Опиум

      Пока на кухне гремела посуда, я продолжала мяться в проходе, сильнее и сильнее сжимая в руках махровое полотенце, думала только о том, что Чуя, вероятно, умеет читать мысли. Ибо мою ошалелость в этот момент невозможно описать словами. Я косилась на кружку, но войти на кухню не решалась: мне не хватало смелости. Более того, я уже давно (с самого пробуждения) чувствовала себя как прибившийся к мафиози дворовой щенок, которого вынуждены взять домой.       - Ты долго будешь там стоять? Твое блядское какао стынет.       Отчего-то мне захотелось засмеяться, хотя ситуацию с натяжкой можно было назвать веселой. На кухне загремели какие-то склянки, и спустя пару секунд из прохода высунулась растрепанная рыжая голова. Явно недовольная.       - Ты оглохла? Я повторять не буду.       Я не понимала что происходит от слова совсем. Это ведь не могло быть простым совпадением. С усилием я сделала несколько шагов вперед, входя в небольшую кухню, Но Накахара даже не посмотрел на меня, продолжая копошиться в каком то пакете. От нарастающей неловкости у меня так зардело лицо, что алые пятна стремительно переползли на шею, а затем и на руки. Обмотавшись полотенцем я присела на стул, закинув по привычке на перекладину ноги и не могла больше вымолвить ни слова, только попеременно косилась то на мафиози, что был повернут ко мне спиной, то на кружку какао. У меня определенно либо отшибло память намного сильнее, чем я предполагала ранее, либо Чуя, все таки, умеет читать мысли. Если это правда так, то я предпочту выйти сразу в окно, ибо хватит с меня сегодня потрясений. Но от этих мыслей становилось почему-то и смешно и одновременно тревожно: не вовремя вспоминались недавние рассказы Шино. С тихим и неясным возмущением Накахара, наконец, перестал рыться в пакете и в пару больших шагов подошел ко мне, отчего я непроизвольно вытянулась, вжимаясь в стену, и поставил передо мной несколько небольших пузырьков, рулон ваты и какую то коробочку. Выглядел он, как и всегда, недовольно. Разве что был чуть более усталым: залегшие под глазами тени выдавали это.       - Обработай царапины и пей свое ублюдское какао, весь мозг с ним вынесла.       - В каком — я сглотнула, стараясь не усмехнуться, ведь выглядел он так возмущенно и при этом немного пугающе, как и всегда, в общем-то. Только что то в его голосе, поведении показалось мне сегодня не таким, как я привыкла видеть. Ощущалось, что Чуя не был сегодня таким черствым, как обычно и чуть более дерганным. Возможно так на нем сказалась усталость, а возможно я все таки где-то успела удариться головой. - В каком смысле?       - В прямом, в каком. - он буркнул, отвернулся от меня, принявшись усиленно что-то размешивать в кружке. - Тебе твой парень не говорил, что ты разговариваешь во сне? - урчал он недовольно, разводя из вскипевшего чайника кофе. Черный, крепкий — по кухне сразу разнесся его запах, смешиваясь с ароматом шоколада.       - Шино мне не парень. - почти так же резко отозвалась я, рыкнула буквально как какой-то озлобленный зверь, даже Накахара едва заметно повел плечами, покосившись на меня через плечо. Я прикусила язык, снова вжимаясь в стену, кутаясь в огромное махровое полотенце: будто бы это могло спасти меня от нагнетающей неловкости. Я старалась опускать взгляд, но раз за разом снова поднимала глаза, с неизведанной мне прежде аккуратностью оглядывала копну торчащих в разные стороны волос. Но стоило ему чуть заметно обернуться: взгляд прибивало снова к полу.       Его волосы действительно были очень рыжие. Как однажды заметил Хаятэ.       - Да плевать. Заладила со своим идиотским какао. - он привычно тихо цыкнул (интересно, когда эти жесты успели стать для меня привычными) и открыл балконную дверь. Повеяло прохладой.       - Извини, я не хотела доставлять неудобства. - брать предложенный напиток мне все еще не позволяла совесть. Отвратное ощущение засело где-то в груди, отдаваясь горечью. Но напиток в кружке так аппетитно пах, что пришлось сглатывать слюну: я вдруг поняла, что довольно голодна.       Чуя стоял в балконном проходе ко мне спиной, но готова поклясться, я через затылок увидела как он закатил глаза и втянул через сомкнутые зубы воздух. Даже кружка с кофе в его руке дрогнула.       - Еще хоть одно пустое извинение и я отправлю тебя домой прямо сейчас.       Мне захотелось вновь извиниться, но я вовремя прикусила язык. Неспешно взяла вату, антисептик, что стоял в голубоватой банке, и плеснув на колено, прижала к ране кусок ватки. От пробирающей жгучей боли пришлось еще слышно зашипеть.       - Тогда просто спасибо. - я затихла, с усилием выливая прозрачно-лазурную жидкость на ногу. Простых слов благодарности мне казалось недостаточно, но что я еще могу? Снова извинятся, хотя, по факту, и от этого будет не слишком легче, да и велика вероятность, что терпение Накахары просто лопнет, и мне придется в середине ночи ехать домой и как то объясняться маме. Время же уныло мигало мне с электронных часов плиты, показывая без четверти час ночи.       Хоть я и была всецело поглощена обработкой своей кожи, да и щипало коленки мне довольно ощутимо, все равно держала застывшую фигуру мафиози в пределах поля зрения. Почему-то одолевал легкий невроз, от напряжения каменели меж лопатками мышцы. С открытых балконных окон доносился только тихий шум машин, и Чуя закурил, я обнаружила это, когда до носа дошел едва ощутимый запах табака. Я уже на третий или четвертый раз поливала подбитое колено, и повисшая тишина начинала давить на уши. На секунду в моей голове промелькнула мысль, который я решила довериться. В конце концов, терять мне, наверное, уже нечего.       Нерешительно я попыталась начать диалог:       - Можно спросить? - ведь этот вопрос мучил меня достаточно давно. Со спины я увидела, как Накахара повел снова острыми плечами, и выпустив облако дыма, повернул голову. Теперь я могла лицезреть его донельзя идеальный профиль.       Не только профиль. Все его лицо было каким-то... парадоксально идеальным.

Боже, откуда в моей голове такие мысли?

      - Попробуй.       Я набрала в легкие побольше воздуха, сжала кулаки, чувствовала себя при этом полной дурой, но молчать уже не могла:       - Как на твоей голове держаться шляпа? На клей? Двусторонний скотч или, может, резинка? Она же... - на его лице мелькнуло странное выражение, от которого я будто бы поперхнулась. Как будто, мне почудилось всего на мгновение, что он усмехнулся на заданный мной вопрос. - Она же ни разу не слетела.       Его лицо приобрело слишком странное выражение, я даже отшатнулась произвольно, когда он медленно развернулся ко мне в анфас, с какой то долей пафоса оглядел меня и снова оскалился. Какой-то долей моего сознания я пожалела, что вообще открыла рот.       - Существует такая штука — гравитация. - заговорил он с таким всезнающим видом, будто бы объяснял первоклашке как складывать два плюс два. Я не удержалась и скептически приподняла брови, выдыхая. Такой загадочный образ и такая плоская шутка?       - Правда? Я думала это была чистая магия. - В голове вдруг закрутились поблекшие ранее воспоминания, и я поняла, что шляпа не слетела ни при первой нашей встречи, когда я полу-бессознательного тащила его в подсобку, ни когда он выпрыгнул через окно машины (хотя этот прыжок сам по себе кажется чем то ну явно не человеческим) ни когда мы ехали сюда. Такой встречный поток: не удержал бы ни один скотч. Значит точно магия. Интересно, кому он за это продал душу.       - Нет. - Моя колкость нисколько не смутила его, я даже успела еще более насторожится, когда в его голосе почти не осталось привычных ехидно-раздражительных ноток. - Только гравитация.       С этими словами он взял с подоконника какой-то блокнот, и покрутив его в руке, подкинул. Его рука заалела и блокнот со стуком впечатался в полоток.       И я засмеялась, будучи уверенной, что в побочных эффектах лоразепама абсолютно точно не было указания о возникновении галлюцинаций. Но парящий под потолком блокнот убеждал меня в обратном.       - Ах-хах, кажется мне надо прилечь. - дыхание мое перехватило, и я ощутила, как тяжелеют ноги, почудилось даже, как щиколотки окутываются багряной дымкой. Я не смогла даже приподняться со стула, будто окоченев. Чуя же, с лицом абсолютно непроницаемым сел напротив, с другой стороны сделанного под черный мрамор кухонного стола, но странное, неясное исходившее от него ощущение заставляло меня неотрывно следить за ним: я не могла просто оторвать взгляда. Показалось даже, что его волосы, отблескивая алым светом, приобрели совсем кроваво-огненный оттенок.       - Слышала городские байки?       Я снова нервно засмеялась.       - Про людей со сверхспособностями? О, да. - Увидела, как приподнялась рыжая бровь и дернулись губы, осознание вдруг свалилось на плече непосильной нощей и, кажется, внутри будто бы все опустилось: сердце забилось где-то в желудке. На его лицо падала тень, но отблеск ярко-синих глаз, смотрящих прямо на меня, было невозможно не заметить. - О, нет. Это шутка?       С глухим шлепком блокнот упал на паркет.       Накахара протянул руку, вытягивая облаченную в черную перчатку ладонь:       - Хочешь проверить?       Самоуверенно, нахально. Я хотела отшатнуться, даже почти прижала к груди руки, но что-то заставило меня податься вперед, хватаясь за его вытянутую ладонь. Может его пристальный взгляд, в котором явно выражалось чувство превосходства, он будто бы бросал мне вызов. И я не могла его не принять. В конце концов, страха я не ощущала. Только непонятно откуда взявшиеся отголоски злости и интерес.       Я нахмурила брови, сощурилась, на пару секунд повисла тишина.       Почувствовала тепло. Жар, разливающийся от его пальцев, и далее по коже, резкой и стремительной волной он окатил меня, дойдя до пыток, и я ощутила вдруг, как мне легко дался следующий вдох. Он крепко держал мое запястье, ухмыляясь. И я почувствовала, как тело буквально отрывается от стула. Кончики мокрых волос подлетели, оплетая руки. Внутри защекотало ощущение невесомости. Зашевелилось прямо в груди, и заставило меня сделать рваный хриплый вдох, в испуге вырывая руку из цепкой хватки.       Я грузно в этот же момент упала на стул, вцепилась ладонями в края столешницы и услышала, как клокочет сердце.       - Охренеть. Просто охренеть.       Нестерпимо было оставаться сидеть на месте. Ноги закрутило, и я подорвалась со своего места, ощущая тебя в кухне слишком тесно, принялась измерять ее шагами. Взад-вперед. В голове была каша, такое просто не могло уложиться в моем сознании. Я просто не могла это понять! На секунду я остановилась. Молодой мафиози все это время наблюдал за моими метаниями, и я даже открыла рот, что бы сказать ему что-то (а что- почти мгновенно вылетело из головы), но по итогу с языка сорвалось:       - Охренеть.       Тут же начался мандраж. Я и допустить даже вероятности не могла, что эти сказочки могут хоть в какой-то даже самой смутной и маленькой доле быть правдой. И вот теперь это так резко свалилось на меня, в лицо будто бы плеснули стакан холодной воды и я просто задыхалась от какого то волнения, находясь на границе небольшой истерики. Догадки одна за другой атаковывали сознание, и когда я пыталась сказать что-то, язык начинал заплетаться: так быстро крутились в голове мысли.       Меня не пугало это (хотя должно было), а только до дрожи будоражило интерес. Все казалось чем то невозможно волшебным. Но волшебства не существует.       - Что ты еще можешь? Кинуть в кого-нибудь дом, или... летать? Господи, ты же можешь просто летать! Это точно не галлюцинации? - Я не замечала ничего вокруг, только руку Чуи, в которой, меж пальцами, плясала алая искра. Ощущала, как пересохло во рту и как горят щеки. Это просто за гранью возможного.       - Могу доставить тебя первым рейсом домой, если ты не выпьешь свое идиотское какао. - но он теперь говорил как-то беззлобно. Или же я не желала слышать по обычаю сквозившее в его голосе раздражение, ведь впервые за долгое время оказалась настолько чем то поглощена. Чем то невероятным, помимо его самого.       И я даже не стала с ним спорить. Взяла в руки еще ощутимо теплый стакан, делая глоток. Но и мысли и мое внимание продолжали настойчиво крутиться вокруг Накахары, я даже не могла отвести взгляда. При обычных условиях сделать это было довольно тяжело, ведь его образ по-своему завораживал. Теперь же совсем нереально. Он сам был каким то... нереальным.       Который раз за этот вечер мою голову посетила эта мысль? Кажется, мой мозг сильно поплыл после приема таблеток.       - Ты выглядишь как ребенок.       - А как мне еще выглядеть? Ты только что заставил меня взлететь в воздух одним прикосновением.       Я сделала очередной глоток, переводя дыхание.       - И много вас таких, эсперов, кажется?       Чуя сощурился, делая из кружки глоток, следом лениво окинул меня взглядом.       - И кто придумал это идиотское слово? - он зашипел недовольно, подпирая острый подбородок ладонью. - Достаточно. Готов поспорить, ты встречалась со многими, хотя даже не догадываешься об этом.       - И все эти...сказки — правда? - голос сошел на шепот, и я прижалась ладонями к керамической чашке, притягивая к себе колени.       - По большей части.       Восторг — это было самое яркое чувство, оно заставляло ладони чуть дрожать, я ведь до сих пор просто находилась в полнейшем шоке, это все не укладывалось в голове, я понимала, но не могла осознать. Уткнулась взглядом в пенку какао, тихо вздыхая:       - Значит, Шино был прав.       После секундного молчания по кухне разнёсся звонкий цок и Накахара, стрельнув в меня глазами, поднялся со стула. По коже успело пробежать неприятное ощущение, но оно быстро исчезло, после пары глотков теплого напитка.       - Тогда скажи своему парню, что пусть не сует нос в подозрительные дела. Столичная мафия таких, как он, не любит.       Я в привычной манере открыла рот, что бы возразить ему в стиле «Шино не мой парень», но смысл сказанных слов дошел до меня на несколько мгновений позже. И я, подняв с опаской голову, замерла. Что-то неприятно зашевелилось меж ребрами.       - В каком смысле?       Он нахмурился, кинул взгляд куда-то мне за спину, и развернулся, какими-то рваными, нервными движениями распахнув балконную дверь, и, чуть погодя, снова закурил, присев на подоконник.       - Я предупреждал; Ему лучше не лезть туда, где пахнет делами мафиози. Они не станут церемониться.       Волнение накатило бурной волной. Я почувствовала, как снова прикусываю губу, и та отзывается давящей болью, задевая еще свежую ссадину, и снова делаю напряженный глоток. Покосилась на горящее на крохотном циферблате время: начало второго ночи. Слишком поздно, что бы звонить Шино, определенно. Хотя, это меня сейчас, мало вероятно, остановит.       - Я должна позвонить.       - Телефон на тумбочке. - махнул он рукой без особого интереса куда-то в сторону коридора, и снова затянулся, не оборачиваясь ко мне лицом.       Я быстро нашла телефон, нужный номер и спустя пару секунд уже услышала напряженные гудки в динамике. Второй, Третий, четвертый. Я уже хотела нажать на отбой, ведь мой друг и без того работает по двенадцать часов и ночью, вероятно, отсыпается, и тут я, с этими никому не нужными переживаниями звоню ему в час ночи просто потому, что выплеснуть волнение мне больше не кому, но гудки прервались, и послышался голос:       - Амэ? Что-то случилось? - голос слишком бодрый для человека, разбуженного телефонным звонком.       - Ты... не спишь?       - Нет, тут... работы много. Почему ты не спишь? Ночь на дворе, все в порядке?       - Да, да... - я успокоилась, и уткнувшись лбом в холодную ладонь, вздохнула. - Просто хотела поговорить немного.       Я услышала, как Шино тихо усмехнулся, и перехватив телефон, шумно выдохнул в трубку.       - Ну, чего ты. Соскучилась по мне? - сквозь динамик слышала, как он улыбался, и не заметила, как собственные губы растянулись в слабой улыбке.       - Очень, но я хотела поговорить не об этом. Ты... ты же доверяешь мне? - снова прикусила губу, проводя зубами по затянувшейся корочке. Больно, что бы не ляпнуть лишнего. Сколько раз уже у меня возникало ощущение, что я хожу по лезвию, особенно теперь, когда сижу в квартире мафиози, разговаривая со своим другом-следователем. Кто бы мог подумать, что такое вообще возможно. Что такое возможно со мной?       - Конечно, что за вопросы? - Не понимает, к чему я клоню, и даже начинает немного злиться.       - Сможешь пообещать мне кое-что? - Снова кусаю губу, уже ощутимо сильнее.       - Амэ, что произошло? - его напряженный тон выдает его с потрохами.       - Ничего, просто... - я выдохнула, попытавшись как-нибудь разрядить обстановку, но тишина на том конце провода накалялась. - Пожалуйста, попроси Ямамото-сана отстранить тебя от последнего дела.       - В каком смысле? Ты объяснишь что происходит?- Он так редко злился, что мне становилось не по себе: таким жестким мне его голос слышать еще не доводилось.       - Извини, но не сейчас. Просто пообещай мне, пожалуйста.       - Амэ, это не смешно. Я не понимаю.       - Просто откажись от дела, ладно?       Он замолчал. Слышала только его сбивчивое дыхание в трубку, прошло около тридцати секунд, прежде чем он снова заговорил. Я же за эти время успела подумать о том, что завтра придется ехать в Токио и самолично пытаться заставить его отступиться.       - Если для тебя это так важно. Хорошо, но ты все объяснишь мне, когда приедешь.       Да, мне определенно стоит придумать оправдание. Причем весьма правдоподобное.       - Конечно.       - Точно ничего не случилось? Я могу приехать, если...       - Нет, Шино, все в порядке. Я сама скоро приеду в город, мы встретимся и поговорим, ладно?       - Хорошо. Позвони мне завтра.       - Обязательно.       - Спокойной ночи.       - Угу. - промычала я в трубку, сбрасывая вызов. - Какой ужас. - откинув телефон куда-то в ноги, я уткнулась лицом в подушку, и поняла абсолютно внезапно, как раскалывается моя голова. Слишком много на сегодня было потрясений. Еще чуть-чуть, и психоневрологический диспансер будет не за горами. И вообще, когда моя жизнь, моя спокойная соразмеренная жизнь, превратилось в такое?       Издав мученический вздох, я совершенно не вовремя вспомнила о том, что завтра мне предстоит объясняться перед мамой за подранные джинсы и синяки, прокусанную губу и ссадину под скулой. Не думаю что отговорка "напилась и упала" действительно сойдет за правду, вот только в голову мне больше ничего не лезет. По крайней мере можно пока не переживать за друга: хоть Шино и был довольно капризным, но слов на ветер не бросал никогда.       До кучи, я находилась в одной квартире с человеком, который мог одним движением пальца отправить меня в космос. От абсурдности происходящего захотелось смеяться. Как оказалось, этот человек еще и ходит очень тихо.       - Ложись спать, в девять я отвезу тебя домой.       Перекатившись на спину, я села, зарывшись ногами в пушистый коричневый плед. И он развернулся, намереваясь выйти из комнаты, как я внезапно поняла, что я точно не усну, если не уточню у него еще кое что:       - Ты действительно можешь летать, как те парни из фильмов про супер героев?       Услышала тихий нервный вздох, и с трудом сдержала улыбку. Он ничего не ответил, только излишне раздраженно фыркнул и грузно зашагал на кухню, хлопнула балконная дверь. И едва ли я, довольная собой, обхватила руками подушку, пытаясь улечься поудобнее, быстро уснула, буквально провалилась в сон, не прошло и минуты.