Муравьиный тигр

Anna Blue - Unbroken

Салазар Слизерин был мудрым, беспристрастным и… беспощадным. Замысел его обучения был доступен и понятен, а также одобрялся исключительно в те времена, когда он жил в здравии. Шли годы, столетия, однако невозможно было снять наложенные на его изобретения чары. Нерушимая магия древних времен была не под силу даже сильнейшим из мудрейших. Одним из таких роковых изобретений стало общежитие факультета Слизерин. Родоначальник имел собственное представление об обучении студентов, особенно чистокровных, чья магия вокруг хрупкого физического сосуда мощнее и является своего рода броней против плебейских недугов. Но либо в алгоритме условий принятия на факультет была допущена ошибка, либо Шляпа решила пошалить, но на Слизерин стали чудом попадать полукровки. А они, как известно, менее защищены и более уязвимы, так как находятся одной ногой в магловском мире. Естественно, для них суровые холодные подземельные условия общежития показались карой, да и со временем даже чистокровные студенты начали бунтовать. Ну а что это такое, ни окон, ни тепла, ни света, над потолком Черное Озеро. Многие директора Хогвартса пытались как-то исправить удручающую ситуацию, особенно Дамблдор тужился над тем, чтобы переместить место обитание Слизеринцев в другое место, однако не судьба. Мебель, предметы, личные вещи учеников, ничто не хотело перемещаться из подземелья. А студенты змеиного факультета не могли уснуть в других местах. Что ж, Салазар все продумал и обрек своих детищ на вечную мерзлоту. Но все же со временем волшебники стали изобретать магические (и не только) способы для утепления подземных помещений. Так, например, заклинание сохранения тепла в вещах или же холодный свет, раздающий тепло в гостиной. Поэтому студенты предпочитали не сидеть в спальнях, а проводить свое время либо в общей комнате, либо за пределами общежития, пока это позволяет комендантский час. И если ученик желал уединения, как этого желал Драко Малфой после неприятной стычки с недругом в Совиной башне, он мог смело запереться в спальнях, и никто бы его не потревожил. Собственно, что и планировал сделать слизеринский блондин. Но, к сожалению, для этого ему предстояло пересечь заполненную до отвала гостиную. Хотя, стоило признать, был в надменном образе мышления слизеринцев огромный плюс: им никогда не было дело до тебя, снующего из угла в угол, пытающегося что-то утаить или просто спрятаться, пока это не становилось опасным для их жизней. Именно благодаря подобному рациональному безразличию Малфой мог без спешки пройти к своей комнате мимо остальных. В Слизерине было принято патриотично почитать свой дом, даже если это касалось временного пристанища в виде общежития факультета. Но Драко не был таким. Точнее, три года подряд он пытался держать статус и повторять за остальными, лишь бы не промахнуться, лишь не показаться ущербным, инакомыслящим. Но не теперь. С некоторых пор Малфой понял, что всем, впрочем-то, наплевать на то, какой ты и чем ты дышишь, если ты способен приносить пользу или хотя бы не приносить никакого вреда. И тогда он смог признать, что не видел смысла в этой готической мрачной чопорности в интерьере. На кой черт Салазару понадобилось обвесить все стены гобеленами с темными подвигами, зачем имитировать с помощью светильников болотное свечение, опираясь только на то, что гостиная находилась под озером, к чему вообще эти кожаные диваны и буфеты из темного дерева, заточившие в себе материальные ценности факультета, которые было даже не подержать в руках, так как никто, ныне живущий, не мог открыть тайники? Драко этого всего не понимал. Он не понимал эту мрачную культуру, чьи родоначальники выдумали, будто бы черная магия и зло могут зародиться только во тьме. Чушь! Зло бывает ярче и горячее солнца, холоднее и глубже океана, изворотливее и хитрее любого хищника. Зло - это человек, черное семя посеяно с самого рождения, вопрос времени, когда оно прорвется. И даже если организовать для человеческого дитя лучшие материальные условия, ничто его не спасет от пагубного влияния окружающих его людей. Только люди портят людей. Люди - истинное зло, те самые демоны, которых они боятся ночью увидеть во тьме комнаты или под кроватью. С этими нехорошими мыслями Драко быстро увильнул из толпы студентов и оказался в длинном узком коридоре с низким потолком и дверьми вдоль несущей стены. Он тяжело вздохнул и облокотился спиной о холодную влажную от конденсата стену напротив входа в свою комнату. В последнее время тяжелые мысли подавляли дух и затрудняли дыхание. А ведь как день начался-то! Все шло, как по маслу, настроение впервые за долгое время было отпадное, да и насущная болячка не доставала. И потом в один миг все испортил этот вонючий барсук! Мало того, что от одной его рожи тошнило, так еще и унизил! Нет, конечно, Малфой мог противостоять Диггори и воспрепятствовать наглой попытке (удачной, кстати) отобрать у него палочку. Но он не мог демонстрировать кому-то постороннему то, чем наделил его темный контракт. То, из-за чего он страдает под действием проклятья. Такие способности считаются из ряда вон, и для мальчика четырнадцати лет овладеть ими означает “представлять опасность для общества”. Никто не любит одаренных, если их способности не подходят под привычную министерскую модель “безопасности и необходимости”. По этой причине Драко пришлось остаться беззащитным и смешанным с грязью, отвечая на подлые вопросы пуффендуйского ублюдка. Что ж, теперь Диггори слишком много знает. Хотя… пытался ли Малфой действительно что-то скрывать от барсука? Разве что для вида. На самом деле он испытал гнусное наслаждение, когда Диггори налетел на него со своими догадками, а в глазах его теснилась космическая несправедливость. О да, пусть знает, что он тут не один правит балом. Правда, последние слова о Поттере немного выбили из колеи. - Брр! Малфой встрепенулся и расправил плечи. Негоже такому одаренному слизеринцу грузить себя плохими мыслями из-за какого-то пуффендуйского проныры. Только кульминация расставит все на свои места. Драко решительно протянул руку, обхватил пальцами покрытую инеем мокрую деревянную ручку и крутанул ее вправо. Раздался механический щелчок, и чугунная дверь со скрипом подалась вперед. В нос ударил приятный запах корицы с медом - Блейз научился зачаровывать свечи, чтобы они пахли, как в доме его матери. И на том спасибо, уже в горле ком от вечного зловония сырости и мерзлоты. Малфой распахнул дверь полностью и не стал закрывать за собой, да и смысл? Сейчас вряд ли кто его потревожит, да и пусть хоть какая-то часть тепла с гостиной проникнет в стылую спальню. Войдя внутрь, парень обвел усталым взглядом свои покои. Ну и какое будущее мог предрекать этот дурной старикан Салазар, приготовив для своих учеников ТАКОЕ место для отдыха? Не удивительно, что по поводу факультета существует много предрассудков. Благо, стараниями вездесущего Дамблдорнушки в холодные стены комнат были встроены зачарованные окна. Они воспроизводили примерно тот же пейзаж, что виднелся из окон Большого Зала, однако это всего лишь фикция. Нельзя открыть ставни и ощутить запах уличной свежести, свет солнца и луны не проникали в комнату, ведь их визуальное изображение - всего лишь проекция. Драко медленно прошагал к своей кровати. Всего в комнате было пять спальных мест: Драко, Крэбба, Гойла, Забини и Нотта. По внешнему виду и подбору постельного белья они не отличались, все в зелено-серой факультетской гамме. Единственным отличием являлись прикроватные тумбы, а точнее то, что располагалось на их поверхности. У Малфоя, например, поверх тумбы находился педантичный минимум: футляр для палочки, механические часы в слизеринской теме и сменный галстук. И, хотя Драко был жутким чистоплюем, в этот день его кровать представляла собой убежище хаоса. А все потому, что надо было скорее успеть отправить заказ одному старому знакомому, торговцу на черном рынке. То, что требовалось Малфою, точнее тому, кто об этом даже не просил, нужно было заказывать за несколько месяцев, так как момент торгов никто не отменял. Собственно, именно спешка стала причиной, почему слизеринец выпотрошил свой чемодан и скинул все на постель. Вздохнув, парень присел на край и с большой неохотой покосился на груду сваленных вещей. - Надо убрать это все, - шепнул он сам себе, но так и оставался неподвижен. Какая к черту уборка, если все мысли стекаются в один ненавистный котел черно-желтого цвета? Да, Драко признавал, он не мог отделаться от впечатления, что все усерднее и усерднее проматывает в голове сложившуюся перепалку и все сильнее злится. Не просто злится. Он полон ярости, что заставляет гнить последние зачатки разума. Значит, эти двое НАСТОЛЬКО близки? Видимо, пока Драко находился в уверенности, что все под контролем, и куча дерьма в виде сплетен от Скитер разделит Поттера и Диггори, взаимодействие между ними наоборот окрепло. И будь проклят тот человек, узнавший про ванную и двух мерзких чемпионов долбанного Хогвартса! До недавнего времени, а именно до столкновения с барсучьим отпрыском, Малфой думал, что это Скитер допридумала пикантную подробность, чтобы статья не вышла водянистой. Но оказалось все совсем иначе. В грудной клетке неприятно закололо, и парень сухо закашлялся. Лихорадочный лай раздраженных легких прогрессировал и грозил очередным приступом. Нет, так не годится. Подавив спазмы, Драко протянул руку к сваленной на середину постели кучи, без труда и потери времени нашел нужный бутылек, откупорил его, высунув деревянную затычку, и выдул густую жидкость до последней капли. Переждав пару секунд, чтобы остатки лекарства скатились в пищевод, он закупорил ёмкость обратно и выкинул ее одним четким броском в мусорку, стоящую у импровизированного окна. Хотя Диггори и вел себя так, будто действительно не возлагал надежд (по крайней мере, до текущего момента) на что-то большее с Поттером и даже не пытался, но завершающая фраза как бы расставила приоритеты. И если у тебя есть виды на Гарри в качестве будущего партнера, то шанс еще есть. Пока еще есть. Что бы Диггори не имел в виду под этой фразой, он явно намеревался встать непробиваемой бесячей преградой между Драко и его целями. И самое противное, слизеринца не пугала перспектива несостоявшегося условия контракта и мучительные последствия этого. Нет, его страшило нечто другое. Невозможность в итоге сблизиться со шрамоголовым. Нет, Драко не признавал своей темной сущности, своих нескромных тайных желаний и непотребных помыслов. Но он был не в силах устоять перед возможностью исправить то, что сам испортил пару лет назад. И если поначалу преобладало лишь желание стать хоть кем-то значимым для Поттера, ну и преуспеть так, чтобы не отставать от него, то с появлением Диггори во всей этой эпопее Малфой стал одержим мыслью прижать очкарика к земле. В прямом и переносном смысле. Раздавить, растоптать авторитетом, влиянием, подавить волю, заставить подчиниться. С лета эта неукротимая тяга к власти над всем существом Гриффиндурка разрасталась, как плющ, обвивая собой, заключая в тугие сети, не давая иного выбора. И Драко уже шагнул на путь избранный, был близок к тому, чтобы войти в доверие, завладеть хрупким сознанием Потти и обернуть его против привычной системы. И тут вновь влез этот конченный пуффендуец со своими рыцарскими, будто бы доблестными замашками! Ну, кто его просил, а? Чертов клоун. Жаль, что Линда не смогла предугадать его появления в помещении для сов. Хотя, на самом деле, дар Линды - это не предсказания. Это не возможность предсказывать, что случится в следующую секунду или через год. Это потоки энергии космоса, пересекающие границы познание быстрее скорости света. И, несмотря на экзотическое происхождение Линды, даже ее широкое сознание не способно улавливать всю приходящую извне информацию, особенно на такой скорости. Поэтому все, что доступно для ее познания, это обрывки, краткие эпизоды, образы, как она сама говорит, возможных ветвей развития событий. Ведь настоящее и будущее - не прописанные события, они строятся из действий каждого живого и неживого существа на свете. Как говорится, дорога возникает под шагами идущего. Собственно, Драко также не смог узреть чего-то явного и легко читающегося в видениях, переданных от Линды ему, во-первых, ему был доступен лишь тот поток информации, что непосредственно с ним связан, а во-вторых… сложно. Очень сложно улавливать нечеткие образы, когда перед глазами встал один слишком хорошо запомнившийся. Речь шла о мертвом Поттере. Этот кадр настолько впечатлил юного блондина, что начал преследовать в кошмарах. Драко устало качнул головой. Все-таки сейчас самое время прибраться, только физический труд мог хоть как-то расслабить его сознание, избавляя от черных мыслей. Парень ощупал свою руку, убедившись, что проклятье не успело камнем лечь на предплечье, после медленно встал, ногой изъял из-под кровати свой чемодан и принялся аккуратно складывать вещи обратно, освобождая постель. И вот когда он педантично скручивал пару носков в трубочку, ему показалось, что где-то в районе кровати Крэбба мелькнул чей-то неясный силуэт. Так как мозг, не получавший пищи с самого утра, начал притормаживать, Малфой не сразу заметил присутствие постороннего и вообще осознал, что в комнате кто-то был, только потому, что дверь скрипнула в попытки закрыться. Даже не вздрогнув, он медленно повернулся и направил томный взгляд в сторону пропавшего из виду гостя. Драко уже привык к таким тихим визитам. Это был сигнал о том, что кое-кому надо поговорить. Вот не могла подождать, обед же скоро! Выругавшись, так и не закончив идеальную форму трубочки, блондин бросил носки в чемодан, захлопнул его, пинком отправив под кровать, и поспешил покинуть комнату. В слизеринских подземельях было много таинств. И мало кто подозревал из учеников, что за стеной-тупиком в конце коридора с дверями спален скрывается такой же потайной вход, как и замаскированный проход в общежитие. Об этой потайной кладовой Малфой узнал от своего отца. В этом месте ученики, посвященные в тайну, а их было немного, прятали запретные вещи, которые могли конфисковать учителя, узнав об их наличии. Собственно Драко решил, что не стоит кому-то еще знать о таком укромном месте, поэтому не стал рассказывать о кладовой друзьям, что позволяло использовать ее в качестве места переговоров с Линдой. Подойдя к стене, блондин предварительно оглянулся и, убедившись, что никого рядом нет, провел пальцем изогнутую линию, напоминающую змею, сверху вниз, а после надавил на это место ладонью. Каменная, покрытая плесенью и морским мхом стена прогнулась и позволила парню провалиться за ее пределы, после снова вернувшись в твердое состояние. Драко очутился в полной темноте, благо палочка всегда была при нем (так, на всякий случай, вырабатывал здоровую практику), так что заклинание “Люмос” сработало почти сразу. После чего юноша непроизвольно вздрогнул, так как прямо перед ним на полке рядом с визжащей шкатулкой, которая, слава Салазару, была запечатана и молчала, сидела его “ручная” пятнисто-полосатая кошка. Она неотрывно смотрела на парня своими янтарными глазами, которые в полумраке приобрели оттенок запекшейся крови. - Кхым, - Драко деловито кашлянул, - если что, по-кошачьи я не научился говорить. В один миг серая маленькая кошечка трансформировалась в молодую девушку с черными волосами и ярко-выраженным заболеванием витилиго, кожный покров будто имитировал пятнистый окрас животного. Одежда на девушке также присутствовала, в данный момент на ней был мешковатый балахон пыльно-серого цвета и рваные хлопчатобумажные бриджи. Ростом она была не велика, а потому ее превращение никак не повлияло на присутствие в тесном помещении еще одного человека. Малфой скептически цыкнул. - Линда, будь, пожалуйста, аккуратнее, если хоть кто-то узнает, что я протащил в Хогвартс постороннего человека… - Но-но! - Линда поспешила перебить парня. - Я так-то при рождении животным была, не причисляй меня к вашему роду. - Я сейчас не об этом! - Драко ужасно бесило это перманентное равнодушие в лице девушки. - И вообще, если ты притащила меня сюда, чтобы обсудить последний инцидент, то не стоит, я справлюсь сам, в советах не нуждаюсь! Линда осуждающе склонила голову в бок. - Ты переступил грань дозволенного. Если с моим контрактом у тебя есть возможность отказаться и отменить абсолютно все, то в данной ситуации ты в полном дерьме. - Тебя не должно это волновать, - Малфой нервно сжал палочку, отчего источник света задрожал. - По сути, да, но ты теряешь голову, перестаешь быть собой, и эти изменения никак не связаны с нашим уговором. Как только речь заходит о Поттере, за тебя начинает говорить твое подсознание. Повисло пытливое молчание, заморозив пропитанный пылью и запахом времени воздух. Драко не сводил глаз с лишенной эмоций девушки и все никак не мог взять в толк, что именно она от него хочет. - Зачем тебе рыться в грязном белье? Я выполняю свои контрактные обязанности, совсем скоро Поттер даст ответ, и я уверен, он будет согласен… - С чего такая уверенность? - Линда, как всегда, холодна, как лед. - Ты тут недавно подорвал ваше под коня натянутое доверие выходкой со статьей, думаешь, после такого он подойдет к тебе? Малфой обреченно скривил губы. Да уж, он действительно перегнул палку, когда решился на разговор с Ритой Скитер, но тогда его рассудок спал, подавляемый обидой и несправедливостью при виде спускающегося со стороны общежития Гриффиндора Диггори. Уже позднее, когда чуть не произошла перепалка в Большом Зале, краем сознания он надеялся, что подозрения Поттера подвигнут его на допрос слизеринца, а там уже можно было перейти к главному. Однако очкарик так и не подошел, будь он неладен. - Для чего ты меня позвала сюда? - Драко взвешенно решил, что не имеет никакого желания обсуждать его желудочных насекомых. В светящихся фосфором глазах Линды мелькнуло что-то предостерегающее. - Что если я тебе скажу, что твоя реакция на Поттера обусловлена чем-то, что сидит глубоко в тебе? Что если я скажу, что ты никогда не держал в руках настоящий Манипулятор? Малфой окаменел, едва ли не выронив палочку из ослабшей руки, непроизвольно отступив на шаг назад, столько позволило оставшееся расстояние до полок. - Что ты несешь? А Линда была спокойна, как Черное Озеро в штиль. Вряд ли эта девушка вообще умела показывать страх, негодование, блаженство и другие эмоции, чувства, доступные любому другому человеку. - Я умышленно подменила черный артефакт на нейтральный, он же Усилитель магической энергии, полагаясь на чутье. А я чуяла в тебе определенные особенности. - Вздор! Даже Габриэль признала, что у нее украли Манипулятор, и его уничтожили! - Я действительно украла его, однако ты правда думаешь, что черный артефакт можно просто раздавить ногой? - Габриэль сказала, что он был низшего ранга, и это нормально! - Моя сестра просто воспользовалась ситуацией и создала иллюзию утраты Манипулятора, чтобы никто больше его не искал, надеясь завладеть им. Ведь Габ давно уже подозревает в краже меня. - Тогда как, по-твоему, я смог подавить волю Поттера тогда летом?! Это был сорвавшийся с губ крик. И Драко не стеснялся, он знал, что волшебная каменная дверь не пропускает звуки, однако был ошеломлен акустикой внутри кладовой. Звуки внутри этого помещения метр-на-метр сливались с собственным эхом и становились оглушительными. Линда слегка поморщилась от перепада громкости, но своего негодования так не показала. Она лишь скрестила руки на груди, опираясь поясницей на муляж головы тролля из папье-маше. - Вот тут и начинается пояснение причины твоей реакции. Видишь ли, я давно планировала подобраться к Гарри Поттеру. Я узнала о нем все: о семье, друзьях, приятелях, и даже о врагах. Последняя категория мне подходила больше всего, так как неприязнь порождает соперничество и желание превосходить, несмотря ни на что. А эти качества мне как раз подходили для того, кто мог под влиянием собственных амбиций перетянуть врага на свою сторону. - Так ты попросту использовала меня? Так и скажи! Драко нервничал, он не мог этого скрывать, так как непроизвольно щупал необычные статуэтки из камня на полке по левую руку. Его раздражала манера Линды растягивать объяснение, постепенно подходя к развязке, но приходилось терпеть. Иначе можно было вообще остаться без информации. А сейчас ведь ему, видимо, предстояло услышать то, что определит его место в жизни. - Дослушай и не перебивай, - одного взгляда девушки было достаточно, чтобы парень моментально потерял желание препираться. - Мне очень повезло в тот день, когда я решила утащить из дома моих родителей пару артефактов, ведь ко всему прочему я повстречала тебя. По тебе было сразу видно, что ты ищешь, поэтому я решила предложить контракт. И я не промахнулась. Но промахнулся ты, подумав, что я сразу отдам тебе то, что ты так страстно желал, хотя в контракте, если его внимательно прочитать, написано, что Манипулятор ты получишь, только когда полностью воплотишь в реальность все договоренности. - Именно поэтому ты так спокойно отнеслась к тому, что лже-Манипулятор уничтожил Диггори? У Малфоя скулы свело от такого, с каким напряжением он сжимал челюсть, чтобы не нагрубить этой прохвостке. Нужно отдать должное спокойствию Линды, именно благодаря ему их уговор еще в силе. - Я больше была удивлена тому, что ты продолжил со мной сотрудничать, несмотря на отсутствие награды, но не об этом сейчас. В общем, я отдала тебе Усилитель под видом темного артефакта, чтобы увидеть, какими способностями ты обладаешь. И каково же было мое удивление, когда твоя энергия повлияла на Поттера так, как должен был повлиять Манипулятор. Я даже сначала подумала, что все перепутала. Но нет. Правда открылась быстро. Я сосчитала поступающие от тебя в этот момент вибрации и сделала потрясающее открытие. Девушка решила выдержать стратегическую паузу, испытующе рассматривая мутный силуэт Малфоя, а тот, в свою очередь, был на волоске от нервного срыва. - Между тобой и Поттером проявляется магическая враждебная связь, - наконец, выдала она, ухмыляясь одними глазами. - Такая связь рождается в случае, если у одного из двух родственно-связанных есть недоброжелатель, который питал искреннюю неприязнь, но вскоре пал перед пылким, но очень болезненным для него чувством. Иначе говоря, когда ненависть меняет маску, появляется третий, безответно влюбленный. Ведь любовь не исключает ненависти, свет родился из тьмы, а после засухи всегда следует дождь. Именно поэтому я уверена в своих убеждениях о том, почему ты согласился на контракт. - Так, стоп! Драко протестующе замахал руками, изображая крест, как знак перечеркнутого действия, отмены. Его мозг и так был перегружен, и в данную секунду грозил взорваться и испачкать все в кладовой своим протухшим серым веществом. Связь с Поттером. Враждебная связь с Поттером. Враждебная связь с Поттером, которая пробудилась из-за того, что у Драко, якобы, появились и другие чувства к шрамоголовому, кроме ненависти. Связь, которая появилась из-за существования другой связи. - Подожди, - Малфой потер глаза, словно это могло прочистить разум, - значит ли это, что Родовой Долг действительно связал Диггори и Поттера, и это не просто мои догадки? Линда коротко кивнула. - Я не стала тебе об этом рассказывать, боясь подобной реакции. Упадок духовный перейдет к упадку физическому, и ты, вероятно, потеряешь веру в успех в своем деле. Да, Малфой действительно перетрухал. Вся идея умопомрачительной связи дошла до него не сразу. Как пловец постепенно погружается в море все глубже и глубже, так и мысли выстраивались в шаткий нервный домик, соединяя один довод с другим. И вскоре парень в полной мере осознал, в каком он непроглядном дерьме. Быть связанным с врагом одними из самых сильнейших магических уз, сильнее только клятва на крови. Драко как-то нашел в отцовской библиотеке целый том, где перечислялись различные легальные и запрещенные способы связи магии среди волшебников, поэтому он знал, что любое проклятие оставляет после себя следы. Но кто же мог подумать, что вся эта заваруха с Диггори и его Родовым Долгом приведет к тому, что трех суверенных объектов, а именно учеников Хогвартса, скрепит между собой весьма паршивая магическая линия. А если бы Драко не полез тогда летом к Поттеру, не спровоцировал бы желание Диггори защищать других, может, никакой связи не зародилось бы? Хотя нет, чушь, по словам Линды, она почувствовала присутствие зачатков связующих энергетических звеньев еще до столкновения на чемпионате. Так, неужели, жизнь все-таки предначертана, и существует судьба, управляющая всем живым на этой планете? Да нет, не может быть! Малфой не хотел верить в подобную теорию, он никогда не был фаталистом и планировал разрушить привычное представление о мире. Ведь даже в случае с Линдой работает другая схема: она видит не “будущее”, она мельком урывает кадры “прошлого” со стороны величественного космоса. Ведь считается, что астрологи видят звезды через телескопы такими, какими они были много-много лет назад. А значит, планета земля живет в космическом прошлом. И в то же время все это означает, что будущее предначертано, так как для космоса оно уже прошлое? - Дьявол! Драко запустил пальцы в свою белую растрепанную шевелюру и сильно стиснул пряди, запрокидывая голову назад. Так как в темноте теряется пространственный ориентир, он немного перестарался и ударился затылком о пустую полку, после чего визгнул и прижал ладонь к ушибленному месту. - Сложно все это, да?- догадалась Линда, стоя на месте неподвижно. Ее безразличие угнетало. Угнетала и связь, угнетали и мысли. Драко попросту выдохся. Он поднял палочку вверх и направил свет прямо в лицо собеседнице. - Ты ведь утверждаешь, что все можно изменить, да? - голос у него предательски дрожал. - Даже если вся эта чушь про судьбу - правда, мы можем пойти наперекор? Мы же не рабы? - Я знаю, что ты хочешь, - Линда коварно стрельнула глазами, при этом ее лицо не поменяло каменного вида. - Сокрушить Диггори и завладеть Поттером, неважно каким способом и в роли кого, так ведь? Умела она жестко обрубить концы любому нытику. - Да, - блондин сжато кивнул, было непросто признавать свои грязные мыслишки. Девушка взяла с полки высушенное перо феникса и задумчиво покрутила его в руках. - Вряд ли я могу помочь в твоих личных делах, но предлагаю все-таки подтолкнуть Поттера к разговору со мной. - И как же? Он обо мне слышать не хочет, наверное. - После бала некоторые ученики поедут домой на каникулы. Точно знаю, что из друзей Гарри Поттера планируют уезжать Грейнджер, Диггори, Томас и Финниган, а также Чанг. С Долгопупсом они не в особой близости, а у Уизли точно есть планы на своих братьев и их друзей из Когтеврана, что они уж там задумали, не знаю. - Это все прекрасно, но откуда ты все знаешь? Линда, скептически цокнув языком, положила перо обратно на полку, и вновь осуждающе скрестила руки на груди. - Я бегаю в виде кошки по замку, подслушиваю так-то. - А-а, - Драко с одобрением кивнул, полезные навыки, однако. - Супер, конечно, но что это мне дает? - Время. Время на то, чтобы убедить Поттера перейти на нашу сторону. Сблизиться с ним, проникнуть в самые корни доверия, вцепиться в них и не отпускать. Остается только одна проблема: как можно заставить твоего отца не забирать тебя на каникулы домой? И тут Драко крепко призадумался. После того, как отец прознал о шалостях его наследника, разговоров о возможности остаться в Хогвартсе на каникулы не могло идти и речи. Уговоры и вранье про завал в учебе - не вариант, только хуже будет. И было достаточно приоткрыть крышку гробика, в котором уже долгое время прозябали в неведении демоны подсознания, как идеи повалились одна за другой, будто пенка закипевшего в турке кофе. Просто ПУФ! И у Драко уже был готовый вариант развития событий. Весьма дельный и… запредельно безумный. Он чувствовал, как с каждой идей развращает душу и гниет изнутри. К черту! Пора дать себе волю. Пора выпустить на волю бесов. - Я кое-что придумал, - чернота мыслей заставила его оскалиться в ухмылке. - Мне тут недавно один слизеринец со старших курсов встречаться предлагал. Я так и не ответил. Я могу согласиться, прийти с ним на бал, вызвать ажиотаж, провернуть еще пару недопустимых трюков и, поверь, мой отец будет в ярости, когда до него дойдут слухи. А дойдут они до него уже на утро после бала. Линда вопросительно подняла бровь, и это была первое проявление хоть какой-то живой мимики за последнее время. - В тебе проснулся бунтарь? - Предположим. - Звучит здорово, но, как мне кажется, после этого Люциус ни за что не отпустит тебя в Хогвартс. - Не-е-е, не так, - Малфой задорно рыкнул. - Этот блюститель правил и чистой крови не потерпит в доме гея, тем более я еще не привел в дом невесту, не сотворил ребёнка и кучу богатств, которыми можно хвастаться перед другими волшебниками. Скорее всего, он изгонит меня из Малфой Мэнора, как минимум, до лета. Напишет всем преподавателям, чтобы меня завалили учебой и не давали легко сдать экзамены. На время он сделает вид, что у него нет сына. Девушка изучающе оглядела блондина с ног до головы и взглядом будто бы пыталась выявить симптомы сумасшествия, которые, по сути, были на лицо. - Ты серьезно думаешь, что оно того стоит? - Да, - как никогда уверенно кивнул Драко - А что насчет твоей матери? - Ну, она погорюет немного, а потом примет. Она не ограничена внутренними рамками так, как отец. Я верю, что она примет меня любым. Я - ее сын, в конце концов. - А если не сработает? - Если не сработает, я вытворю еще что-нибудь похуже, объявлю отцу войну, но, надеюсь, этого не понадобится. - Ты же в миг все потеряешь, опору, семью, дом. - Знаю, но надеюсь, что пронесет. Мы же Малфои, мои предки тоже любили чудить. - Хм, - Линда присела, готовясь снова стать кошкой, - ты начинаешь разрушать себя. Это негативное влияние контракта. Ты теряешь последние капли настоящего себя. - А может, наоборот, наконец, высвобождаю то самое “Я”, которое было замуровано глубоко внутри? Да, именно так он и считал. Бунт, дебош, непослушание, эгоизм, разврат, алкоголь, потеря контроля, взрыв эмоций. Да, все это могло пагубно сказаться на отношении с семьей, не факт, что мать не впадет в депрессию, и вообще все связи навсегда будут потеряны. Но, к дьяволу в пекло все это! Малфой хочет освободиться, он хочет изменить будущее. Он просто хочет завладеть сердцем и душой шрамоголового очкарика. Дождавшись, когда Линда превратится в кошку, Драко осторожно покинул тайную кладовую, не наткнувшись на посторонних людей. Эта жизнь на его стороне.