Опиум

      Последующие две недели были самыми ужасными в моей жизни. Я чувствовала себя будто сидящей на иголках, каждое утро уделяла пол часа на то, что бы прошерстить новости и убедиться, что никакой преступник не сбежал, никого не убили и случайных свидетелей не разыскивают. Это, конечно, мало успокаивало, но было многим лучше, чем сидеть и тихо ждать. Это самое ожидание тянуло за собой страх чего-то неизбежного и собственноручно мной же накрученного, ведь я даже не пыталась забыть, напротив, я думала об этом ежесекундно, только еще больше расшатывая нервы. Шло время, но ничего не происходило. Шино забрали в командировку в Киото сразу на следующий день, всегда так не вовремя, ведь под крылышком младшего следователя я все таки чувствовала бы себя чуточку безопаснее.       Помимо этого мои мысли часто посещал недавний знакомый. Первые несколько дней я отмахивалась от них, ведь мне было о чем переживать, но потом, когда мало по малу я успокаивалась, в голове все чаще и настойчивее возникала мысль: Чуя-сан должен быть в порядке, но вдруг что-то пошло не так, вдруг его все таки убили или повязка оказалась наложена недостаточно хорошо? А может быть пошло заражение крови или...       Я трясла головой, утыкалась лбом в ладони и глубоко вдыхая, пыталась выгнать эти мысли. Возможно, это был тот «врачебный разум», котором нам так любят напоминать наши профессора и упорно пытаются нам его привить. Это неясное чувство, которое я не могла назвать даже беспокойством и волнением, оно настойчиво грызло изнутри, именно поэтому я долго не могла перестать об этом думать. Со временем воспоминания всплывали в голове все реже, но продолжали настойчиво клубиться где-то внутри, пока я, спустя несколько месяцев, не научилась их игнорировать.       Отпуск, взятый мною у Наны-сан впопыхах, подходил к концу и в мою жизнь возвращалось спокойствие. Постепенно, все приходило в прежнюю колею, и то воспоминание казалось теперь просто чем то далеким и туманным, словно недоразумение, словно один из моих реалистичных снов. Прошло почти четыре месяца. Я продолжала ходить на учебу, Нана-сан все так же обнимала меня при встрече, Миюки так же похрапывала по ночам. На улице холодало и приближался январь, вместе с которым и экзамены.       Сегодня меня ждала ночная смена. По просьбе Сайко(она была одной из старших, негласный заместитель Наны-сан) я должна была прийти на пару часов раньше, что я непременно сделала бы, если бы не авария, перегородившее все дороги, ведь как я слышала было несколько погибших, и мне не пришлось бы обходить улицу по дворам. Одинокая Нана-сан встретила меня одобряющей и какой-то через чур вымученной улыбкой, заметив через стекло, едва я подошла ко входной двери. Над головой зазвенел колокольчик, а в лицо ударил кофейно-пряный аромат, заставивший меня улыбнуться. Больше шоколада я в своей жизни любила только кофе. Заметив щеголявшую меж столов фигурку в знакомом фартуке, на котором было вышито название кофейни я улыбнулась: Нана-сан сегодняшним вечером была не так уж и одинока, раз между столов умело крутилась, разнося заказы, Изуми — девчушка-стажерка, работающая тут только второй месяц. Она приветливо улыбнулась мне, помахав пустым подносом, я ответила, кивнув.       - Погода сегодня просто отвратная.       - И вам добрый вечер, Нана-сан. - женщина устало выдохнула, и с невозмутимым видом плюхнула в небольшой стакан жидкость, подозрительно напоминающую коньяк, что обычно добавлялся в кофе. - Вы сегодня не в духе.       Она осушила стопку, со страдальческим видом уставившись на часы, подавила рвавшийся наружу вздох, и совершенно печально потупила взгляд.       - Вы можете пойти домой, мы с Идзуми-чан справимся, да и людей сегодня не слишком много. - кинув пальто на скрывающееся за барной стойкой маленькое креслице, я привычным движением завязала за спиной ленты фартука, ощущая буквально кожей, как женщина оглядела меня с ног до головы, плеская в стакан вторую, а может быть и десятую, порцию алкоголя. - Вам явно нужен отдых, ступайте.       Я знала, что моя начальница проводила в кофейне все свои свободные дни и ночи, она работала без устали с того самого дня, как я пришла сюда впервые. Она отдавала всю себя этому заведению, и именно это помогло ему заработать неплохую репутацию спустя всего несколько лет после открытия. Но даже таким людям, как Нана-сан необходим отдых.       Женщина, видя что отступать я не собираюсь и уже чуть ли ни сама принялась развязывать ее фартук, кивнула, собственноручно стянув с себя шелковую белую одежду. Она устало поблагодарила меня, через несколько минут удалившись, а я, оставшись за высокой барной стойкой совершенно одна, только поняла, что впервые вся смена вдруг свалилась на мои плечи, как на плечи самого старшего. Я почувствовала легкое, но поднимающееся стремительно беспокойство, но тут же приземлила его стаканом ледяной воды и глубоким вдохом. Вплоть до этого вечера я исполняла роль Иззуми, с натянутой улыбкой разнося людям кофе, а со мной всегда была либо сама Нана-сан, либо все же более опытная и взрослая, чем я, Сайко. И только спустя пару тройку принятых заказов я наконец успокоилась, ведь все шло, как обычно, соразмеренно и спокойно. Я даже почувствовала, как на моих губах растянулась легкая улыбка.       - Ванильный латте без сахара, и-и-и... - я сощурилась, пытаясь разобрать собственный почерк, которым ровно три минуты назад написала этот самый заказ. Загрузив в кофе-машину все ингредиенты для будущего латте, мне оставалось только беспомощно вглядываться в пару слов, больше похожих на каракули пятилетнего ребенка.       - Амэ-сан, там попросили, что бы вы обслужили седьмой столик.       - Да, да, сейчас, подмени меня, Идзуми-чан.       - Конечно.       Я прищурилась, сыпанув в кофейный стакан двойную порцию сахара, как было указано в заказе для седьмого столика(?), аккуратно размешала, оставляя пенную шапку у самого края большого стакана.       Седьмой столик был одним из моих любимых. Он стоял у самого окна, маленький и двухместных, был как будто бы обособлен от всех, его к тому же прикрывал кисейная сверкающая тюль. Я часто приходила сюда выпить кофе, и иногда прихожу до сих пор, когда выдается свободное время или Шино в очередной раз получал похвалу на работе. В последнее время он так завален делами, что времени не хватало не то, что бы встретиться и попить кофе, а что бы банально созвониться.       - Ваш заказ, сэр. Желаете что-нибудь еще?       Моя улыбка стёрлась, едва ли я успела заметить этот медный блеск рыжих волос, не прикрытых обшитой шелком шляпой. Сердце ухнуло куда-то вниз, образовывая в груди щиплющую пустоту. Перехватило дыхание, и я едва ли сумела поставить перед ним полный до краев стакан, не расплескав пенку. Я не чувствовала страха, пересекаясь с прожигающим синим взглядом прищуренных глаз. Чувствовала лишь какое то судорожное волнение.       - Нет, спасибо, Аматэрасу. - приглядываясь к именному бейджику на моей груди ответил Чуя, и оглядел меня с ног до головы. Как и я его.       Я ненавидела, когда меня называли по имени.       - Вы живы. - сказала я первое, что пришло в голову и тут же об этом пожалела, не поленившись прописать себе самой мысленный подзатылок: он замешкался на секунду, вглядываясь в мое лицо, и потом, подняв стакан, сделал глоток. Мне показалось, что он едва заметно пожал плечами.       - Это должно было тебя удивить?       - Нет, вообще-то.       Повисло молчание. Я, сжимая в руках поднос до такой степени, что уже не чувствовала своих пальцев, продолжала напряженно смотреть на парня, а он, невозмутимо пил кофе, делая вид, что совсем не замечает стоящую над душой официантку.       - Вам... что-то нужно?       - Кофе. - просто ответил он, не поднимая взгляда. Но я продолжила стоять, ноги будто приросли к полу, не позволяя сдвинуться с места, как будто я должна была что-то сделать, что-то ему сказать. Но в голове зияла абсолютная пустота, и мне трудно было связать даже пару слов, даже в собственных мыслях.       - И счет.       - Конечно, триста йен к оплате, сейчас принесу... - фраза, заученная наизусть дала сбой, когда перед моим лицом, отвлекая внимание промелькнула рука, и я с содроганием почувствовала, как Чуя вложил деньги в нагрудный кармашек моего фартука. Его пальцы, покрытые тканью перчаток, показались слишком тонкими и длинными. Я почувствовала, что задыхаюсь то ли от возмущения, то ли от смущения, и полыхнувшее жаром лицо было тому доказательством, причем лишним.       Он встал, вальяжно поправив длинный черный плащ, взял со стола кофе.       - Остальное оставь себе на чай.       Ноги продолжали прижимать меня к полу, и я смогла сделать шаг только, когда за спиной раздался колокольный звоночек. Сердце долбилось как сумасшедшее, и держать поднос ровно я уже не могла: металлическая посуда тряслась в моих руках так, будто я отбиваю чечетку. Деньги, лежащие в кармане даже через одежду жгли мне кожу. И щеки. И все тело, будь оно не ладно.       В кармане, под бейджиком с моим именем лежала пачка купюр. Говоря навскидку, там было не меньше ста тысяч йен. Если это была благодарность, то обычного «спасибо» мне было бы вполне достаточно.       Сказать, что этот вечер добавил мне новую порцию ночных размышлений — ничего не сказать. Если раньше я с усилием все свое свободное время тратила на подготовку к предстоящим экзаменам, теперь мои мысли полнились совсем не медициной, а рыжеволосым мафиози, вложившим мне в карман сто тысяч иен только по доброте душевной. Впервые я встретила в своей жизни человека, вызывающего во мне настолько противоречивые эмоции. Я не боялась его, как не боялась с той первой встречи. Тогда меня напугала сложившаяся ситуация, но не он сам. Я могла бояться других, но человека, назвавшегося в тот вечер Чуя я не боялась. Остерегалась, но не боялась. Мне не льстило каким то образом быть связанной с преступной японской сетью, и я страшилась только глупой смерти лишнего свидетеля, но не этого человека.       Но то волнение, которое я испытала, не было похоже на чувство предостережения. Это больше было похоже на смутную радость, радость от того, что вот, человек, которому ты, возможно, спасла жизнь сидит перед тобой, живой. Если бы он раньше времени не сунул в мой карман купюры, я бы, собрав свои мозги и мысли в кучу, спросила бы его о самочувствии. Но... я была слишком растеряна. Растеряна своими мыслями и своими чувствами и тем, что мне теперь делать с этими деньгами.

***

Я отвлеклась от книги, когда лежащий на тумбе телефон настойчиво завибрировал. Почувствовав, что губы растянулись в легкой улыбке я поспешила ответить, с еще большей радостью отмечая, что голос на том конце телефона не просто бодрый — счастливый.       - Эй, Аме-чан, как дела?       - Рада слышать тебя, Шино. - я слышала уличный шум и сбивчивое дыхание, видимо, он куда-то торопился.       - Я знаю, что у тебя экзамены, но мы так давно не виделись, ты не хочешь прогуляться? Погода просто отличная, небо хмурое, вот-вот ливанет дождь, все как ты любишь!       Я почувствовала, как полностью угасает и так излишне натянутый интерес к книге по физиологии и от предвкушения прогулки мое настроение вмиг поднимается настолько, что кажется, перехватывает дыхание.       - Я... конечно, я выйду через три минуты.       - Буду ждать.       Я подскочила с кровати и матрац подо мной жалобно скрипнул, привлекая внимание моей соседки, которая то ли недовольно, то ли слегка завистливо подняла на меня взгляд, захлопывая свой учебник. Миюки внимательно наблюдала за тем как я спешно натягиваю на ноги джинсы, хватаю со шкафа куртку и ищу под кроватью носок, пока, наконец не возразила:       - У нас через два дня экзамен, ты куда собралась? - Я до сих пор улыбалась, пытаясь снять с головы резинку и поглядывала на соседку через зеркало, не желая ей отвечать. В конце концов на моем лице и без того было все написано.       - Звонил Шино?       Я довольно кивнула, затягивая на голове высокий хвост.       - Что он сказал? Ты светишься, что аж тошно становиться. - Миюки скривилась, но по-доброму, и получив в ответ гримасу, улыбнулась. - постарайся вернуться к рассвету, а то Соми снова будет ворчать.       - Постараюсь, но... ничего обещать не могу. - Я глянула на экран телефона, где пришедшее только что сообщение от друга уже мозолило глаза и заставляло дрожать от нетерпения.       Шино был моим хорошим другом. Бывало, что мы очень часто гуляли, обедали в кафе, катались по городу, но в последние пару месяцев мы едва ли разговаривали. В те короткие моменты, когда нам удавалось поговорить он жаловался на обилие работы, его мотали из командировки в командировку, из города в город как молодого и подающего надежды следователя. Мне оставалось мириться с этим и смиренно ждать, когда у него появиться свободная минутка. И вот, наконец, этот день настал.       Признаться честно, в связи с недавними событиями я не слишком переживала на счет долгой разлуки с другом, ведь мне было о чем подумать, но теперь даже деньги, лежащие под матрацем казались проблемой намного более ничтожной, ведь я так счастлива в этот момент и кроме как о Якиро Шино мне не хотелось больше думать ни о чем.       Только когда я увидела его, стоящего в своем сером костюме, облокотившийся на капот своей тойоты, только когда мне удалось разглядеть в толпе его уставшее, но довольное лицо я поняла, как я по нему скучала. Когда я кинулась, утыкаясь носом в его рубашку и вдыхая запах его одеколона, и когда он с таким же рвением обнял меня, стиснув плечи, я поняла, как мне его не хватало.       - Боже, да ты, кажется, снова похудела. - Я улыбнулась, утыкаясь виском в его плечо. - еще немного и тебя будет сносить ветром.       - А сам-то — пихнув его локтем в бок я убедилась в правдивости своих слов, и он сдавленно ойкнул. - Много работы. - Якиро пожал плечами. - Вообще-то, у меня для тебя кое-что есть.       Я не успела заметить, из какого потайного кармана своего пиджака он достал свое «кое-что», но эту сиреневую обертку и такой знакомый шелест фольги я не спутаю ни с чем. Как и Шино ни с чем не мог спутать мой любимый шоколад. И я с благодарностью взяла в руки плитку, тут же разрывая упаковку.       - Держи, шоколад полезен для здоровья. - Шино тут же получил свою долю, со снисходительной улыбкой наблюдая за мной. Я же тем временем по-хозяйски залезла на переднее сидение, с секунду помедлив он сел за руль рядом. Машина приветственно мигнула датчиками и двигатель завелся.       - Боюсь, не в тех количествах, в которых ешь его ты.       - Поговори мне еще тут. - пригрозив ему этой же плиткой, я уселась в кресле поудобнее, отламывая и отправляя в рот еще дольку. Понятия не имею, как можно сотворить что-то настолько идеальное, как этот шоколад.       - Ну, куда поедем?       - Куда угодно.       На улице и вправду было пасмурно. Густые темные облака клубились прямо над крышами высоток, предвещая скорый дождь, а где-то выше перекатывались тихие раскаты грома, тонувшие в шуме большого жаркого города, и услышать их можно было только чрезвычайно внимательно прислушавшись.       Уже накрапывал дождик. Он падал с тихим стуком мелкими каплями на лобовое стекло, размазывая дорогу перед глазами. Мы много говорили, Шино спрашивал обо мне, учебе, как поживает моя мама и младший брат, не забыл даже поинтересоваться про здоровье кошки. До встречи с ним мне вообще казалось, что таких внимательных людей попросту не существует. Но он не забывал ничего: любой праздник, любая важная для меня дата, мой любимый цвет, шоколад, мой любимый кофейно-карамельный запах, который стал постоянным спутником его тойоты, мои привычки и мои фразы. Иногда мне казалось, что за те три года что мы были знакомы Шино знал меня намного лучше меня самой. По крайней мере так было пару месяцев назад.       - Как Нана-сан? Видел ее недавно, выглядела она неважно.       - Она в порядке, просто перетруждается, как всегда. - я пожала плечами, поежившись, предчувствуя последующий вопрос. И заранее знала, каким будет на него ответ.       - А на работе как? У вас в последнее время так много клиентов.       - Нормально. - прозвучало сухо, и Шино, отвлекаясь от дороги, с немым вопросом глянул на меня. На моем лице растянулась улыбка. - Боже, Шино, что там может быть не нормального? Люди пьют кофе, едят пирожные, но лидером продаж в этом месяце стал кофе с коньяком. - я засмеялась, и краем глаза не могла не заметить, как улыбнулся и он. Упоминать о моих не совсем законных приключениях, как и о деньгах под моим матрацем я не собиралась. Даже ему.       Я доверяла другу, безоговорочно, ведь он никогда меня не подводил, никогда не предавал. Но сказать ему об этом я не могла. Возможно потому, что боялась осуждения, в конце концов он работал следователем и часть его работы заключалась как раз таки в поиске и задержании членов мафиозных организаций. Возможно не хотела проблем как для него самого, так и для Чуи-сана. Звучит может быть и странно, но так или иначе, ворошить эту ситуацию мне не хотелось.       С каждой минутой дождь хлестал по стеклу с новой силой, даря мне чувство беспричинной радости и эйфории. Я даже открыла окно, хоть Шино и пытался начать со мной спорить, и теперь капли, прохладные капли дождя били по моему лицу, и я при этому чувствовала себя как никуда лучше.       Мы приехали на пляж когда на город уже опустились сумерки, ветер усилился и теперь об песок бились пенистые серебристые волны и мне хотелось подойти ближе, но у Якиро было на это другое мнение. Мне не хотелось с ним спорить, по этому большую часть вечера мы провели на капоте его машины, глядя на бурлящее море. Мы сидели под одним зонтом, укутанные в найденный в машине плед и впервые за несколько напряженных месяцев я чувствовала себя спокойно.