше, чем необходимость оказания Августу моральной поддержки? Может, потому, что Август от помощи всячески отказывался, на связь почти не выходил, а если и появлялся на картах в игре, то вёл себя непринуждённо и жизнерадостно, как прежде, до «попытки самоубийства» и «домогательства»?       Как же Ден запутался…

* * *

      На дворе стояла первая неделя ноября. Ден пил горячий шоколад в кофейне, расположенной неподалёку от центра города, и переводил взгляд с одного товарища на другого. Сегодня знаменательный праздник: день рождения Миши, единственного друга, общение с которым за последние много лет не прекращалось. Они познакомились на картах «Миража», выяснили, что живут в одном городе, и с тех пор стали закадычными друганами не только в виртуальной реальности, но и в скучной обыденной жизни. Миша был младше Дена на несколько лет, но это никогда не являлось для них препятствием. Сегодня ему исполнилось девятнадцать. Столько же было Дену, когда он познакомился с Риппером.       — Чё ты там вечно смотришь? — недовольно — с ироничной улыбкой — поинтересовался Миша, ударяя Дена по пальцам измазанной в тортике ложкой. — Отлипни от своего телефона!       — Я просто проверяю, — буркнул Ден, в очередной раз щёлкая кнопкой блокировки, чтобы посмотреть, не ответил ли Август на его сообщение. Будто бы три секунды назад он этого не делал.       — Чё ты там проверяешь? — не унимался Миша, которому определённо не нравилась непривычная отстранённость Дена от окружающей действительности.       — Ждёт сообщений от любимого. — Витя, конечно, не упустил случая постебаться. Ден взглянул на него, сидящего с ним на одном диванчике, не то с обидой, не то с раскаянием: он не понимал, ревнует Витя или издевается, но так или иначе чувствовал себя предателем.       — Ты вроде как ничего ему не пишешь в данный момент, — заметил Миша, с поразительной скоростью поедая тортик.       — У него новый любимый, — не унимался Витя. Уголки его рта поднялись в ухмылке. Издевается! Вот ведь!..       — Ого, даже так, — удивлённо протянул Миша, бросая на Дена взгляд, требующий немедленных объяснений.       — Да вы офигели! — насупился Ден, убирая злосчастный телефон в карман. — Просто за Августа переживаю.       — Опять этот Августёнок! — деланно возмутился Миша. — Кстати, Риппер, ты в курсе, что он тебя ненавидит?       — Кто? — На стол перед Витей опустился холодный кофе, и он занялся более интересным делом, чем наблюдение за соседями по столу. — Ден?       — Нет, Август!       Ну всё, сейчас начнётся. Ден специально не рассказывал Вите про настрой Августа против него, но Миша прекрасно знал, кто такой «Божий Ирод», а ещё — по нелепой случайности — выяснил с необдуманных слов Дена, что об Августе он Вите почти не рассказывает.       — Неужели? — оторвал насмешливый взгляд от напитка Витя, не переставая потягивать его через трубочку.       — Да-да, прям лютый хейтер! Смотри, а то Носочка нашего уведёт на свою тёмную сторону!       Ден закатил глаза и забился в угол подальше от беснующейся парочки.       — Поздно, он уже в стане врага, — вынес вердикт Витя, наблюдавший за этими перемещениями. Ден достал телефон и проверил личную переписку. «Был в сети сегодня в 10:46».       «Да где же ты пропадаешь, блин?!»       — Носок! — Миша пнул Дена носком ботинка по ноге. Тот пассивно поморщился. — Земля вызывает Носочка! Алло!       — Да вы достали, — едва ли не зарычал на них Ден. — У человека проблемы, а вы только издеваться и можете.       — Он же тебе не отвечает, — заметил Витя. Вот чертовка, подсмотрел в телефон Дена, пока он там рыскал! — Чё толку постоянно проверять?       — Вдруг ответит, а я не замечу. — И снова проверил. Придурок.       Витя только плечами пожал и продолжил сокращать объём кофе. За это время им принесли блинчики с ветчиной и сыром и большую пиццу. Миша удовлетворённо потёр ладони друг о друга, прежде чем начал с удовольствием уплетать еду. Витя в свойственной ему манере лениво откусывал от порций маленькие кусочки, устремив замерший взгляд вдаль. Ден невольно уставился на него, гадая, о чём он может думать сейчас. О великом или о простом? О «Ютубе» или о Дене?       Самым странным в сегодняшнем дне Ден находил то, что Миша отказался набухиваться в хламину с самого утра, как он делал предыдущие года три, а настоял на походе в кино на «вот этот офигенный фильм, который я ждал полгода», после чего, голодный (ведь одного большого ведра попкорна оказалось критически мало), поволок друзей в ближайшее заведение, коим оказалась миленькая кофейня. Странное времяпровождение для компании из трёх парней. Впрочем, ничем не хуже пьяного Миши, орущего на улице «Ой, мороз, мороз».       Телефон завибрировал в кармане, и Ден судорожно схватился за него, вызвав насмешки со стороны друзей. Но ему было плевать на этих ничего не понимающих балбесов, ведь Август ответил!       Вчера       23:55 Денис Красильников: Ну что? Как ты?       Сегодня       19:40 Август Божий: Вы с Рипом собираетесь переехать в Москву???       Вопрос загнал Дена в тупик. Разве он не говорил Августу об этом?       Денис Красильников: Ну да, я думал, ты в курсе. Я разве не говорил?       Август Божий: Обалдеть       Август Божий: А когда???       Денис Красильников: В конце ноября должны       Денис Красильников: А что такое???       Август Божий: Я в Москве живу       Август Божий: Вернее, в Подмосковье       Август Божий: Я разве не говорил?       Брови Дена выгнулись в удивлении, если быть точным — полном шоке. Он никогда даже не задумывался о месте проживания Августа. Тот не говорил, а Ден не спрашивал. Он и предположить не мог, что у них когда-нибудь появится возможность — или желание — встретиться. А тут судьба сама сводит! Сплошной шок!       Денис Красильников: Нифига себе       Август Божий: Я в майонезе       Денис Красильников: Чё       Август Божий: В ах*е, бл*ть.       Денис Красильников: Не точкай на меня       Август Божий: Мы можем встретиться       Август Божий: Сука это же ох**ть       Денис Красильников: Ты рад?       Август Божий: Конечно, рад, дубина       — Ты чего лыбишься? — язвительно спросил Миша, отвлекая от переписки. — Так нравится общество любимого?       — Да отстань ты! — попытался отмахнуться Ден, но не тут-то было.       — Я не понимаю, мне чё надо сделать, чтобы ты на меня внимание перевёл? — Миша завёлся и разводиться не собирался. — Я же тут именинник! Может, мне твоего парня на этом столе трахнуть, чтобы ты…       Кофе из Витиного рта полетел на стол, расплываясь блеклой лужицей по тарелке и деревянной поверхности.       — ФУ! — в один голос выкрикнули Витя и Миша по совершенно разным причинам. Ден ржал конём.       — Ты вообще Пасифика! — неумело замаскировав слово «пацифист», Миша поспешил наехать на Витю. — Твоему мужику кто-то написывает, а тебе пофиг!       «Вот именно!»       — Ты ещё громче ори, придурок, — шикнул на него Витя, вытирая салфеткой разлитый кофе. Ден обратил внимание, что часть людей в кофейне недоуменно обернулась в их сторону.       — Эй! — Судя по скорчившемуся лицу Вити, Миша огрел его носком ботинка под столом. — Ты чё не ревнуешь? Ревнуй!       — Может, сразу отсосать? — зашипел на него Витя, потирая пострадавшую лодыжку.       — А ты умеешь? — заинтересованно уставился на него Миша и тут же скривился: — Фу! — Снова заинтересовался: — А какой член на вкус?       — Могу дать попробовать.       Ден уже под стол сползал от хохота, но на него совершенно не обращали внимания.       — Прям здесь? — испуганно спросил Миша, озираясь по сторонам.       — Ага, лезь под стол.       — Не-не-не! — Резкие мотания головой. — Я не такой! Фу-фу-фу! Не! Ещё раз — и я твоим подписчикам расскажу, что ты пососунчик!       — Они это и без тебя предполагают.       — А тут убедятся, ясно тебе! Фу-фу! Педики!       — Да хватит! — умоляюще прохихикал Ден, который уже икать начал от переизбытка эмоций. — Пож… ик!.. алуйста.       — Так чё он тебе написал-то? — вспомнил о существовании третьего лишнего Миша. — Фотку члена кинул? Или не члена? Если нет, покажи.       — Фу-у-у-у! — Витя замахал руками и выбежал из-за стола, ныряя за дверь туалета, куда не успела попасть девушка, проводившая Витю недоуменным взглядом. Когда странный товарищ спустя секунд пять вернулся, Ден озвучил роковую новость:       — Август живёт в Москве!       Миша откинулся назад с таким видом, будто его взрывной волной отшвырнуло.       — Ну всё! — Он схватился руками за сердце. — Рухнул канон! Рипсок мёртв…       — Да хватит, — насупился Ден. — Он просто друг.       — Ага, будешь потом оправдываться…       — Не смешно, Миш. — Ден устремил взгляд на Витю, который снова глубоко задумался, рассматривая неопределённую точку. Сосредоточенное, отстранённое выражение лица… Что-то подсказывало: его задела новость об Августе.       — Ладно, я просто шучу, — примирительно взмахнул руками Миша. — Все знают, что Рипсок нерушим. Ну, как все… я и твоя мама…       — А если ты не перестанешь так орать, то и все люди в кафе узнают, — укоризненно произнёс Ден, тут же отрываясь на телефон.       Август Божий: Теперь тебе от меня точно не отвязаться)))

Погони за строками, грустный спектакль. Смотри на мой мрак, в этой суке тентакль.